Константин Крылов:Девушка и Пентагон

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

Девушка и Пентагон



Автор:
Константин Крылов



Дата публикации:
ноябрь 2003






Предмет:
Вторжение в Ирак в 2003 году

У современной войны ухоженное женское лицо. Во всяком случае, у американо-иракской войны оно именно такое. Эту войну в глазах мировой общественности представляет симпатичная белокурая девушка, рядовая Джессика Линч. Она уже объявлена главной героиней прошедшей войны, символической победительницей орд Саддама Хусейна, и «самой знаменитой военнопленной за всю историю войн».

Жизненный путь Джессики Линч был довольно коротким. Девятнадцатилетняя девушка из штата Вирджиния, обитавшая в городке под названием Палестина (городок известен тем, что над ним взорвался «шаттл», и больше, кажется, ничем), жила себе на свете и не знала, куда себя деть. Интересной работы ей не давали, а неинтересная — она работала продавщицей в супермаркете — её, понятное дело, не интересовала. Желая повидать разные экзотические страны, она завербовалась в американскую армию.

В большинстве случаев такое решение и в самом деле канает. Американские солдаты служат весело и интересно: весь мир в кармане, базы понаставлены везде, края в основном тёплые, население приветливо. Однако ж, случилась иракская компания, и девушку отправили именно туда — так сказать, навстречу страданиям и подвигу.

Подвиг её заключались вот в чём. 25 марта сего года во время американского наступления в Ираке, в районе города Насирия, её подразделение из-за ошибки командира сбилось с пути и попало в иракскую засаду. Девушке в каком-то смысле повезло: её винтовку заклинило, так что оказать врагам сопротивления она не смогла. Всё, что она смогла — это бросить винтовку, упасть на колени и помолиться. Молитва помогла: девять сослуживцев Джессики были убиты, а девушку — раненую и с тяжёлыми переломами, так как она попала под колёса — взяли в плен. В плену её подвергали её избиениям и пыткам, а потом ещё и собрались ампутировать ногу, так как не умели лечить переломы.

К счастью, иракский адвокат по имени Мохаммед Одех аль-Реиф, случайно узнавший от жены-медсестры, что в госпитале содержится пленная американка, посочувствовал несчастной и решил её спасти. Рискуя жизнью, он сообщил американцам о её местонахождении.

Далее последовала блестящая операция по освобождению Джессики: 1 апреля отважные рейнджеры-«морские котики», вступив в бой с иракскими войсками, отбили рядовую Линч у истязателей и вывезли её в расположение американских частей.

К сожалению, после перенесённых мук у неё образовалась частичная амнезия — Джессика не помнит, что с ней происходило в плену.

Это прискорбное обстоятельство, впрочем, не помешало ей написать книгу «Я тоже солдат» (в оригинале выразительнее: «I am a Soldier, Too»). То есть, понятное дело, книжка написана не ей самой, а «со слов»: за написание книги взялся журналист и литератор Рик Брэгг, лауреат Пулитцеровской премии. Девушка получит гонорар в размере около миллиона долларов — не такие уж большие деньги для сенсационного сочинения, по американским меркам, но всё-таки. Что касается признания со стороны государства, то Джессика была награждена медалью «Бронзовая Звезда» (вручается за заслуги во время несения боевой службы), «Пурпурным Сердцем» (даётся за ранение), а также «Медалью военнопленного». С военной службы её, правда, уволили. Зато выписали полную пенсию по инвалидности — хотя инвалидом она, к счастью, не осталась. Впрочем, вряд ли ей понадобятся эти кошкины слёзки: книжка всё окупит. Предлагали ей также сняться в кино «про себя», да как-то не склалось. Но кино всё же будет: рядовую Линч найдётся кому сыграть, тема-то выигрышная.

