Филипп Дельгядо, Руслан Исмаилов:Краткая теория информобъектов

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

Вступление[править]

В рамках данной статьи будем рассматривать процесс мыследеятельности человека как некоторое отражение реальности, как построение определенной внутренней картины мира. Подобное представление свойственно множеству философских школ от периода античности и до наших дней.

Так, у Аристотеля в трактате «О душе» мы читаем: «мышление есть некоторая деятельность представления» (403,5) и, далее, «Способность ощущения и познавательная способность души в возможности тождественна этим предметам… ведь в душе находится не камень, а его форма… ум — форма форм, ощущение же — форма ощущаемого» (431b, 432a). Сегодня развитие этих взглядов можно найти в философских работах М. Мамардашвилли или в трудах по психологии Аллахвердова.

В рамках указанного подхода мы можем сказать, что сознание человека есть набор преобразований (отражений) некоторых аспектов реальности. Будем называть подобные преобразования мыследействием, а результаты подобных преобразований — мыслеобразами.

Рассмотрим теперь процесс познания человечеством окружающего мира, то есть, все множество всех частных процессов познания и отражения реальности. Сумму всех мыслеобразов, общее «отражение» реальности для всего человечества будем называть мыслетканью.

(Термин введен по аналогии со знакотканью в методологии. Кстати, вопреки кажущейся близости, мыслеткань и знакоткань имеют весьма существенные различия в структуре).

Рассмотрим мыследействие несколько подробнее. С нашей точки зрения мыследействие можно сравнить с определенной функцией, ставящей в соответствие некоторому элементу(ам) реальности некоторый(е) элемент(ы) мыслеткани.

Но что при этом нужно называть реальностью? Разумеется, в понятие «реальность» нужно включить объекты материального мира (или их следы). Но объектами мыследеятельности точно также являются номены материальных объектов, элементы языка и т. д. Более того, объектами мыследеятельности могут быть и некоторые объекты мыслеткани, разумеется в том случае, когда возможна их референция. Подобные объекты мы будем называть, соответственно, референтными.

В общем случае невозможно определить, будет ли некоторый объект в мыслеткани референтным. Разумеется, вполне достаточным является тот случай, когда объект обладает номеном. Но, к сожалению, существует значительное количество не языковых моделей сознания и коммуникации, в рамках которых обладание именем не является необходимым для референции. В качестве примера можно привести известную модель Лири-Уилсона.

Говоря о мыследействии, мы также должны осознавать различную возможную структуру как области определения мыследействия, так и области значений. И если область значений мыследействия всегда лежит в рамках мыслеткани, то область определения может быть как в реальном мире, так и в мыслеткани. Будем называть подобное объединение реального мира и мыслеткани Универсумом.

Вообще говоря, понятие «мыследействие» имеет очень близкий аналог в языке математики, а именно понятие оператора.

Используемый метод[править]

Использование в гуманитарных исследованиях метафор из области математики и физики является весьма мощной и, при этом, незаслуженно редко используемой методикой исследования. Собственно говоря, на данный момент весьма немногие области точных наук получили свое признание в гуманитарных науках в качестве источника смыслов. Кроме начал логики, некоторых элементов алгебры и незначительного числа понятий из квантовой физики вряд ли удастся припомнить что либо еще. Редким исключением являются работы И.Пригожина, впрочем, изначально не ориентированые на философскую аудиторию, и работы В.Налимова, использующие частные результаты теории вероятностей.

Разумеется, применение математических методов непосредственно в рамках философии или филологии невозможно, но вот использование сущностей и смыслов, присущих в математике в качестве метафор субъектов философии весьма оправдано. Собственно, именно в качестве метафоры в работах Налимова использованы понятия теории вероятности.

Поскольку целью данной работы является получение новых смыслов, связанных с областью человеческого знания, не имеющей четких формулировок и определений, мы не можем целиком оставаться в методологии точных наук. В данном случае стремление к четким и однозначным формулировкам не может быть реализованно. Более того, мы вынуждены размывать семантическое поле отдельных терминов, чтобы сохранить осмысленность и логичность изложения.

