Текст:Иван Солоневич:«Патриоты» и комиссары враг №1 русских народных масс

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к навигации Перейти к поиску

Оценивая гибкость и действенность большевистской пропаганды нельзя терять из виду соотношение между средствами и целью. С самого начала, то есть с первых дней Октябрьской революции, цель была названа ясно и прямо:  м и р о в а я р е в о л ю ц и я. 

Из страны, разбитой на поле боя, отсталой технически, и вовсе не оформившейся политически, явился лозунг мирового коммунистического переворота, адресованный всем странам, народам, нациям и расам. От этой цели большевизм никогда не отказывался. 

Как можно видеть, в постановке целей большевики не отличались скромностью. И если эта цель не была достигнута, то не потому, что методы большевистской пропаганды были плохи. Цель оказалась недостижимой, так как была п р о т и в о е с т е с т в е н н о й. Вообразите себе организацию, которая вбила себе в голову задачу спасти страдающее и мучающееся человечество при помощи спасительного средства — хождения на четвереньках. Полагаю, что не существует такого пропагандистского гения, который смог бы этого добиться. И кроме того злейшим врагом большевистской пропаганды становится еще один фактор — реальность. Обычная, банальная реальность большевистской повседневности.

В своей пропаганде большевизм хотел одолеть человеческую натуру и реальность. И по справедливости следует признать, что в этом отношении лживый большевистский вздор достиг уровня если не гениальности, то по крайней мере виртуозности. Использовалось все: международные столкновения, международные распри, высокомерие профессоров и интеллигентов, глупость уличной девки, снобизм британской леди и голод индийской текстильщицы. 

Царь, Ленин и Богоматерь[править]

Это ужасная и поистине дьявольская сеть, сплетенная из лжи, лести, подкупа, убийства, фальшивого идеализма и вполне реального террора, подобного которому еще не знала история. 

Эта сеть оказывает свое действие. Леди Астор искренне была убеждена в том, что ее интересы можно объединить с интересами индийской текстильщицы, а заговорщики в Белграде полагали, что существование югославской монархии можно объединить с существованием так называемой диктатуры пролетариата.

Я не знаю белградских заговорщиков, но хорошо знаю ту прослойку населения, на которую они опирались. В домах сербской интеллигенции я видел своими глазами: в углу икона Богоматери, на стене портрет императора Николая II, на другой стене портрет Ленина, его убийцы. Большевистской пропаганде удавалось бросить в с е в одну кастрюлю.

В простоватой голове сербского интеллигента Ленин казался представителем большого братского православного народа, который должен защитить его, серба, от немцев, турков, болгар, итальянцев, магнатов, безработицы, бескультурья и полной безысходности новорожденного сербского империализма. 

Это все затрагивает ту сторону большевистской пропаганды, которая была направлена за границу. Стороны, направленные на р у с с к и й н а р о д я не стану перечислять, их было много. Но без сомнения самым действенным для народных масс был о д и н лозунг — лозунг патриотизма. Когда все прочее рухнуло — мировая революция, социалистическое строительство, ложь об успехах промышленности, ложь о возможности спасти большевистский хаос хотя бы от голода — тогда из архивов большевистских подделок вытащили настоящий козырь — р у с с к и й п а т р и о т и з м. 

В дни захвата власти и гражданской войны большевики швыряли в народ патриотические лозунги защиты России от интервентов — англичан, французов, немцев, японцев и даже греков. Часть русского офицерского корпуса поверила в этот лозунг и пошла в Красную Армию. Когда интервенты затем были выброшены из страны, большевизм приступил к ликвидации этих офицеров. Но акция была прервана советско-польской войной. Снова возник лозунг патриотизма, под ним подписался даже генерал Брусилов, бывший командующий Юго-Западным фронтом во время мировой войны и инициатор летнего наступления в 1917. Интервенты вернулись домой. Использованный большевиками офицерский корпус отправился в лучший из миров.

В дни страшного голода, который большевики устроили по всей России в 1921 и 1922, они выступили с патриотическим лозунгом б л о к а д ы, которую иностранцы якобы объявили СССР, чтобы уничтожить великий русский народ.  После того как система военного коммунизма, виновная в этом неслыханном голоде, привела к страшным восстаниям, большевики сделали шаг назад, к так называемой новой экономической политике (нэпу). Это было отступление перед частной инициативой, но эта частная инициатива начала разъедать весь советский аппарат изнутри. Большевистские властители оказались перед дилеммой: или допустить медленное, но неуклонное завоевание всей экономики так называемыми нэпманами, или окончательно растоптать все ростки частной инициативы. Пока нэп существовал, большевистская пропаганда объясняла его э в о л ю ц и е й советской власти и сближением с народом. 

