И.В. Сталин между Февральской и Октябрьской революциями 1917 г.

From Традиция
Jump to navigation Jump to search

Партию большевиков Февральская революция застала организационно ослабленной. Многие организации были разгромлены. Виднейшие работники находились в ссылке, на каторге, в эмиграции. В.И. Ленин томился в Швейцарии. И.В. Сталин сидел далеко в Сибири, в Туруханской ссылке Енисейского края. Туда же был сослан и Я.М. Свердлов.

"Споры о причинах и мотивации главных действующих сил Февральской революции 1917 г. не стихают уже многие годы и вряд ли прекратятся в обозримом будущем. Одни авторы говорят о системном кризисе царской России, другие – о «верхушечном» заговоре элит, третьи вполголоса рассуждают о «масонском заговоре», деньгах германского генштаба и таинственной «мировой закулисе». Пожалуй, единственное, в чём сходятся практически все исследователи, посвятившие свои труды февралю 1917 г., – так это в том, что вот кто-кто, а большевики к свержению самодержавия имеют самое отдалённое и опосредованное отношение", - пишет д.и.н. М.Ю. Мухин.[1].

Положение РСДРП в Петрограде накануне Февральской революции 1917 года[edit | edit source]

Говоря о роли столичных петроградских большевиков в Февральской революции, необходимо учитывать, что они, бесспорно, были ведущей силой революционного подполья столицы. Их организация насчитывала (по разным подсчётам) от 2 до 3 тыс. членов, в то время как в нелегальной организации меньшевиков состояло всего 120-200 человек, устоявших между большевиками и меньшевиками "межрайонцев" было около 150 членов, и, наконец, эсеры-интернационалисты столицы имели в своих рядах около 500 человек.[2]. В ходе уличных боёв с царизмом именно большевики играли ведущую роль, а революционно настроенные представители других организаций лишь поддерживали их. Положение изменилось, когда определилась победа революции. К тем, кто действительно боролся с царизмом, присоединилась и та часть оборончески настроенных рабочих, которая во время боёв выжидала, и мелкобуржуазная по своей психологии солдатская масса.

В ночь на 26 февраля на конспиративной квартире были арестованы три члена Исполнительной комиссии ПК (её руководитель А.К. Скороходов, а также А.К. Винокуров и Э.К. Эйзеншмидт). Других членов ПК, направлявшихся на эту квартиру (И.Д. Чугурина, К.И. Шутко, Н.Г. Толмачёва и П.И. Ганшина), удалось предупредить о провале, и они избежали ареста. Всего на свободе осталось 7 членов ПК. В этих условиях руководство всей деятельностью партии в Петрограде взяло на себя Русское бюро ЦК, которое поручило Выборгскому райкому вплоть до восстановления ПК осуществлять практическое руководство движением. Уже вечером 26 февраля состоялось совещание Русского бюро ЦК, членов ПК, избежавших ареста, и отдельных членов Выборгского райкома, наметившее план действий на следующий день. А в первой половине дня 27 февраля арестованные члены ПК были уже освобождены восставшим народом.

Русское бюро ЦК РСДРП (б), действовавшее в России в 1917 г., было образовано в январе 1912 г.

Однако большевикам, несмотря на аресты, удалось сохранить руководящий центр в России — Русское бюро Центрального комитета, куда одним из руководителей входил В.М. Молотов..[3].

12 марта 1917 г. М.К. Муранов, Л.Б. Каменев и И.В. Сталин вернулись в Петроград сибирским поездом из Восточной Сибири (Красноярска) и сразу отправились в Таврический дворец, где заседали большевики. 12 марта состоялось заседание Русского бюро ЦК РСДРП. В протоколе его заседания записано: "Относительно Сталина было доложено, что он состоял агентом ЦК в 1912 году и потому являлся бы желательным в составе Бюро ЦК, но ввиду некоторых личных черт, присущих ему, Бюро ЦК высказалось в том смысле, чтобы пригласить его с совещательным голосом".[4]. На следующий день, 13 марта Сталин стал полноправным членом Русского бюро ЦК и вошёл в его президиум; был представителем от большевиков в исполкоме Петроградского Совета РСД; один из редакторов "Правды". По отношению к Временному правительству и его политике исходил из того, что демократическая революция ещё не завершена и свержение правительства не является непосредственной практической задачей. До приезда В.И. Ленина из эмиграции в апреле 1917 г. Сталин, Каменев и Муранов руководили деятельностью ЦК и Петербургского комитета партии большевиков.

До возвращения В.И. Ленина из Швейцарии в Петроград партию большевиков возглавлял триумвират в составе Л.Б. Каменева, И.В. Сталина и М.К. Муранова. И эта тройка вовсе не собиралась резко идти против Временного правительства (хотя и критиковала его), а также весьма скептически относилась к «пораженчеству».

Партийное руководство стояло на относительно умеренных позициях, но В.И. Ленин с самого начала подталкивал его в радикальном направлении. Так, 6 (19) марта 1917 г., будучи ещё в Швейцарии, он направил своим соратникам телеграмму, в которой потребовал отказаться от любой поддержки «новому правительству» и от блока с какой-либо партией. Потом руководство получило от него «Письма издалека», также отличающиеся весьма радикальным содержанием. И соратники встретили ленинские тексты с явным неудовольствием. Они их, конечно, опубликовали, но с купюрами, а второе «письмо» так и вовсе сдали в редакционный архив «Правды». Вот, что писали по этому вопросу историки Р. Слассер и И.И. Минц: "Именно 19 марта Александра Коллонтай доставила в редакцию "Правды", где прочно обосновались Сталин и Каменев, первые два из ленинских "Писем издалека". Два дня спустя "Правда" опубликовала первое письмо, однако не целиком: редакторы вырезали из него около пятой части текста, дабы сделать его ближе к той политической линии, которую, как они считали, должна была проводить "Правда", а также одновременно и затушевать тот факт, что ленинская позиция радикально отличалась от их собственной. Остальные три письма попадали в редакцию "Правды" через неравные промежутки времени. (Первые четыре письма Ленин написал в порыве лихорадочной деятельности в период между 7 и 12 марта, потом, занявшись неотложными делами, связанными с отъездом в Россию, вернулся к ним через две недели и написал пятое, от 26 марта, - как раз накануне того дня, когда был окончательно решён вопрос о запломбированном вагоне.) Со вторым письмом Ленина редколлегия "Правды" - читай: Каменев и Сталин - поступила ещё более бесцеремонно, чем с первым: его просто-напросто сдали в архив, где оно лежало, дождавшись публикации только после смерти Ленина. Похоже, что остальные три письма так и не достигли Петрограда. К 3 апреля, когда прибыл Ленин, их уже затмили другие события".[5].

Советский историк И.И. Минц пишет, что первые два из "Писем издалека" были доставлены в редакцию "Правды" А.М. Коллонтай 19 марта, В 1924 г., когда письма со второго по пятое были впервые опубликованы, Каменев заявил, что второе, третье, четвёртое, а возможно, также и неопубликованное последнее, пятое письмо в редакции "Правды" в 1917 году получены не были. И. И. Минц установил, что письма с третьего по пятое Ленин послал Я.С. Ганецкому в Стокгольм 12 марта. И.И. Минц, однако, не утверждает, что эти письма дошли до редакции "Правды".[6].

На тот момент у большевиков имелись совсем другие планы. Они желали укрепить революционно-демократический лагерь социалистов — в противовес буржуазно-либеральным партиям (кадетам, октябристам). По этому поводу между социалистами велись весьма плодотворные переговоры.

Позиция Л.Б. Каменева в марте-апреле 1917 г.[edit | edit source]

«Внутренние» большевики, при всём уважении к Владимиру Ленину, чувствовали свое некое превосходство над «внешним», долгие годы проведшим в эмиграции и вот теперь прибывшим в Россию «делать революцию». Причем это чувство возникло задолго до 1917 г.

В своё время Иосиф Виссарионович, руководивший бакинским центром РСДРП, весьма критически высказывался в адрес эмигрантских партийных центров. Историк Ю.В. Емельянов считает возможным говорить о «бакинской революции» в стане социал-демократов, лидером которой выступил И.В. Сталин. В 1909 г. он опубликовал критическую статью «Партийный кризис и наши задачи». В ней отмечалось резкое снижение численности и влияния партии, а также отрыв её руководства от широких масс. Причём ответственность за это возлагалась не только на меньшевиков, но и на большевиков. А ЦК РСДРП, возглавляемый тогда Лениным, и вовсе был назван «фиктивным центром». И.В. Сталин писал: «Да и странно было бы думать, что заграничные органы, стоящие вдали от русской действительности, смогут связать воедино работу партии».[7]. Он достаточно жёстко критиковал интеллигентов-эмигрантов, призывая опираться на русских рабочих, ведущих борьбу в самой России. Венгерские историки Л. Белади и Т. Краус отмечали: "24 июня 1909 года Коба бежал из ссылки. В начале июля он провёл несколько дней в Петербурге, а затем в середине месяца прибыл в Баку. Он сразу же предпринял шаги для того, чтобы восстановить издание газеты «Бакинский пролетарий». Очередной номер газеты вышел 1 августа, в нем была напечатана новая статья энергичного организатора под названием «Партийный кризис и наши задачи». Причину кризиса в партии автор видел в том, что она оторвалась от широких масс, ее организации действуют изолированно друг от друга. Решение этой проблемы Коба видел в сплочении фабрично-заводских комитетов и руководимых передовыми рабочими организаций посредством общерусской газеты. Она будет их направлять, но издавать её надо в России, а не за границей. Газета должна находиться в центре партийной работы. Газета, по его мнению, могла бы сплотить партию вокруг Центрального Комитета, ведь руководство партийной работой-это обязанность ЦК, но «она плохо исполняется в настоящее время».[8]. Основная мысль статьи — не высказанная прямо, но явная критика в адрес заграничного партийного руководства, заграничных органов, стоящих «вдали от русской действительности».[9].

