Магульена, Золотая панна

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

Магульена, Золотая панна


Автор:
Словацкая народная








Язык оригинала:
Словацкий язык



Где-то, когда-то жил король, и был у него единственный сыночек. Мать мальчика умерла, король женился на другой, а та оказалась очень злой мачехой. Мальчик всё допытывался у отца, что это за красавица на том портрете, что за печкой висит. Но отец ничего не говорил и твердил только одно: «Скажу, когда подрастешь».

Наш принц подрос и всё также любовался прекрасным портретом. И вот, как-то раз, когда отец был в хорошем настроении, принц спросил:

— Ах, батюшка, скажите мне, наконец, кто нарисован на том портрете, что за печкой висит?

— Хорошо, — отвечает отец, — скажу. Это твоя покойная мать, звали её Золотая панна. Никто не мог сравниться с ней красотой. Когда я был таким, как ты сейчас, мы с ней поженились, теперь и ты должен найти себе жену, чтобы королевство не осталось после твоей смерти без наследника.

Услыхала это мачеха и тут же предложила найти принцу хорошую жену. Но принц и слышать не хотел о жене, которую ему мачеха подберёт. И прямо объявил, что он женится только на такой же красавице, какой была его мать. Сколько отец его ни уговаривал, что второй такой красавицы не было и не будет, королевич стоял на своем.

Тогда созвал король всех своих советников — подумать и решить, как найти для сына такую девушку.

Собрались советники со всего королевства, думали с утра до вечера, да так ничего и не надумали. И на другой, и на третий день сидели и сошлись на том, что разошлют по всему свету послов искать для принца красавицу.

Отправились послы в разные страны, через год все вернулись с ответом, что о такой девушке во всём мире никто и слыхом не слыхал.

Что делать? Снова пришлось королю собирать своих советников. Сидели они ещё больше, чем в первый раз, но так ничего и не придумали.

Наконец, поднимается со своего места седой старичок, который за всё время и словечка не вымолвил, и говорит:

— Вижу я, что вы ничего решить не можете. И ещё я вижу, что коли сейчас мы нашему королю дельного совета не дадим, он придёт в отчаяние и с ним отчаяться вся страна. Ведь если мы принца не женим, весь королевский род, который так долго и счастливо правил нами, прекратится и королевство останется без короля. Я долго думал, как нам отыскать самую прекрасную де́вицу на свете, и надумал только один способ. Вы знаете, как велик и славен наш город, и сколько чужестранцев держат путь через него. Повелим-ка мы все колодцы в городе закрыть и строго-настрого запретим горожанам давать воду чужеземцам. Пусть всех отсылают в королевский за́мок, где оставим один открытый колодец, и у всякого станем спрашивать, не слыхал ли он о прекрасной де́вице.

Такой совет пришёлся королю по сердцу.

Много людей останавливалось на королевском дворе у колодца, но никто и слыхом не слыхал о такой красавице.

Через три года пришёл в город путник, весь в пыли, еле ноги волочит от жажды. В первом же доме попросил он воды́ напиться. Но ему ответили, что все колодцы в городе для чужестранцев закрыты, и, чтобы отправлялся он на королевский двор, только там можно воды́ испить.

Наш путник с трудом доплелся до королевского дворца, и уже́ в воро́тах увидал колодец и около него стражу. Стал путник умолять дать ему поскорей воды́, потому что он совсем изнемог от жажды. Стража, увидав чужестранца, тотчас же налила воды́ полную чашу, напоила путника и стала спрашивать, не слыхал ли он о несравненной красавице, которую ищет принц.

— Слыхал, как же не слыхать, — отвечает путник, — ведь я весь свет из конца в конец обошёл. Кто на эту красавицу глянет, тот от изумления без памяти падает.

Стражники схватили путника за руки и повели прямо к королю — пусть расскажет, всё, что он знает.

Обрадовался король, он уж было засомневался, что может на свете такая

краса быть. Тотчас велел позвать сына, чтобы и он услышал, что путник о той ненаглядной красе говорить станет.

— Светлейший из королей, — начал путник, — истинная правда, что я побывал во всех концах света. Но о такой красавице, какова Магульена Золотая панна, я нигде не слыхал. Ведь она так прекрасна, что коли кто на неё глянет, стар ли, млад ли, сразу без памяти падает. Но молодому принцу я не советую к ней свататься. И не только потому, что живёт она очень далеко, мало кто туда доберётся, но опасаюсь, чтобы не получилось так, как со многими королями и принцами. Ведь сто́ит на неё глянуть, как тут же при виде такой красоты человек падает с ног, и его уносят. А она за хворого замуж идти не желает.

