Владимир Бегун:Чему учит книга «Маугли»

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

Чему учит книга «Маугли»



Автор:
Владимир Бегун



Дата публикации:
2015
Дата написания:
между 1981 и  1989






Предмет:
Книга джунглей
О тексте:
«Чему учит книга „Маугли“» — статья В. Я. Бегуна (1929—1989), опубликованная в газете «Русский вестник» в 2015 году. Статья важна для понимания ряда общественных явлений.

«Кто не читал еще Книгу Джунглей, тому нельзя дать более дружеского совета, чем совет почитать ее. Его ждет необыкновенное наслаждение». Так начинает свою статью о книге Редиарда Киплинга «Маугли» основатель Всемирной сионистской организации Теодор Герцль.

Как известно, Герцль стоял у истоков движения, объединившего на расистской, антикоммунистической платформе самые реакционные круги еврейской буржуазии. Сионизм в прошлом и настоящем – это идеология, воплотившая в себе древнее религиозное мракобесие и современный фашизм, это политика провокаций, террора и насилия против советского, арабского, польского и многих других народов мира. Почему же сионист номер один счел необходимым рекламировать книгу для детей, повествующую о жизни мальчика Маугли в индийских джунглях? Книгу, весьма, казалось бы, далекую от его политических интересов?

Внимание «отца сионизма», конечно, привлекли первые строки книги: «Было семь часов вечера в Сионийских горах, когда Отец Волк проснулся после дневного отдыха». Название гор не присуще индийской топонимии, в действительности гора Сион, от которой пошло название сионизма, находится в Палестине. В этих горах обитает Сионийская Волчья Стая, противостоящая остальным зверям в джунглях и живущая за их счет. Уже одни только эти названия вызовут интерес у определенного читателя. Тем более что книгу рекомендует сам Теодор Герцль.

Предрасположенный к «стайности» читатель сразу узнает, что в стаю попасть не просто. Маугли очутился в ней, но волки могли его съесть. Потому необходимо стать равным среди равных – волком среди волков. Для этого в первую очередь требуются две рекомендации: «Закон джунглей говорит, что если поднимается спор о том, можно ли принять детеныша в Стаю, в его пользу должны высказаться по крайней мере два волка из Стаи, но не отец и не мать». Поскольку новичка по­звериному не обнюхивают, а требуют, как и люди, двух рекомендаций, читатель догадывается, что под стаей подразумевается организация.

Волки приняли Маугли. «И среди этих зверей, – пишет Герцль, – стоит невинное дитя­-человек, сильное своей невинностью, лишенное коварства». Невинность – не сила, а слабость, без силы же и коварства в джунглях не проживешь. И потому за воспитание Маугли взялась пантера Багира. «Все в джунглях знали Багиру, и никто не захотел бы становиться ей поперек дороги, ибо она была хитра, как Табаки (шакал), важна, как дикий буйвол, и бесстрашна, как раненый слон. Зато голос у нее был сладок, как дикий мед, капающий с дерева, а шкура мягче пуха». И Маугли получил у Багиры уроки хитрости, отваги, бесстрашия, лицемерия. А также и коварства: «Что говорит Закон Джунглей? Сначала ударь, потом подавай голос».

Вот уж, действительно, сказка – ложь, да в ней намек. О таком способе борьбы открыто, без иносказаний говорится в книге сионистского «педагога» М. Вайнтроба: «Еврей (читай: сионист – В.Б.) ведь не смеет открыто нападать, ибо он слабее; его нападки должны быть незаметными, тайными».

Но главное – не способ нападения, а воспитание у читателя культа «стаи», слепого подчинения узкой, противостоящей большинству организации. Посвящаемому внушают: «лучше умереть в Стае, чем без вожака и одному»; «волчата обычно заучивают из Закона Джунглей то, что нужно их стае и племени»; «я родился в джунглях, я слушался Закона Джунглей, и нет ни одного волка в стае, у которого я не вытащил бы занозы. Все они – мои братья».

О племенном единстве немало написано открытым текстом. Сионистский журнал «Рассвет», например, отмечал «издревле признанное положение, что между евреями должно существовать круговое поручительство, что евреи должны быть солидарны между собою». «По смыслу Талмуда все евреи – порука друг за друга, значит все евреи – один и тот же человек и интересы их общие», – свидетельствовал Г. Богров.

В условиях социализма действуют законы не племенного, а классового, интернационального единства трудящихся всех народов и наций. Поэтому о круговой поруке невозможно говорить открыто. И тут на помощь приходят внешне безобидные средствах художественной литературы.

В книге говорится, что племенной закон чрезвычайно силен – он «подобен цепкой лиане, ибо хватает всякого и никому от него не уйти». И ведь действительно так: иной внешней благопристойный гражданин как будто уже и преодолел «стайную» психологию, врос, кажется, корнями в русскую землю, ан нет – опутают его этими «лианами», оторвут от этой земли, и он оказывается в Соединенных Штатах или Израиле и там подвывает в антисоветском хоре предателей Родины.

В «сионистской стае» представления о жизни общества отличаются от общепринятых. «История есть борьба отдельных стад (наций) из-­за пастбища и борьба отдельных индивидуумов из­-за корма на этом пастбище», – говорил лидер российских сионистов А. Идельсон. А коль так, то сплоченное стадо всегда может отогнать с лучших угодий стадо, пасущееся вразброд. Потому в книге «Маугли» настойчиво внушается мысль о пользе не только организационного, но и кровнородственного единства: «Мы с тобой одной крови, ты и я». Эти «заветные слова» повторяются неоднократно.