Но нечеткие определения не дают, зачастую, возможности перейти к четким следствиям. Чтобы решить эту проблему, мы будем стремиться к построению математической модели излагаемой терминологии, максимально адекватной по смысловой направленности. И в тех случаях, когда из гуманитарной формулировки не имеется возможности вывести какие-либо новые следствия, мы будем пользоваться математической моделью и «переводить» ее результаты обратно на язык, свойственный гуманитарным работам. Подобное двуязычие позволяет обойти множество проблем, свойственных каждому из используемых языков в отдельности, и значительно увеличить доступность текста.

В результате данная работа будет балансировать между расплывчатостью определений, свойственных гуманитарным наукам, и попыткой использовать строгость доказательств, свойственную точным наукам.

Информационные объекты и информационные структуры[править]

Как мы уже говорили, математическим аналогом мыследействия будет некоторый оператор, область определения которого представляет собой объединение реального мира и мыслеткани, а область значений — мыслеткань. Так как множество операторов с общей областью определения и общей областью значения можно представить в виде одного оператора, то можно сказать, что весь процесс мыследеятельности человека является мыследействием.

Рассмотрим некоторый специфический вид мыследействий, а именно мыследействия, переводящие некоторый образ на мыслеткани в мыслеткань. (То есть, и областью определения, и областью значений подобного мыследействия будет мыслеткань). По своему смыслу подобный вид мыследействий соответствует рефлексии. В самом деле, у Локка мы читаем: «Со временем душа начинает размышлять о своей деятельности в отношении приобретенных от ощущения идей и таким образом обогащает себя новым рядом идей, который я называю идеями рефлексии». (с. 168) Там же Локк описывает рефлексию, как «наблюдение ума за своей собственной деятельностью».

Соответственно, будем называть подобный тип мыследействия рефлексией.

Дабы избежать дурной бесконечности, уточним определение, ограничив рефлексию только теми мыследействиями, результатом которых не является ничто или весь Универсум.

Кстати, следует отметить, что, как и рефлексия у Гуссерля, в нашем определении: «любого рода „рефлексия“ имеет характер модификации сознания». Заметим также, что в наше определение входит не только рефлексия в рамках отдельного сознания, но и аналогичные процедуры, применяемые к мыслеткани вообще. Например, большая часть философии представляет из себя частные случаи рефлексивных мыследействий.

Так, Кант пишет, что «философия есть определение границ человеческого познания», то есть, оперирует непосредственно в мыслеткани.

Теперь сформулируем определение объекта нашего исследования: Информационным объектом называется множество мыследействий, замкнутое относительно рефлексии.

Разберем данное определение подробнее. Вначале обратим наше внимание на сходство некоторого набора мыследействий и понятия информации. В самом деле, подобный набор попросту описывает возможность операций над некоторыми объектами вне материальной сферы, что и является основным признаком информации. Впрочем, данной наблюдение ни в коем случае не стоит воспринимать как попытку определения информации (хотя данное определение и не противоречит большинству распространенных формулировок и является весьма функциональным). Важно лишь, что наше определение информационного объекта можно сформулировать в следующем виде:

Информационным объектом является информация, замкнутая относительно рефлексии.

Теперь обратимся собственно к содержанию определения.

Рассмотрим некоторый набор мыследействий. В тривиальном случае данный набор не будет содержать рефлексивного мыследействия (то есть, как мы помним, мыследействия, оперирующего мыслетканью). Тогда мы можем сказать, что рефлексия для данного набора мыследействий носит тривиальный характер и является тождественным преобразованием. Разумеется, подобный тривиальный набор будет являться информационным объектом.

В более сложном случае мы должны следить, чтобы в результате рефлексии мы оставались в рамках области определения наших мыследействий. Подобное ограничение требует от нетривиального информационного объекта некоторой целостности.

Хотя данное требование во многом вызвано математическим эквивалентом определения (речь о котором пойдет ниже), его гуманитарная трактовка также является вполне осмысленной.