Молодой принц решил в тот же день отправиться в путь.

— Нет, сын мой, — говорит король, — не спеши! Возьми с собой в дорогу денег, войско. А этот мудрый человек, если мы его хорошенько попросим, тоже поедет с тобой. С ним вы туда скорее доберётесь.

И стал король путника просить с его сыном к красе ненаглядной ехать.

Путник сперва отказывался и только после многих просьб согласился. С условием, что принц никого больше с собой не возьмёт и будет выполнять в пути любой его приказ.

Как решили, так и сделали, и на другой день отправились в путь-дорогу вдвоём с принцем.

Едут лесами дремучими да дорогами непроходимыми. Близко ли, далеко ли, только однажды застигла их в лесу ночь. Ходили они ходили по тому лесу и набрели на домик, где огонёк светился. Входят внутрь, а там старик за столом сидит и в книге пишет. Поклонились они ему, но он не ответил. Долго у дверей они простояли: думали поздоровается, когда писать кончит. Но тот всё пишет и пишет. Уж и стоять устали, и говорит принцу его спутник:

— Как же мы тут на ночлег останемся, коли он нам ни так ни этак не отвечает?

— А ляжем и всё тут, — говорит принц, — может, старик нас не тронет. И улеглись, принц заснул, а его спутнику не спится.

К полуночи явились три стариковы дочери, которые по свету во́ронами летали.

— Отец, у тебя никто не ночует? — спрашивают.

— А ведь ночуют, — отвечает старик. — Да ничего! Вы рассказывайте, где побывали и что услыхали.

— Ох, лучше не станем, ещё эти путники услышат!

— Что вы, они крепко спят. А если и услышат, так им не до того! Ну, говори ты, старшая, где день провела, что слыхала.

— Побывала я сегодня, — начала старшая, — далеко отсюда и слыхала, что какой-то принц ищет Магульену, Золотую панну, такую же красавицу, как его мать когда-то была. Но кто ему о красавице скажет, пусть на месте по щиколотки окаменеет.

— А ты, моя вторая дочка, где летала, что слыхала? — спрашивает отец.

— Летала я по всему белу свету и слыхала, что когда пустится принц за Магульеной, Золотой панной, то доедет он до распутья. Одна доро́га будет каменистая да болотистая, а другая — чистая да ровная. Коли поедет он по хорошей дороге, то никогда до Золотой панны не доберётся; а поедет по плохой — может, и встретится с нею. Но кто ему об этом скажет, пусть до колен камнем станет!

— Ну, а ты, моя третья дочь, где ты летала и что слыхала? — снова спрашивает отец.

— Летала я по белу свету и слыхала, что принц Магульену, Золотую панну не получит, если при первой встрече сразу ей в глаза́ глянет. Но если посмотрит в первый день только на ноги до колен, на второй — до пояса

и лишь на третий день в глаза́ заглянет, тогда принц её получит. Но кто ему об этом скажет, пусть по пояс окаменеет!

Старик рассказы дочерей в свою книгу записал. А странник не спал и всё слышал.

Проснулся утром принц, встали оба и дальше отправились. Подходят к развилке. Говорит странник:

— Ваша светлость, поедем по плохой дороге.

— Нет, по этой ровной поедем, — отвечает принц. — Хватит уж нам по дремучим лесам да по нетореным тропам болтаться. Наконец-то мы выбрались на ровную дорогу.

И тут же свернул на хорошую дорогу, а спутник пустился по плохой. Но вскоре принц вернулся — одному-то скучно показалось.

Долго они ехали. Принцу не раз хотелось вернуться. Но товарищ напоминал, что они вот-вот приедут к Магульене.

Однажды взобрались они на горку и видят вдалеке башни того го́рода, где Магульена, Золотая панна живёт. Повеселел принц. Вскоре прибыли они в город. Принц хотел сразу к королю идти — Золотую панну поскорее увидеть. Но странник напомнил, что принц ему дома́ обещал: во всём своего товарища слушаться. Наняли они комнату в трактире и там заночевали.

А на утро, когда они встали, путник и говорит принцу:

— Ну, сейчас ты поедешь к Золотой панне. Как войдёшь в королевские палаты, тебя стража спросит: «Что тебе здесь надо?» Ты смело отвечай: «Хочу, мол, увидеть Золотую панну.» Тебя сразу к ней и отведут. Но если ты мужчина, не спеши! Не вздумай ей сразу в глаза́ глядеть; она встанет на возвышение, ты глаза́ опусти к земле и переводи взгляд вверх со ступеньки на ступеньку, пока не увидишь ноги Золотой панны до колен. Тут остановись и больше не гляди! В комнате будет стол стоять накрытый, а на нём тарелка супу и кубок с вином. Садись за стол, никому ничего не говори, съешь из тарелки треть, отпей вина треть, выйди из-за стола и молча возвращайся сюда! Сделай всё, как я тебе наказываю, иначе быть беде.

