Руслан Бычков:Апостроф

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

История текста[править]

Опубликовано в газете «Завтра» №46 (678) от 15 ноября 2006 г.

Источник текста: http://zavtra.ru/cgi/veil/data/zavtra/06/678/83.html

АПОСТРОФ[править]

Как говаривал один немодный ныне автор: «самые полезные книги те, половину которых создаёт сам читатель: он развивает мысли, зародыши которых ему предлагают» (Вольтер). По данному критерию, книгу, составленную одним из ярких представителей русских «новых правых» интеллектуалов — Константином Крыловым, надобно отнести к числу «полезных книг»… В самом деле, книга К.Крылова представляет собой именно коллекцию «зародышей мысли», поелику состоит в основном из рецензий, т.е. мыслей автора «по поводу» разных прочих книг, «свежих и не очень, известных и не слишком». (Вот наудачу некоторые из заглавий: «Запах хищника», «Чаадаев и Штирлиц. Всечеловек против Сверхчеловека», «Кондовость. Опыт раcсмотрения понятия», «О тоталитарной эстетике», «Образы насилия и зла в художественной литературе» и т.п.).

Чтение сего сборника обещает быть нескучным, ибо следует согласиться с аттестацией «блестящий публицист и литератор», выданной Крылову издателями. Помимо того, что автор «последовательный русский националист, радикальный критик российской политической и культурной реальности» (из той же аттестации), он, вдобавок, превосходно владеет самыми утончёнными постмодернистскими приёмами. Свидетельством тому — рецензия на собственную книгу, также помещённая в сборник. В целом всё выдержано, как говорится в саморецензии, «в трёх аккордах песни нелюбимого автором Высоцкого «Я не люблю». Как выясняется, автор не любит Дерриду, Пелевина, контркультуру, уже помянутого Высоцкого, Ельцина Бориса Николаевича, капитализм, Окуджаву, немцев, братьев Стругацких, а также и кой-какую русскую классику. Набор банальный, разве что Щедрин и ещё почему-то Пушкин непонятно как туда попали. Впрочем, Щедрин, по мнению автора, русофоб, а Пушкин излишне постмодернистичен (читай — никчемушен). Спорно, но в пределах. Если вы разделяете подобные взгляды, читать будет интересно, если нет — забавно».

Для примера, удостоверяющего, что чтение Крылова и вправду интересно, возьмём текст, повествующий о нелюбви автора к «немцам» (нам сие особенно интересно, как завзятым германолюбам). В рецензии на превосходную книгу историка Эриха Машке «Немецкий орден» встречаем такие, например, авторские размышлизмы: «Немцы неисправимы. Что вояки, что книжные черви — у них у всех на уме «кровь и железо», железо своё, кровь желательно чужая. Но не будем возмущаться этим. Может быть, этому нам стоило бы у них поучиться. Во всяком случае, среди русских историков и близко не было «державников» подобных Машке, впрочем, как у русских не было и исторического опыта, сколько-нибудь приближающегося к кровавому, но закалившему национальный характер опыту Германского Ордена. И поневоле думаешь: не отсутствие ли этого самого опыта реального гнобления и порабощения других народов обошлось нам, терпеливым добрякам, в две мировые войны и ныне проигранную третью?». Забавно? Интересно? Скорее уж (припомним Вольтера), «полезно» и «назидательно»…

…Смысл названия книги «Нет времени», как разъясняет сам автор в саморецензии, в том, что в «ткани жизни» последних лет произошло важное изменение — времени не хватает не столько на чтение как таковое, «времени нет» именно на размышление о прочитанном. Сие обстоятельство оценивается (вполне справедливо оценивается) Крыловым как крайний негатив актуальной культурной реальности: «Наше время, начавшееся с девяностых годов прошлого века, имеет свой стиль. Имя ему — дефицит. Время, в отличие от «застоя», когда его было навалом, осознало себя как «редкий товар», за который надо дорого платить. Если раньше его можно было тратить на что душе угодно, то теперь оно (или те, кто его контролируют) просто не позволяет расходовать себя как кому в голову взбредёт. При этом меньше его не стало. Оно стало иначе организовано. Я бы сказал, теперь само время дозволяет только те занятия, которые подтверждают его, времени, ценность. Занятия при этом могут быть самыми ерундовыми — кабацкие посиделки, дешёвые детективчики или «дамские романы». Или те же компьютерные игрушки, на «прохождение» которых люди тратят годы жизни. Важно, что времяжорки оставляют человека ни с чем, кроме ощущения потраченного времени»… «Отсюда и «нет времени читать»: это ощущение создаётся искусственно. Это ощущение осведомлённости без знания предмета. «Я уже про это читал» — говорит себе человек и тратит оставшееся время на то, чтобы прочесть ещё десяток рецензий и обзорчиков «ещё и про это, и про это», вместо того чтобы прочесть, наконец, «это». На что времени не остаётся».

Таким образом, та «политическая и культурная реальность», радикальной критике коей, анализируя ощущение «нехватки времени», предаётся Константин Крылов, выявляет в глубинах своих действие некоей тёмной мистики. Та иная организация времени, о которой говорилось выше, ознаменовывает собой некую тревожную «новую эпоху человечества». Название книги К.Крылова несёт в себе, помимо вышерассмотренного, ещё и глубинный сакральный подтекст, касающийся инспирации тех сил, что покушаются «контролировать наше время». Всё довольно зловеще. Прочтём же, наконец, «это»: «Горе живущим на земле и на море! Потому что к вам сошел диавол в сильной ярости, зная, что немного ему остается времени» (Откр. 12).

Времени на то, чтобы как следует осознать сие и сделать in praxi правильные выводы из прочитанного, действительно, почти не осталось…