Тогда позиция И.В. Сталина была решительно поддержана Бакинским комитетом. Ленин в этих условиях не рискнул идти на конфронтацию с влиятельными подпольными лидерами, за которыми стояли реальные и работающие социал-демократические организации. Опасаясь раскола, он пошёл навстречу Сталину и его единомышленникам. Сталин вместе с двумя другими «бакинцами» был включён в состав ЦК. Более того, при ЦК решили создать Русское бюро в составе 10 человек. Помимо «бакинцев» в него вошли, по определению Ю.В. Емельянова, «партийцы пролетарского происхождения, работающие на производстве», в том числе А. Бадаев и М.И. Калинин.

Л.Б. Каменев был убеждён в том, что русские солдаты не могут сложить оружие потому, что немецкие верны кайзеру и готовы воевать. В этих условиях, как он считал, следовало отказаться от лозунга «Долой войну!» и заменить его лозунгом давления на правительство, чтобы оно выступило «с попыткой склонить все воюющие страны к немедленному открытию переговоров о способах прекращения мировой войны».

Официальной позицией большевиков стал курс на критическую поддержку Временного правительства и сближение с другими социалистическими партиями. Л.Б. Каменев даже выступал за доверие Временному правительству «постольку, поскольку» оно борется с остатками самодержавия. Газета «Правда» начала демонстративно проводить умеренный курс с середины марта.

Всё это разозлило В.И. Ленина: будучи в Швейцарии, в ответ на публикации «Правды» он написал свои «Письма из далека». В.И. Ленин резко обрушился на «соглашателей»: «Кто говорит, что рабочие должны поддерживать новое правительство в интересах борьбы с реакцией царизма (а это говорят, по-видимому, Потресовы, Гвоздевы, Чхенкели, а также, несмотря на всю уклончивость, и Чхеидзе), тот изменник рабочих, изменник делу пролетариата, делу мира и свободы».

Владимир Ильич назвал имена меньшевистских деятелей, но он явно имел в виду и тогдашнее руководство большевиков. Оно это отлично понимало.

В середине марта Л.Б. Каменев, по словам историка Алексея Сахнина, «ввёл в употребление совершенно беспрецедентную для большевизма логику оборончества», заявив: «Когда армия стоит против армии, самой нелепой политикой была бы та, которая предложила бы одной из них сложить оружие и разойтись по домам. Эта политика была бы не политикой мира, а политикой рабства, политикой, которую с негодованием отверг бы свободный народ. Нет, он будет стойко стоять на своём посту, на пулю отвечая пулей и на снаряд – снарядом. Это непреложно». Позиция И.В. Сталина была более ортодоксальной, но он не выступал против курса Л.Б. Каменева, возобладавшего в «Правде».

В статье "О войне" ("Правда", 1917, 16 марта) критиковал лозунг "Долой войну!", призывал оказывать давление на Временное правительство "с требованием изъявления им своего согласия немедленно открыть мирные переговоры". Подобная позиция вызвала возмущение петроградских большевиков, а когда пролетарии узнали, что "Правда" была захвачена приехавшими из Сибири тремя бывшими руководителями "Правды", то потребовали исключения их из партии".[10].

На следующий день после публикации «Апрельских тезисов» в «Правде» там же вышла статья Л.Б. Каменева «Наши разногласия», где мнение В.И. Ленина было представлено исключительно как его личное, не совпадающее с позицией большинства. Автор заявил: «…мы надеемся отстоять свою точку зрения как единственно возможную для революционной социал-демократии, поскольку она хочет и должна до конца остаться партией революционных масс пролетариата…». Л.Б. Каменев подчеркивал: «Что касается общей схемы т. Ленина, то она представляется нам неприемлемой, поскольку она исходит от признания буржуазно-демократической революции законченной и рассчитана на немедленное перерождение этой революции в революцию социалистическую».

12 (25) апреля Л.Б. Каменев опубликовал новую критическую статью – «О тезисах Ленина». В ней он обвинял В.И. Ленина в том, что тот игнорирует российские реалии. По мнению Л.Б. Каменева, В.И. Ленин желал втянуть Россию в конфликт с союзниками, заключив мир, а надо было бы начать широкую народную кампанию за мир, таким образом продемонстрировав пролетариату всех стран необходимость выступления против собственных правительств. При этом автор статьи соглашался с Лениным в том, что народные массы излишне доверяют своим правительствам, однако утверждал, что в России демократическая революция ещё не закончена и было бы ошибочным в этих условиях идти на конфликт с «буржуазно-демократическим» (Временным) правительством. В текущий момент рабочие выдвигали демократические требования, что свидетельствовало об их буржуазно-демократической ориентации.

Однако все усилия Л.Б. Каменева не дали результатов. Авторитет В.И. Ленина был огромен, и он сумел переубедить своих товарищей по партии. Этому помог и настрой новых членов РСДРП(б), приток в которую после Февральской революции оказался массовым. В отличие от партийцев-подпольщиков «новички» мало задумывались о «чистоте марксизма» и не хотели ждать, пока «буржуазно-демократический период» исчерпает себя. Они хотели продолжения революции «здесь и сейчас». В результате VII Всероссийская конференция РСДРП(б), которая проходила в Петрограде с 24 по 29 апреля (7–12 мая), одобрила ленинские тезисы и взяла курс на новую революцию.

Член Исполнительного Комитета Петроградского Совета[edit | edit source]

18 марта И.В. Сталин делегирован в Исполком Петроградского Совета. "Приём, который оказали Сталину его большевистские собратья в Русском бюро, был чрезвычайно холоден, и то проворство, с которым он с помощью Муранова и Каменева преодолел это противодействие, вызвало у тех, кого он оттолкнул, чувство горечи, мучившее их даже годы спустя. В Исполнительном комитете Совета, напротив, Сталина тепло встретили собратья-грузины, в том числе председатель Совета меньшевик Николай Чхеидзе и главный теоретик Ираклий Церетели.

Казалось. Сталин поспешит воспользоваться теми возможностями, которые давало ему назначение в Исполнительный комитет Совета, где преобладающим влиянием пользовались меньшевики и эсеры, чтобы активно проводить твёрдую большевистскую линию. На деле, однако, всё происходило совершенно иначе. Исполнительный комитет оказался тем вожделённым Олимпом, где Сталин мог трудиться бок о бок с политическими деятелями, выдвинувшимися на новом этапе революции".[11].

Позиция И.В. Сталина по отношению к Временному правительству в марте 1917 г.[edit | edit source]

И.В. Сталин пишет в марте 1917 г.: «Выход — путь давления на Временное правительство с требованием изъявления им своего согласия немедленно открыть мирные переговоры. Рабочие, солдаты и крестьяне должны устраивать митинги и демонстрации, они должны потребовать от Временного правительства, чтобы оно открыто и во всеуслышание выступило с попыткой склонить все воюющие державы немедленно приступить к мирным переговорам на началах признания права наций на самоопределение. Только в таком случае лозунг «Долой войну!» не рискует превратиться в бессодержательный, в ничего не говорящий пацифизм, только в этом случае может он вылиться в мощную политическую кампанию, срывающую маску с империалистов и выявляющую действительную подоплёку нынешней войны».

По отношению к Временному правительству и его политике И.В. Сталин исходил из того, что демократическая революция ещё не завершена, и свержение правительства не является первоочередной практической задачей. При определённых условиях И.В. Сталин считал возможным даже сотрудничество с Временным правительством по отдельным вопросам. Л.Д. Троцкий впоследствии ставил это И.В. Сталину в вину, называя его «оппортунистом и соглашателем».

Более осторожен в этом вопросе профессор Оксфордского университета Г.М. Катков: «Большевистское руководство в Петрограде во главе с Каменевым (Розенфельдом) и Сталиным (Джугашвили), поддалось общей атмосфере и, видимо, склонялось к принятию курса на продолжение войны с Германией как части борьбы за укрепление вновь завоёванной свободы»..[12]. Обращает на себя внимание слово «видимо», употреблённое профессором.

По мнению историка Г.З. Иоффе "позиция большевистского руководства в марте 1917 г. содержала в себе всё же тенденцию развития в сторону блока с другими социалистическими партиями, на определённом условии поддерживающими Временное правительство..[13]. Историк В.А. Шестаков пишет, что И.В. Сталин стоял на позиции давления на Временной правительство.[14].Именно эту политику и стала проводить новая редакция газеты "Правда", возглавляемая Л.Б. Каменевым, М.К. Мурановым и И.В. Сталиным.

Д.И. н. В.А. Никонов говорит: "Дед был твёрдокаменным большевиком, может быть, последним ленинцем. он выбирал свой путь, он был большевиком, был сторонником и поклонником Ленина, был его последователем и действовал в рамках той идеологической и политической конструкции, которую задавал вождь партии. Молотов был верным ленинцем – ещё более твердым, как выяснилось, чем Иосиф Сталин и Лев Каменев, которые приехали из ссылки и стали предлагать более мягкую линию в отношении Временного правительства, чем Русское бюро ЦК, в которое тогда входил дед. Потом, вернувшись в Россию, эту позицию поддержал Ленин и повёл за собой всю партию".[15].

Несогласный с этим В.М. Молотов вынужден был уйти из редакции. Как он вспоминал в старости "умело вышибли, тихо и без шума". В своих "Письмах из далека" В.И. Ленин призывал к недоверию к Временному правительству: "Кто говорит, что рабочие должны поддерживать новое правительство в интересах борьбы с реакцией царизма (а это говорят, по-видимому, Потресовы, Гвоздевы, Чхенкели, а также несмотря на всю уклончивость, и Чхеидзе), тот изменник рабочих, изменник делу пролетариата, делу мира и свободы. Ибо на деле именно это новое правительство уже связано по рукам и ногам империалистским капиталом, империалистской военной, грабительской политикой, уже начало сделки (не спросясь народа!) с династией, уже работает над реставрацией царской монархии, уже приглашает кандидата в новые царьки, Михаила Романова, уже заботится об укреплении его трона, о замене монархии легитимной (законной, держащейся по старому закону) монархией бонапартистской, плебисцитарной (держащейся подтасованным народным голосованием)... оно есть правительство войны, правительство продолжения империалистской бойни, правительство грабежа, желающее грабить Армению, Галицию, Турцию, отнимать Константинополь, снова завоевать Польшу, Курляндию, Литовский край и т. д. Это правительство связано по рукам и ногам англо-французским империалистским капиталом. Русский капитал есть отделение всемирной «фирмы», ворочающей сотнями миллиардов рублей и носящей название «Англия и Франция».

