Неизвестный автор:Германофилия как болезнь русского национализма

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

История текста[править]

Впервые опубликовано в газете «Лимонка» №130 без указания авторства.

Приводится по Интернет-публикации: http://www.geocities.com/CapitolHill/Parliament/5336/130.html

ГЕРМАНОФИЛИЯ КАК БОЛЕЗНЬ РУССКОГО НАЦИОНАЛИЗМА[править]

Германофилия — это особая любовь к Германии и немцам, преклонение перед всем немецким, в области политической идеологии выражающееся отстаиванием идеи союза с Германией и ориентацией на Германию как идеал. Часто германофилия доходит до ступени болезни. И самое смешное и нелепое, что этой болезнью болеют до сих пор многие идеологи русского национализма.

Всех наших германофилов можно разделить на две группы: германофилы-геополитики и германофилы-расисты. Первые более умеренны, они исходят из того, что Германия и Россия являются, в соответствии с первым основным законом геополитики, континентальными, теллурократическими государствами, и на этом основании должны дружить против морских англосаксонских держав. Ведущими идеологами этого направления являются А. Дугин и Е. Морозов, а из публичных политиков подобные идеи активно озвучивает В. В. Жириновский. В своей книге «Основы геополитики» А. Дугин даже предлагает вернуть немцам Калининградскую область, «чтобы отказаться от последнего территориального символа страшной братоубийственной войны» взамен того, что немцы позволят проводить нам широкую экспансионистскую политику в отношении стран Прибалтики, Молдавии и Украины[1]. Для него также характерны чрезмерное увлечение экзотическими концепциями немецких консервативных революционеров периода Веймарской республики.

Германофилы-расисты страдают патологической формой этой же болезни. Они основываются на том, что немцы и русские принадлежат к одной арийской расе, и поэтому должны объединиться против сионизма и экспансии южных народов, прежде всего мусульманских. Эти германофилы крайне обеспокоены тем, что в современной Германии живёт шесть миллионов эмигрантов (турок, югославов и др)., что там быстро распространяется ислам, и что у современных немцев крайне низкая рождаемость. Многие из них являются рьяными поклонниками Третьего Рейха и персонально А. Гитлера, зачитываются «Майн Кампф», жалеют о нереализовавшейся возможности союза между Третьим Рейхом и Советским Союзом. Это направление представляют неоязычники В. Безверхий («Союз Венедов»), С. Жариков (журнал «Атака»), монархисты Г. Осипов («Христианское Возрождение»), А. Широпаев и другие. Чрезмерно германофильскими были издававшиеся ранее газеты «Русское воскресенье» и «Народное дело». Ярым германофилом-гитлеропоклоником был ранее и лидер РНЕ А. Баркашов. Его восхваления Германии и Третьего Рейха доходили до мазохизма по отношению к собственной стране, к тому поколению русских людей, которое воевало в Великую Отечественную войну[2]. Потом А. Баркашов протрезвел и даже осудил представителей мелких неонацистских и неоязыческих групп, которые пропагандируют идеи «единства белой расы», обвинив их в интернационализме[3].

Критику германофилов лучше всего начинать с истории. Стоит отметить, что в русском народе никогда не было никаких особых симпатий к немцам (как впрочем и у немцев к русским, «русише швайн», — это самое мягкое, что они могут о нас сказать). Немцев и называли немцами («немыми») не только потому, что они не понимали русского языка и не говорили по-русски, но и потому, что русские так отмечали их чужеродность и враждебность России. Прославленный герой Земли Русской князь Александр Невский почитался и почитается прежде всего за две его победы — над шведами (тоже «арийцами») в 1240 году и над ливонскими (немецкими) рыцарями в 1242 году. Германофилия в дореволюционной России появилась только после западнических реформ Петра I и наплыва прибалтийских немцев в государственный аппарат. И поэтому она была свойственна только части высших сановников и помещиков, часто самих бывших немцами, но народу была чужда. Можно сказать, что германофилия в России XVIII-XIX веков представляла собой консервативный вариант западничества, в то время как либеральные интеллигенты-западники поклонялись Франции. Но в конце XIX-го — начале XX-го века у Германии и России возникли самые серьёзные противоречия, на Балканах, из-за контроля над Проливами и над Турцией вообще, о чём любой желающий может прочитать в серьёзной исторической литературе. Кроме того, правящие круги Германской империи хотели отторгнуть от России и колонизировать Прибалтику, Белоруссию и Украину. Именно поэтому Германия и Россия воевали между собой в первую мировую войну, а вовсе не из-за мифических происков атлантистов.

