Константин Крылов:Dixi/27: О демократии

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск


N [../index.htm <на сервер Традиция]

<на сервер Россия.оrg
[0.htm <К ОГЛАВЛЕНИЮ]

[http://www.guelman.ru/slava/writers/aksen.htm Курицын

об Аксёнове]

27 2

КОНСТАНТИН КРЫЛОВ КАК
Я
УЖЕ
СКАЗАЛ
      О
ДЕМОКРАТИИ

       

5
ЖЕЛТАЯ ПОДВОДНАЯ ЛОДКА     Москва, 9 Декабря 1999 г.   Российские (и в особенности советские) представления о благах, имеющих место быть на Западе, были не столько ложными, сколько причудливо искажёнными. Особенно распространённым явлением было тривиальное квипрокво, путаница, принятие одного за другое, ложный ассоциативный ряд, подмена. Например, слово "демократия" устойчиво ассоциировалось с двумя смысловыми рядами: с "политикой" (сводящейся к чуду Свободных Выборов из Нескольких Кандидатов), и, как бы это сказать, "бытовухой", которую интеллигентные советские люди представляли себе примерно как в мультфильме "Yellow Submarine": все играют и поют, любят друг друга, охотно говорят "Yes", нюхают цветы, и надо всем этим безоблачное небо и этакое весеннее радостное настроение всеобщего праздника. При непосредственном столкновении с буднями демократического общества многие былые его поклонники ощущают известный дискомфорт. Касается он обычно как раз бытовой стороны дела. Коротко говоря, демократия почему-то способствует установлению весьма жёсткого стиля взаимоотношений между людьми. Оговорюсь: выражение "жёсткий стиль" не подразумевает ничего плохого или обидного. В конце концов, российская добродушная жестокость, в стиле "ну ты, эта, извини, канешна, братан, мы тут тебя почикать пришли", может произвести впечатленьице куда большее, нежели нейтральное западное "ничего личного, Смит, но я вынужден так поступить". Имеется в виду именно что общий фон. Западные люди часто кажутся "более твёрдыми", а отношения между ними - суше и жёстче, по крайней мере внешне. То есть, на самом-то деле, "и англичанцы чувствовать умеют", но правила игры таковы, что демонстрировать сие нежелательно. Для того, чтобы разобраться в этом вопросе, имеет смысл остановиться на генезисе "демократического поведения". А именно: откуда берется сама эта система "демократических правил игры". Прежде всего, эти самые "правила игры" не так уж иррациональны. Они более или менее сводятся к вариациям на тему "все должны вести себя прилично". Сами же правила приличия" в большинстве демократических стран взялись известно откуда. Это ни что иное, как более или менее удачно скопированные обществом нормы поведения верхних слоев этого самого общества. Причем, замечу, "старых" верхних слоев. (Например, "нормы демократического поведения" в Англии — это несколько подредактированный "джентельменский кодекс".) Почему, однако, "плебейские привычки" не могут служить опорой демократическому обществу? Вроде бы это было бы логичнее: в конце концов, само понятие демократии связано с "демосом", то бишь, переходя на латынь, с популюсом и плебсом. Казалось бы, демократия как стиль жизни должна быть построена на "низовой культуре", чуть приукрашенной благами цивилизации (то есть, считай, тот самый весёлый йеллоусубмаринный мир). Это, однако, отнюдь не так. И на то есть очень веская причина. Она заключается в том, что "демократические нормы" могут быть выработаны только там, где они жизненно необходимы. Что предполагает "демократия" — в самом лучшем, замечу, понимании этого слова? Что приходит на ум? Честность, верность слову, неприкосновенность частной жизни, признание за другими людьми определенных прав, и т.д. и т.п. А теперь подумаем: в какой среде подобное поведение выглядело бы естественным, не навязанным извне? Очевидно, в той, где подобное поведение способствовало бы выживанию и успеху. Такую среду представить себе несложно. Это общество "сильных людей", каждый из которых таков, что с ним "лучше не связываться" даже другим сильным людям, потому как обойдется себе дороже. Чтобы было понятно, о чем речь, позволю себе такое сравнение. Представьте себе бой двух львов и двух черепах (или, скажем, улиток). Черепахи могут сколько угодно стучать друг о друга панцирями. А какой серьезный вред могут нанести друг другу две улитки, вообще непонятно. Зато со львами дело обстоит как раз наоборот: один удар львиной лапы рвет шкуру до мяса — даже если это шкура другого льва. Сила (сама по себе) не прибавляет крепости телу: лев сделан из той же плоти, что и баран. Серьезное