Нашему принцу всё это показалось странным, но возразить он не посмел и пообещал своего друга во всём слушаться.

Пришёл принц во дворец, стража отвела его к Золотой панне. Взглянул он на её ноги до колен, поел из тарелки, отпил вина из кубка и, не сказав никому ни слова, вернулся назад. Похвалил товарищ принца, что его не ослушался.

На второй день утром снова послал спутник принца во дворец и наказал всё сделать, как вчера, но теперь на Магульену по пояс глядеть, половину тарелки супу съесть и половину кубка вина выпить. Принц всё выполнил и вернулся довольный.

На третий день друг опять посылает принца во дворец, говорит, что теперь можно и в лицо Золотой панне взглянуть, но не спешить, а постепенно глаза́ поднимать, полную тарелку супу съесть и всё вино из кубка выпить. Но ещё раз велел быть повнимательней.

Ушёл принц, а наш приятель долго ещё вслед глядел, опасаясь, что последнего, самого трудного испытания принцу не выдержать.

Во дворце принц предстал перед Золотой панной. Магульене, Золотой панне даже жаль его стало. Вдруг он не выдержит? А ведь такой красивый юноша! Но принц постепенно переводит взор всё выше и выше; увидел ноги, стан и, наконец — лицо! Как глянул, она смутилась, покачнулась. И у него голова кругом пошла, чуть было не упал, но взял себя в руки и устоял. Подошёл к столу, съел всю тарелку супу и полный кубок вина выпил. И это сил ему прибавило. А принцесса тем временем оправилась, сбежала вниз по ступенькам прямо к принцу и о.бняла его.

Тут в комнату её отец, король птиц входит. Удивляется, что это в его доме творится. Молодой принц рассказал, кто он и зачем сюда приехал. Как выдержал он все испытания, и просит отдать ему Магульену в жёны. Король долго не соглашался и наконец сказал:

— Ладно, — говорит, — отдам, но ты не смеешь возвращаться к своим родителям.

Огорчился принц. Но очень уж ему не хотелось потёрять Магульену, Золотую панну, и он согласился. Тут же и свадьбу сыграли, и остался принц жить в королевском дворце.

И своего друга велел он из трактира привести, чтобы тот жил с ним вместе. Но он не пожелал, сказал, что найдёт себе домик поблизости, чтобы быть у принца под рукой. Так и жили они все вместе, и молодой принц даже не помышлял о возвращении к отцу.

Но прошло какое-то время и запала принцу в голову мысль, что хорошо бы ему с отцом повидаться, узнать, как он живёт без него. И чем больше он о том думал, тем больше его домой тянуло. Решил принц у короля отпроситься. Был однажды король так весел, что кажется никому на свете ни в чём не откажет. Начал принц упрашивать отпустить его домой к родителям. Долго король отказывал, но в конце концов согласился. Не мешкая собрались они и простились с королем. Принц с Магульеной, Золотой панной и другом сели в карету и поехали. К ночи подъезжают опять к тому домику, где старик жил, что в книге писал. Принц и говорит:

— Мы опять тут ночевать будем? Ведь можно и дальше ехать!

— Лучше здесь остановимся, — говорит спутник, — ведь уже́ ночь на дворе!

Входят. Старик и на этот раз в своей книге пишет, они молча спать легли. Принц заснул. Золотая панна заснула, только их друг не спит, прислушивается.

Перед полуночью появились три стариковы дочери. Те, что во́ронами по свету летали. Старшая спрашивает:

— Отец, тут у тебя никто не ночует?

— Да, спят те же странники, что уже́ как-то раз ночевали, — говорит отец. — Рассказывай, где ты сегодня была и что слыхала.

Старшая дочь и говорит:

— Летала я сегодня за тридевять земель и слыхала там, что принц на Золотой панне женился и с ней домой возвращается. Только едва ли доберётся он до до́ма. Ведь мачеха у него — ведьма. Она вышлёт навстречу им большое войско. И кубок вина. Выпьёт принц вино, ведьма его тут же на кусочки и разорвёт. А кто ему об этом скажет, тот выше пояса окаменеет.

— Где же ты, моя средняя дочка, летала и что слыхала? — спрашивает отец.

