Иван Крылов:Сочинитель и Разбойник

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
(перенаправлено с «Сочинитель и Разбойник (Крылов)»)
Перейти к: навигация, поиск

Басни / Сочинитель и Разбойник



Автор:
Иван Андреевич Крылов (1769-1844)



Дата публикации:
1817
Дата написания:
1816



Трудолюбивый Медведь  • Ягнёнок  >



Ссылки на статью в «Традиции»:

  • Ошибка: Часть “|Басни” запроса не была распознана. Результаты могут отличаться от ожидаемых.
  • Ошибка: Часть “/ Сочинитель и Разбойник” запроса не была распознана. Результаты могут отличаться от ожидаемых.
  • Ошибка: Часть “]]” запроса не была распознана. Результаты могут отличаться от ожидаемых.
О тексте:
Впервые напечатана в брошюре «Три новые басни И. А. Крылова, читанные в торжественном собрании Публичной библиотеки января 2 дня 1817 г.», СПБ, 1817 г., стр. 8—11; написана не позднее декабря 1816 г.


Басни. Книга шестая
      
XXIV. СОЧИНИТЕЛЬ И РАЗБОЙНИК

            В жилище мрачное теней
            На суд предстали пред судей
            В один и тот же час: Грабитель
        (Он по большим дорогам разбивал,
            И в петлю, наконец, попал);
Другой был славою покрытый Сочинитель:
Он тонкий разливал в своих твореньях яд,
Вселял безверие, укоренял разврат,
            Был, как Сирена, сладкогласен,
            И, как Сирена, был опасен.
            В аду обряд судебный скор;
            Нет проволочек бесполезных:
            В минуту сделан приговор.
            На страшных двух цепях железных
Повешены больших чугунных два котла:
            В них виноватых рассадили,
Дров под Разбойника большой костер взвалили;
            Сама Мегера их зажгла
        И развела такой ужасный пламень,
        Что трескаться стал в сводах адских камень.
Суд к Сочинителю, казалось, был не строг;
        Под ним сперва чуть тлелся огонек;
Но там, чем далее, тем боле разгорался.
Вот веки протекли, огонь не унимался.
Уж под Разбойником давно костер погас:
Под Сочинителем он злей с часу́ на час.
                Не видя облегченья,
Писатель, наконец, кричит среди мученья,
Что справедливости в богах нимало нет;
            Что славой он наполнил свет
        И ежели писал немножко вольно,
        То слишком уж за то наказан больно;
Что он не думал быть Разбойника грешней.
        Тут перед ним, во всей красе своей,
        С шипящими между волос змеями,
            С кровавыми в руках бичами,
Из адских трех сестер явилася одна.
            «Несчастный!» говорит она:
        «Ты ль Провидению пеняешь?
        И ты ль с Разбойником себя равняешь?
            Перед твоей ничто его вина.
            По лютости своей и злости,
                    Он вреден был,
                    Пока лишь жил;
А ты… уже твои давно истлели кости,
            А солнце разу не взойдет,
Чтоб новых от тебя не осветило бед.
Твоих творений яд не только не слабеет,
Но, разливаяся, век-от-веку лютеет.
Смотри (тут свет ему узреть она дала),
            Смотри на злые все дела
И на несчастия, которых ты виною!
            Вон дети, стыд своих семей,—
        Отчаянье отцов и матерей:
Кем ум и сердце в них отравлены?— тобою.
        Кто, осмеяв, как детские мечты,
            Супружество, начальства, власти,
Им причитал в вину людские все напасти
И связи общества рвался расторгнуть?— ты.
Не ты ли величал безверье просвещеньем?
Не ты ль в приманчивый, в прелестный вид облек
                И страсти и порок?
        И вон опоена твоим ученьем,
                Там целая страна
                        Полна
            Убийствами и грабежами,
            Раздорами и мятежами
И до погибели доведена тобой!
В ней каждой капли слез и крови — ты виной.
И смел ты на богов хулой вооружиться?
            А сколько впредь еще родится
            От книг твоих на свете зол!
Терпи ж; здесь по делам тебе и казни мера!»
            Сказала гневная Мегера —
        И крышкою захлопнула котел.

Не позднее декабря 1816