Вернер Дайтц:Основные принципы европейского рыночного порядка

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

Основные принципы европейского рыночного порядка



Автор:
Вернер Дайтц



Опубликовано:
  • Бюллетень Общества европейского экономического планирования и великопространственной экономики
Дата публикации:
1941





Переводчик:
И.З. Бестужев
Язык перевода:
русский


[Вернер Дайтц. «Жизненное пространство и справедливый миропорядок. Главные принципы Антиатлантической хартии», Амстердам, 1943 г. // Lebensraum und gerechte Weltordnung. Grundlagen einer Anti-Atlantikcharta. Ausgewählte Aufsätze von Werner Daitz.]

В последние четыреста лет мир универсально ориентировался на чисто географическую точку зрения. С прибавлением вновь открытых континентов жизнь перечисленных биологически связанных жизненных пространств, по-видимому, безгранично расширилась. Этот период сегодня окончательно завершился: новые континенты больше не будут обнаружены. Открытые в последние четыреста лет новые континенты становятся самостоятельными жизненными пространствами через видоизменение переселившихся туда людей, как, к примеру, Северная и Южная Америки.


Это региональное расщепление мира на биологически связанные жизненные пространства, а не только географически, вызвало также новый политический, экономический, культурный и правовой регионализм. Эта новая привязанность к народности и расе, к народной общности и семье народов неизбежно приводит также к новому экономическому и правовому порядку. Прежнее понимание того, что мировая экономика представляет собой сумму независимых закрытых отдельных экономик, сегодня устарело в во многих отношениях. Когда отдельная единица в своей народной общности составляет народность, чей высокий жизненный порядок и пространство связаны между собой, тогда широким шагом приходит новый порядок мира народов в сознательно биологически связанных народных общностях, семьях народов с общим великим жизненным пространством. Следовательно, возникает новая тройная связь экономики. Во-первых: с народностью (как народная экономика); во-вторых: с семьей народов (как великопространственная экономика); в-третьих: связь великопространственных экономик друг с другом в производимом обмене, как мировая экономика нового образца.


Таким образом, мы видим повсюду в мире, как принцип современной мировой революции, добивается признания лозунг: биологический регионализм вместо географически ориентированного универсализма. Эта революция реализуется в Америке под лозунгом: Северная Америка для североамериканцев, Южная Америка для южноамериканцев! В Европе подобная идея нашла выражение в новом великопространственном праве и новой европейской этике: Европа европейцам! Европейские потребности должны покрываться, прежде всего, в Европе. В Восточной Азии возник сходный восточноазиатский жизненно-пространственно-правовой порядок: Восточная Азия для восточноазиатов! И индийско-малайская семья народов поднимает требование: Индия для индийцев!


Сегодня экономики становятся жизненно-пространственными экономиками. Их позиция определяется образом жизни соответствующей народной общности или семьи народов, и живыми силами своей родной земли и ее климатом.


Порядок народной экономики и великопространственной экономики выполняется, следовательно, не так, как это вытекало до сих пор из универсалистских теорий, например о спросе и предложении, но из закона жизни народов и семей народов. Равным образом, экономическое право в народном праве и великопространственной экономике не является больше, как прежде, юридической конструкцией, но вырастает из крови и почвы. Практические результаты этого обнаруживаются сегодня в новых рыночных порядках народных экономик и во взаимных преференциях народных экономик в великопространственных экономиках.


Образцовой экономикой для подобного жизненно-законного порядка является возникающая в национал-социалистической революции новая немецкая народная экономика, которая находит самое наглядное и примечательное выражение в национал-социалистическом рыночном порядке и экономическом управлении. Она пытается возможно полнее воплотить в жизнь во всех четырех секторах экономики высший закон всех жизненных порядков — закон автаркии: жить, исходя, прежде всего, из собственного пространства и собственной силы. Продуктовая свобода, сырьевая свобода, свобода внешней торговли и финансовая свобода — следовательно, в целом экономическая свобода — есть следствие этого закона.