Среди косвенных следствий определения можно выделить два:

Теперь попробуем сформулировать математическое определение информационного объекта. Аналогом рефлексии в математике будет, конечно же, композиция операторов. Тогда мы можем сформулировать следующее определение: Информационным объектом называется множество операторов, замкнутое относительно композиции.

Рассмотрим некоторые примеры.

Простейшим информационным объектом будет, разумеется, знак.

Несколько более сложным примером будет язык. Доказательство замкнутости последнего относительно рефлексии подробно описано в «Семиотике» Степанова.

Теперь рассмотрим такой набор мыследействий, что их область значения является системой в каком-либо из определений.

(В качестве наиболее подходящего к тематике исследования можно указать определение Блюменфельда: «Системой называется совокупность любым способом выделенных из остального мира реальных или воображаемых элементов. Эта совокупность является системой, если:

  1. заданы связи, существующие между элементами;
  1. каждый из элементов внутри себя считается неделимым;
  1. с миром вне системы система взаимодействует как целое;
  1. при эволюции во времени совокупность будет считаться одной системой если между ее элементами в разные моменты можно провести однозначное соответствие.»

Впрочем, в рамках математической части статьи более подходящим будет определение Месаровича).

Согласно второму закону диалектики в системной трактовке, данный набор мыследействий неизбежно имеет некоторую структуру, которая, в свою очередь полностью определяется минимальным набором ограничений на применение мыследействий и ограничений на область определения этих мыследействий. Так, например, данная область определения должна быть реферируемой.

Дадим теперь математическое определение Информационной Структуры:

Информационная система есть любое функциональное пространство над подмножеством универсума, называемым базисным подмножеством.

Собственно говоря, одним из источников требования к замкнутости информационного объекта по рефлексии была именно необходимость в обеспечении достаточного количества признаков для построения функционального пространства при создании информационной структуры.

Следует отметить, что в том случае, если мы рассматриваем результат мыследействия над некоторой конечной частью универсума, то и его структура будет иметь вырожденный вид, полностью определяемый базисным подмножеством. В дальнейшем мы не будем изучать подобный простейший случай, поэтому дальше под структурой будем понимать сложную информационную структуру: любое функциональное пространство над бесконечным подмножеством универсума.

Г-системы[править]

Рассмотрим некоторые из сложных информационных структур.

Изучим функционирование некоторой управленческой структуры с высокой степенью бюрократизации. Результатом работы такой структуры (в общем случае) является отражение некоторой области реальности (в большинстве случаев выраженной в деятельности) в виде набора документов, удовлетворяющих некоторым формальным критериям. Данное функционирование на некотором заданном уровне исследования можно рассматривать как набор мыследействий, результатом которых являются мыслеобразы-документы. Таким образом, имеется некоторый набор мыследействий, определенный на ограниченном и вполне реферируемом подмножестве универсума. При этом, область определения указанных мыследействий включена в хорошо изученную систему, подробно описанную, например, в работах Р.Серио — в так называемый бюрократический дискурс. То есть, рассматриваемая нами управленческая структура полностью подходит под приведенное выше определение сложной информационной структуры. Замкнутость по рефлексии для данной системы вполне очевидна, так как рефлексия также осуществляется (записывается) в рамках бюрократического дискурса.

Рассмотрим одну из особенностей данной системы — любое из указанных мыследействий может быть описано с помощью некоторого конечного количества терминов (в предельном случае — «разрешить» и «запретить»), например, с помощью нормативных документов. На языке математики можно сказать, что наша информационная система имеет конечный базис.

Будем называть информационные системы с конечным базисом Г-системами. Г-система, по определению, может быть представлена, как некоторый конечный автомат с бесконечным числом состояний и финитным числом правил.

Как видно из нашего примера, Г-системами, вообще говоря, будут являться любые структуры, порождающие некоторый дискурс. В общем случае конечной базой для таких систем будут синонимичные ряды, собственно и определяющие подобный дискурс.

