Сергей Бизюкин:Экономические воззрения правомонархического черносотенного движения России

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

Первый устав правой национальной организации — Русского Собрания был утвержден 26 января 1901 г. Данное событие положило начало организационному оформлению имеющего глубокие корни движения, которое обычно называют черносотенным. Митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн (Снычев) писал: «В пылу полемики зачастую совершенно теряется начальный смысл понятий. Так, например, произошло с названием „черносотенец“. Те, кто употребляет его в виде бранной клички, очевидно, и не подозревают, что оно имеет многовековую и весьма достойную историю».

В настоящее время Россия переживает глубокий экономический, духовный, национальный кризис. Это придает изучению различных аспектов истории патриотического движения особую актуальность. Кроме того, в работах черносотенных экономистов присутствует критика действующих и в настоящее время процессов глобализации.

Цель данной работы — показать те основные аспекты в области экономики, которые предлагались участниками правомонархического (черносотенного) движения в начале XX в.

Экономические взгляды С. Ф. Шарапова и его единомышленников[править]

С. Ф. Шарапов без преувеличения являлся классиком русской экономической мысли, до сих пор не понятым и не оцененным. Многогранный ученый и общественный деятель, он создал труд, в котором концентрируются важнейшие основы русской экономической мысли. Хотя сам автор назвал его скромно — «Бумажный рубль (его теория и практика)», на самом же деле это "обобщающий труд, который правильнее назвать «Экономика в Русском Самодержавном Государстве».

Он постоянно подчеркивает совершенно самобытный характер русской хозяйственной системы, условия которой совершенно противоположны условиям европейской экономики. Наличие общинных и картельных отношений придает русской экономике нравственный характер. Русские крестьяне являются коллективными землевладельцами. Им не грозит полное разорение, ибо земля не может быть отчуждена от них.

Отмечая нравственный характер русской общины, Шарапов связывает с ней развитие возможностей хозяйственного самоуправления, тесной связи между людьми на основе Православия и церковности. Главной единицей духовного и хозяйственного развития России, по мнению Шарапова. должен стать тот же церковный приход.

Идеалом Шарапова была независимая от западных стран развитая экономика, регулируемая сильной Самодержавной властью, имеющей традиционно нравственный характер. Даже покупательная стоимость рубля, по мнению Шарапова, должна основываться на нравственном начале всенародного доверия к единой сильной Верховной власти, в руках которой находится управление денежным обращением.

Самодержавное государство должно играть в экономике ту роль, которую на Западе играют крупнейшие банки и биржи. Государство ограничивает возможности спекулятивной наживы, создает условия, при которых паразитический капитал, стремящийся к мировому господству, уже не сможет существовать.

Вместо шаткой и колеблющейся золотой валюты, связанной со всеми неурядицами мирового рынка, Шарапов предлагает введение абсолютных денег, находящихся в распоряжении центрального государственного учреждения, регулирующего денежное обращение. Введение абсолютных денег ликвидирует господство биржи, спекуляцию, ростовщичество. Шарапов не был противником частного предпринимательства, но считал, что оно должно носить не спекулятивный, а производительный характер, увеличивая народное богатство.

В круг единомышленников С. Ф. Шарапова входили также такие замечательные русские ученые, как А. Фролов и Г. В. Бутми.

А. Фролов стоял на позиции финансово-хозяйственной независимости России от Запада. Валютный курс рассматривал как отражение устойчивости экономического строя страны. Считал, что для России валютный курс определяется преимущественно ценами на хлеб, предлагал организацию государственных хлебных запасов, за счет которых могли бы поддерживаться устойчивые цены на хлеб в неурожайные годы. Предлагал создание внутренней кредитной валюты, независимой от зарубежных рынков.

Бессарабский землевладелец Г. В. Бутми активно выступал против финансовой политики С. Ю. Витте. В своих работах он раскрывал сущность паразитического капитала, создавшего такой мировой хозяйственный порядок, который позволял кучке банкиров управлять абсолютным большинством человечества. Бутми доказывает, что финансовые манипуляции с золотой валютой обогащают небольшую группу банкиров за счет остального человечества. Природные ресурсы страны переходят под власть международных банкиров, отечественная промышленность несет большие убытки. Экономические ресурсы страны автоматически перекачиваются в пользу западных владык, остановить которых может только твердая власть Самодержавного государства.

Проблемами спроса и предложения, бумажно-денежным обращением занимался Д. М. Пихно.

Экономические вопросы в программных документах черносотенных организаций[править]

Именно в работе, первой черносотенной организации — Русское собрание, кристаллизуются и приобретают завершенную форму основополагающие принципы русской патриотической мысли, давшие толчок развитию всего русского общественного движения и ставшие основой программы многих патриотических организаций.

В области экономики эти принципы таковы: «финансовая и экономическая политика должна быть направлена на освобождение России от зависимости иностранных бирж и рынков и должна покровительствовать возникновению промышленных предприятий и содействовать производительному труду».

В 1905 г. появляется Союз Русского народа. Одной из целей Союза, согласно его Уставу, было «поднятие исключительно русской торговли и промышленности и доставление крестьянам дешевого кредита…». Для достижения этой цели предполагалось создание банка "под названием «Всероссийский банк Союза русского народа» с отделениями, по возможности, не только по всем городам Российской империи, но и по всем волостям. Отделения банка в волостях будут называться «Крестьянскими банками Союза русского народа».

Речь шла исключительно о русской промышленности и торговле, поскольку по словам черносотенца, Священномученика Андроника (Никольского): «…хозяином в великой Российской державе и является великий Русский Народ. Посреди всех исторических бурь и бед он не растерялся, а собрал свое достояние, приумножил его и расширил почти на две части света. Он собрал под свое пространное и теплое крыло все прочие народы, ныне входящие в состав нашей страны… Только один народ мы не покоряли и не присоединяли по его желанию, а он сам присосался к нашему великому народному организму в недавнее сравнительно время, — это евреи — наследие развалившейся Польши, и разваленной-то значительным участием в том евреев».

Еженедельник «За Царя и Родину» ярко описывал, что можно ожидать от лжерусской буржуазии: «…Буржуазия, которой у нас прежде не замечалось, теперь народилась и угрожает государственной власти, трудовому мелкому, частному мещанскому сословию и крестьянству. Конечно, этим пользуются масоны и евреи, дабы канонизировать для своих целей русскую буржуазию — буржуазию самую, может быть, наглую и низкую из всех буржуазий… Наша доморощенная буржуазия… не национальна, и родилась-то она у нас с испорченной сердцевиною. Русская буржуазия, не имея свежести самобытной, заразилась гнилью Запада… Наша буржуазия всегда останется такою же чуждой народу, какою является она и в настоящее время».

«Еврейские революционеры хотят подорвать и свергнуть существующий строй, чтобы облегчить установление господства еврейских капиталистов», считали черносотенцы.

Итак, исходя из рассмотренных материалов, мы можем выделить основные экономические принципы, предлагаемые правомонархическим движением в начале XX в.:

  • экономика должна быть созидательной, а не спекулятивной, и основываться на нравственных началах;
  • экономика должна быть независимой от иностранного капитала;
  • экономика должна регулироваться сильным Самодержавным государством;
  • экономика должна быть русской, то есть приносить пользу, в первую очередь, русскому народу.

Таковы в кратком схематичном виде экономические воззрения черносотенцев. Несомненно, некоторые из них могут быть востребованы и в наши дни, а следовательно, требуют от историков дальнейшего изучения, а от экономистов — разработки.