Рогатая принцесса

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

Рогатая принцесса


Автор:
Чешская народная








Язык оригинала:
Чешский язык



Была у короля дочь. Сапожники не успевали шить на неё обувь — каждый вечер она стаптывала по триста пар башмачков. Король сильно этому дивился, но никак не мог дознаться, с кем это она так отплясывает. «Этак, думает, всю казну на башмачки ухлопаешь». Велел он следить за нею, но караульщики всякий вечер засыпали, король так ничего и не узнал, а сапожники всё шили да шили.

Но вот пришёл с войны отставной гусар и вызвался подстеречь её. Ну, раз вызвался, назначили его караульщиком и поставили ему в первой комнате особую кровать. Улёгся гусар на живот, задом кверху. А во второй комнате спала принцесса вместе со своей служанкой. Вот лежат они, принцесса и говорит служанке:

— Поди хлопни его по заднице! Та пошла и хлопнула. Гусар не шелохнулся.

— Поди шлепни его ещё раз, — приказывает принцесса. Служанка пошла и опять шлепнула. А он и не шевелится.

— Так ступай шлепни его ещё раз.

Служанка шлепнула его третий раз. Гусар и не вздрогнул. Тогда принцесса говорит:

— Теперь можем идти.

Под кроватью у них был люк. Они завернули обувь — и марш под кровать, спустились в подземелье. А гусар вскочил — и за ними. Сели обе в карету и умчались.

— Вот так так! Гоняйся за ними! В каком пекле их теперь искать?

Пошёл гусар и видит: двое спорят из-за плаща и меча. Он — к ним.

— Из-за чего у вас такой шум? — спрашивает.

— Да вот есть у нас плащ-невидимка; кто его наденет, того никто не увидит; а ещё седло—как сядешь в него, мигом примчишься куда захочешь.

— Дайте и мне поглядеть.

Они, дураки, и отдали ему. Гусар накинул плащ, вскочил в седло и пустился догонять карету, а им и спасибо не сказал.

Очутился он в оловянном лесу, отломил оловянную веточку и засунул за ленту на шляпе. И вдруг разразилась страшная гроза, гром так и грохочет, будто сейчас небо рухнет. чёрт, который их вез, соскочил, смотрит по сторонам:

— Это неспроста! Верно, здесь ещё кто-то есть!

Но никого не увидел. Поехали дальше, колеса опять застучали. Заехали в серебряный лес. Снова гроза. чёрт бегает вокруг кареты, смотрит: что же это творится, нет ли здесь кого? Никого нет, едут дальше. Гусар и серебряную веточку отломил — и тоже за ленту. Мчатся дальше, въхали в золотой лес. Вот уж где гроза так гроза разразилась. Чго только было! Словно все черти из пекла вырвались. Гром раз за разом, будто из пушки стреляют, всё кругом дрожит — ну, светопреставление, да и только. чёрт слетел с козёл, носится вокруг как бешеный:

— Ну, есть здесь кто-то, кроме нас!

Никого не видать. Сел чёрт на своё место, колеса застучали, и карета помчалась прямо в ад. А гусар успел и с золотого дерева сучок отломить и за ленту на шляпе засунул.

В пекле встречают их богатым угощением, чтобы подкрепились с дороги. Приносят принцессе суп, а гусар цап его, суп выхлебал миску — в карман. Несут ей жаркое, гусар опять — хвать его, проглотил, тарелку — в карман.

— Да что же это такое? Куда оно девается? Осталась принцесса не евши.

После угощения пошли плясать. Принцесса — нарасхват, все черти из-за неё передрались. Все три сотни пар башмачков до дыр истоптала. Что ни круг — новая пара.

После танцев чёрт говорит;

— Ну, теперь всё, наша свадьба сыграна, больше не отпущу тебя отсюда. Останешься у меня.

— Ах, отпусти меня домой ещё на одну ночь, хочется своих повидать.

— Ну, на одну ночь съезди.

А сам так и трясётся, так и вертится возле неё.

Как услыхал это гусар, сейчас же—-в седло, чтобы раньше их поспеть. Примчался, плащ повесил, седло — под голову и лёг на живот. Вот вернулись де́вицы домой. Принцесса глянула на гусара и говорит служанке:

— Шлепни его по заднице.