Хлеба - потому, что это правительство буржуазное. В лучшем случае оно даст народу, как дала Германия, «гениально организованный голод». Но народ не пожелает терпеть голода. Народ узнает, и, вероятно, скоро узнает, что хлеб есть и может быть получен, но не иначе, как путём мер, не преклоняющихся перед святостью капитала и землевладения".[16].Ознакомившись из первым из писем вождя, В.М. Молотов было воспрял духом, но ничего не смог изменить.

Однако впоследствии И.В. Сталин присоединился к В.И. Ленину, который выступал за превращение «буржуазно-демократической» февральской революции в пролетарскую социалистическую революцию.

Буквально за несколько дней до прибытия В.И. Ленина из эмиграции, Всероссийское совещание большевиков 28 марта в Петрограде обсуждало возможность воссоединения с меньшевиками в единую партию, причём И.В. Сталин замечает, что «объединение возможно по линии Циммервальда-Кинталя».

Но нужно было обобщить весь опыт партии, нужно было сформулировать новые задачи в новых условиях. Это и было проделано В. И. Лениным в «апрельских тезисах».

Объединительным тенденциям был положен конец с возвращением В.И. Ленина из эмиграции 3 апреля 1917 г.[17].

СТР. 112А.JPG

«Понадобились знаменитые „апрельские тезисы“ Ленина для того, чтобы партия могла одним взмахом выйти на новую дорогу», писал И.В. Сталин о тезисах Ленина..[18].

В 1917 г. член редколлегии газеты «Правда», Политбюро ЦК партии большевиков, Военно-революционного центра.

СТР. 188А.JPG

Апрельские тезисы В.И. Ленина и реакция на них руководства РСДРП (б)[edit | edit source]

Д.и.н. В.А. Никонов так говорит о роли В.И. Ленина в событиях революции 1917 г.: "Это действительно был человек миссии, но целью этой миссии не была власть как таковая. Ленин, на мой взгляд, не являлся тем «политическим животным», которое стремится к власти ради самой власти. Это был человек, который имел собственное видение преобразования мира. Людей с таким глобальным видением на самом деле очень мало. В истории человечества их по пальцам двух рук можно сосчитать, и Ленин был из их числа. Он имел в голове альтернативную картину мира, и он пытался её реализовать. Ленин предлагал альтернативную модель развития человечества. Он создал механизм продвижения этой модели – партию большевиков. При этом Ленин был, пожалуй, наименее догматичным из всех политиков, которых мы видим в 1917 году. Большинство тех, кто составлял российскую элиту в 1917-м, с какими лозунгами вошли в Февраль – с теми и оставались до Октября. Догматизм меньшевиков, эсеров просто поражает! Ленин же несколько раз за это время поменял видение всей ситуации, сменил лозунги.

Он буквально на кончиках пальцев чувствовал ситуацию, точно уловив, что революция – не за демократию. Революция – она прежде всего за мир и за землю. И он очень быстро оседлал эту волну, он пошел за этими глубинными чаяниями людей – подавляющего большинства населения страны. В условиях 1917 года Ленин оказался самым сильным и самым эффективным политиком".[19].

3 апреля 1917 г. в Россию вернулся В.И. Ленин, огорошивший соратников своими тезисами, изложенными в статье «О задачах пролетариата в данной революции». Как гром среди ясного, победоносно-революционного неба прозвучало требование продолжать революцию и дальше, установив республику нового типа: «2. Своеобразие текущего момента в России состоит в переходе от первого этапа революции, давшего власть буржуазии в силу недостаточной сознательности и организованности пролетариата, — ко второму ее этапу, который должен дать власть в руки пролетариата и беднейших слоев крестьянства… 3. Никакой поддержки Временному правительству, разъяснение полной лживости всех его обещаний, особенно относительно отказа от аннексий. Разоблачение вместо недопустимого, сеющего иллюзии «требования», чтобы это правительство, правительство капиталистов, перестало быть империалистским".

По словам руководителя Русского бюро ЦК А. Шляпникова, в рядах РСДРП(б) началась «смута великая». Партийцы были в шоке, В.И. Ленин требовал от них чего-то совсем необычного, которое не укладывалось в прокрустово ложе «правильного марксизма». Ведь «по Марксу» сначала предполагалось завершить буржуазную революцию и пройти капитализм полностью. Тогда только и возникнут условия для социалистической революции, для установления «диктатуры пролетариата».

Ленинские тезисы сочли ересью, и руководство партии выступило против них единым фронтом. В.И. Ленина поддержали только двое – А. Шляпников и А.М. Коллонтай. 6 (19) апреля состоялось заседание Бюро ЦК, на котором с резкой критикой тезисов выступил Л.Б. Каменев. Он заявил о том, что если ленинские положения будут приняты, то партия превратится в группу пропагандистов. В этом его поддержал другой лидер большевиков – И.В. Сталин.

Партийный рупор «Правда» вначале даже не хотела печатать «крамолу», объясняя свой отказ техническими причинами.

В итоге 8 (21) апреля Петербургский комитет РСДРП(б) отклонил тезисы тринадцатью голосами против двух (при одном воздержавшемся). Накануне газета «Правда» – печатный орган большевиков – опубликовала тезисы вернувшегося из эмиграции вождя с большим скрипом, не преминув сообщить читателю, что это «личное мнение Ленина».

Однако искушённый во внутрипартийной борьбе В.И. Ленин сразу понял, что дело тут вовсе не в технике, и всё-таки настоял на своём. Тезисы были опубликованы, но редакция партийного рупора поспешила откреститься от лидера: дескать, товарищ Ленин высказывает здесь собственную позицию, с которой мы категорически не согласны.

Выдающиеся функционеры поспешили высказать своё неприятие и непонимание. Так, несогласие с Ильичом выразили Ф.Э. Дзержинский и М.И. Калинин. Даже Г.Е. Зиновьев, прибывший с В.И. Лениным в знаменитом «пломбированном вагоне», счёл нужным потихоньку дистанцироваться от автора тезисов. А Петроградский городской комитет РСДРП(б) отверг ленинские положения большинством в 13 голосов при всего лишь 2 «за» (один член ПК воздержался).

В.И. Ленину удалось переломить настроение ведущих функционеров. На страницах "Правды" прошла дискуссия по поводу тезисов В.И. Ленина. Дело в том, что за В.И. Лениным пошла рядовая партийная масса, которая стала давить снизу на «верха». Сказался бурный рост большевистских рядов. В политической биографии И.В. Сталина Апрельская конференция занимает важную роль. На Апрельской конференции был избран новый состав ЦК. Помимо В.И. Ленина, Л.Б. Каменева, Г.Е. Зиновьева в состав ЦК был избран и И.В. Сталин. Характеризуя его В.И. Ленин сказал:"Товарища Сталина мы знаем давно. Он хороший работник. Хорошо показал себя во всякой практической работе".[20]. В итоге И.В. Сталин получил 97 голосов делегатов конференции. Больше было только у В.И. Ленина (104 голоса) и Г.Е. Зиновьева (101 голос). Но больше, чем у Л.Б. Каменева (95 голосов) Я.М. Свердлова (71 голос). Для И.В. Сталина это было очень важное событие. Впервые он был избран в ЦК не заочно (кооптирован) как на Пражской конференции в январе 1912 г., а путём очного голосования.[21].

Принятие «Апрельских тезисов» способствовало сближению большевиков с радикалами из небольшой, но весьма активной «Межрайонной организации объединённых социал-демократов», во главе с Л.Д. Троцким, который 2 мая прибыл в Петроград из США. В итоге межрайонцы вступили в РСДРП(б), заняв много важных руководящих должностей, а их лидер стал вторым человеком во всей партии. Хотя до этого В.И. Ленин и Л.Д. Троцкий весьма остро полемизировали друг с другом, и Лев Давидович даже удостоился весьма обидного эпитета — «Иудушка».

Однако теперь оба лидера установили прочный тандем. Сам Л.Д. Троцкий с присущим ему высокомерием объяснял своё вступление в партию так: дескать, это не он изменил свои взгляды, а, наоборот, В.И. Ленин перешёл на его позиции. Ведь это Л.Д. Троцкий ещё в 1905 г. призывал не ограничивать революцию «буржуазно-демократическими» рамками, а двигать её дальше. Поэтому им и был предложен знаменитый (и «еретический» для большинства марксистов) лозунг — «без царя, а правительство рабочее».

Апрельская конференция РСДРП (б) и И.В. Сталин[edit | edit source]

Выборы в Центральный Комитет (вечер 29 апреля)

"Как в предварительной повестке дня от 13 апреля, так и в её окончательном варианте, принятом в начале Апрельской конференции, вопрос о выборах новых партийных органов значился в самом конце, после дебатов по всем важным проблемам. Выборы нового Центрального Комитета, проводимые впервые за пять лет - по причинам, относительно которых протоколы хранили молчание,- были передвинуты на первую половину девятого заседания, вечером 28 апреля, перед докладами и дискуссией по национальному вопросу.

Делегаты были взволнованны: даже из лаконичных записей протоколов ясно, что они отдавали отчёт, сколь многое зависит от того выбора, который им предстояло сделать. В большевистской партии, с её акцентом на централизованный контроль и руководство, выбрать дееспособных лидеров было не менее важно, чем наметить верную тактику.

Как показало голосование но процедурным вопросам, делегаты не изъявляли ни малейшего желания подчиняться единоличному руководству Ленина или кого бы то было другого. В самом начале Ленин предложил увеличить численность Центрального Комитета с девяти до тринадцати человек, включив в него ядро старых членов ЦК, избранных ещё в 1912 году, и добавив туда новобранцев, которые бы разделили с ними тяжкое бремя труда, ожидавшего, но всей видимости, руководство партии в связи со скорой революцией. Предложение Ленина поддержал Зиновьев, утверждавший, что, судя но опыту, девяти членов ЦК недостаточно. На делегатов, однако, эти аргументы никакого впечатления не произвели, и они отвергли предложение Ленина, явно тяготея к сложившимся уже в партии организационным формам.

