Егор Холмогоров:Сталинград-43

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск


СТАЛИНГРАД-43

2 февраля — 60-я годовщина окончательного разгрома немцев под Сталинградом. Государст-венный праздник, между прочим. Этот день входит в число законодательно утвержденных дней воинской славы России. Один из тех дней, за которые подзабывшая за последние слепые годы о самоуважении Россия считает возможным и даже обязательным себя уважать. И не только Россия, кстати. Сталинградская битва оказалась предметом всемирного изумления и восхищения сразу же после того, как закончилась, и остается таковым и по сей день. Не случайно, что когда американцы решили снять фильм о русском героизме, то в первую очередь вспомнили Сталинград, и получился «Враг у ворот», фильм не нашего, конечно, розлива, но в целом не обидный. Американцы, однако, любят снимать фильмы о судьбе, а у нас все больше об истории. Об истории и интересней, и важнее, поскольку события масштаба Сталинградской битвы практически не имеют личного измерения.

Что же произошло в ноябре 1942 — феврале 1943 и почему происшедшее стало общепризнанным «коренным переломом» в Великой отечественной и во Второй мировой войнах? Дело не только в том, что русские разгромили немцев. Они это уже делали и за год до того, в битве под Москвой, но тогда никто не решил, что свершилось нечто историческое. Дело в том, как, каким именно образом разгромили немцев русские.

Когда идет сражение за многовековую столицу тысячелетней страны, то на защиту обороняющимся волей-неволей приходит вся сила, вся историческая энергия страны. Это уже битва не людей, а высших существ, в которой даже силы природы, вроде пресловутого "генерала Мороза", кажутся уже не внешними факторами, а участниками сражения. Немцы всегда могли сказать, что заманив их на свой далекий север, русские варвары там выиграли в «нечестном сражении», «холода помешали».

Совсем другое дело — Сталинградское сражение. Морозов особых не было. Скифской тактики не было. Русские просто честно сражались за город, защищая каждый дом. А потом обыграли немецкий генеральный штаб в большой стратегической игре.

Самым ужасным и позорным для Германии было то, что ее побили на ее родном поле — в игре в «Канны». В битве при Каннах великий Ганнибал разбил римскую армию, окружив ее с флангов, пока она увязла в отчаянной рубке за центральную позицию. Один из отцов-основателей немецкого генерального штаба фон Шлиффен, предопределивший развитие германской военной машины в первой половине ХХ века и разработавший, в частности, стратегию «Блицкрига», был большим поклонником Канн. Так называлась и его основная книга, которую считали своим долгом прочесть все полководцы и штабисты тогдашней Европы.

И вдруг, почти уже на границах Азии, на Волге, Канны случаются с немцами, причем весьма позорным образом. Русские собирают в кулак новейшую военную технику и отборные силы, достигают эффекта внезапности и бьют по слабому звену, по стащенными на войну с Россией ошметками «всей Европы» — немецким союзникам. Затем, закрепляя успех, перемалывают в порошок бронированный кулак Маншейна и берут в плен немецкого фельдмаршала. Все не только не по-скифски, а с величайшим стратегически искусством, как говорится, «на мировом уровне».

Испытав очередное неудовольствие Америкой или Европой, или всем «цивилизованным миром» скопом, мы любим повторять как мантру пушкинское: «иль нам с Европой спорить ново?». Очень часто за этим стоят не очень интересные шапкозакидательские эмоции: «мы выдюжим, возьмем на авось, где наша не пропадала…» и все такое. Между тем, где "наша" обычно пропадает. Под Харьковом, например, или Ржевом — порожденными именно шапкозакидательством мясорубками весны-лета 1942 года, приведшими к тому, что разгромленная Красная армия покатилась аж до Сталинграда. Зато "наша" не пропадает под Сталинградом, то есть там, где мы даем себе труд играть по всем самым строгим правилам, соответствовать самым строгим стандартам и показывать искусство мирового уровня. Вопреки нашей психологической «самоконцепции», русские — мастера не в топорной, а в высокотехнологичной ювелирной работе, такой, как обыграть Наполеона, или выиграть битву за Сталинград.

Сталинград стал и для нас, и для мира символом нашей великой победы. Символом того «успешного алгоритма действия», который дает нам преимущество и в честной борьбе, и в честной конкуренции с другими народами. Не случайно, что когда начала слагаться масскультовая золотая легенда о Путине как о великом вожде и когда было еще принято считать его победителем в чеченской войне, то первым делом его имя было объединено со Сталинградом. Помните знаменитый хит: "А в чистом поле — система "Град". За нами — Путин и Сталинград"?

Сегодня вокруг имени Сталинграда началась странная то ли борьба, то ли возня. Одни выступают за возвращение городу того имени, под которым была одержана победа, другие верещат, что не следует восстанавливать имя «кровавого палача и тирана Сталина». Ястржембский заявляет: "сам факт, что мы отмечаем юбилей одной из самых судьбоносных войн Второй мировой войны, Великой Отечественной, для нашей страны, не означает зеленый свет процессу переименования города" и ссылается на опрос (проведенный, правда, по заказу СПС), из которого следует, что сами жители — «против». Путин корректно отмалчивается. Всем, однако, понятно, что речь все-таки не о Сталине, а о памяти Сталинградской битвы, и Сталинград-2 должен бы по совести называться Сталинградоградом, если бы это не было варваризмом.

К кому присоединиться в этом споре я, право же, не знаю. Неприглядная репутация наших записных «борцов со сталинизмом» подталкивает к тому, чтобы сделать все им назло… Но кое-что останавливает. Тот город, который восстановили после войны, и который называется ныне Волгоградом, тем самым Сталинградом уже не является. Тот Сталинград навсегда остался в 1943, разрушенный, окровавленный и торжествующий. Он навсегда остался городом-символом нашей национальной исторической судьбы, встал в русской душе где-то в одном смысловом пространстве с Небесным Иерусалимом и Градом Китежем. Возможно, это единственное основание, чтобы не спускать его опять на землю, в повседневность. Пусть он и впредь остается над временем, приходя в мир сей каждое 2 февраля, помеченное в серьезных календарях как день праздничный…
…Наш Небесный Сталинград.