Преступники и бродяги: офицеры [править]

Когда большевизм перешел к кровавой драме коллективизации деревни — этому неслыханному в истории грабежу — она объяснялась так: необходимо ограбить мужика, чтобы создать в о е н н у ю п р о м ы ш л е н н о с т ь, иначе Россия будет разгромлена иностранцами.   Ужасный раздор с партийной оппозицией был объяснен попыткой Б у х а р и н а добиться соглашения с западноевропейским империализмом. 

Так называемая «чистка» армии (в результате которой армия потеряла больше командиров, чем во время мировой войны) была объяснена попыткой маршалов и генералов продать страну «проклятым ф а ш и с т с к и м п с а м». 

В последние же два года большевистскую прессу просто захлестнул вал патриотической безграмотности. Маршалы Советского Союза, не выигравшие еще ни одного сражения, приравнивались к Суворову, который участвовал в 93 сражениях и выиграл их все. На свет были вытащены панславистские идеи XIX столетия и подвиги русской армии XII столетия. Доярка, которая выжала из коровы рекордное количество молока, стала называться «патриоткой». В воображении автора передовиц в «Правде» линия Маннергейма оказалась в три раза крепче линии Мажино. 

Большевистская ложь перешла самые элементарные границы здравого смысла и приняла характер форменной истерии. Эта истерия была понятна. «Большевик» не настолько глуп, чтобы не понять, что после четвертьвекового неслыханного грабежа, упадка и террора, после уничтожения 30 миллионов русских людей, после попытки подточить мировую цивилизацию, однажды наступит час окончательной расплаты. 

Можно поставить вопрос, насколько народные массы верили в эту патриотическую ложь. На это можно было бы ответить: ни на грош не верили. Ответ был бы верным, н о в т о ж е в р е м я и н е т. В каждой стране есть определенный процент идиотов, которых ничему нельзя научить и которые не могут ничему научиться. В СССР особую роль играет «А к т и в» (о котором я писал в своих книгах). Это слой населения, связанный с советской властью не на жизнь, а на смерть. Падет советская власть — этот слой будет уничтожен без остатка. Но есть и еще одно, новое, явление: после уничтожения прежних армейских командиров было начато перевоспитание бывших п р е с т у п н и к о в и «б е с п р и з о р н и к о в» в офицеры. Разумеется эти офицеры, даже без каких-либо патриотических чувств, будут сражаться до последней капли крови или до тех пор, пока их не убьют собственные солдаты. Кроме того нельзя упускать из виду, что в России живет прослойка в пять миллионов е в р е е в. Они знают совершенно точно, что крушение большевизма станет их собственным крушением. 

Еврей, который расстреливает [править]

В своих довоенных статьях в «Ангриффе» я писал: «Никакие патриотические и национальные лозунги не смогут отвратить ненависть русского народа от его истинного врага — еврейского комиссара». Во время финно-русской войны двухсотмиллионная советская империя оказалась бессильной против маленькой и почти безоружной Финляндии. Враг мужика сидел не в Гельсингфорсе, он сидел в Москве. Ни этот мужик, ни русский рабочий ничего не знают о плутократах. Они не знают, что плутократия — ничто иное как стратегический ход правящего миром еврейства, они не знают, что еврейство держит человечество в клещах — из буржуазных миллиардов и пролетарской революции. Н е у д а с т с я о д н о, т а к в о з м о ж н о у д а с т с я д р у г о е. Но е в р е й с к и й к о м и с с а р, в распоряжении которого находятся танки и самолеты, который убивает и расстреливает, этот комиссар знает мужика очень хорошо, он знает его л и ч н о. 

Впечатление от этого личного знакомства не смоет никакая пропаганда.   Для русских народных масс еврейский большевизм — это враг № 1, давнишний враг, враг нации и враг Отечества. Русский народ сражается с этим врагом оружием и саботажем уже 23 года. Никакая ложь и никакие напоминания о Суворове не вытеснят запечатлевшуюся в народном сознании картинку еврейского комиссара, который в случае победы уничтожит не только мужика и рабочего, но и всех крестьян и рабочих в Европе. Русская пословица гласит: «Ложью свет пройдешь, да назад не вернешься». Годы большевистского владычества были наполнены кровью и ложью, и сейчас для большевизма нет пути ни вперед, ни назад.

Ангрифф, 3 июля 1941 года