Несколько лучше обстояло дело с предложением Г.Е. Зиновьева провести до выборов обсуждение кандидатов: оно прошло с большим скрипом и с минимальным перевесом в 35 против 33 голосов, причём по меньшей мере треть делегатов в голосовании участия не принимали. Хотя сам Ленин благоразумно воздержался от того, чтобы выдвинуть это предложение, он явно его поддерживал, о чём говорило его активное участие в обсуждении кандидатур.

Стенограмма обсуждения кандидатур в состав Центрального Комитета, возможно, один из ценнейших документов, хранившихся много лет за семью печатями в партийных архивах; она была извлечена и впервые опубликована в 1958 году в протоколах Седьмой конференции. Это живой источник информации о ленинской тактике и незаменимый ключ для понимания того, как появился Сталин среди главных партийных лидеров...

В состав Центрального Комитета было выдвинуто всего 26 кандидатур, начиная с совершенно очевидной и незаменимой кандидатуры Ленина и кончая безвестными деятелями. 7 из 26 предложенных кандидатур вообще не обсуждались - Ленина и Зиновьева и так хорошо знали, что касается остальных, то ни у кого не возникло никакого желания их обсуждать. У восьмерых из тех, кто был официально представлен делегатам, не нашлось ни сторонников, ни противников; среди них жена Ленина - Крупская и Инесса Арманд.

Драматический характер этих выборов отчасти объяснялся негласным конфликтом между двумя группировками, которые руководили партией до возвращения Ленина. Молотов, Шляпников и Залуцкий - все трое кандидаты в члены ЦК - придерживались в начальный период революции ленинской линии; Сталин и Каменев - Муранов кандидатом не был сделали резкий вираж вправо.

При всей своей верности ленинским принципам ни один из членов первой группировки в состав ЦК избран не был. Каменева и Сталина, напротив, избрали, и к тому же с весьма убедительным перевесом: Сталин, набрав 97 голосов, оказался, судя по всему, третьей по популярности фигурой в партии, уступая Ленину, набравшему 104 голоса (из 109 голосовавших делегатов) , и Зиновьеву, набравшему 101 голос. Следом за ними шёл Каменев. Он получил 95 голосов. Затем с солидным разрывом шли Милютин - 82 голоса, Ногин - 76, Свердлов - 71 и уже потом, опять с большим разрывом,- Смилга, набравший 53 голоса, и Фёдоров - 48.[22].

"Стенограмма обсуждения кандидатур помогает объяснить эти поразительные результаты. Прежде всего - и это факт кардинального значения - сам Ленин лично выступил в поддержку только двоих кандидатов, и это были не Крупская и Арманд, как того могли ожидать некоторые наивные делегаты,- ведь их лояльность и их услуги Ленину были обеспечены в любом случае, и они ему были не так уж нужны в составе ЦК; двумя протеже Ленина оказались Сталин и Каменев".[23].

Пятой на обсуждение была представлена кандидатура Сталина. Единственным, кто выступил, оказался Ленин. Однако в краткой характеристике, которую он дал Сталину, было сказано всё, и столь властным тоном, что никто из делегатов не осмелился возразить. "Тов. Коба,- сказал Ленин,- мы знаем очень много лет. Видали его в Кракове, где было наше бюро. Важна его деятельность на Кавказе. Хороший работник во всяких ответственных работах".[24].

"И это всё, что он счёл нужным сказать о непростой биографии Сталина как видного деятеля партии и как человека, бывшего редактором "Правды" в марте. Очевидно, Ленин принял твёрдое решение оказать Сталину безоговорочную поддержку и полностью простить ему все прошлые неудачные старты и ошибки. Должно быть, для Сталина это был звёздный час - такой триумф по значимости мог сравниться только с оглашением результатов голосования, когда он, набрав 97 голосов, оказался третьим, сразу же после Ленина со 104 и Зиновьева со 101 голосом и на несколько голосов впереди Каменева".[25].

Американские историки пишут: "Впервые Сталин подтвердил своё право на лидерство, набрав большое число голосов в прямых, открытых дебатах. Для партийного актива он был теперь уже знакомой фигурой, хотя для аутсайдеров по-прежнему оставался всего лишь именем".[26].

Сходное мнение высказал А. Улам: "Его нынешний статус в партии был подтверждён тем фактом, что при тайном голосовании он получил голоса 97 из 109 делегатов.... Почти безвестный кавказец в 1912 году, человек, которого ещё пять недель назад из-за дурного характера и манер рекомендовали держать подальше от руководящих партийных органов, теперь был прямо и открыто признан товарищами-большевиками как ведущий "практик" в партии".[27].Несколько иное мнение Р. Слассера: "Опубликованные в 1958 году документы неопровержимо свидетельствуют, что именно личное ходатайство Ленина - в значительно большей степени, чем любые личные заслуги Сталина,- обеспечило ему столь высокие результаты голосования. После резкой отповеди в адрес критиков типа Соловьева, подразумевавшейся в выступлении Ленина в защиту Каменева, никто из делегатов уже не осмеливался напомнить товарищам о тех ошибках, которые допустил Сталин до возвращения Ленина. Уж если сам Ленин готов был забыть ошибки недавнего прошлого, то и делегаты с готовностью следовали его примеру. Число голосов, поданных за Сталина и Каменева, отражало популярность в партии Ленина, а отнюдь не Сталина и Каменева".[28].

Роберт Пейн был близок к истине, когда писал: "Как обычно. Центральный Комитет был подобран Лениным, а голосование было не более чем простой формальностью".[29].

До апрельского ленинского поворота большевики склонялись к тому, чтобы просто осуществлять так называемый «контроль» над буржуазным Временным правительством. Ну и в чем же тогда заключалось бы их отличие от меньшевиков? А если никакого отличия не было, то к чему существовать в качестве отдельной партии? Собственно, потому и началось движение за воссоединение с меньшевиками. Но тут явился В.И. Ленин, который сразу же придал новый смысл всему партийному бытию – двигать революцию вперед и передать власть принципиально новым структурам управления.

Л.Б. Каменев не сдавался и внёс свои поправки в проект политической резолюции на VII Всероссийской конференции РСДРП(б): «Конференция призывает революционную демократию осуществлять самый бдительный контроль над действиями Временного правительства… Конференция вместе с тем предостерегает от дезорганизующего в настоящий момент лозунга «свержения правительства», могущего затормозить ту длительную работу просвещения и организации масс, которая является основной задачей партии». Материалы конференции лаконичны: «Все поправки т. Каменева были отклонены». И.В. Сталин тоже отвернулся от него, перейдя на сторону Ильича.

Принятие «Апрельских тезисов» имело одно последствие: оно способствовало сближению большевиков с радикалами из небольшой, но весьма активной «Межрайонной организации объединенных социал-демократов», во главе которой встал Л.Д. Троцкий, вернувшийся из эмиграции в Россию в мае. В итоге межрайонцы вступили в РСДРП(б), заняв много важных руководящих должностей, а их лидер стал вторым человеком в партии.

В.И. Ленин и И.В. Сталин в 1917 году[edit | edit source]

О характере этих взаимоотношений полно и развёрнуто писал американский историк Р. Слассер:"Какими же положительными чертами должен был обладать Сталин, чтобы они смогли перевесить в глазах Ленина все эти недостатки? Основной притягательной силой, несомненно, была возможность использовать его для оглашения собственной позиции по национальному вопросу. Никто из видных партийных деятелей другой национальности - кроме евреев Зиновьева и Каменева - для выполнения этой важнейшей цели Ленина в тот момент не подходил. Учитывая упорное нежелание делегатов других национальностей - а их было довольного много на Седьмой (Апрельской) конференции - согласиться с Лениным в этом вопросе, вполне можно предположить, что, не приди Сталин с его уже признанным партией авторитетом эксперта но национальному вопросу на помощь Ленину, большинство делегатов вполне могло бы оказать ему открытое неповиновение и поддержать проект резолюции, предложенный Пятаковым, или принять предложение Махарадзе и отложить рассмотрение национального вопроса до лучших времён.

Однако в глазах Ленина Сталин в апреле 1917 года обладал ценностью не только как эксперт по национальному вопросу. Уже 7 апреля Сталин изъявил готовность отдать себя в полное распоряжение Ленина и без колебаний разделить его взгляды на важнейшие проблемы, стоявшие перед партией. Тем самым Сталин оказал Ленину очень важную услугу, придя ему на помощь в подавлении начинавшегося было бунта в день открытия конференции...

Именно эти своеобразные черты и особенности характера Сталина и привлекали к нему Ленина. Однако для того, чтобы предложить Сталину войти в состав "Бюро ЦК" - орган, принимающий самые важные политические решения,- у Ленина должны были быть ещё какие-то причины. Этими причинами вполне могло стать осознанное Лениным стремление Сталина к лидерству, тот факт, что Сталин в своих собственных глазах уже принадлежал к верхушке партийных деятелей самого высокого ранга. В этом свете грубые промахи Сталина в марте приобретают совершенно новое звучание. Для Ленина было вовсе не важно, допускал или не допускал Сталин в прошлом промахи, - тактические ошибки вполне простительны, если сам грешник готов их исправить, а роль инструктора с готовностью брал на себя Ленин. Что в данном случае имело значение, так это склонность к лидерству, а Сталин вполне убедительно продемонстрировал своими действиями в марте, что уж этими-то качествами он обладает в достаточной мере. Он успешно преодолел возникшие перед ним поначалу препятствия, утвердил свой авторитет, добился переориентации партийного курса и сумел повлиять на настроения членов партии. Тот факт, что, осуществляя всё это, он преследовал цели, которые были, с точки зрения Ленина, ошибочными, имел куда меньше значения, чем те способности лидера, которые он при этом обнаружил. За эти способности выделил его Ленин, сделав одним из членов нового органа - назовём его Политбюро.

Что конкретно навело Ленина на мысль предложить Сталину место в "Бюро ЦК"? Ответ на этот вопрос дают косвенные свидетельства.

