Павел Святенков:Путин исчерпал Мандат Неба

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

Путин исчерпал Мандат Неба



Автор:
Павел Святенков



Опубликовано:

Основной итог прошлого года — распространение в обществе уныния и неверия в перемены. Происходит первый моральный кризис путинского правления. В конфуцианском Китае была выработана концепция «мандата Неба». Вступая на престол, первый император новой династии получал право на власть и благословение Небес — самим фактом политического успеха. Однако его преемники могли потерять Мандат, если прогневали Небо какими-либо неблаговидными поступками.

По китайской концепции, Небо предупреждает о немилости серией катастроф. Если мы оглянемся на прошлый год, то увидим, что он прошел под знаком событий, которые общественным мнением воспринимаются как катастрофические. Главные среди них — Беслан и бархатная революция на Украине. Оба события нанесли громадный ущерб престижу государственной власти. Кроме того, не следует забывать, что либеральные реформы, такие, как монетизация льгот, реформа образования и реформа здравоохранения воспринимаются обществом как всё те же катастрофы.

В уходящем году произошла символьная катастрофа. Весь год старательно замазывались кровью праздники и памятные дни, важные для нашего народа. Девятого мая убит Кадыров, 22 июня совершено нападение на Ингушетию, первого сентября случился Беслан. А под конец года власть приняла решение отменить 7 ноября и День Конституции. Ошибка думать, что праздники ничего не означают. В эти дни свершаются значимые гражданские ритуалы — дети идут в школу, совершается поминовение погибших в войне. В гражданских ритуалах мы все осознаём единство, причастность к истории России, её прошлому и будущему. В уходящем году российские гражданские ритуалы были частично осквернены, частично демонтированы самой властью. У «дорогих россиян» почти не остается точек соприкосновения даже на символическом уровне. Новые праздники, вроде Дня России, ничего не говорят русскому сердцу. «Просто дополнительный выходной». Таким образом, к политическим катастрофам добавляется катастрофа символьная. Она ничуть не менее значима с точки зрения сохранения единства страны.

Весь прошедший год единство России ставилось под сомнение. Нашу страну «пробовали на зуб». Сначала напрямую — в Беслане. Затем опосредовано — в Киеве. Увы, как выяснилось, Россия плохо держит удар. В старой сказке Лиса судила медвежат, постепенно откусывая по кусочку от принадлежавшего им сыра. Нынешняя Россия напоминает мне сказочный сыр. Причем в роли медвежат перед западной «лисой» выступают как российская власть, так и оппозиция. Вопрос раскола России, утраты последнего остатка русской государственности встаёт на текущую повестку дня. Сам факт серьезного рассмотрения вопросов о возможном расколе страны, бархатной революции и тому подобных сценариях развития общества — еще одно символьное поражение. Сначала российские элиты, а затем и народ начинают привыкать — «Россия — наше Отечество, смерть неизбежна»… Как показывает история, Катастрофа приходит вослед подобным настроениям.

В российской элите происходит раскол по вопросу о том, как реагировать на последний акт русской Катастрофы. Элиты разделились на две части — представителей компрадорского капитала, ориентированных на западное вмешательство и представителей национального капитала, ориентированных на получение дивидендов от эксплуатации российских богатств в латиноамериканском стиле. Диспозиция в чем-то похожа на украинскую. У нас уже есть Львов. Правда, российский «Львов» находится в Лондоне, по месту прописки известного правозащитника Платона Еленина. Пока остаётся невыясненным местоположение российского «Донецка». В качестве шутки можно предположить, что он расположен в Твери, ведь именно там зарегистрирован новоявленный нефтяной монстр — компания «Байкалфинансгруп», приобретшая контрольный пакет «Юганскнефтегаза».

В 2004 году исчерпались ресурсы для развития России по сценарию инерционного упадка. Центробежные силы резко усилились. Это вынуждена признать власть, протащившая через парламент закон о назначении губернаторов. Понятно, что он бы не понадобился, не будь опасений, что региональные элиты выйдут из-под контроля. А выйти из-под контроля они могут только в ситуации, когда на пространстве Российской Федерации появится центр силы, параллельный Кремлю.