Повезло и смелому аль-Реифу. Он получил политическое убежище в Америке, и тоже пишет книгу на ту же тему («Спасательная операция в Наблусе»). Правда, за половинную сумму от вышеназванной, но всё равно хорошо. Кроме того, он взят на работу в весьма влиятельную вашингтонскую организацию, продвигающую в Сенате интересы частных компаний — то бишь занимающуюся легальным лоббизмом. На этом поприще адвокат-гуманист уже отличился, причём — помогая своему многострадальному народу: он способствовал тому, что ряд иракских компаний получить американские заказы.

О всемирной известности мы уже и не говорим: Джессика Линч имеет все шансы на то, чтобы заменить в умах и сердцах мирового сообщества другого спасённого американского солдата, рядового Райана.

Не забыты были и спецназовцы, выручившие девушку из беды. Прес-секретарь Центрального командования, Винсент Брукс, выразился так: «Несколько смельчаков рискнули жизнью ради спасения рядовой Линч, так как они хранят верность заповеди — никогда не покидать товарища, попавшего в беду». Разумеется, «несколько смельчаков» действовали не по своей инициативе, а по приказу начальства, но последнее скромно стушевалось.

Подвиги Джессики были замечены и в России — и вызвали симпатию и сострадание. Вот что, например, рассказывал радиослушателям корреспондент радио «Свобода» Александр Соловьев, допущенный американцами «на войну»: «В те дни, когда я находился в Ландштуле, туда привезли освобожденную из иракского плена тяжелораненую Джессику Линч. Мне, к сожалению, не удалось с ней побеседовать. Все были удивлены ее мужеством и присутствием духа… Глядя на эту хрупкую симпатичную блондинку, всего 1 метр 62 сантиметра ростом, трудно поверить, что она, попав в засаду, вела бой до последнего патрона и уложила несколько иракских солдат. Из 15-ти солдат ее 507-й роты технического обслуживания двое были убиты в бою, пятеро вместе с ней попали в плен, семеро сначала числились пропавшими без вести, теперь известно, что они были замучены и казнены иракскими солдатами. Увечья Джессики Линч — результаты пыток сотрудниками иракской военной разведки.»

Не будем иронизировать — про заклинивший винтовочный затвор тогда ещё не знали, а истерически-восторженный тон корреспондента по-человечески понятен. Особенно в ситуации, когда сочувствовать победоносным американским войскам сложно, а нужно: убеждения и место работы к тому обязывают.

Дальше, правда, начались накладки. Британский журналист из газеты Guardian Джон Кампфнер начал раскапывать детали происшедшего. Начал он с опроса британских корреспондентов, работавших тогда в американском пресс-центре и присутствовавших при первом официальном сообщении о спасении Джессики. Судя по рассказам, американское командование явно мухлевало и скрывало какую-то часть информации.

Что именно скрывали, выяснилось, когда Насирия была оккупирована американцами, и заговорили врачи из той самой больницы, где держали Джессику.

Оказалось, что девушку никто не пытал и не мучил. Наоборот, ей сочувствовали и честно пытались лечить — причём в условиях острой нехватки лекарств и оборудования. Ей отдали единственную имевшуюся в госпитале специальную хирургическую кровать, и приставили к ней одну из двух сиделок с этажа. «Мы сделали ей три переливания донорской крови, причем две дозы мы взяли у наших сотрудников, потому что запасов крови к тому времени у нас уже не было, — рассказывает доктор Харит аль-Хусона, лечивший Джессику. — Я осматривал ее, обнаружил перелом руки, перелом бедра и вывих лодыжки. Потом я осматривал ее еще раз и не нашел ни следа от пуль или ножей — у нее были только травмы, полученные в результате дорожно-транспортного происшествия. Американские власти намеренно исказили характер ее ранений. Я до сих пор не знаю, зачем им нужно было говорить, что Джессика получила огнестрельное ранение».

Более того. Оказалось, что за два дня до освобождения рядовой Джессики её лечащий врач, доктор аль-Хусона, договорился, что отвезет её к американцам на машине «Скорой помощи». Доктор перенёс её в машину и довёз ближайшего американского блокпоста. Однако, когда машина с доктором и рядовой Линч доехала до места, американцы начали стрелять, не потрудившись даже поинтересоваться, кто и зачем приехал. Пришлось возвращаться.