— Летала я по всему свету и слыхала, что принц со своей Золотой панной так до дому и не доедет. Даже если не станет пить из кубка. Как будет принц к дому подъезжать, пошлёт ему мачеха коня молодецкого, принц на него сядет и конь вместе с ним в море прыгнёт. А кто принцу об этом скажет, тот вмиг по самую шею окаменеет.

— Где же ты, моя младшая дочь, летала и что слыхала? — спрашивает отец в третий раз.

— Летала я по всему свету и слыхала, что принца и Магульену, Золотую панну самая большая опасность до́ма ожидает. Приедут они домой и лягут сиать, а злая мачеха нашлёт на них дракона. Ровно в полночь вылезет он из печи и любезного принца и его Магульену на мелкие кусочки разорвёт. А кто про это выболтает, тот вмиг камнем станет.

Старик всё это записал, а странник выслушал.

Утром поднялись наши путешественники и дальше поехали. Едут они по голой степи, уже́ к дому подъезжают, как вдруг заклубилась пыль на дороге. Подъехали поближе и видят — большое войско им навстречу идёт, впереди всадник с кубком вина. Спешился, к карете подошёл и подаёт тот кубок с вином принцу.

— Вот, — говорит, — король, твой отец, тебе посылает. Знает, что тебя в степи жажда томит.

Принц взял кубок, уже́ готов его к губам поднести, но тут друг подскочил:

— Стой! — кричит, — ты меня слушаться обещал. Не пей из этого кубка! Лучше отдай тому, кто тебе его принес.

Принц возражает, не погибать же ему от жажды, но путник настоял на своем. Пришлось тому человеку, кто это вино привез, самому вино выпить, — и вмиг его на куски разорвало.

— Видишь, что бы с тобой было! — сказал спутник.

Не знает принц, как благодарить, ведь он его от смерти спас. Едут дальше. До го́рода уже́ рукой подать, а навстречу ведут коня молодецкого.

— Это, — говорят, — тебе наш король посылает. Чтобы мог ты на коне в город въехать!

Принцу надоело в карете сидеть, обрадовался, что может верхом промчаться. Хочет он на коня вскочить, путник не пускает.

Разгневался тут принц, стал упрекать, что тот, мол, всегда ему мешает. Но путник не отступается.

— Лучше, — говорит, — прикажи сесть на коня молодецкого тому, кто его привел.

Так принц и сделал. Только верховой на коня вскочил, тот вместе с ним прыгнул в море!

Приехали принц с Золотой панной домой. Старый король встретил сына с превеликой радостью. И мачеха притворилась весёлой и довольной. Весь город радовался, что принц к ним вернулся с Золотой панной. И пышную свадьбу в тот же день сыграли. Все ели, пили и танцевали в великой радости. Один только путник не весел был, всё раздумывал, как из последней опасности принца и Магульену выручить.

После пира, когда принц с молодой женой спать собрались, попросил путник принца не ложиться с женой, а пустить его в их комнату, самому же ничего не бояться, тогда всё хорошо кончится.

Принц согласился, но мачеха всё слыхала и подняла крик: как это можно позволить такому бродяге с женой принца в одной комнате ночевать!

А принц ей в ответ:

— А почему нельзя!? Ведь это он помог мне на Магульене жениться и не раз от смерти спасал!

Лёг принц в другой комнате, а путника оставил с Золотой панной ночевать. Но старая ведьма даром времени не теряла: тайком от всех поставила стражу в комнату рядом со спальней и приказала в замочную скважину за странником следить, что он будет делать.

А тот глаз не смыкает, взял острый меч в руки и ждёт. В полночь отвалился бок у печки, вылез оттуда дракон о двенадцати головах и прямо к Магульене. Она спит, ничего не слышит.

Собрал путник все силы и на дракона кинулся, го́ловы прочь снёс, самого

в куски изрубил и в окошко в проулок выкинул. Пото́м со стен кровь соскоблил, рубашку с себя снял и на полу кровь подтер. Прибрал, осмотрел комнату, не осталось ли ещё где-нибудь драконовой крови. Всё чисто, только на щеке Магульены одна капелька осталась. Подошёл странник и эту капельку с её щеки слизнул. И тут стража в соседней комнате проснулась и подняла страшный крик, что путник Магульену целует! На шум люди из всего дворца сбежались. И старая ведьма тут как тут, приказывает преступника связать и в темницу бросить.