Мандат Неба исчерпан. История либеральной «династии» президентов, начавшаяся с Ельцина, завершается. Режим или падет или изменится. Конечно, это не соответствует китайской традиции. Но, как любили говорить демократы, «третьего не дано». Велика вероятность, что, падая, режим прихлопнет и Россию. А основным фигурам действующего режима придется перейти в разряд «кровавых тиранов» и «за всё ответить» в Гааге.

Что примечательно в этой негативистской атмосфере? То, что негативный «катастрофический» консенсус, который сложился среди оппозиционеров, является прообразом российской гражданской нации. Люди уже поняли, чего они НЕ хотят. Не хотят — отката государства к авторитаризму и политического режима латиноамериканского образца. На этой основе сложился неформальный блок из либеральных политиков и левых патриотов. Конечно, они не в восторге друг от друга. Но общий язык они находят уже сейчас.

Проблемы в отношениях между либеральным и патриотическим флангами оппозиции носят психологический, а не политический характер. По старой российской традиции многие политики либерального лагеря предпочитают менять взгляды, а не уходить с политической сцены.

Идеологические доктрины обоих флангов сблизились. От жесткого идеологического противостояния, характерного для 2003 года, не осталось и следа. Есть разногласия. Разногласия того же уровня, которые присутствуют в любой двух- или многопартийной системе демократических стран. Платформа национал-либерализма неформальным образом сложилась на базе рецепции либералами умеренно-националистических представлений о государстве и рецепции патриотами либеральных представлений об экономике. Естественно, в том и другом случае — с оговорками. Патриоты по-прежнему не приемлют олигархов (хотя вполне согласны на капитализм), либералы — национализма (хотя согласны на необходимость повышения роли государства и даже на защиту «русскоязычных», о чём недавно говорил Гозман, представляя новую доктрину либерального империализма).

Виктор Милитарёв рассказывал автору этих строк о своих украинских наблюдениях. По его словам, киевская интеллигенция научилась формулировать либеральные лозунги на националистическом языке и говорить о проблемах нации в рамках либеральной доктрины. Пещерный национализм Львова был если не либерализован, то введен в цивилизованные рамки (по ряду причин, на Украине никогда не существовало пещерного либерализма, но ведь и его можно окультурить и использовать на благо обществу). На базе национал-либерализма и произошла бархатная революция на Украине.

Еще одно маленькое замечание. В манифесте весьма уважаемого мной «Консервативного пресс-клуба» говорится о массовой оранжевой истерии, охватившей российские СМИ. Всё это так. Российские журналисты осознали киевскую революцию против начальства как свою. И хотя главный акцент они делают на «воздух свободы», вместе с тем, они восхищаются и рождением украинской нации. Таким образом, российское журналистское сообщество сделало незаметный, но важный шажок сторону национал-либерализма здесь, в России.

Единственная проблема оппозиции — кадры. Прежние вожди либералов личностно неспособны на выработку нового синтеза и даже на продуктивное участие в нем. Есть инерция образов и отношений. Хакамада просто не может сидеть за одним столом с тем же Прохановым. Точнее, сидеть то она может, но «люди не поймут». Следовательно, новой, но еще не осознавшей себя вполне российской гражданской нации придется начать с решения проблемы лидерства. То есть с формирования принципиально новой оппозиционной элиты (контр-элиты). На Украине подобная алхимическая манипуляция удалась. Блок сторонников Ющенко — это не только бывший «Рух», но и осколки «либералов».

И в этом, парадоксальным образом, кроется шанс для Путина. Он может, если захочет, сохранить Мандат неба только в том случае, если возглавит формирующуюся российскую гражданскую нацию. Ведь он и есть единственный в стране национал-либерал. Правда, отстаивание национальных интересов в нашем государстве пока находится на уровне лозунгов. А либерализм почему-то заключается в бесконечных издевательских экспериментах, проводимых псевдолиберальной бюрократией над народом (см. например, «монетизацию льгот»).

Буржуазная нация в России уже сложилась, просто еще не осознала себя на рациональном уровне. Революция на Украине послужила толчком к пробуждению. Развитие политического процесса в России в «украинском направлении» — вопрос одного-двух лет.

Как консервативно мыслящий человек, я бы предпочел, чтобы грядущая национал-либеральная (а по сути — буржуазная) революция была проведена «сверху», самой властью. Если уж Путин не может предотвратить оранжевую революцию, то он её должен хотя бы возглавить. Только так он может добиться продления Мандата Неба для стоящей на грани банкротства «династии».