Иван Крылов:Два голубя

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

Басни / Два голубя



Автор:
Иван Андреевич Крылов (1769-1844)







Мартышка и очки  • Червонец  >



Ссылки на статью в «Традиции»:

  • Ошибка: Часть “|Басни” запроса не была распознана. Результаты могут отличаться от ожидаемых.
  • Ошибка: Часть “/ Два голубя” запроса не была распознана. Результаты могут отличаться от ожидаемых.
  • Ошибка: Часть “]]” запроса не была распознана. Результаты могут отличаться от ожидаемых.
О тексте:
Басня датируется 1809 годом. Перевод “Les deux pigeons” из Жана Лафонтена.


     Басни. Книга первая
      
     XVIII. Два голубя
      
     Два Голубя как два родные брата жили,
     Друг без друга они не ели и не пили;
     Где видишь одного, другой уж, верно, там;
     И радость и печаль, всё было пополам.
     Не видели они, как время пролетало;
     Бывало грустно им, а скучно не бывало.
            Ну, кажется, куда б хотеть
            Или от милой, иль от друга?
     Нет, вздумал странствовать один из них — лететь
                          Увидеть, осмотреть
                   Диковинки земного круга,
     Ложь с истиной сличить, поверить быль с молвой.
     «Куда ты? — говорит сквозь слёз ему другой; —
                   Что пользы по свету таскаться?
            Иль с другом хочешь ты расстаться?
            Бессовестный! когда меня тебе не жаль,
     Так вспомни хищных птиц, силки, грозы ужасны,
                   И всё, чем странствия опасны!
     Хоть подожди весны лететь в такую даль:
     Уж я тебя тогда удерживать не буду.
     Теперь еще и корм и скуден так, и мал;
            Да, чу! и ворон прокричал:
                   Ведь это, верно, к худу.
            Останься дома, милый мой,
            Ну, нам ведь весело с тобой!
     Куда ж еще тебе лететь, не разумею;
     А я так без тебя совсем осиротею.
     Силки, да коршуны, да громы только мне
                   Казаться будут и во сне;
     Всё стану над тобой бояться я несчастья:
            Чуть тучка лишь над головой,
     Я буду говорить: ах! где-то братец мой?
     Здоров ли, сыт ли он, укрыт ли от ненастья!»
            Растрогала речь эта Голубка;
     Жаль братца, да лететь охота велика:
     Она и рассуждать и чувствовать мешает.
     «Не плачь, мой милый, — так он друга утешает, —
     Я на три дня с тобой, не больше, разлучусь.
     Все наскоро в пути замечу на полете,
     И, осмотрев, что есть диковинней на свете,
     Под крылышко к дружку назад я ворочусь.
     Тогда-то будет нам о чем повесть словечко!
     Я вспомню каждый час и каждое местечко;
     Все расскажу: дела ль, обычай ли какой,
            Иль где какое видел диво.
     Ты, слушая меня, представишь все так живо,
     Как будто б сам летал ты по свету со мной».
     Тут — делать нечего — друзья поцеловались,
            Простились и расстались.
     Вот странник наш летит; вдруг встречу дождь и гром;
     Под ним, как океан, синеет степь кругом.
     Где деться? К счастью, дуб сухой в глаза попался;
            Кой-как угнездился, прижался
                   К нему наш Голубок;
     Но ни от ветру он укрыться тут не мог,
     Ни от дождя спастись: весь вымок и продрог.
     Утих помалу гром. Чуть солнце просияло,
     Желанье позывать бедняжку дале стало.
     Встряхнулся и летит, — летит и видит он:
     В заглушьи под леском рассыпана пшеничка.
     Спустился — в сети тут попалась наша птичка!
                   Беды со всех сторон!
            Трепещется он, рвётся, бьётся;
     По счастью, сеть стара: кой-как ее прорвал,
     Лишь ножку вывихнул, да крылышко помял!
     Но не до них: он прочь без памяти несётся.
     Вот пуще той беды, беда над головой!
            Отколь ни взялся ястреб злой;
            Невзвидел света Голубь мой!
            От ястреба из сил последних машет.
     Ах, силы вкоротке! совсем истощены!
     Уж когти хищные над ним распущены;
     Уж холодом в него с широких крыльев пашет.
     Тогда орёл, с небес направя свой полет,
                   Ударил в ястреба всей силой —
     И хищник хищнику достался на обед.
                   Меж тем наш Голубь милой,
     Вниз камнем ринувшись, прижался под плетнём.
                   Но тем еще не кончилось на нём:
                   Одна беда всегда другую накликает.
            Ребёнок, черепком наметя в Голубка, —
                   Сей возраст жалости не знает, —
     Швырнул — и раскроил висок у бедняка.
     Тогда-то странник наш, с разбитой головою.
     С попорченным крылом, с повихнутой ногою,
                   Кляня охоту видеть свет,
     Поплёлся кое-как домой без новых бед.
     Счастлив ещё: его там дружба ожидает!
                   К отраде он своей,
     Услуги, лекаря и помощь видит в ней;
     С ней скоро все беды и горе забывает.
      
                   -----
      
            О вы, которые объехать свет вокруг
                   Желанием горите!
                   Вы эту басенку прочтите,
     И в дальний путь такой пускайтеся не вдруг.
     Что б ни сулило вам воображенье ваше;
     Но, верьте, той земли не сыщете вы краше,
     Где ваша милая, иль где живет ваш друг.
     
               

<1809>