Та подошла, шлепнула, гусар и не пошевельнулся.

— Ладно, оставь его! Разделись и легли спать.

Утром приходит к гусару от короля посыльный

— Рассказывай, что да как.

— Так я и буду сейчас рассказывать! — говорит гусар. — Я ещё не спал. Высплюсь, тогда расскажу.

Посыльный ушёл. Гусар выспался и поехал к королю. Рассказывает ему:

— Она, — мол, — уже́ с чертом окрутилась. Там в пекле всякий вечер танцы. Все черти так за неё и дерутся, и этой чертовой пляске на ней башмачки и лопаются, будто паутинные.

— Вот как! — рассердился король.

И сейчас же приказал ей выйти замуж за гусара.

Вот справила она свою вторую свадьбу — уже́ с этим гусаром — и стала выведывать у него, как же смог он добраться в пекло. Он ей всё и объяснил.

— А чем ты это докажешь?

Показал он ей и те три веточки, и плащ-невидимку, и седло-самолёт. Как только она всё это выведала, побежала к шорнику и к портному:

— Не сможете ли вы к вечеру сделать точно такой плащ и такое же седло?

— Отчего же не сделать? Хоть к обеду!

Получила она оба заказа и сейчас же подменила волшебг ный плащ и седло; взяла их себе и бежит к королю:

— Любезный мой батюшка! Врет этот гусар: нет у него ни плаща-невидимки, ни седла-самолёта! Проверьте сами, убедитесь!

Король сейчас же приказывает позвать гусара.

— Покажи эти вещи.

Гусар накинул на себя плащ — ничего не получается; сел в седло — опять ничего не выходит.

— Так ты, значит, надул меня! Ах ты жулик! Сейчас же убирайся вон из за́мка!

Пошёл бедняга гусар прочь, зашёл в лес, ходил там, бродил, пока от голода живот не подвело. Видит — стои́т яблоня, вся яблочками усыпана. Сорвал два яблочка и съел. И как съел, выросли у него рога, да такие длинные, ветвистые, и шагу ступить не может — все цепляется рогами за деревья.

— Вот так влопался я! Был я король, а теперь — никто! Да ко всему ещё и оленьи рога выросли!

Пробирается он кое-как по лесу, подошёл к грушевому дереву. Сорвал две грушки и съел. И вдруг рога свалились наземь, будто ножом их отрезало.

— Ага, это — другая песня! Ну, погоди же! Нарвал того и другого, полны карманы набил.

Теперь достаёт он себе стульчик, столик, какие у торговок бывают, и усаживается перед королевским за́мком, прямо против окна принцессы. Разложил яблочки, ждёт.

Принцесса увидала в окно: яблочки румяные, наливные. Захотелось ей их отведать. Посылает служанку:

— Поди спроси, почём продает. Служанка пошла. Гусар отвечает:

— По червонцу штука. Это яблоки из Гесперонского сада.

Принцесса велела купить два яблока. Одно сама съела, другое отдала служанке.

И в тот же миг, как доели они яблоки, их так и раскидало по углам комнаты: такие длинные ветвистые рога у них выросли, с угла на угол достают.

Как увидел это король, сейчас же издал приказ: кто избавит принцессу от рогов, тому отдаст её в жёны.

Вот приходит гусар. Оборвался, конечно, в лохмотьях, никто его не узнал. Заявляет, что берётся вылечить. Начинает со служанки. Вынимает грушу, подаёт ей, и — гляди-ка — рога свалились на землю, будто топором срубило. У принцессы от радости аж дух замирает, но гусар говорит ей:

— Погоди, дорогая, мне нужно прежде проверить, нет ли у тебя чего на совести!

— Что вы! Ничего нет!

Он взял молоток, постучал по рогам. Так и зазвенели.

— Не знаю, де́вица, не знаю, — звенит! У вас на сердце есть что-то тяжёлое! Вы должны поверить мне свою тайну:

Тогда она рассказала ему, как гусара обманула.

— Я так и знал, что-то такое есть!

Велел ей принести плащ-невидимку и седло-самолёт. Накинул на себя плащ, сел в седло и, не успели они опомниться, умчался прочь.

А принцесса осталась рогатой, и сейчас всё с рогами ходит.