Эта новая позиция национал-социалистической экономики не заканчивается на немецкой экономике, но, равным образом, включает также европейскую позицию. С ее помощью пытаются покрыть повышающиеся потребности собственного производства не как раньше — в чужих континентах, но, прежде всего, у своих ближайших соседей внутри европейской семьи народов. С этой позиции провозглашается также вытекающая из обязательного жизненного закона европейской семьи народов новая нравственность, которая, обязывает и дает права всем европейским народам: европейские потребности должны покрываться, прежде всего, в Европе! Это последовательная позиция национал-социалистической экономики. — Так как общеевропейская революция вообще может совершиться только через народные революции в Европе.


Поэтому национал-социалистическая, фашистская, фалангистская и другие революции европейских народов, которые еще должны последовать, произойдут только под национальными лозунгами ставшего необходимым по всемирно-политическим основаниям общеевропейского жизненного порядка. — Поскольку сегодняшняя европейская революция, нацеленная на политический, экономический и социальный Новый Порядок общего жизненного пространства европейской семьи народов, вызвана тем, что вновь открытые континенты, на которых Европа в последние четыреста лет, как ей думалось, могла опереться, снова и снова объявляют о своей политической и экономической независимости от Европы, организуют свои людские и пространственные массы согласно законам собственного жизненного пространства и теперь бесцеремонно давят на Европу.


Вследствие этого европейская жизнь, которая больше не может прикрепляться к чужим континентам, снова быстро возвращается в свои первоначальные рамки и должна здесь организоваться по-новому, чтобы развить противодействие новым возникающим центрам силы, в сознании того, что вечное центральное жизненное пространство народов белой расы может вновь укрепить свое политическое, экономическое и культурное положение в мире, исходя из собственной силы.


Этот новый порядок европейских народов должен достичь высшей степени своей жизненной силы и силы борьбы, исходя из собственных естественных рамок Европы от Гибралтара до Урала и от Нордкапа до африканского побережья, включая естественное дополнительное пространство — Западную Сибирь и Африку. Каждый народ Европы, желающий продолжить свое существование, должен, поэтому, совершить европейскую революцию согласно собственному прирожденному образу жизни. Поэтому народные революции Европы являются одновременно национальными и европейскими. Так, вместе с обновленной верой в свой народ приходит вера в совместную европейскую судьбу. Теперь, когда эта новая позиция отдельных народов Европы означает также европейскую позицию, требуется рыночный порядок новой народной экономики, наряду с европейским рыночным порядком. Это то, без чего неосуществимы другие следствия этой позиции. Таким образом из рыночного порядка национальной, по-новому организованной Европы вырастает рыночный порядок европейской великопространственной экономики.


Европа, как жизненное и хозяйственное единство, устанавливает новые права и обязанности европейской семьи народов. Из лозунга «Европа европейцам» следует то, что каждый народ Европы является, прежде всего, гражданином Европы, и только потом — гражданином мира. Отсюда вытекает обязанность в экономическом отношении: покрывать европейские потребности в первую очередь в пределах Европы (европейские взаимные преференции), и лишь затем в пространственно — и расовочуждых континентах. Из этого возникает также следующая обязанность: покрывать экономические потребности европейской семьи народов на технически совершенной основе при сохранении национального суверенитета отдельных народных экономик, использовать свои рабочие контингенты, цены и др. без потерь через ненужные транспортные и промежуточные расходы, на общее благо Европы.


Исходя из этого революционного понимания того, что народы Европы организуют неразлучаемое народное и с этим жизненное и судьбоносное единство, возникают непредвиденные перспективы укрепления общей жизненной позиции. Идея объединенной Европы требует того, чтобы ее будущее больше не согласовывалось с европейскими обязанностями народа, если при этом он не считается с необходимостью совершать свой внутренний и внешнеторговый товарный и платежный обмен с другими европейскими народами.


В то же время в либеральной мировой экономике мир теоретически придерживался наиболее благоприятствующих условий торгового договора; уже с использованием оттавских соглашений создавалось выделенное через предпочтительную пошлину от остального мира торговое пространство, внутри которого сохранялся, однако, старый либеральный экономический порядок. Всё же новые, отмежеванные от семей народов преференциальные пространства внутри своей сферы срастались на принципах национального экономического управления и планирования, и удерживались не только внешними средствами таможен (таможенных союзов).