Это всё, однако, были цветочки. Выяснилось, что и штурм больницы был инсценировкой. Никаких солдат в городе не было, больницу никто не защищал. Спецназовцы прекрасно знали, что не встретят сопротивления. «Они кричали «Вперед, вперед», стреляли из автоматов холостыми патронами, что-то взрывали» — вспоминали свидетели. Всё это американцы снимали на камеры — видимо, эти самые записи и показывали журналистам. Кроме того, для пущего реализма «морские котики» приковывали иракских докторов и пациентов наручниками к кроватям — а также, за неимением реального врага, хватали и арестовывали больничный персонал.

После публикации Пентагон выступил с официальным опровержением, довольно любопытным по форме. Признав, что в самом госпитале никаких боёв не велось, американцы заявили, что они, собственно, никогда и не утверждали, что госпиталь брался штурмом. Они лишь говорили, что перестрелка была, а где — Бог ведает. «В самом здании не было боестолкновения, перестрелки были снаружи, они то начинались, то затихали», — заявил бригадный генерал Винсент Брукс. Это самое «то начинались, то затихали» прозвучало очень забавно.

Со страданиями Джессики тоже всё получилось как-то неубедительно. Понятно, что тему «пыток в иранских застенках» пришлось отыграть назад. В готовящейся книжке Линч, наоборот, много тёплых слов об иракских врачах. Правда, там же утверждается, будто она была изнасилована иракскими солдатами. Конечно, сама рядовая Линч «ничего не помнит» («это слишком ужасно») — однако вроде бы верит, что это произошло, ибо это было подтверждено «соответствующими анализами». Иракские врачи откомментировали это так: при поступлении в госпиталь девушка была одета, никаких иных следов изнасилования не было заметно… Вряд ли, впрочем, в этой теме кому-либо захочется ковыряться — иначе придётся выяснять, что это были за «анализы», и что именно они установили.

Кончилось всё это закономерным образом. В своем первом интервью телеканалу ABC бывшая рядовая Линч честно призналась, что все произошедшее с ней в Ираке было, скажем так, несколько преувеличено пентагоновскими специалистами для текущих пропагандистских нужд. Теперь она это понимает — и даже возмущена. «Они воспользовались мною как символом всего этого дела. Это неправильно», — так она откомментировала происходящее.

В том же самом интервью Линч предложила заместо себя другую кандидатуру на место героини иракской войны. Она назвала имя своей сослуживицы Лори Пистевой, этнической индианки и матери двоих детей, погибшей в той засаде. По её словам, Пистева «отстреливалась до последнего патрона».

Рассуждая цинически, нельзя не признать, что кандидатура Пистевой в качестве преемницы Джессики практически идеальна: представитель этнического меньшинства, женщина, мать, к тому же она мертва, а других свидетелей её поведения в тяжёлой ситуации, кроме Джессики, не осталось в живых… К сожалению, подобные мысли приходят в голову не только мне: как известно, маленькая ложь рождает большое недоверие, а история со спасением рядовой Линч — это довольно крупная лажа.

Однако, самое интересное тут не сбой (ну хорошо, провал) пентагоновской пропагандистской машины. Ни для кого не секрет, что героизация тех или иных личностей — это, помимо всего прочего, ещё и результат работы армейской пропаганды. Не секрет и то, что в ситуациях, подобной иракской, когда пространства для героики просто нет — американское превосходство было подавляющим, а иракцы, немного посопротивлявшись в начале, быстро прекратили организованное сопротивление — героев делают буквально из ничего. Но в данном случае такой необходимости не было. Хотя бы потому, что в той засаде было убито девять американцев, которые, в отличие от Джессики, не молились, а отстреливались. Тем не менее, их в вечность почему-то не пригласили.