Стая, состоящая из хитрых, смелых, подчиненных племенной дисциплине членов, противопоставлена толпе обезьян. Достоин презрения тот, кто водится с «обезьяньим народом – с серыми обезьянами, с народом, не знающим Закона, с народом, который ест все без разбора»; «у них не бывает вожака, они лгут. И всегда лгали…»; «их обычаи – не наши обычаи». Этот народ лжецов все же опасен своей численностью: «Багира и Каа, зная, как опасны обезьяны, когда их много, выжидали, чтобы не рисковать понапрасну».

С глупым и многочисленным народом следует бороться хитростью. Рекомендуется натравить на него кого­-то другого путем подстрекательства. Удав Каа, например, недоволен обезьянами. Он злобствует: «Они боятся одного меня! И недаром, – сказал Каа, – Болтуньи глупые и хвастливые… – вот каковы эти обезьяны! Одному вашему детенышу нечего ждать от них добра. Они рвут орехи, а когда надоест, бросают вниз… Кроме того, они называли меня… желтой рыбой, кажется?»

Этим и пользуется хитрая пантера Багира, желающая натравить тщеславного глупца на обезьян. «Червяком, червяком. Земляным червяком, – сказала Багира, – и еще разными кличками. Мне стыдно даже повторять».

Неразумный удав бросается на противника, подстрекатель остается в стороне. Это ли не политика?!

Потому и рекламировал книгу «Маугли» архитектор такой политики Теодор Герцль. «Это книга для детей и взрослых. Ее можно дать в руки детям, старцам, мужчинам и женщинам, – поучал он. – В этой книге все неожиданно, но в то же время так прозрачно ясно».

Вполне, конечно, ясно, что книга предназначена для воспитания членов преступных группировок, противопоставленных интересам большинства. Р. Киплинг сам был масоном и писал ее, судя по всему, с целью воспитания сыновей масонов – «волчат». Годится книга и в качестве учебного пособия для террористов – вот что сказано по этому поводу в журнале «Человек и закон»: «…Покушение на Иоанна Павла II, осуществленное членом турецкой террористической организации „Серые волкиАли Агджой. Отметим, что «волки» – это, так сказать, «типовое» название боевых (то есть террористических) организаций реакции практически во всех странах, где они действуют. Кличка предводителя любой такой банды террористов – „Акэла“ (кличка волка в книге «Маугли» – В.Б.). Вообще, иерархия в этих бандах строится в точном соответствии со структурой волчьей стаи у Р. Киплинга, автора „Маугли“».

В двадцатые годы в нашей стране действовала подпольная сионистская организация «Гашомер гацаир», главари которой в обязательном порядке требовали изучения книги Р. Киплинга. На языке идиш она в то время издавалась массовыми тиражами за государственный счет. В подпольном журнале «Путь скаутмастера» за 1925 год говорилось, что молодежь «Гашомера гацаира» должна представлять жизнь общества, как жизнь джунглей, пользуясь при этом книгой «Маугли».

Члены «Гашомера гацаира» в возрасте от 8 до 12 лет назывались «волчатами» и объединялись в «Малые стаи» и «Большие стаи». В инструкции под названием «Книга волчонка» говорилось о «пяти укусах», то есть о способах разложения пионерских организаций. Подпольная сионистская учеба называлась «волчьей подготовкой». В вышеуказанном журнале говорилось: «Стая Сиона должна действительно превратиться в стаю Сиона». Ставилась задача выработки «коллективной самодеятельности», которая «осуществляется, прежде всего, через берлоги».

Плоды «волчьего воспитания» не пропали, разумеется, даром. Они и сегодня дают ядовитые всходы.

Т. Герцль писал: «Это и еще многое, что приводит детей в восторг, а взрослых заставляет думать, – читаем мы в книге Киплинга. – Пусть отцы, у которых имеются дети, дадут им прочесть эту книгу после того, как они сами немного насладились ею». И отцы, несомненно, следовали совету «вождя», благо государственные издательства выпускали книгу огромными тиражами. Совсем недавно она вышла в Минске на белорусском и в Москве на русском языке. Было бы чрезвычайно интересно подсчитать количество и общий тираж этих изданий.

Разумеется, не во всех издательствах знают истинное предназначение этой провокационной книги – иных она увлекает острым сюжетом, а другие не способны понять двойной смысл книги из-­за лености мысли. Но люди посвященные исходят из правильного психологического расчета, на который указывает украинский ученый Н.А. Дащенко:

«Одним из наиболее эффективных средств распространения сионистской идеологии, обладающих к тому же наибольшей проницательностью, является художественная литература. Сложность содержания большого по объему литературного произведения дает возможность, под прикрытием проблем общечеловеческой значимости, вводить в него, в больших или меньших дозах, определенную, узконаправленную тенденцию. Массовый читатель, интерес которого сосредоточивается, обычно, на развитии сюжета, пассивно усваивает эту тенденцию, проводимую автором исподволь. Особенно большое влияние книги этого рода оказывают на сознание читателя, когда попадают в резонанс его собственной настроенности. В этом случае националистические предрассудки, усвоенные в семье и в ближайшем окружении, находят поддержку в печатном слове, „обогащаются“ убедительнейшими аргументами, приобретают высокую эмоциональную насыщенность. При наличии достаточного комплекта литературных произведений, на разной фабульной основе и в разнообразных социальных и исторических декорациях настойчиво муссирующих определенный комплекс идей, у молодого, а особенно у предрасположенного читателя укореняется система взглядов, внушаемая ему этими книгами».

К их числу, наряду с произведениями зарубежных (Л. Фейхтвангер) и некоторых советских писателей, относится и книга Киплинга «Маугли». Смысл ее находится в вопиющем противоречии с задачами патриотического воспитания.

В. БЕГУН