Роберт Вагнер (политик)

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
(перенаправлено с «Вагнер, Роберт Генрих»)
Перейти к: навигация, поиск
Роберт Вагнер

Роберт Вагнер (нем. Robert Heinrich Wagner; 13 октября 1895, Линдах, Баден — 16 октября 1946, Страсбург),[1] — партийный деятель, с 1933 г. рейхсштатгальтер Бадена, с 1940 г. глава гражданской администрации Эльзаса и Лотарингии.

Биография[править]

Сын крестьянина. Окончил учительские курсы в Гейдельберге. Участник 1-й мировой войны, лейтенант, командир роты 110-го пехотного полка. За боевые отличия награжден Железным крестом 1-го и 2-го класса. В ноябре 1918 вернулся в Германию, служил в рейхсвере, в 1920 вместе с полком переведен в Тюрингию.

До 1921 носил фамилию Бакфиш (нем. Backfisch), но затем взял фамилию матери — Вагнер. В октябре 1923 поступил в пехотную школу в Мюнхене.

Руководители Пивного путча. Слева-направо: Пернет, Вебер, Фрик, Крибель, Людендорф, Гитлер, Брюкнер, Рём, Вагнер

Активный участник «Пивного путча» 9 ноября 1923, — инициатор бунта юнкерского училища (в 1934 был награжден Орденом Крови). До 14 февраля 1924 находился в заключении. 1 апреля 1924 года приговорен Мюнхенским судом к 15 месяцам тюрьмы, а 31 мая официально уволен из армии.

После освобождения вступил в Германскую рабочую партию, организовал орстгруппу в Эбербахе. В конце 1924 вступил НСДАП, получил партбилет № 11 540.

С 25 марта 1925 года по 8 мая 1945 года гауляйтер Бадена. С 27 октября 1929 года член Баденского ландтага. В октябре 1932 года введён в состав имперского руководства НСДАП, с декабря — заместитель рейхсорганизационсляйтера и начальник Главного управления кадров НСДАП.

С 5 марта 1933 года депутат Рейхстага от округа Баден. С 11 марта по 5 мая 1933 министр-президент Бадена. С 5 мая 1933 имперский наместник (рейхсштатгальтер) Бадена. С 1 сентября 1933 имперский комиссар обороны.

После оккупации германскими войсками Северной Франции Вагнер 14 июля 1940 г. назначается высшим представителем Германии в Эльзасе и Лотарингии.

Указом Гитлера от 2 августа 1940 г. «О временном управлении в Эльзасе и Лотарингии» они были разделены на две самостоятельные области и присоединены к смежным немецким гау: Эльзас к Бадену, а Лотарингия — к Саар-Пфальцу. В них практически не существовало военного управления, как это было в других оккупированных департаментах Франции. Начальником гражданской администрации 7 августа были назначены в Эльзасе наместник и гаулейтер Бадена Р. Вагнер, а в Лотарингии — наместник и гауляйтер Саар-Пфальца И. Бюркель.

Чтобы развязать руки гаулейтерам Эльзаса и Лотарингии, Гитлер наделил их чрезвычайными полномочиями. Они подчинялись ему лично, другие имперские министры не имели права вмешиваться в дела этих областей. Существовавшее в министерстве внутренних дел Германии бюро по делам Эльзаса и Лотарингии было лишь связующим звеном, но без права контроля деятельности Вагнера и Бюркеля. Им было предоставлено право иметь даже самостоятельный бюджет.[2]

С 16 ноября 1942 имперский комиссар обороны Бадена. 23 ноября 1944 г. покинул Страсбург.

24 января 1945 г. Вагнер, в последний раз выступал с речью в г. Гузбвиллере, заявил, что Эльзас — это немецкая земля. «Я еще вернусь!» — вскрикнул он, уезжая.[2]

29 июля 1945 арестован американцами и выдан французским властям. 23 апреля 1946 предстал перед французским военным судом в Страсбурге и 3 мая приговорен к смертной казни. Гильотинирован.[3]

Национальная политика в Эльзасе и Лотарингии[править]

Уже в первые месяцы новые власти, чтобы полностью устранить французское влияние и насадить германские порядки, в Эльзасе и Лотарингии предприняля следующие меры: неугодные руководители местных органов власти немедленно устранялись; ряд видных представителей духовенства, в том числе епископы Меца и Страсбурга, были освобождены от своих обязанностей из-за того, что они пользовались французским языком и что у них «французский образ мыслей»; было установлено не военное, а гражданское управление; государственная и таможенная границы были передвинуты на западные пределы этих территорий; употребление французского языка в учреждениях и в общественной жизни запрещалось; были онемечены географические названия, введено расовое законодательство. Чтобы из Эльзаса изгнать употребление французского и насадить немецкий язык, который гитлеровцы считали для эльзасцев «родным языком», 16 августа 1940 г. была подписана специальная директива. Она так и называлась — «К вопросу о восстановлении родного языка». Основные требования этого документа таковы: официальным языком во всех государственных учреждениях и церкви объявляется немецкий язык; все имена и фамилии должны писаться и произноситься только на немецкий лад; все предприятия и учреждения впредь должны именоваться только по-немецки; надписи на крестах и надгробных плитах также должны составляться по-немецки.