Утром мачеха стала принцу жаловаться: вот что его верный друг сделал! Ночью Магульену, Золотую панну поцеловал! Сперва принц не хотел этому верить, но мачеха продолжала на своём стоять, приказал тогда принц вести путника в суд и суд решил, что он заслуживает смерти. Повели его на виселицу. Просит путник, чтобы разрешили ему напоследок с принцем поговорить. Прибежал к нему принц, и тут его друг всё ему и выложил.

— Так ли, эдак ли, — говорит, — мне всё равно пропадать. Хочу в твоих глазах перед смертью оправдаться. Помнишь, как мы у старика в пустом домике ночевали? Ты-то спал, но я — нет. Перед полуночью прилетели три стариковы дочери, и вот что они отцу сказали: Самая старшая поведала: «Летала я сегодня за тридевять земель и услыхала там, что один принц Магульену, Золотую панну ищет, такую же красавицу, как и его мать была. Кто об этом скажет, тот по щиколки окаменеет».

Только путник эти слова произнес, сразу окаменел по щиколки.

— Средняя дочь сказала: «Летала я по всему белу свету и слыхала, когда принц придёт на распутье и по хорошей дороге отправится, то никогда Магульену не найдёт, а если по заброшенной — может с нею и встретится. Но кто об этом скажет, до колен камнем станет».

Только успел вымолвить, как сразу же до колен окаменел.

— Младшая дочка сказала: «Летала я по белу свету и слыхала, что принц этот не получит в жёны Золотую панну, если при первой встрече сразу ей в глаза́ глянет. И добавила: тот, кто ему об этом скажет, по пояс окаменеет».

Вымолвил и тут же до пояса окаменел.

— А на обратном пути мы снова к тому домику приехали. Ты и Золотая панна спали, а я не спал и слушал. Перед полуночью опять прилетели три стариковы дочери. Вот что они отцу сказали:

Старшая сказала: «Летала я сегодня за тридевять земель и слыхала, что принц на Золотой панне женился, и с ней домой едут. Но едва ли доберётся он до до́ма, потому что мачеха пошлёт ему кубок с вином и когда принц

выпьёт вино, ведьма его тут же на куски разорвёт. А кто ему об этом скажет, тот выше пояса окаменеет».

Не успел странник договорить, как мигом выше пояса окаменел.

— Средняя дочь сказала: «Летала я по белу свету и слыхала, что принц со своей Золотой панной всё равно до дому не доберётся, даже если не станет пить вино из того кубка. Как станет принц к дому подъезжать мачеха пошлёт ему коня молодецкого, и тот вместе с принцем в море прыгнёт. А кто принцу об этом скажет, тот вмиг по самую шею окаменеет».

Только успел сказать и вмиг по шею окаменел.

— Младшая сестра сказала: «Летала я по всему свету и слыхала, что принца и Золотую панну самая большая опасность до́ма ждёт. Когда они с Магульеной уснут, злая мачеха нашлёт на них дракона, ровно в полночь набросится он на них и обоих сожрёт».

— Вот, — сказал принцу друг, — не мог я тебе сразу всё это рассказать, но предупреждал, что тебе плохо придётся. Я того дракона убил, и выбросил в окошко в проулок. Золотую панну я не целовал, а лишь каплю драконьей крови, что ей на щечку брызнула, слизнул. Кровь ядовитая и прожгла бы кожу ей до мяса. А тут стража проснулась и меня связала. Только младшая старикова дочка напоследок добавила ещё, тот, кто всё это расскажет, целиком окаменеет».

Не успел он толком всё объяснить, как превратился в каменный столб.

У всех, кто слышал, этот рассказ, на глазах слёзы навернулись. Принц же обнял каменный столб и горько заплакал. Насилу его оторвали и во дворец отвели. С той поры стал принц печален, и ничто не могло его развеселить. Мачеха не смела ему на глаза́ показаться, потому что он тут же велел бы её казнить. Старый король вскоре помер и всё королевство перешло к сыну. Но королевич по-прежнему был печален.

И вот Магульене пришла пора ребёночка принести. В ночь перед этим событием нашему королю приснился сон, что он должен кровью новорожденного окропить каменный столб и тут же домой вернуться.

Родился у Магульены сын. Король всё сделал, как ему во сне приснилось, а сам поспешил во дворец.

Тут кто-то в дверь постучал. Смотрит молодой король а там его друг, жив-здоров стои́т и ребёночка здоровехонького на руках держит. Бросился король обнимать странника. Обнялись они и заплакали. Пото́м пошли к Магульене и рассказали ей всё как было. И настала тут радость и везенье, каких ни раньше, ни пото́м люди не видели.

Я, правда, там не был, но слыхал. Слыхал, что и по сю пору они живы, коли ещё не померли.