Также примерами Г-систем можно считать сценарии поведения в рамках модели Э.Берна, большинство государственных и управленческих структур, структуры, основанные на общем виде деятельности (например, сообщество программистов или моряков).

Для Г-систем характерно выполнение всех условий теоремы Геделя о неполноте, то есть данные системы либо неполны (не описывают весь универсум), либо противоречивы.

Рассмотрим поподробнее наш первый пример Г-систем, то есть, такой пример управленческой структуры как государство. Простейшие вычисления показывают, что сложность бюрократической системы для СССР 30-80 годов достаточно близка к сложности мозга простейших живых организмов.

Данное наблюдение впервые, по-видимому, было сделано в работе А.Лазарчука и П.Лелика «Голем тоже хочет жить», хотя одушевление управленческих механизмов имеет существенно более длинную историю, из которой мы отметим лишь «Лефиафана» Гоббса. Вслед за авторами данной работы все Г-системы, созданные на основе систем управления также называются Големами.

Как мы уже говорили, некоторый набор мыследействий с общей областью определения и значения можно рассматривать как одно мыследействие. При таком подходе можно сказать, что Голем есть мыследействие из управляемой части реальности в бюрократическую мыслеткань. Данная формулировка очень похожа на наше описание человеческого сознания, как мыследействия из реальности в мыслеткань. Собственно, в какой-то степени, действительно можно говорить о Големе, как о квазиживом объекте. Следует заметить, что, так как многие Големы имеют весьма сложную структуру, их реакции на внешние воздействия, вполне вычисляемые в рамках теории систем, могут производить ощущение разумных действий. Так ли это на самом деле — зависит в первую очередь от самой формулировки понятия «разумность».

Кстати в рамках работ В.Келасьева, мы действительно можем сказать, что Големы, в особенности крупные, являются живыми объектами. Следует отметить, что, в отличие от первоначальных высказываний о Големе, как о системе, элементами которой являются люди, ее элементами являются лишь некоторые элементы деятельности этих людей — а именно мыследействия, выполняемые в рамках управленческой бюрократической структуры.

П-системы[править]

Рассмотрим теперь несколько более сложную систему, а именно естественный язык. Мы уже говорили, что язык является информационным объектом. Область значений языка (как мыследействия) является системой по вполне очевидным соображениям. Но при этом набор значащих выражений в языке (с учетом контекстов) не является конечным, и, как показывается в матлингвистике, даже не может быть описан конечным числом правил. То есть мы можем сказать, что язык является информационной системой со счетной базой.

Подобные информационные системы будем называть П-системами.

Аналогом П-систем в кибернетике будет любой конечный автомат со счетным числом правил. Кроме того, характерными примерами П-систем являются большинство из распространенных моделей психики, например модели Фрейда, Юнга, Берна и т. д.

(Доказательство последнего выходит за рамки данной статьи).

Следует отметить, что к П-системам уже не применима теорема Геделя, то есть П-система может быть и непротиворечива и полна. Научные теории, порождающие П-системы принято называть Левиафанами.

Э-системы[править]

Следующие шаги в классификации удобнее делать на основе математической модели. Как видно из предыдущих примеров, в качестве основы для классификации можно рассматривать сложность базы информационной системы. Мы уже рассмотрели случай с конечной и счетной базой. Попытаемся продолжить этот ряд.

Итак, Э-системой называется информационная система с несчетной базой.

Можно указать несколько систем, по построению являющиеся Э-системами. Например, таковой является множество всех смыслов по В.Налимову. Косвенно можно считать, что системой такого уровня будет все существующая система коммуникаций человечества. Гораздо более интересным является поиск Э-систем, не являющихся столь глобальными, как вышеприведенные.

Одним из основных признаков Э-систем можно назвать то, что Э-система оперирует не отдельными словами или иными знаками, а смыслами. Второй признак Э-системы можно получить из математической модели.