Что касается общей принадлежности русских и немцев к индоевропейским (арийским) народам, о которой любят говорить расисты и неоязычники, типа В. Безверхого, то биологическое родство народов в истории не имеет никакого значения. Часто народы, имеющие общее происхождение, жестоко враждуют (лучший пример: сербы и хорваты, даже говорящие на одном, сербскохорватском языке), в то время как народы, далёкие друг от друга и даже принадлежащие к разным расам, успешно сотрудничают (пример: немцы и японцы во второй мировой войне). Вспомним также, во время восстания Пугачёва 1773-1775 года русские крестьяне и казаки вместе с представителями таких «неарийских»народов, как башкиры, удмурты, марийцы, мордва и пр. гнали и истребляли «лютеров», то есть немцев-лютеран, и боролись за свержение власти немки Екатерины II, которая тысячами отдавала русских людей в крепостное рабство своим любовникам.

Интересно отметить, что после революции германофилия нашла своё превратное воплощение в надеждах большевиков на социалистическую революцию в Германии, потому что немецкая компартия была самой сильной и многочисленной в мире после РКП(б). Конечно, мы знаем, эти надежды не оправдались, но они всё же имели под собой реальную почву, в отличие от беспочвенных фантазий некоторых наших националистических идеологов, видящих в наличии групп хулиганствующих подростков, называемых скинхедами, предпосылку для «национальной революции» в Германии. Раппальский же договор и последующее сотрудничество между Советской Россией и Германией был часто вынужденной мерой, ибо Германия была побеждённой страной в первой мировой войне, Россия изолирована из-за установления там коммунистического правления, когда же Германия вернулась в семью великих держав, а СССР вышел из изоляции, настал конец и этому сотрудничеству.

Германская дружба с русскими. 1942. (трофейный снимок)

В националистической печати и литературе иногда можно встретить утверждения о том, что великий исторический шанс был упущен в результате того, что не состоялся союз между Третьим Рейхом и СССР. В качестве возможности такого союза указывается на советско-германский пакт о ненападении от 23 августа 1939 года и на договор о дружбе и границе от 28 сентября 1939 года. Но, во-первых, если этот союз не состоялся, то в этом виновата прежде всего Германия, ведь Сталин до конца отказывался верить в возможность войны, а во-вторых, даже если бы такой союз и имел место, ничего хорошего для русских людей он бы не принёс. Допустим, что СССР и Германия объединили свои усилия и разгромили Англию и Америку. Тогда после победы над атлантистами они, скорее всего, передрались бы между собой (точно так же, как рассорились СССР и Америка после совместной победы над Германией). Скорее всего, к тому времени у немцев уже было бы создано ядерное оружие, и Гитлер, в отличие от американцев, не постеснялся бы его применить в широких масштабах против Советского Союза.