столкновение с сильным противником для него крайне нежелательно. При этом (что очень важно), "естественный отбор наиболее мирных особей" в данном случае невозможен. Лев должен быть сильным и агрессивным, льву необходимо поддерживать себя "в форме" — хотя бы для того, чтобы справляться с добычей. Теперь другой пример: представим себе конфликт двух нищих и двух "больших господ" (скажем, средневековых феодалов). Нищие легко вцепляются друг другу в волосья по любому поводу  — именно потому, что не могут причинить друг другу особого вреда (даже вреда здоровью, которого "не жалко"). Напротив, господам есть что терять: каждый из них может причинить немалый вред собственности другого (достаточно одного хорошего набега). При этом, опять же, ждать, что самые злые и отмороженные феодалы друг дружку сами перережут, а выживут самые добрые и мирные, тоже не приходится: феодал на то и феодал, что должен в любой момент быть способным постоять за себя, иначе "плохие парни" рано или поздно перестанут воевать друг с дружкой и нападут на "хороших". На этом противоречии и вырабатываются нормы "демократического поведения". Вначале появляются разного рода способы избегания и сведения к нулю ненужных (!) конфликтов: разного рода "политес", "манеры", а потом дело доходит до изощренных кодексов чести и прочих странностей. Все это — средства обойти основное противоречие: агрессивность должна быть, но проявлять ее по любому поводу самоубийственно. В конце концов вырабатывается своеобразное поведение, когда количество поводов для дозволенной агрессии сводятся к минимуму, и все попытки выйти за рамки жестко пресекаются. Культивируется контролируемая агрессивность, "агрессивность в рамках". Возникает своеобразное искусство "держать себя в руках", вырабатывается понятие вменяемости (полупсихологическое-полуюридическое), на котором в дальнейшем и строится все здание "демократического поведения". Однако, такого рода "естественная демократия" ограничена рамками одного класса. "Настоящая" демократия возникает, когда выработанные "наверху" нормы становятся достоянием всего общества в целом (то есть они начинают навязываться даже тем людям, которые могли бы прекрасно без них обойтись). Впервые этот процесс "в широких масштабах" прошел в уже упоминавшейся Великобритании. Можно сколько угодно иронизировать над нищими в цилиндрах, говорящими "сэр" и "будьте столь любезны" — но это было признаком того, что "верхушечные" нормы были успешно навязаны, что называется, "самым широким массам". (Почему и как это произошло — отдельный разговор.) В демократическом обществе люди боятся друг друга #1 1, причём имеют на это все основания. Это общество, в котором каждый понимает, что другой небеззащитен, что с ним нельзя сделать все что угодно, и что даже последнее ничтожество, если постарается, может нанести тебе существенный вред. Соответственно, надо вести себя так, чтобы такого желания ни у кого не возникало — но и в то же время все время быть готовым отразить любую агрессию, буде кто-нибудь попытается "наехать". Механизм образования "демократических ценностей" в таком случае довольно тривиален: 1. Берутся нормы поведения "сильных людей", причем только та их часть, которая касается их взаимоотношений друг с другом. 2. Они в той или иной степени упрощаются или корректируются — так, чтобы этим нормам могли бы (худо-бедно) следовать все; 3. И это навязывается всему обществу в целом. Разумеется, такая ситуация искусственна. Например, знаменитое "равенство всех перед законом" (позволяющее тому самому последнему ничтожеству более или менее успешно защищать свои права) обеспечивается огромным, дорогостоящим, и не очень эффективным механизом "Государственного Правосудия". Другие "прибамбасы" того же рода еще более дорогостоящи и еще менее эффективны. И все это основано на совершенно искусственном "воспитании привычек", выглядящих в реальной жизни довольно иррационально. Но это — единственный способ поддержания стабильности общества, состоящего из "как бы господ". Dixi. Файл:Http://hits2.infoart.ru/cgi-bin/ihits/counter.cgi?E4&dixikrylovsite


[[2.htm статье] на тему всеобщего вооружения.  

28 Следующий выпуск -

в понедельник, 13.12

наиболее

вероятная тема следующего DIXI:
ПОКА НЕ РЕШИЛ

Файл:Http://1000.stars.ru/cgi-bin/1000.cgi?dixikrylovsite
[../index.htm <на сервер Традиция]

<на сервер Россия.оrg
[0.htm <К ОГЛАВЛЕНИЮ]

[http://www.rossia.org/forum/ Форум

Россия
org
]