Германские власти грубо вмешивались и в сферу культурной жизни населения Эльзаса и Лотарингии. В распоряжении от 1 марта 1941 г. руководитель отдела пропаганды и просвещения Эльзаса Дресслер требовал, чтобы французские музыкальные произведения, «находящиеся в противоречии с культурными устремлениями национал-социализма», внести в список вредных и нежелательных. Вскоре появился еще один своеобразный декрет, который гласил: «Носить французские (баскские) береты в Эльзасе запрещается. Этот запрет касается всех головных уборов, которые по своей форме или своим видом напоминают французские береты». Нарушение этого запрещения каралось штрафом или тюремным заключением.

Одна из нацистских газет в статье «Французские береты по-прежнему запрещены» писала, что во Франции весьма распространены баскские береты и их ношение означает верность своей родине. Газета напоминала эльзасцам, не желавшим отказываться от своих «скверных привычек», что им уже давно было предложено бесплатно обменять свои «французские головные уборы» на «приличные шляпы и фуражки». Газета предупреждала строптивых эльзасцев, что «каждый эльзасец, который не хочет, чтобы его считали французом и обращались с ним как с таковым, должен снять французский берет и окончательно отказаться от него».

Чтобы и дальше ослаблять французское влияние в Эльзасе, 16 августа из г. Мец был изгнан местный епископ, а епископу Страсбурга, эвакуировавшемуся на юг Франции, возвращение было запрещено. Всем французским префектам и субпрефектам, эвакуировавшимся на юг во время вступления немецких войск, также было запрещено возвращаться в свои города. На их места были назначены немцы.

Постановлением министра внутренних дел Германии Фрика гражданами Эльзаса и Лотарингии считались те, кто жил здесь до ноября 1918 г. Поэтому возвращение тех беженцев, которые прибыли сюда позже, было запрещено. Французы, переселившиеся в Эльзас и Лотарингию после 1918 года, насильно изгонялись в другие департаменты Франции. Употребление французского языка запрещалось, а в случае непослушания приказом Вагнера от 27 апреля 1941 г. на виновного налагалось наказание до года тюрьмы. Вагнер запретил также пение французских песен. Однако 14 июля — в день взятия Бастилии — французские юноши и девушки все же пели свою традиционную «Несмотря ни на что, мы останемся французами», за что к августу 1941 г. в специально созданном концлагере у Ширмека было заключено 650 «политически неблагонадежных» эльзасцев. Первый ректор открытого в Страсбурге немецкого университета 25 ноября 1941 г. заявил: «Культура французского происхождения отошла в прошлое. Мы должны воспитывать у эльзасцев чувство принадлежности к немецкой нации».

Национал-социалисты особенно активно проводили в Эльзасе и Лотарингии германизацию школы. С этой целью, в частности, из Эльзаса были изгнаны 5000 французских учителей и на их место из Германии прибыли 6200 немецких учителей. Французские учителя были направлены в соседние немецкие области Вестмарк и Баден на «перевоспитание» и работали здесь под наблюдением немецких учителей. Но агенты гестапо доносили, что многие из французов «оказывают национал-социализму внутреннее сопротивление и работают недобросовестно. Они еще надеются на изменение военно-политической обстановки в пользу Франции и все еще чувствуют себя французами. Они отрицают расовую теорию, осуждают преследование евреев. Среди части немецкого населения они находят положительный отклик».

Большая часть учебного времени в школах и в высших учебных заведениях отводилась на физическое воспитание, военные занятия и пение нацистских песен, прославлявших Гитлера. 29 июля были отменены и переделаны на немецкий лад все французские названия населенных пунктов, улиц и площадей. Везде, даже в небольших селах, должна была быть площадь им. Гитлера. Все французские книги сжигались публично на кострах, изымались статуи Жанны д’Арк, запрещалось ношение каких-либо французских значков и всего того, что содержало французское национальное сочетание цветов голубого, красного и белого. Вся молодежь в принудительном порядке включалась в особую молодежную организацию, которая к июню 1944 г. насчитывала 146 тыс. членов, а все женщины должны были состоять в женской организации, насчитывавшей 13 367 членов. Опорой нацистов в осуществлении германизации Эльзаса была местная организация НСДАП, насчитывавшая 30 тыс. человек.[2]

Призыв на военную службу был введен в Эльзасе постановлением от 25 августа 1942 года. В соответствии с разделом 1 указанного акта в Эльзасе вводилась обязательная военная служба в немецких вооруженных силах для всех эльзасцев немецкой расы. Постановление было обнародовано одновременно с Указом о приобретении эльзасцами немецкого гражданства. Данный Указ был выдан Министром внутренних дел Третьего Рейха от 23 августа 1942, который распространялся также на население Лотарингии и Люксембурга.[4]

Ссылки[править]

  1. de:Robert Wagner (Politiker)
  2. а б в М. И. Семиряга. Немецко-фашистская политика национального порабощения в оккупированных странах Западной и Северной Европы. Издательство «Наука». М. 1980
  3. Залесский К. А. Кто был кто в Третьем рейхе: Биографический энциклопедический словарь.. — М.: ООО «Издательство АСТ»: ООО «Издательство Астрель», 2002. 942с. — ISBN 5-17-015753-3 (ООО «Издательство АСТ»); ISBN 5-271-05091-2 (ООО «Издательство Астрель»)
  4. Дело Роберта Вагнера