Владимир Рыжков: «Победа в первом туре Путину не светит»

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

Владимир Рыжков: «Победа в первом туре Путину не светит»

Сопредседатель незарегистрированной Партии Народной Свободы (ПАРНАС) Владимир Рыжков в программе Радио Свобода «Время гостей» поделился своим видением возможности переговоров оппозиции с российскими властями и объяснил смысл консультаций с Алексеем Кудриным. Время гостей

Владимир Александрович, по 100 тысяч человек вышло в столице два раза на митинги. Власти должны что-то сделать, они не могут игнорировать это. Какие-то уступки, как им кажется, они пообещали, но они могут вам сказать: «смотрите, у нас тоже 100 тысяч человек на улицах Москвы каждый день во время новогодних каникул на улицах демонстрируют поддержку нашей власти, гуляют, и никакой политики».
Люди с детьми могут сейчас заполнить Красную площадь, гулять с разноцветными шариками, и это тоже не будет иметь никакого воздействия на политику. Но вот если сто тысяч человек совершенно осознанно приходит на проспект Сахарова и принимают 5 политических требований к власти, а именно — отмена итогов сфальсифицированных выборов, отставка [главы Центризбиркома РФ Владимира] Чурова и всей избирательной вертикали, расследование всех фактов фальсификаций и привлечение к ответственности фальсификаторов, проведение новых парламентских выборов и принятие демократического законодательства о выборах, партиях и избиркомах — это совсем другая история.

И Путин не может не понимать — и думаю, что понимает: да, 100 тысяч вышли на площадь, но ещё миллионы людей разделяют те же самые взгляды. И это подтверждается социологией. Самая низкая поддержка Путина, Медведева и партии «Единая Россия» — в крупных городах. И Путин прекрасно понимает, что эти митинги — это только верхушка айсберга, он теряет поддержку народа. По последним данным Левада-центра, поддержка Путина сейчас — порядка 40 процентов, и она продолжает снижаться. Электоральная поддержка еще ниже — 30–35 процентов. При честных выборах у него уже сегодня нет шансов победить в первом туре. Все-таки мы видим, что сразу после Болотной было послание президента Медведева, и обещаны какие-то небольшие политические реформы. Конечно же, они недостаточны. По опросам того же Левада-центра, 65 процентов граждан России сказали, что выборы были нечестные, сопровождались нарушениями. Каждый четвертый поддерживает требование перевыборов. Но отдельные недочеты здесь исправить нельзя, исправить эту Думу невозможно.

По всем искам суды отказывают категорически. Такое впечатление, что им дана команда не принимать первичные протоколы как доказательство фальсификаций.
Да, и это только усугубляет ситуацию. Потому что все пожелания Медведева, Путина, Чурова и всей этой компании идти в суды дискредитируются ими же самими. Их же ручные суды доказывают, что ходить туда бессмысленно.

Выход может быть только один: нужно принять в течение месяца-двух новое законодательство о партиях, зарегистрировать все оппозиционные партии, принять новое законодательство о выборах, сформировать новую систему избирательных комиссий — не чуровскую, а общественную, и провести новые выборы в ноябре-декабре 2012 года. И тогда мы выберем Думу, которая получит поддержку народа. Требования прозвучали, предложения прозвучали, они опубликованы. Ответа нет. Сейчас мяч, как говорят, на стороне власти. Если власть не отреагирует, то я убежден, что протесты будут расти. Вот сейчас мы уже объявили о том, что готовится многотысячный марш 4 февраля. Я полагаю, что Путин не сможет без фальсификации выиграть выборы 4 марта — значит, в марте мы можем ожидать многотысячные акции протеста. Вполне допускаю, что в Москве на улицы в марте могут выйти 300–500 тысяч человек. Эта цифра сегодня, после Сахарова и Болотной, не кажется уже совершенно фантастической.

А предложение Алексея Кудрина о посредничестве? Он ходил к Владимиру Путину, вы с Кудриным в составе группы членов оргкомитета митинга 31 декабря встретились. Что это такое? Это просто личная инициатива гражданина Кудрина? Или это попытка со стороны власти нащупать контакт?
В большей степени, как я понял ситуацию, это инициатива самого Алексей Кудрина. На сегодняшний день это единственный человек, который общается с обеими противостоящими сторонами — он общается с нами по собственной инициативе, и он общается с Путиным. Как он сказал мне и Сергею Пархоменко, Кудрин уже трижды обсуждал с Путиным ситуацию, которая сложилась после митингов на Болотной и на Сахарова. Он предлагает власти в лице Путина сформировать политическую позицию — на что власть готова пойти по выполнению требований людей, — и сформировать группу переговорщиков.

Тут есть путаница. Люди думают, что если мы встретились с Алексеем Кудриным, то это уже начало переговоров. Я хочу еще раз всем сказать, что наша встреча с Кудриным — это не переговоры: Кудрин не является госслужащим, он в отставке, и он не является представителем власти. Кудрин может быть другом Путина, но он не уполномочен ни нами, ни Путиным на ведение переговоров. Поэтому это не переговоры.

Но ни одна из сторон его не отвергает. То есть Кудрин, в принципе, годится на роль посредника?
Да, если приходит посредник, который говорит и с той, и с другой стороной, то почему нет? Вот сейчас Швейцария, например, выполняет такую роль между Россией и Грузией. Вот если угодно, Кудрин — это такая наша «политическая Швейцария», которая выполняет посреднические функции. Но еще раз повторяю, решения власти о переговорах сегодня не существует..

Если же власть, со своей стороны, скажет: «да, мы готовы к диалогу, и вот у нас, допустим, есть четырек, пять или десять человек, которые уполномочены говорить», — то мы со своей стороны сформируем переговорную группу. Мы это уже обсудили со всеми членами оргкомитета. Но она будет формироваться не кулуарно, а голосованием в интернете. То есть люди сами выберут тех, кому они доверяют, как это было перед митингом на Сахарова.

