Замарашка — Грязная рубашка

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

Замарашка — Грязная рубашка


Автор:
Словацкая народная








Язык оригинала:
Словацкий язык



Были у отца три взрослых сына. У двух старших только наряды на уме. Так вырядятся, что рот разинешь да присвистнешь им вслед. А младший, лентяй да неряха, знай на печке, да в золе валяется. Вот и прозвали его «Замарашка-Грязная рубашка».

Засеял отец поле овсом. Но что ни ночь, какой-то нечестивец тот овёс вытаптывает. Никак хозяин не поймёт, что за напасть!

«Ну, погоди, я тебя так и так поймаю!» — думает он.

Кликнул сыновей и велит им поле сторожить:

— Вы его словите да бока намните, кто бы он ни был. Чтоб отбить охоту добро портить!

Два старших собираются, будто на край света: коней, собаку, дубинки — чего только с собой не тащат. Матушка им пирогов напекла, мяса нажарила-напарила. Полные сумки набила, аж по швам трещат.

— Деточки мои, — говорит, — поешьте, там, в поле, как бы вы у меня с голоду не пропали.

Ну, а Замарашка? Он украдкой отпер стол, собрал в полотняную торбочку сухих корок и зашагал в поле. Этого — коли он о чём попросит, мать из кухни

лопатой выпроваживает.

Добрались братья старшие до поля, костёр развели, коней стреножили. Пирогов да мяса доотвала наелись, вином запили.

Головушки у них отяжёлев повисли, свалились братья в овсы и пёс с ними. Хоть на кусочки режь — не проснутся. А Замарашку к себе даже близко не подпустили!

Взобрался наш Замарашка на яблоньку-дичок, грызёт сухую корочку. Пить захотел, кислого яблочка поел.

Ближе к полуночи примчались три коня, один прямиком к яблоньке и давай об неё боком тереться. Тут наш Замарашка — прыг! — Вскочил на коня, ухватился за уздечку, что есть силы держит. Жеребец, ну, скакать, с борозды на борозду, с межи на межу, с полосы на полосу! На дыбы встаёт, мечется, хочет седока скинуть. Но Замарашка крепко вцепился. Притомился конь-огонь, видит не высвободиться ему, он и говорит:

— Ну ты и молоде́ц! Сними с меня уздечку. Тряхнешь — что пожелаешь, всё исполнится.

Замарашка так и сделал, взял уздечку и домой поплелся.

На утро огляделись братья, а овёс опять весь помят-вытоптан. Рассердился отец, что не устерегли.

— Может, ты видал, кто вытоптал? — спрашивает Замарашку.

— Что я мог увидать, коли я спал, — проворчал он себе под нос.

На вторую ночь отправились караулить. Старшие братья набрали с собой пирогов, вина, жареного мяса. Замарашка — сухих корочек. Те ели, пили, пока не нерепились, А этот на яблоньке-дичке грыз сухие корочки и кислые яблочки. В полночь примчались два крылатых коня. Один сразу к яблоньке, боком об неё трется. А Замарашка с дерева — скок! И уже́ у него на спине сидит! Конь с борозды на борозду, с межи на межу, с полосы на полосу мечется! Но Замарашка вцепился, не отпускает. Конь и говорит:

— Отпусти меня, а себе бери уздечку. Тряхнёшь — все желания исполнятся!

Взял Замарашка уздечку и спрятал.

И на третью ночь отправляет их отец овсы караулить. Старшие опять едой-питьём запаслись. Сидят, от пуза едят, от пуза вином наливаются, пока их сон не сморил. Замарашка же, как и в те разы, сухие корочки кислым яблочком заедает. Не спит, караулит.

Полночь ещё не пробило, как примчался лишь один конь-огонь, подошёл к яблоньке, потёрся. Замарашка — гоп! на него с дерева! По бороздам, по межам, по овсам скачут, до тех пор скакали, пока конь уздечку не отдал и не сказал:

— Только уздечкой тряхнешь, всё получишь, что пожелаешь! Замарашка уздечку взял и хорошо припрятал.

Братья, хмельные, утром еле до дому дотащились. А отец приказал овёс на солому скосить, всё одно от него толку нет.

Однажды — хотите верьте, хотите нет, — вышел указ: король отдаст свою дочь за того, кто сумеет сорвать золотой перстень с золотого шнурка, висящего на окошке принцессы. Весть об этом разнеслась во все концы. Собрались к королю и Замарашкины братья.

— Ну, а ты-то Замарашка-Гразная рубашка, поедешь? — спрашивают они его.