Э-система может быть представлена, как некоторое функциональное пространство над П-системами. То есть, мы можем сказать, что Э-систему можно представить как информационный объект, преобразующий психику. Подобные объекты вполне известны — это образы из коллективного бессознательного и аналогичные объекты. Вообще, в эзотерике системы, характеризующиеся подобными свойствами называют эгрегорами (откуда и появилось название данного класса систем). По-видимому, можно считать, что Э-системами являются все великие религии мира (в том числе, разумеется, и атеизм).

Трансцендентное, эзотерическое в религии не может быть выражено в языке. Особенно четко последнее проявлено в Исламе.

Так, Аль-Газали пишет: «знание о Сокрытом не может быть включено в виды того несомненного знания, что Абу-ль-Хасан аль Аш’ари называл „необходимым“, ибо таковое знание дается в виде неизменном и исходит от Сокрытого и верующий во Единого Бога разумеет то, что уже сказано…». Аналогичное противопоставление познания и трансцендентности можно найти, напрмер, у Августина в «Contra Academicos».

Хотя трансцендентное не может быть полностью передано в языке, оно может быть передано через личное общение. Так, у исмаилитов имамы являются ал-калима, словом Бога. В рамках христианства полагание к таинствам тоже требует личного участия.

Но при этом Слово, Книга дает возможность приблизиться к Богу.

То есть, в каком-то (весьма метафорическом) смысле можно сказать, что Религия есть объединение всех пределов по всем религиозным текстам, всем описаниям той самой сферы, центр которой везде. Но это и значит, что религия есть множество с несчетной базой.

Итак, одним из неотъемлемым признаком Э-системы является их трансцендентность. Кстати, в математике трансцендентными и называют все те числа, которые можно представить только как предел некоторой последовательности рациональных чисел. А Гедель убедительно продемонстрировал, что множество рациональных чисел есть множеством текстов.

Итак Э-системы можно называть трансцендентыми и с точки зрения математики, и с точки зрения теологии. Сознание человека в общем случае является именно Э-системой.

К-система. Алеф-2[править]

Попытаемся пойти дальше в рамках нашей классификации. С точки зрения математики, множества большей мощности, нежели континуум, безусловно, существуют.

Итак, К-системой будем называть информационную систему, база которой эквивалентна алеф-2.

Системы данного уровня не могут быть восприняты нами непосредственно, более того, они даже не могут быть описаны в каком-либо «конечном» виде. Есть основания полагать, что для наблюдателя система такого уровня равновелика всей реальности.

Хотя, с чисто математической точки зрения, мы можем строить иерархию информационных систем и дальше, никаких осмысленных предположений о реальном воплощении этих систем у нас нет и, видимо, не может быть.

В математике широко известно некоторое пространство класса алеф-2, а именно, так называемое пространство Соболева.

Одной из его особенностей является то, что для любого его элемента существует как его будущее (то есть функции в этом функциональном пространстве дифференцируемы), так и его прошлое (то есть функции интегрируемы). Есть ли аналог данного пространства среди информационных объектов — не известно.

Послесловие[править]

Представленная модель касается в первую очередь мыследействий, она этом совершенно не затрагивает проблему внутренней структуры мыслеткани. Тем не менее, вопрос референций в мыслеткани крайне интересен и важен. И если данная модель в качестве образца использовала некоторые элементы термодинамики, то модель мыслеткани, по видимому, будет опираться на элементы теории относительности м называться теорией информационного пространства. Но построение данной теории, определение места информационных систем в информационном пространстве, дальнейшая разработка темы взаимодействия между информационными структурами — тема для отдельной работы.

Список литературы[править]

  • 1
  • 2
    • Налимов Спонтанность сознания. — М.: Прометей, 1989.>
    • Лотман
    • Гуссерль, Локк Опыт о человеческом разумении. Сочинения в трех томах.>
  • 3
    • Кант
    • Степанов Семиотика.>
    • Садовский Основания общей теории систем.>
  • 4
    Вообще, за последнее десятилетие появилось весьма значительное число работ, посвященных анализу бюрократии в СССР.
  • 5
    • Степанов
    • Лотман
    • Ф. И. Дельгядо, Р. А. Исмаилов[1]

См. также[править]

Примечания[править]