Есть требование открытости этих переговоров.
Да, ровно поэтому, когда мы по предложению Алексея Кудрина позавтракали 31-го декабря, об этом тут же было нами сообщено в интернете, в «Фейсбуке» и в «Твиттере». И по нашему взаимному согласию Алексей Кудрин написал об этом у себя в «Твиттере». Мы изложили там все, что было во время этого разговора. Мы сторонники абсолютной открытости. Не должно быть никаких кулуарных договоренностей, никаких сепаратных переговоров, все должно быть прозрачно и открыто. Общество должно полностью знать, что происходит.
Если они покажут, что не способны на диалог, тогда события могут принять революционный характер?
Да, противостояние. Митинг, еще больший митинг, митинги по всей стране…Власти обратят внимание, когда это уже примет лавинообразный характер, вплоть до забастовок. Наша социология показала, что в основном на площади вышла интеллигенция, вышла молодежь, вышли специалисты, руководители, студенты. Там пока очень мало было, скажем, рабочих, бюджетников и так далее. А я, например, не исключаю, что может сложиться такая ситуация, что участие начнут принимать гораздо более широкие слои.

Я хочу напомнить, какие были шахтерские выступления в конце 80-х годов. Сейчас развилка для нас и для власти такова: либо начинается демонтаж вот этой системы, которую они создали, мирным путем, в рамках некой «дорожной карты», как, в частности, предложила Партия народной свободы (5–6 этапов), либо это может принять характер мирного, но жесткого противостояния с непредсказуемыми последствиями. Вот сейчас у Путина выбор между этими двумя сценариями.

Видимо, Путин считает, что любая уступка — это крах системы: чуть-чуть уступили — и рухнули.
Но, с другой стороны, только что на его глазах под давлением мирных акций рухнули несколько очень крепких режимов (Мубарака и Каддафи). Они не уступали, и, тем не менее, рухнули. Поэтому ему и так и так плохо.

Но мне кажется, если мы говорим об интересах страны, то, конечно, в интересах граждан России — мирный демонтаж вертикали и строительство современного государства, где активные граждане — в том числе городские слои, которые сейчас выходят на улицу — получат адекватное политическое представительство, которого у них сейчас нет. Сегодня, по-моему, все недовольны. И это фиксируют все социологические службы. И это как раз и есть та ситуация, когда надо менять правила игры, надо менять политическую систему, надо проводить честные, свободные выборы. Потому что та власть, которая сегодня сформирована — в частности, шестая Дума — она просто не представляет народ. Почти 16 миллионов голосов украдено. Красная цена «Единой России» на этих выборах — 166 мандатов. И вся страна об этом знает. И невозможно управлять страной с таким нелегитимным парламентом, который они сформировали.

Этот парламент устраивает так называемые легальные партии. Вы видели на митинге Геннадия Зюганова, Сергея Миронова, их иски в суд?
Не устраивает. Я видел на митинге Геннадия Гудкова, Олега Смолина, который был направлен президиумом КПРФ. Они осторожничают, потому что боятся в погоне за журавлем потерять ту синичку в виде трех комитетов, которые они сейчас отхватили у «Единой России». Но при этом я хочу обратить внимание, что и Сергей Миронов, и Геннадий Зюганов, и даже, по-моему, Жириновский заявили о том, что они в случае победы на президентских выборах объявят новые выборы в Думу.

Системные, легальные партии знают, что у них украли в совокупности около 100 мандатов — и они публично говорят о том, что нужно проводить новые выборы в Госдуму. Я посчитал: у коммунистов украли, по-моему, 30 мандатов, у «Справедливой России» — около 20. То есть украли у всех. Я уже не говорю про нас — нас вообще не допустили до выборов. Мне кажется, что лозунг о досрочных выборах в Государственную Думу может объединить всех — условно, от Миронова до Лимонова.

На митинге звучало от имени вашей партии предложение: отложить президентские выборы на месяц или на два. Но оно не попало в резолюцию.
В требования митинга попало только то, против чего никто не возражал. Есть разные мнения, что их просто нужно отменять, например, и проводить заново; мы предложили перенести, — но это все детали. Главная проблема для Путина заключается в том, что выборы 4 марта могут пройти по тому же катастрофическому для него сценарию, что и выборы 4 декабря. Все знают, что эти выборы несвободные, потому что на них не были допущены все кандидаты. И второе: господин Володин, который теперь у нас стал новым Сурковым, уже объявил о том, что задача Кремля — это победа Путина в первом туре. Я сказал уже, что победа в первом туре Путину не светит. У него резко падает рейтинг, и для того, чтобы он «победил» в первом туре, вероятно, потребуются масштабные фальсификации.

Может повториться та же история, что и 4 декабря, когда люди будут голосовать хоть за черта лысого, но только не за Владимира Путина. Если 4 марта нас ожидают не менее масштабные фальсификации и административное давление на людей, как это было 4 декабря, то тогда Путин будет столь же нелегитимен 5 марта… Кстати, еще один фактор, крайне плохой для него — ведь выборы проводит тот же Чуродей, тот же самый «волшебник» Чуров, которому, по-моему, никто, кроме Медведева и Путина, больше в стране и в мире не верит. Сейчас у нас нелегитимная Дума, а 5 марта у нас может появиться нелегитимный президент. Это и есть катастрофический для Путина сценарий, когда он будет проводить инаугурацию, а вся страна, например, возьмет свистки и будет свистеть в 12 часов дня, когда он будет идти по красной кремлевской ковровой дорожке. Полный текст программы «Время гостей» с участием Владимира Рыжкова

Ссылки[править]