Совместная работа со Сталиным в редакции "Правды" в период между 7 апреля и открытием двадцать четвёртого числа Апрельской конференции впервые дала Ленину возможность оценить "чудесного грузина". Он узнал энергичного, честолюбивого молодого человека, но не безграмотного, не наделённого оригинальным мышлением и имевшего весьма поверхностные представления о принципах марксизма, зато стремившегося учиться и способного чётко формулировать выученное. День открытия Апрельской конференции стал для Сталина важнейшим экзаменом, и он выдержал его с блеском. То, что Ленин выбрал Сталина одним из двух защитников своей линии в дискуссии о текущем моменте, проходившей на заседании 24 апреля, свидетельствует о том, что уже тогда он рассматривал Сталина как одного из своих ближайших помощников.

По всей вероятности, решение привлечь Сталина в "Бюро ЦК" было в виде рабочей гипотезы сформулировано уже в тот момент. Не оправдай тогда Сталин возложенных на него надежд, Ленин мог бы тут же о нем забыть и продолжать поиски в совершенно другом направлении. Но Сталин в полной мере использовал представившуюся возможность и затратил такие усилия, отстаивая точку зрения Ленина, что с ним не смог тягаться даже более искушённый Зиновьев.

Следовательно, Ленин обратился к Сталину с предложением быть одним из своих адвокатов, по всей вероятности, в первый или второй день работы конференции. Одновременно Сталину было предложено выступить с докладом по национальному вопросу, это являлось и знаком доверия со стороны Ленина, и ответственным поручением, которое следовало должным образом выполнить. В этом смысле можно было бы говорить о сговоре между Лениным и Сталиным: в награду за поддержку Ленина по национальному вопросу он попадает в ближайшее окружение Ленина. Однако мы знаем, что предложение было сделано и принято до доклада по национальному вопросу, ведь голосование и состав ЦК проходило перед этим докладом. Как мы видели, в ходе конференции произошли отклонения от заранее запланированной повестки дня. Это, возможно, произошло с ведома Ленина или, скорее всего, непосредственно по его инициативе. В результате доклад Сталина по национальному вопросу оказался отделён от выборов в ЦК, и делегаты были вынуждены решать вопрос о его кандидатуре в зависимости от того, насколько энергично её одобрит Ленин.

Опасался ли Ленин, что Сталин не сможет достаточно хорошо справиться с докладом? Или он хотел обеспечить избрание Сталина в ЦК до дебатов по национальному вопросу, которые обещали быть ожесточёнными и могли повредить репутации Сталина в глазах оппонентов ленинской национальной политики? Если бы голосование проходило после доклада Сталина, вряд ли тогда сплочённая группа противников ленинской национальной политики допустила, чтобы Сталин оказался на третьем месте по числу поданных голосов в ходе выборов в ЦК. Перетасовки в повестке дня, скорее всего, были определённой тактикой Ленина с целью защитить престиж Сталина в партии от возможных негативных последствий его участия в дискуссии по национальному вопросу.

Все это, однако, совершенно исключает вероятность того, что сталинский доклад способствовал увеличению числа голосов, поданных за него при выборах в ЦК. Ведь делегаты были вынуждены делать выбор, основываясь на не подкрепленном никакими доказательствами одобрении этой кандидатуры Лениным, причем ещё до того, как Сталин выступил со своим докладом...

В отличие от Сталина Молотов придерживался в марте линии по всем важным проблемам, стоявшим тогда перед партией, очень близкой к ленинской. И если бы роль лакмусовой бумажки, по которой определялись шансы на руководящую роль в партии, выполняла политическая корректность, то на Апрельской конференции должен был бы получить в награду самые ответственные посты в партии не Сталин, а Молотов. На самом же деле всё оказалось совсем наоборот: кандидатура Молотова в состав ЦК у Ленина поддержки не нашла и в результате ему не удалось набрать голосов, которые были необходимы для его избрания.

Своим снисходительным отношением к грубым промахам Сталина - и одновременно пренебрежением к той корректной линии, которой придерживались Молотов, Шляпников и Залуцкий,- Ленин продемонстрировал, как высоко он ценил способности к политическому лидерству. Сталин доказал, что обладает такими способностями, а его грубые политические просчёты можно было легко простить, тем более что он изъявлял готовность под попечительством Ленина навсегда о них забыть. Доверив Сталину знак посвящения в признанные лидеры, Ленин тем самым показал, что умение держать власть в руках является главным качеством, которое он больше всего ценит в своих ближайших соратниках. Что же касается политики, то он вполне способен справиться с этим сам. Всё, что он требовал от своих коллег, это готовность разделять его взгляды.[30].

Деятельность И.В. Сталина летом-осенью 1917 г.[edit | edit source]

"После июльской демонстрации Временное правительство распорядилось об аресте В.И. Ленина и Г.Е. Зиновьева по обвинению в заговорщицкой деятельности и способствовало появлению в печати сообщений о принадлежности большевистских лидеров и их сторонников к агентуре германского генерального штаба. К этому времени Ленин скрывался на квартире Аллилуевых, переехавших на ул. Рождественка вскоре после первого посещения их Сталиным. Помимо безусловной надежности самих Аллилуевых, данное убежище было хорошо ещё и тем, что семья проживала здесь всего два месяца и их квартира не была известна как партийная явка. Ленин занимал ту же самую комнату, которую Аллилуевы оставили по просьбе Сталина и которой он ещё не пользовался. Когда же пришла Елена Стасова и рассказала, что правительство распускает слух о принадлежности Ленина к агентам полиции, он решил сдаться властям и остался в укрытии только после того, как попытки Орджоникидзе и Ногина получить от Петроградского Совета гарантии безопасности и гласного суда для Ленина не увенчались успехом. Через неделю газета "Пролетарское дело" опубликовала письмо Ленина и Зиновьева в котором они объявили о своем решении не являться в суд, поскольку в тот момент в России не могло быть беспристрастного правосудия и революционеры не имели оснований питать конституционные иллюзии.

Частые посещения товарищей по партии вскоре сделали необходимым сменить место укрытия. Было решено, что В.И. Ленин переедет в небольшой городок Сестрорецк, расположенный на берегу Финского залива, примерно в двадцати милях к северо-западу от Петрограда. Чтобы добраться до места не узнанным, требовалась маскировка. В.И. Ленин решил сбрить бороду и усы, и Сталин взял на себя роль брадобрея. Затем Ленин нахлобучил кепку и надел длинное пальто С.Я. Аллилуева. Похожий на финского крестьянина он в сопровождении И.В. Сталина и С.Я. Аллилуева покинул квартиру, пробрался боковыми улочками к Приморскому вокзалу и сел в переполненный вагон пригородного поезда, следовавшего в нужном направлении".[31].

После провала попытки мятежа в начале июля Сталин остался вне списка большевистских лидеров, преследуемых Временным правительством. Например, Троцкого арестовали и посадили в «Кресты», где он находился вплоть до провала корниловского выступления. Кстати, сам Троцкий считал, что «в закулисной работе… Сталин был очень ценен. Он… умел быть убедительным для среднего командного состава, особенно для провинциалов».

Бюро ЦК делегировало Сталина в Исполком Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов, где он сумел наладить контакты с умеренными социалистами (меньшевиками и эсерами), в том числе из руководства Совета.

Ввиду вынужденного ухода В.И. Ленина в подполье в июле-октябре 1917 г. И.В. Сталин выступил в июле 1917 г. на VI съезде РСДРП(б)) с отчётным докладом ЦК. По мнению Л.Д. Троцкого, который являлся антагонистом Сталина, доклад И.В. Сталина от имени В.И. Ленина способствовал выдвижению "чудесного грузина" на руководящие позиции в ЦК. Именно тогда, по мнению польского историка профессора Э. Дурачинского, будущий диктатор приобрёл статус члена "генерального штаба большевиков" и "окончательно "стал Сталиным".[32].

И.В. Сталин участвовал в подготовке и проведении Октябрьского вооружённого восстания как член партийного центра по его руководству. В.И. Ленин доверял Кобе, что укрепляло его позиции.

По отношению к Временному правительству и его политике исходил из того, что демократическая революция ещё не завершена и свержение правительства не является практической задачей.

В дни предшествовавшие октябрьскому перевороту И.В. Сталин входил в число осторожных членов ЦК.[33].Впоследствии он так описал колебания членов ЦК: "Что значило поднять восстание в такой момент? Поднять восстание в такой обстановке – это значило поставить всё на карту. Но Ленин не боялся рискнуть, ибо он знал, видел своим ясновидящим взором, что восстание неизбежно, что восстание победит, что восстание в России подготовит конец империалистической войны, что восстание в России всколыхнет измученные массы Запада, что восстание в России превратит войну империалистическую в войну гражданскую, что восстание даст Республику Советов, что Республика Советов послужит оплотом революционного движения во всем мире".[34].

Однако И.В. Сталин не поддержал антиленинскую резолюцию Л.Б. Каменева предлагавшего не участвовать РСДРП (б) в событиях на улицах Петрограда и Москвы. 9 октября из Финляндии вернулся В.И. Ленин. 10 октября он выступил на заседании ЦК РСДРП (б) с обоснованием необходимости восстания в Петрограде и предложил проработать техническую сторону выступления. И.В. Сталин поддержал позицию В.И. Ленина.[35]. На заседании ЦК РСДРП (б) 10 октября Каменев и Зиновьев голосовали против решения о вооружённого восстании. Свою позицию они изложили в письме "К текущему моменту", направленном ими ПК, МК, Московской области, Финляндской областным комитетам партии, большевистской фракции ВЦИК, Петроградскому исполкому Советов РСД, большевистской фракции съезда Советов Северной области. Признавая, что партия ведёт за собой "большинство рабочих и значит, часть солдат" (но вовсе не большинство осн. массы населения), они высказывали надежду, что "при правильной тактике мы можем получить треть, а то и больше мест в Учредительном Собрании".

16 октября на новом заседании ЦК было подтверждено прежнее решение В.И. Ленина о вооружённом восстании, и на котором выступил И.В. Сталин: "День восстания должен быть выбран целесообразно. Только так надо понимать резолюцию. Говорят, что нужно ждать нападения со стороны правительства, но надо понимать, что такое нападение. Повышение цен на хлеб, посылка казаков в Донецкий район и т. п., — всё это уже нападение. До каких пор ждать, если не будет военного нападения? То, что предлагают Каменев и Зиновьев, объективно приводит к возможности для контрреволюции подготовиться и сорганизоваться. Мы без конца будем отступать и проиграем революцию. Почему бы нам не обеспечить себе возможности выбора дня восстания и условий, чтобы не давать сорганизоваться контрреволюции?