— Почему не поехать? Поеду! — отвечает он и с ними рядом становится. Братья оседлали коней, расфрантились, а он взобрался на большую старую

свинью и пустился следом за ними по дороге. Не только братья, все окрест от смеха за животики держатся! Но только Замарашка выбрался за околицу, тут же тряхнул уздечкой:

— Что господину угодно? — услыхал он голос.

— Ничего не надо, только медное платье да медного коня!

И тотчас появились и медный конь, и медное платье.

Переоделся Замарашка, сел на коня и помчался во дворец.

А перед дворцом уже́ полно господ и все до окошка принцессы доскочить стараются, да всё напрасно. Стали Замарашкины братья скакать, да куда им!

Как висел перстень, так и висит. Вдруг, словно с неба свалился, появляется добрый мо́лодец на медном коне! Взвился вверх, схватил перстень вместе со шнурком, махнул рукой королевской дочери — и прочь умчался.

Только и разговоров, что о нём. Расспрашивают, ищут, во все стороны грамоты шлют. Но медного мо́лодца и след простыл.

Во второй раз летят указы, кто, мол, сорвёт с окна, что прежнего выше, золотое яблочко, тот принцессу в жёны получит.

Братья опять над Замарашкой потешаются:

— Ну, как, Замарашка, к королевскому дворцу поедешь на пестрой свинье? А он только плечами пожал и говорит:

— Поеду, отчего ж не поехать?

Братья разоделись и в седла сели, а он за ними следом на пёстрой свинье трясётся.

Но как только очутился Замарашка за околицей, достал из сумки уздечку и тряхнул.

— Что угодно господину? — слышит он голос.

— Ничего мне не надо, только серебряного коня и серебряное платье! Его желание не замедлило исполниться. Переоделся Замарашка и

— вперед!

Перед королевским дворцом опять важные господа толпятся. Скачут, да всё напрасно. Вдруг, словно вихрь, налетел добрый мо́лодец в серебряной одежде, на серебряном коне. Люди аж рты разинули. Взлетел он к окну, яблочко схватил, глянул на королевскую дочь и исчез вместе с яблочком. Все уставились — уж вы не прогневайтесь, — как бараны на новые воро́та.

Сколько ни расспрашивали, серебряный мо́лодец, как сквозь землю провалился.

И в третий раз король провозглашает, чтобы собирались ко дворцу господа. Кто достанет из самого высокого окна башни золотой платочек, тому он и дочь в жёны отдаст и целое королевство.

Понаехало тут господ, тьма-тьмущая. И Замарашкины братья туда же. А Замарашка трюх-трюх на свинье, людям насмех через всю деревню — да на гумно. Потряс уздечкой:

— Что угодно господину?

— Ничего! Только золотого коня, да золотое платье!

Переоделся он в золотое платье, сверкает ярче солнца. Вскочил на золотого коня и поскакал во дворец!

Никому и в голову не придёт в такую высь прыгать!

Но тут, словно ураган, взвился к окну золотой мо́лодец на золотом коне, схватил платок и поминай, как звали!

Не выдержал король:

— Достать мне его, хоть из-под земли!

Приказывает все города́, деревни, за́мки, дома́, кухни, печки, дворы, сараи, сеновалы обшарить! Ни одного уголка не пропустить!

А Замарашка-Грязная рубашка, как утром с печки слез, так в портках да в рубахе до́ма за печкой сидит. На голове драная военная шапка. Ни дать, ни взять — пугало огородное. Но не зря он шапку нахлобучил — под шапкой золотое яблочко и золотой платочек спрятаны. Золотой перстень на шнурочке в золу зарыл, а шнурочек к пальцу привязал. Сидит, забавляется, как дитя малое.

Явились король и солдаты — и шасть к ним в дом. Хозяйских сыновей разглядывают. Увидали Замарашку и насмехаются:

— Уж не ты ли это Грязная рубашка был?

— Это на свинье, что ли? — отвечает он в тон им с усмешкой.

— Он у нас удалец! — говорит один из братьев. — Шапка у него гусарская — с гусями воевать!

И для пущего смеха срывает с Замарашки шапку.

Вдруг из-под шапки вываливаются яблочко и платочек! Замарашка хочет поскорее шапку нахлобучить и ненароком из золы перстень на шнурке выдергивает. Господа его тотчас и опознали. Удивляются, как это такой недотепа всё спроворил.

Да только Замарашка-Грязная рубашка сам про себя лучше знает: тряхнул уздечкой:

— Что господину угодно?

— Золотое платье да коня золотого!

Оделся, вскочил на коня и полетел в королевский дворец. Там его приняли с распростёртыми объятиями, отдали принцессу в жёны и свадьбу сыграли. И сейчас они живут, коли не померли.