Первым на эту тему высказался техасец Рэнди Киель, отец погибшего в том рейде Джеймса Киеля. В интервью местному телеканалу KSAT он заявил, что героизация Джессики, и особенно миллионный книжный контракт оскорбляет память погибших. «Она делает деньги на смерти моего сына», — заявил он. «Где многомиллионный контракт на книгу о других членах ее подразделения, о тех, которые погибли? Она — спекулянтка, она не делала ничего, что бы выходило за рамки ее служебных обязанностей.»

Дальше тема денег получила вполне понятное развитие. Сослуживица Джессики, Шошана Джонсон, тоже раненая и тоже побывавшая в плену, но не столь симпатичная, как Джессика, и к тому же темнокожая, возмутилась и обвинила армейских в «расизме и бесчувствии». Бесчувствие выразилось в том, что рядовой Линч выдали уже упомянутую полную военную пенсию «с инвалидными надбавками», а Шошане выписали только треть, воспользовавшись формально-контрактными соображениями.

Теперь можно ожидать того, что и прочие потерпевшие от иракцев начнут предъявлять счета по начальству.

Впрочем, хрен бы с ними, с деньгами. Вопрос в другом: почему, чёрт возьми, Пентагон в качестве героини выбрал совсем не героическую рядовую Линч? Почему не брутальную индианку, хладнокровно выпускавшую пулю за пулей, не какого-нибудь бравого американского паренька, отчаянно косящего под Рембо? Почему в национальные символы вышла именно бестолковая Джессика, которая всего-то и умела, что «броситься на колени и молиться?»

Судя по всему, именно за это её и выбрали.

Американские психологи давно поняли одну простую вещь: надо быть сильными и жестокими, но при этом выглядеть желательно слабыми, робкими, милыми, симпатичными. Если первое позволяет победить противника, то второе его обезоруживает, а это иногда даже важнее. Одно дело, когда в тебя целится оскаленный ублюдок с пеной у рта: в крови вскипает адреналин, хочется «отдать свою жизнь подороже». Но когда в тебя целится с растерянной улыбкой толстощёкий школьник, или симпатичная блондинка, с адреналином возникают проблемы. Вместо того, чтобы бить изо всех сил (что дало бы хоть маленький, но шанс), человек расслабляется и начинает что-нибудь лепетать. Между тем, блондинка нажимает на курок и превращает жертву в решето — даже не меняя выражения лица, всё с той же растерянной улыбкой. Потом она переступает через труп жертвы и идёт убивать следующую, небрежным жестом поправляя выбившийся локон.

Америке, вознамерившейся покорить мир, нужно любое оружие. В том числе и это — растерянная улыбка и развевающаяся по ветру чёлочка. Миленькая мордочка Джессики Линч призвана продемонстрировать миру «образ американского солдата» — такой безобидной обаяшки, которую попросту жалко. То, что за её спиной стоит американская армия, методично перемалывающая страну за страной, тут же забывается. Ну разве может желать кому-нибудь плохого эта безобидная белочка с заклинившей винтовкой? Неужели не стыдно вам, сильные бородатые иракские мужчины, воевать с нежной Джессикой Линч? Не лучше ли сразу сдаться этому «тоже солдату»? То, что «тоже солдат», вообще-то — отнюдь не невинная жертва жестокосердных иракцев, а солдат, оккупант, находящийся на территории страны, которую Америка вскрыла как консервную банку, это всё уже кажется далёким и неважным. Важно только то, что жалко до слёз симпатичную девочку, смешную маленькую барабанщицу с заклинившей винтовкой.

В принципе, такие приёмы не новы. Правда, ими раньше брезговали даже самые отъявленные тати, которые выходили на большую дорогу с ножом и топором, грабить и убивать, но хотя бы не прикидывались богомольными старушками, маленькими девочками, и тургеневскими барышнями.

Но времена, видать, изменились. Страна, убивающая направо и налево, ограбившая весь мир и лишившая человечество достойного будущего, предпочитает, где только может, показывать вместо своего настоящего лица заплаканную девичью мордочку.

В которую — учитывая все вышеназванные обстоятельства — ну очень уж хочется плюнуть.