Тов. Сталин переходит к анализу международных отношений, доказывает, что теперь больше веры должно быть. Тут две линии: одна линия держит курс на победу революции и озирается на Европу, вторая — не верит в революцию и рассчитывает быть только оппозицией. Петроградский Совет уже стал на путь восстания, отказавшись санкционировать вывод войск. Флот уже восстал, поскольку пошёл против Керенского. Стало быть, мы должны стать прочно и бесповоротно на путь восстания. (Протокольная запись)..[36].

Против решения В.И. Ленина выступил тандем Г.Е. Зиновьева и Каменева. 18 октября Л.Б. Каменев опубликовал в буржуазной газете "Новая Жизнь" статью о своём несогласии с позицией ЦК. Возмущённый В.И. Ленин расценил это выступление как разглашение фактически секретного решения ЦК и потребовал исключить Л.Б. Каменева и Г.Е. Зиновьева из партии. 20 октября на заседании ЦК РСДРП(б) решено ограничиться принятием отставки Л.Б. Каменева и вменить ему и Г.Е. Зиновьеву в обязанность не выступать ни с какими заявлениями против намеченной линии партии. И.В. Сталин призвал к осторожной позиции и не нарушать единство партии исключением этих двоих из ЦК и партии. 19 октября И.В. Сталин опубликовал в газете "Рабочий Путь" письмо Г.Е. Зиновьева и Л.Б. Каменева разногласиях с В.И. Лениным по вопросу о вооружённом восстании: в примечании "От редакции" И.В. Сталин заявил, что инцидент "можно считать исчерпанным", а резкость тона письма В.И. Ленина в ЦК (требование исключить "штрейкбрехеров" из партии) "не меняет того, что в основном мы остаёмся единомышленниками".[37]. Несмотря на это отношения В.И. Ленина и И.В. Сталина не испортились.[38]. И.В. Сталин видел возможность развития событий не по ленинскому сценарию. Поэтому он предусмотрительно пытался сохранить отношения с умеренными (с Каменевым, напомню, его связывали несколько лет совместной ссылки), а также оставить для себя возможность легального существования в рамках легитимного на тот момент политического режима.

В дни Октябрьского переворота И.В. Сталин был избран членом Военно-революционного центра, в составе которого вошёл в Петроградский ВРК, редактировал газету "Рабочий путь".

А в ночь на 16 октября на заседании ЦК И.В. Сталин стал членом Военно-революционного центра. Хотя, как известно, одновременно с этим он послал в Ставропольскую окружную комиссию по выборам в Учредительное собрание телеграмму о своём согласии баллотироваться по списку большевиков.

21 октября ЦК РСДРП (б) утвердил предложения И.В. Сталина:

1) о внесении в повестку дня предстоящего 2-го Всероссийского съезда Советов РСД вопросов о земле, войне и власти (докладчик Ленин), о рабочем контроле (В.П. Милютин), о национальном вопросе (Сталин) о текущем моменте (Троцкий);

2) о посылке в Москву представителей из Петрограда с требованием немедленного приезда московской делегации; постановил направить 10 членов ЦК в т.ч. Сталина на работу в исполком Петроградского Совета РСД; поручил Я.М. Свердлову, Сталину и Милютину руководство большевистской фракцией съезда Советов.[39]. Помимо этого он рассылал листовки, готовил материалы для прессы. Это работа малозаметная и не оставляет следов в анналах истории, но кто-то должен этим заниматься.[40].

Первые декреты Совета Народных Комиссаров[edit | edit source]

Сразу же, в первые месяцы советской власти, до декабря 1917 г. высшие органы власти - Совнарком и ВЦИК приняли ряд декретов, обращений и постановлений, в которых прямо затрагивались важные аспекты государственных отношений.

Декрет "О земле", принятый II Всероссийским съездом Советов 26 октября (8 ноября), Принятая Совнаркомом "Декларация прав народов России" (2 ноября) и обращение "Ко всем трудящимся мусульманам России и Востока".

Важнейшим актом стал декрет ВЦИК и Совнаркома от 11 ноября "Об уничтожении сословий и гражданских чинов". Отныне все, проживающие в России, независимо от их прежней сословной принадлежности, званий и чинов, становились гражданами России.

В годы Первой мировой войны большевики обращаются к практике тех стран (Англия, Франция, Нидерланды, Мексика, США), где уже был накоплен определённый опыт строительства светского государства. Ленинцам импонировала политика в вопросах свободы совести, свойственная тогдашним США, с её принципом равноудаленности всех религиозных объединений от государства; минимализацией участия государства в процессе возникновения религиозных объединений и в регулировании их деятельности; восприятие всего комплекса проблем, связанных с обеспечением религиозных свобод, через призму индивидуальных прав человека, при подчеркнутом уважении личного религиозного выбора граждан.

Не забывали большевики и об опыте Парижской коммуны 1871 г., отделившей религию и церковь от государства по нехитрому принципу: "раз и всё!". На худой конец, если обстоятельства не позволят "повторить" опыт коммуны, предполагалось ориентироваться на действующий французский закон об отделении церкви от государства (1905 г.) как наиболее радикальный на тот период времени.

Крушение старой сословной системы потянуло за собой и вопросы регистрации актов гражданского состояния. В конфессиональном государстве, каковым была императорская России, функции регистрации возлагались на религиозные организации. Декреты ВЦИК и Совнаркома "О расторжении брака" (16 декабря) и "О гражданском браке и о ведении книг актов гражданского состояния" (18 декабря) изымали из монопольного ведения государственной церкви и всех иных религиозных организаций акты регистрации гражданского состояния. Церковный брак отныне не имел юридической силы, а взаимоотношения между супругами отныне регулировались государственными законами.

В состав Совнаркома с декабря 1917 г. и вплоть до подписания Брестского мира с Германией входили представители партии левых эсеров. Именно в левоэсеровской газете "Дело народа" 31 декабря 1917 г. был опубликован подготовленный комиссией П.И. Стучки проект декрета об отделении церкви от государства. Наркомом юстиции левый эсер И.З. Штейнберг предоставил этот документ. В большевистской печати проект опубликован не был. Первый же его пункт провозглашал: "Религия есть частное дело каждого гражданина Российской Республики".

С принятием документа долго тянуть не стали. Поздним вечером 20 января 1918 г. Штейнберг и завотделом Наркомюста М.А. Рейснер представили на заседании Совнаркома проект "О свободе совести, церковных и религиозных обществах". С рядом поправок и дополнений, в том числе внесённых непосредственно В.И. Лениным в ходе заседания, он был принят. На следующий день, 21 января, в оперативном порядке декрет публикуется в газетах "Правда" и "Известия", а 26 января - в "Собрании узаконений и распоряжений рабочего и крестьянского правительства", но уже под новым названием "Об отделении церкви от государства и школы от церкви".

И.В. Сталин в составе первого Советского Правительства (Совет Народных Комиссаров)[edit | edit source]

Ленин В.И. в Смольном на заседании Совета народных комиссаров. Слева направо: Штейнберг И.З., [Милютин В.П.], [Ларин (Лурье) Ю.М.], Бонч-Бруевич В.Д., Трутовский В.Е., Шляпников А.Г., Прошьян П.П., Ленин В.И., Сталин И.В., Коллонтай А.М., Дыбенко П.Е., Кокшарова Е.К., [Подвойский Н.И.?], Горбунов Н.П., Невский В.И., Шотман А.В., Чичерин Г.В. [1 января — 11 марта] 1918 г. Петроград. Контратип (стекло) 13,5 х 21,8 см. РГАСПИ. Ф. 393. Оп. 1. Д. 26. [41].

Утром 26 октября в 5 часов II Всероссийский Съезд Советов рабочих и солдатских депутатов провёл голосование по ленинскому воззванию, узаконившему создание первого советского правительства. Оно было принято подавляющим большинством голосов при двух против и 12 воздержавшихся. В его составе И.В. Сталин был избран на пост народного комиссара по делам национальностей и членом ВЦИК (он был членом ВЦИК всех последующих созывов).

В весной 1913 г. И.В. Сталин опубликовал статью «Марксизм и национальный вопрос» и на этом основании в среде большевиков считался специалистом в этой сфере. С другой стороны, на тот момент он не имел достаточного политического, организационного и интеллектуального багажа, чтобы претендовать на более видные позиции в Совнаркоме. И.В. Сталин это сам понимал.

"На первых порах никакого учреждения как такового не существовало, был лишь мандат на его образование. В этом деле Сталину помогал некий С.С. Пестковский, большевик польского происхождения, который обратился к нему с просьбой определить на работу в революционном правительстве и получил должность заместителя комиссара. Сначала они обосновались в одной из комнат Смольного, где С.С. Пестковский нашёл свободный стол, придвинул его к стене и прикрепил над ним записку "Народный Комиссариат по делам национальностей". Когда С.С. Пестковский сказал, что им потребуются деньги, Сталин навёл справки и отправил его к Л.Д. Троцкому со словами: "У него есть, он нашёл их в бывшем министерстве иностранных дел". С.С. Пестковский получил у Л.Д. Троцкого три тысячи рублей, и комиссариат начал функционировать.[42]. О секретаре позаботился сам И.В. Сталин. Ею стала юная Надежда Аллилуева.[43].

В первые лихорадочные месяцы большевистского правления И.В. Сталин мог уделять комиссариату только часть своего времени, так как вместе с другими ответственными работниками партии постоянно участвовал в обсуждении и принятии важных решений. На заседании 29 ноября 1917 г. Центральный Комитет предоставил четвёрке (Ленину, Сталину, Троцкому и Свердлову) право решать "все экстренные дела" с условием, что в этом будут непременно участвовать другие члены ЦК, в тот момент находящиеся в Смольном. Ночи И.В. Сталин часто проводил в одной из комнат Смольного, где был установлен телеграфный аппарат, по необходимости связываясь с политическими функционерами в любой точке страны. Л.Д. Троцкий, оспаривая правомерность мнения С.С. Пестковского о И.В. Сталине как заместителе В.И. Ленина, тем не менее подтверждает, что он, являясь "членом штаба Ленина, выполнял разные поручения".