Всё это нашло конечное выражение в европейском рыночном порядке и порядке транспортного сообщения. К примеру, в финансово-политической области также существовала необходимость того, чтобы морские перевозки европейских стран значительно больше, чем до сих пор, ориентировались друг на друга, и чтобы их существовавшая до сих пор конкуренция, наносящая ущерб всей Европе на пользу всех других великих жизненных пространств, регулировалась с помощью видимого европейского сотрудничества. Требуется, прежде всего, замкнуть великоевропейское пространство (Европу и Африку) через планомерное использование европейских морских и речных перевозок, и только затем на этой основе планировать и осуществлять становящиеся необходимыми морские связи с другими великими пространствами. Примерами этого может служить широкомасштабное и логичное планирование внутренних и морских перевозок Японии и Великой Азии с учетом того, что участие морских сообщений в восточноазиатском общем транспортном планировании должно иметь целью сплоченность частей этого пространства, как это осуществляется в великоевропейском экономическом планировании.

Проблема избыточной конкуренции европейских морских портов друг с другом, не принимающая во внимание общие европейские интересы, также должна найти новое решение.


Как образцовое для будущего снабжения Европы сырьем, древесиной и древесными продуктами в духе европейской великопространственной экономики и европейского рыночного порядка на основе неустанной творческой работы, необходимо отметить новаторское исследование министериальдиректора Пархманна об осуществленном немецким лесным управлением великопространственном соглашении по избыточной европейской древесной продукции. Если таким же образом упорядочить производство и обмен остальным сырьем для пищевого хозяйства и промышленной экономики в европейском направлении, то это приведет не только к предсказуемому росту производства, но также к экономии на ненужном транспортировании и промежуточных расходах, что пойдет на пользу жизненному укладу европейских народов.


Таким образом, отдельные народные экономики не только не ликвидированы, но сохранили свою национальную самостоятельность и даже выиграли от повышения уровня национального разделения труда и максимально возможного избавления от выращивания монокультур. Кроме того, в структуре европейской великопространственной экономики всем этим исключались принципы английской мировой экономической системы. Следовательно с помощью европейского рыночного регулирования, прежде всего, должны быть достигнуты две цели:

1. вследствие удешевления обмена, при полном сохранении заключенных отдельными народными экономиками друг с другом торговых договоров, рабочей силы, цен и т. д., кратчайшим путем необходимо свести воедино производство и потребности при исключении прежде обычных окольных путей и промежуточной прибыли;

2. требуется осуществлять планомерное содействие европейскому производству и освоению пренебрегавшихся до того источников сырья, возможностей выращивания сельскохозяйственных культур и т. д., что шло на пользу чуждым континентам.


Если возможно было добиваться этих целей внутри немецкой и итальянской народных экономик через жизненно-законное объединение и ориентацию всех сил национальных экономик, до сих пор не знавших повышения производительности, независимости и увеличения национального дохода, то это в еще большей мере относится к рациональному и ориентированному согласно закону жизни объединению европейских экономических сил. Лишь сегодня стало ясно, какую чрезвычайную экономическую мощь объединенная Европа может представлять в европейской великопространственной экономике.


Около 550 млн человек живут в европейском жизненном пространстве. Имея только 26,6 % населения земли, они производят 45,5 % ее основной продукции (сырья и продовольственных товаров). Перед этим огромным производством блекнут доли остальных жизненных пространств. Северная Америка с 24,8 % мировой продукции достигает лишь половины европейской продукции. Иберо-Америка производит только 7,9 %, а восточноазиатское пространство совместно с индийско-малайским пространством — лишь 16 % мировой продукции. На долю Африки и Австралии выпадает по 2,9 % мирового производства. Новая Европа объединила в великопространственной экономике, организовала с помощью рыночного и транспортного регулирования все свои мощные экономические силы и сознает, что должна играть ведущую роль в формировании остального мира.