Константин Крылов:«Они о нас»

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

«Они о нас». К вопросу об интеллигенции



Автор:
Константин Крылов



Содержание




Серия:
Критика нечистого разума




Предмет:
Интеллигенция
О тексте:
Ранняя статья. Опубликована на «Доктрине.ру» (текст не сохранился) и потом на «России.орг». Воспроизводится по тексту http://www.holmogorov.rossia.org/libr/krylov2/intelligentia.htm с минимальной орфографической и синтаксической правкой.

I[править]

Быть интеллигентом значит разделять (общую для интеллигенции) систему ценностей. Все остальные признаки (образование, социальное происхождение и т. п. не обязательны, а при наличии — не достаточны.

Интеллигенция определяется как сообщество, объединённое признанием некоторых объективно существующих (независимо от формулировок и уровня осознания) ценностей.

Эта система ценностей до сих пор не описана. Она задаётся поведением интеллигентов и усваивается по мере усвоения такого поведения. Хотя такие попытки неоднократно делались. Интеллигенты (сами) пытались осознать себя, создав целую литературу о себе. Независимые исследователи (на Западе) ориентировались именно на эту литературу.

II[править]

Вот описание этой системы ценностей.

Интеллигент = признающий

  1. за собой и такими же, как он сам
  2. право
  3. унижать (словесно)
  4. всех и всегда
  5. публично
  6. и безнаказанно
  7. (и считающий, что) это право должны признать (за ним)
  8. все (люди вообще, и особенно власти)
  9. любой ценой (чего бы это ни стоило).

Комментарий:[править]

  1. «Признающий за собой и такими же, как он сам…» — то есть за интеллигенцией как общностью людей. В данном случае понятие интеллигенции задано индуктивно: интелли-генция суть интеллигент (принявший данную систему ценностей) и все те, кого он может признать интеллигентами (в ком он чувствует присутствие той же системы ценностей). Право, о котором идёт речь ниже, интеллигент признаёт не за всеми людьми, а только за интеллигенцией.
  2. «право…» Речь идёт не просто о возможности, но именно о праве, то есть об общезначимой норме. Это значит, что интелли-гент претендует на то, чтобы иметь возможность делать нечто всегда, везде и в любых обстоятельствах, когда он сочтёт нужным.
  3. «унижать (словесно)…» а). Интеллигент не претендует на свободу слова, то есть на право говорить вообще всё, что угодно. Он требует для себя гораздо более узкого права: унижать всё, что он сочтёт нужным унизить. Интеллигенты очень часто не признают права говорить о ком-либо что-то хорошее: их интересует только право на критику, под которой они понимают оскорбления, и только оскорбления. b). Имеются в виду только слова. Интеллигенты не требуют себе права изолировать или уничтожать своих противников физически (хотя некоторые из них могут одобрять такие действия, если они совершаются другими, или даже сами совершать их, как это делали «русские» (еврейские) террористы).
  4. «всех и всегда» — то есть безо всяких исключений. Интеллигенция настаивает на абсолютности своего права оскорблять других. Соображения истинности, пристойности, морального и иного ущерба частному лицу и государству в целом она не считает сколько-нибудь значимыми. Основанием для построения подобной системы ценностей является, как обычно, самоощущение интеллигента. В общем, интеллигент — это человек, основывающийся на суждениях типа «МЫ ДЕРЬМО». Эти слова (или тождественные им по смыслу) произносятся, как правило, с обвиняющей интонацией. Как правило, обвинение обращено не к собеседнику (который обычно сам является интелли-гентом), а к некоторому «мы». Почему, однако, «мы», а не «они»? Было бы вполне естественно полагать, что речь идет о вполне обычном неприятии «других». Но интеллигент на самом деле говорит «мы», поскольку считает самого себя относящимся к ним. Он просто оценивает этот факт отрицательно. Представим себе человека, сидящего в тюрьме. Он сам является заключенным, но ненавидит других заключенных, считая их преступниками, а себя невинной жертвой. Если к тому же добавить, что он извиняет себе все свои подлости тем, что «находится в таком окружении», картина становится вполне ясной.

III[править]

При этом главное обвинение, бросаемое интеллигентом этому «мы» (как правило, народу или правительству) состоит как раз в том, что он принадлежит этому дерьму.

Ход мысли здесь такой: множество A виновато перед X в том, что X принадлежит A.

В этом утверждении — основа интеллигентской психологии. Человек, не считающий, что он имеет нечто общее с теми, кого оценивает отрицательно, не является интеллигентом. Это может быть крайне неприятный сноб, но не более того.

Интеллигент убежден, что он сам действительно относится к тем, кого он же оценивает отрицательно. Как правило, он убежден, что «мог бы стать чем-то», если бы не «эта проклятая страна» или «этот проклятый народ». Главным прегрешением страны и народа является, как уже было сказано, тот факт, что в этой стране он живет (то есть «заключен»), а к этому народу принадлежит (то есть «испорчен»).

Ощущение того, что его ЗДЕСЬ ДЕРЖАТ, заставляет интеллигента настаивать на своем праве «дергаться», например — «говорить им всем правду». При этом он убежден, что «правду» о других он знает, поскольку «все-таки» к ним относится.

Мизеризация «мы», как правило, компенсируется идеализацией понятия «они». Для интеллигента «они» — это, чаще всего, «про-све-щен-ный Запад». Главное его свойство — это отсутствие в нем «нас».

С предельной ясностью это выражено у Грибоедова: «— Где ж лучше? — Где нас нет».

Эту фразу следует понимать буквально: хорошо может быть только там, где нет НАС (в данном случае РУССКИХ). В терминах транзактного анализа состояние психики интеллигента может быть описано формулой:

Я+, Ты (?), Мы-,

при этом, как правило, добавляется Они +.