"Заместитель Сталина Пестковский проявил при создании Наркомнаца творческую инициативу, а поскольку Сталин не мог уделять этой работе много внимания, его заместитель, как видно, продолжал обеспечивать организационное руководство в течение 20 месяцев своей службы в комиссариате. Впоследствии Пестковский писал, что разделял взгляды работавших в Наркомнаце левых коммунистов. Они считали, что территориальное деление следует проводить по экономическому, а не по национальному признаку, как того хотел Сталин. Он также вспоминал, что Сталин осуществлял личный контроль за политикой в отношении восточных народностей, передоверив ему (т.е. Пестковскому) работу среди национальностей западной части страны: поляков, латышей и т. д. Этот способный и скромный человек, первый личный секретарь Сталина, позже стал и первым его биографом".[44].

В ночь на 28 октября в штабе Петроградского ВО И.В. Сталин участвовал в разработке плана разгрома наступавших на Петроград войск А.Ф. Керенского - П.Н. Краснова 28 октября В.И. Ленин и И.В. Сталин подписали постановление СНК о запрещении выхода "всех газет, закрытых Военно-Революционным Комитетом".[45].

9 ноября совместно с В.И. Лениным и Н.В. Крыленко он подписал приказ об увольнении генерала Н.Н. Духонина от должности Верховного главнокомандующего. 29 ноября И.В.Сталин наряду с В.И. Лениным, Л.Д. Троцким и Я.М. Свердловым вошёл в Бюро ЦК РСДРП(б), которому предоставляется право решать все экстренные дела, но с обязательным привлечением к решению всех членов ЦК, находящихся в тот момент в Смольном: тогда же переизбран в редколлегию "Правды".[46].

И.В. Сталину как наркому по делам национальностей приходилось решать много дел. Подписывает 2 ноября вместе с В.И. Лениным «именем Республики Российской» — «Декларацию прав народов России», 18 декабря декрет «О государственной независимости Финляндии» и сам выезжает 14 ноября в Гельсингфорс, и выступал на съезде Финляндской социал-демократической рабочей партии..[47].

В своём выступлении И.В. Сталин сказал: "Я заявляю, что мы изменили бы социализму, если бы не приняли всех мер для восстановления братского доверия между рабочими Финляндии и России. Но всякому известно, что без решительного признания за финским народом права на свободное самоопределение восстановить такое доверие немыслимо. И важно здесь не только словесное, хотя бы и официальное, признание этого права. Важно то, что это словесное признание будет подтверждено Советом Народных Комиссаров на деле, что оно будет проведено в жизнь без колебаний. Ибо время слов прошло. Ибо настало время, когда старый лозунг “Пролетарии всех стран, соединяйтесь!” должен быть проведён в жизнь.

Полная свобода устроения своей жизни за финляндским, как и за другими народами России! Добровольный и честный союз финляндского народа с народом русским! Никакой опеки, никакого надзора сверху над финляндским народом! Таковы руководящие начала политики Совета Народных Комиссаров".[48].

Был в числе подписавших 18 декабря постановление СНК о признании государственной независимости Финляндской Республики: 22 декабря на заседании ВЦИК заявил, что СНК «не мог иначе поступить, ибо если народ, в лице своих представителей, требует признания своей независимости, то пролетарское правительство, исходя из принципа предоставления народам права на самоопределение, должно пойти навстречу»; вместе с тем выразил сожаление, что финские рабочие и социал-демократы «очутились в таком положении, что должны принимать свободу не непосредственно из рук социалистов России, а при помощи финской буржуазии.».[49].

И.В. Сталин впоследствии говорил: "Я вспоминаю 1917 год, когда я волей партии, после скитаний по тюрьмам и ссылкам, был переброшен в Ленинград. Там, в кругу русских рабочих, при непосредственной близости с великим учителем пролетариев всех стран - тов. Лениным, в буре великих схваток пролетариата и буржуазии, в обстановке империалистической войны, я впервые научился понимать, что значит быть одним из руководителей великой партии рабочего класса. Там, в кругу русских рабочих - освободителей угнетённых народов и застрельщиков пролетарской борьбы всех стран и народов, я получил своё третье боевое революционное крещение. Там, в России, под руководством Ленина, я стал одним из мастеров от революции. Позвольте принести свою искреннюю, товарищескую благодарность моим русским учителям и склонить голову перед памятью моего великого учителя - Ленина".[50].

Из выступления В.И. Ленина на XI съезде РКП(б) в марте 1921 г.: "Вот Преображенский здесь легко бросил, что Сталин в двух комиссариатах… Что мы можем сделать, чтобы было обеспечено существующее положение в Наркомнаце, чтобы разбираться со всеми туркестанскими, кавказскими и прочими вопросами? Это всё политические вопросы! А разрешать эти вопросы необходимо, это вопросы, которые сотни лет занимали европейские государства, которые в ничтожной доле разрешены в демократических республиках. Мы их разрешаем, и нам нужно, чтобы у нас был человек, к которому любой из представителей наций мог пойти и подробно рассказать, в чем дело. Где его разыскать? Я думаю, и Преображенский не мог бы назвать другой кандидатуры, кроме товарища Сталина"

И.В. Сталин был избран депутатом Учредительного Собрания (от Петрограда), наряду с В.И. Лениным, Я.М. Свердловым и другими руководителями партии большевиков.

10‒18 января 1918 г. он делегат 3-го Всероссийского съезда Советов РСКД, выступал с докладом по национальному вопросу, внёс проект резолюции о федеральных учреждениях Российской Республики..[51]. В период дискуссии в партии по вопросу заключения мира с Германией, в основном поддерживая позицию Ленина, лавировал между ним и Троцким..[52].

Оценка И.В. Сталиным революционной и политической ситуации в регионах России осенью 1917 года[edit | edit source]

По мере того как промышленные районы центральной России всё более становились базой революции, казачьи территории превращались в гнездо контрреволюции.

«Ещё в начале октябрьского переворота, — писал И.В. Сталин, — наметилось некоторое географическое размежевание между революцией и контрреволюцией. В ходе дальнейшего развития гражданской войны районы революции и контрреволюции определились окончательно. Внутренняя Россия с её промышленными и культурно-политическими центрами (Москва и Петроград), с однородным в национальном отношении населением, по преимуществу русским, превратилась в базу революции. Окраины же России, главным образом южная и восточная окраины, без важных промышленных и культурно-политических центров, с населением, в высокой степени разнообразным в национальном отношении, состоящим из привилегированных казаков-колонизаторов, с одной стороны, и неполноправных татар, башкир, киргиз (на востоке), украинцев, чеченцев, ингушей и других мусульманских народов, с другой стороны, превратились в базу контрреволюции.

Нетрудно понять, что в таком географическом распределении борющихся сил России нет ничего неестественного. В самом деле: кому же ещё быть базой советского правительства, как не петроградско-московскому пролетариату? Кто же другой мог быть оплотом деникинско-колчаковской контрреволюции, как не исконное орудие русского империализма, пользующееся привилегиями и организованное в военное сословие — казачество, издавна эксплуатирующее нерусские народы»..[53].

Интересные факты[edit | edit source]

С марта по октябрь 1917 г. И.В. Сталин опубликовал более 60 статей и заметок.[54].

Документы[edit | edit source]

"Ко всем трудящимся мусульманам России и Востока"

20 ноября 1917 г.

Товарищи! Братья!

Великие события происходят в России. Близится конец кровавой войне, начатой из-за дележа чужих стран. Падает господство хищников, поработивших народы мира. Под ударами русской революции трещит старое здание кабалы и рабства. Мир произвола и угнетения доживает последние дни. Рождается новый мир, мир трудящихся и освобождающихся. Во главе этой революции стоит рабочее и крестьянское правительство России, Совет народных комиссаров.

Вся Россия усеяна революционными советами рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Власть в стране в руках народа. Трудовой народ России горит одним желанием - добиться честного мира и помочь угнетённым народам мира завоевать себе свободу.

В этом святом деле Россия не одинока. Великий клич освобождения, данный русской революцией, подхватывается всеми трудящимися Запада и Востока. Истомленные войной народы Европы уже протягивают нам руку, творя мир. Рабочие и солдаты Запада уже собираются под знамя социализма, штурмуя твердыни империализма. А далекая Индия, та самая, которую веками угнетали "просвещенные" хищники Европы, подняла уже знамя восстания, организуя свои советы депутатов, сбрасывая с плеч ненавистное рабство, призывая народы Востока к борьбе и освобождению. Рушится царство капиталистического грабежа и насилия. Горит почва под ногами хищников империализма.

Перед лицом этих великих событий мы обращаемся к вам, трудящиеся и обездоленные мусульмане России и Востока.

Мусульмане России, татары Поволжья и Крыма, киргизы и сарты Сибири и Туркестана, турки и татары Закавказья, чеченцы и горцы Кавказа, все те, мечети и молельни которых разрушались, верования и обычаи которых попирались царями и угнетателями России!

Отныне ваши верования и обычаи, ваши национальные и культурные учреждения объявляются свободными и неприкосновенными. Устраивайте свою национальную жизнь свободно и беспрепятственно. Вы имеете право на это. Знайте, что ваши права, как и права всех народов России, охраняются всей мощью революции и её органов, советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов.

Поддерживайте же эту революцию и её полномочное правительство!

Мусульмане Востока, персы и турки, арабы и индусы, все те, головами и имуществом которых, свободой и родиной которых сотни лет торговали алчные хищники Европы, все те, страны которых хотят поделить начавшие войну грабители.

Мы заявляем, что тайные договоры свергнутого царя о захвате Константинополя, подтвержденные свергнутым Керенским, - ныне порваны и уничтожены. Республика Российская и её правительство, Совет народных комиссаров против захвата чужих земель. Константинополь должен остаться в руках мусульман.

Мы заявляем, что договор о разделе Персии порван и уничтожен. Как только прекратятся военные действия, войска будут выведены из Персии и персам будет обеспечено право свободного определения своей судьбы.