Что касается современной Германии, то перспектив для её союза с Россией нет никаких, а все рассуждения А. Г. Дугина о непреложности законов геополитики выглядят отвлечённой фантазией романтика-германофила (вообще, является ли геополитика наукой или нет — это тема для отдельной статьи). Для того чтобы Германия порвала с США и стала чем-то наподобие Четвёртого Рейха, нужна мощная политическая сила, которая бы пришла к власти и осуществила такой поворот. Но таковой на сегодняшний день мы не видим, и не удивительно. Более чем полвека либеральной демократии для Германии не прошли даром, за это время выросли поколения, которым хорошо промыли мозги гуманизмом, пацифизмом и американской массовой культурой, а также внушили комплекс вины за «холокост». Современные немцы совсем другие, нежели были, скажем, в начале века. Сейчас в Германии самые мощные в Европе экологическое, феминистское и пацифистское движения, «зелёные» даже вошли в правительство, зато националистические организации слабы, малочисленны и раздроблены, ни одной из них не удаётся преодолеть пятипроцентный барьер, чтобы пройти в бундестаг. Самая многочисленная националистическая организация в Германии, Немецкий Народный Союз, возглавляемый доктором Фреем, насчитывает, по данным журнала «Атака» (4) 24 тысячи человек (цифра несомненно раздутая самим доктором Фреем, недаром он друг лгуна Жириновского — прим. редакции), что невелико, конечно, для страны с 80 млн. человек населения[4]. Другие организации со сходной идеологией насчитывают, как правило, по нескольку сот человек. Приходится констатировать, что у националистов гораздо лучше положение во Франции, где они объединены в единую организацию — Национальной Фронт Ле Пена, в то время как «зелёные» и пацифисты так и не стали влиятельной политической силой.

Но если бы наш союз с Германией и был бы возможен, то вряд ли он был бы выгоден и для России, и для Германии. Для России он бы означал закабаление немцами и превращение в сырьевой придаток Германии, а ведь известно, какие немцы умелые, жестокие и основательные эксплуататоры, ничем не лучше евреев. Для Германии же он мог означать большие расходы на экономическую помощь России, а вряд ли немецкие налогоплательщики пожелали бы тратиться на русского Ивана (при Коле и так уже много потратились). Кроме того, в случае неизбежного в таком случае разрыва с США им бы пришлось увеличивать военные расходы, укреплять армию, а вряд ли современная немецкая молодёжь предпочтёт, даже в отдалённой перспективе, отправляться на фронт и умирать за Германию вместо того, чтобы спокойно сидеть себе у телевизора и пить «Пепси-колу». Давно пора понять, что Германия, США и другие страны представляют собой единый блок либеральных государств, которые настолько между собой взаимосвязаны в экономическом, политическом и информационном отношениях, что любой разрыв между ними невозможен. Конечно, между странами, составляющими этот блок, возможны незначительные противоречия и расхождения, но по отношению к «нецивилизованным» народам они всегда выступают как единая сила. Не забудем, что на Балканах Германия всегда поддерживала хорватов и словенцев, и что немцы вместе с американцами, англичанами и французами бомбили дружественную нам Югославию. В самой Германии протестовали против этого только пацифисты, а трудно их назвать нашими идейными союзниками. Так что не надо строить иллюзий насчёт какого-то мифического национального подъёма в Германии, это вообще глупо сидеть и мечтать о том, что там где-то вот случится, вместо того, чтобы делать дело в своей собственной стране. Нам, русским людям, незачем преклоняться перед «фрицами», у нас есть свои герои и свои источники вдохновения. Пусть наши германофилы-фантазёры поймут, что их любовь к Германии — это явление одного порядка с преклонением перед Америкой сторонников Черномырдина и Явлинского. И то, и другое вытекает из комплекса неполноценности, который, к сожалению, многие русские испытывали и испытывают перед Западом, и который в своё время успешно лечил Иосиф Сталин. Если же кому-то так хочется «арийской расы», то пусть берёт в качестве героев для подражания индоевропейские народы Востока — курдов, персов, пуштунов и сикхов — в последние десятилетия они проявляют гораздо больше «арийских» качеств, чем «цивилизованные» немцы.

Примечания[править]

  1. Дугин А. Г. Основы геополитики. М., 1997, с. 228
  2. 2 От следствий к причинам // Русский порядок. 1993, № 2, с. 2
  3. 3 Право на будущее (интервью с А. Баркашовым) // Русский порядок. 1995, № 3-5,с. 11.
  4. Немецкие антифашистские организации // Атака. № 13.