Мы заявляем, что договор о разделе Турции и "отнятии" у неё Армении порван и уничтожен. Как только прекратятся военные действия, армянам будет обеспечено право свободно определить свою политическую судьбу.

Не от России и её революционного правительства ждёт вас порабощение, а от хищников европейского империализма, от тех, которые ведут нынешнюю войну из-за дележа ваших стран, от тех, которые превратили вашу родину в расхищаемую и обираемую свою "колонию".

Свергайте же этих хищников и поработителей ваших стран. Теперь, когда война и разруха расшатывают устои старого мира, когда весь мир пылает негодованием против империалистов-захватчиков, когда всякая искра возмущения превращается в мощное пламя революции, когда даже индийские мусульмане, загнанные и замученные чужеземным игом, подымают восстание против своих поработителей, - теперь молчать нельзя. Не теряйте же времени и сбрасывайте с плеч вековых захватчиков ваших земель! Не отдавайте им больше на разграбление ваших родных пепелищ! Вы сами должны быть хозяевами вашей страны! Вы сами должны устроить свою жизнь по образу своему и подобию. Вы имеете на это право, ибо ваша судьба в ваших собственных руках...

Товарищи! Братья!

Твердо и решительно идём мы к честному демократическому миру.

На наших знаменах несём мы освобождение угнетённым народам мира.

Мусульмане России!

Мусульмане Востока!

На этом пути обновления мира мы ждём от вас сочувствия и поддержки.

Председатель Совета народных комиссаров В. Ульянов (Ленин)

Народный комиссар по национальным делам

Джугашвили-Сталин. РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 1137. Л. 73..[55].

Без названия.jpg

Ссылки[edit | edit source]

Литература[edit | edit source]

  • Дурачинский Э. Польский профессор. Сталин:создатель и диктатор сверхдержавы. Перевод с польского В.Т. Веденеевой. М.: РОССПЭН, 2015. 824 с.: ил. (История сталинизма). ISBN 978-5-8243-1998-9 Тираж 1000 экз. Политическая биография И.В. Сталина (1878-1953).
Обложка книги
  • Слассер Р. Американский профессор. Сталин в 1917 году. Человек, оставшийся вне революции. Перевод с англ. О. Захаровой. Послесловие д.и.н. В.Т. Логинов, комментарии В.И. Миллер. М.: Прогресс, 1989. 320 с. ISBN 5-01-001881-0 Тираж 50000 экз.
Обложка книги
  • к.и.н. Елисеев А. Метаморфозы большевизм//Историк.
  • к.и.н. Елисеев А. Внутрипартийная схватка//Историк. 2017. № 4 (28).
Обложка книги
  • д.и.н. Мухин М.Ю. Генеральный секретарь ЦК ВКП(б) Иосиф Виссарионович Сталин. (Правители России) М.: ИД Комсомольская Правда. 2015. 96 с.: ил. Т. 27.
  • Политические деятели России. 1917: Биографический словарь. [Центр политической и экономической истории России Российского независимого института социальных и национальных проблем, Научный совет РАН по проблемам "История революций в России"]; Гл. ред. П.В. Волобуев. М.: Большая Российская энциклопедия, 1993. 432 с.: ил. ISBN 5-85270-137-8
Обложка книги

Примечания[edit | edit source]

  1. Мухин М.Ю. Генеральный секретарь ЦК ВКП(б) Иосиф Виссарионович Сталин. (Правители России) М.: ИД Комсомольская Правда. 2015. C. 12.
  2. Непролетарские партии России. Урок истории. М, 1984. С. 244-245; Старцев В.И. 27 февраля 1917 г. М., 1984. C. 88.
  3. История гражданской войны в СССР: в 5 томах. Т. 1. Подготовка великой пролетарской революции. (От начала войны до начала октября 1917 г.)/Под редакцией: М. Горького, В. Молотова, К. Ворошилова, С. Кирова, А. Жданова, А. Бубнова, Я. Гамарника, И. Сталина. Составители тома: Берман Я.Л., Быстрянский В.А., Горький М., Диманштейн С.М., Долецкий Я.Г., Крицман Л.Н., Крыленко Н.В., Кубанин М.И., Мануильский Д.З., Минц И.И., Милютин В.П., Пятницкий О.А., Раскольников Ф.Ф., Стецкий А.И., Таль Б.М., Товстуха И.П., Угаров А.И., Эйдеман Н.П. М.:Огиз (Государственное издательство «История гражданской войны»), 1935. 350 с. Тираж 300 000 экз. С. 91‒92.
  4. Вопросы истории КПСС". 1962. № 3. С. 143.
  5. Слассер Р. Сталин в 1917 году. М., 1989. С. 31-32.
  6. Минц И.И. История Великого Октября. В 3-х томах. М., Наука, 1968. Т. 2. С. 42.
  7. Сталин И.В. Соч. Т. 2. С. 156.
  8. Сталин И. В. Соч. Т. 2. С. 156.
  9. Там же. С. 147.
  10. Шляпников А.Г., Семнадцатый год, М-Л., 1925. Кн. 2. С. 185.
  11. Слассер Р. Сталин. М., 1989. С. 38; Дурачинский Э. Сталин: создатель и диктатор сверхдержавы. М., 2015. С. 75.
  12. Катков Г.М. Февральская революция. М.:Центрполиграф, 2006. С. 125.
  13. Иоффе Г.З. Семнадцатый год: Ленин, Керенский, Корнилов. М.:Наука, 1995. С. 49‒50.
  14. И.В. Сталин. Имя Россия. Исторический выбор 2008. М.: АСТ, Астрель, 2008. 160 с.: ил. ISBN 978-5-17-055768-4, 978-5-271-22443-0. Тираж 4000 экз. С. 34.
  15. Рукотворная беда//Историк. 2017. № 5 (29).
  16. Написано 7 (20) марта 1917 г. Напечатано с сокращениями 21 и 22 марта 1917 г. в газете "Правда" № № 14 и 15. Впервые полностью напечатано в 1949 г. в четвёртом издании Сочинений В.И. Ленина, т. 23.
  17. И.В. Сталин. Имя Россия. Исторический выбор 2008. С. 35.
  18. Сталин И.В. На путях к Октябрю. Статьи и речи. Март — октябрь 1917 г. Издание второе, Москва, Госиздат, 1925 г. С. VIII.
  19. Рукотворная беда//Историк. 2017. № 5 (29).
  20. Сталин И.В. Соч. Т. 3. Прим. 38.
  21. Дурачинский Э. Сталин: создатель и диктатор сверхдержавы. С. 80-81.
  22. .Седьмая (Апрельская) конференция РСДРП (б) М., 1958. С. 228.
  23. Слассер Р. Слассер Р. Сталин в 1917 году. С. 94-97.
  24. Слассер Р. Слассер Р. Сталин в 1917 году. С. 98.
  25. Слассер Р. Слассер Р. Сталин в 1917 году. С. 99-100.
  26. Dеutsсhег I. Stalin: A Political Biography. 2d cd., N.Y., Oxford University Press, 1967 Р. 142-143.
  27. U1am А. В. The Man and His Era. N.Y., Viking Press, 1973. P. 141.
  28. Слассер Р. Слассер Р. Сталин в 1917 году. С. 101.
  29. Рауnе R. The Rise and Fall of Stalin. N. Y., Simon & Schuster, 1965. P. 180.
  30. Слассер Р. Сталин в 1917 году. С. 115-118.
  31. Такер Р. Сталин. Путь к власти. М.: Прогресс, 1990. С. 161.
  32. Дурачинский Э. Сталин: создатель и диктатор сверхдержавы. С. 86.
  33. Дурачинский Э. Сталин: создатель и диктатор сверхдержавы. С. 88.
  34. Сталин И.В. Cоч. Т. 6. М.: ОГИЗ; Государственное издательство политической литературы, 1947. С. 62.
  35. Дурачинский Э. Сталин: создатель и диктатор сверхдержавы. С. 89.
  36. КПСС в резолюция и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. М.: Политиздат, 1954. Т. 1. С. 397; Ленин и Сталин. Сборник произведений к изучению истории ВКП (б). М.: ОГИЗ, 1937. С. 868.
  37. Протоколы ЦК РСДРП б). М., 1958. С. 115.
  38. Дурачинский Э. Сталин: создатель и диктатор сверхдержавы. С. 91.
  39. Протоколы ЦК РСДРП б). С. 117-118.
  40. Дурачинский Э. Сталин: создатель и диктатор сверхдержавы. С. 92.
  41. http://rgaspi.info/150-let-so-dnya-rozhdeniya-v-i-lenina/kollekciya-fotodokumentov-v-i-lenina-v-rgaspi/1918-2/
  42. Пестковский С. Воспоминания о работе в Наркомнаце.//"Пролетарская революция", 1930, № 6 C. 129-130.
  43. Дурачинский Э. Сталин: создатель и диктатор сверхдержавы. С. 103.
  44. Такер Р. Сталин. Путь к власти.
  45. Декреты Советской власти. Т. 1, М., 1957. С. 539.
  46. Протоколы ЦК РСДРП(б). С. 155, 157.
  47. Документы Великой Октябрьской Социалистической революции. М.,1942. С. 80‒81.
  48. Сталин И.В. Cоч. Т. 4. М.: ОГИЗ; Государственное издательство политической литературы, 1947. С. 3-4.
  49. Сталин И.В. Соч. Т. 4. C. 22‒23.
  50. Ответ на приветствия рабочих главных железнодорожных мастерских в Тифлисе 8 июня 1926 г. Сталин И.В. Соч. Т. 8. С.173; "Заря Востока" (Тифлис), № 1197, 10 июня 1926 г.
  51. Сталин И.В. Соч. Т. 4. ОГИЗ, С. 30‒37.
  52. Вопросы истории КПСС, 1990, № 7. С. 40‒42.
  53. Сталин И.В. К военному положению на юге России.//«Правда» № 293, 1919. 28 декабря.
  54. Дурачинский Э. Сталин: создатель и диктатор сверхдержавы. С.77.
  55. Правда. 1917. 22 ноября (5 декабря). № 196; Декреты советской власти. Т. 1. М., 1957. С. 113-115.