Про батрака, который всех птиц разумел

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

Про батрака, который всех птиц разумел


Автор:
Чешская народная








Язык оригинала:
Чешский язык



Жил-был на свете один садовник, и было у него девять душ детей, все девять — мальчики. Старшему исполнилось уже́ семнадцать лет. Звали его Яном.

— Милый Ян, — говорит ему однажды отец, — ты уже выучился на садовника; пора тебе идти искать счастья.

Ходил-бродил наш Ян по белу свету, хотел наняться в садовники, но нигде не нашёл работы. Наконец, подрядился он батраком к одному крестьянину и проработал у него три года. На четвёртый год, осенью, хозяин послал его нарубить зелёных веток.

Собрался Ян и пошёл в рощу. Видит — стои́т там старая толстая липа без верхушки, вся кругом молодью обросла. Залез Ян на эту липу, на самый верх. А сердцевина то у неё была гнилая. Как ступил Ян на эту трухлявую

сердцевину, так и провалился вниз, в липу. Упал прямо на змеиное гнездо, но ни одна змея́ не шевельнулась. Просидел он там три дня и три ночи, и никто не знал, где он. На четвёртый день видит: ползёт сверху большой змей. А змей заметил батрака, остановился и смотрит: что он там делает. Оробел парень. «Проглотит меня змей», — думает. Но змей изловчился, голову высунул, а хвост опустил. Ян не шелохнулся. Тогда змей снова обернулся, поглядел на него и спустил хвост пониже, прямо Яну в руки. Ухватился батрак за хвост, и змей вытащил его из липы. Тут змей ему и говорит:

— Видишь, я вытащил тебя из липы, а теперь ты должен спасти мне жизнь. Ожидает меня смерть от моих же братьев — зажалят они меня насмерть. Видишь вон тот лес? Отнеси меня туда и брось в колодец. А я награжу тебя чем захочешь.

Парень взвалил зме́я на плечи и понёс к колодцу. Тяжёленный был — батрак из сил выбился. Уж и не чает, как донести до места, но тут змей сделался полегче и просит:

— потёрпи ещё немного, теперь уж недалеко, донесёшь меня!

Пришли к тому колодцу, куда сбрасывать то надо, змей ему и говорит:

— Если хочешь, дам я тебе такое понятие, что всех птиц будешь разуметь; но не говори об этом никому: как только проболтаешься, тут тебе и конец!

Батрак забросил зме́я в колодец, выбрался из лесу на большую дорогу и пошёл домой. Вот подходит он к могучему, раскидистому дереву, а на дереве сидит соро́ка и кричит:

— Кто первый подъедет к этому дереву, того громом убьёт! Кто первый подъедет к этому дереву, того громом убьёт!

Послушался Ян сороки и убежал из-под дерева. Навстречу ему по дороге едет граф; Ян подошёл к нему и говорит:

— Милостивый пан! Не ездите под то большое дерево, не то вас громом убьёт!

А граф ему в ответ:

— Отстань, дурак! С ума ты спятил, что ли, — стращать меня вздумал!

— Милостивый пан, — уговаривает его батрак, — пошлите туда кучера с коляской, а сами останьтесь здесь, со мной; увидите, что будет!

Послушался его граф.

Как только коляска подъехала к дереву, сверкнула молния и прямо в кучера ударил гром. Так и убило на месте и его и лошадь.

Увидал граф, что Ян то правду говорил, взял его с собою и стал спрашивать, какое ремесло он знает. Ян сказал, что выучен садовому делу.

— Знаешь что, — говорит граф, — у меня до́ма садовник уже́ старенький; я ему хорошо заплачу и отпущу на покой, а ты заступишь на его место.

Стал Ян работать у графа садовником. Трудился он усердно, и граф был им очень доволен.

Как-то собрался граф в гости к брату недели на две. А до́ма за хозяйку осталась его дочь Франтишка. Вот уехал граф-отец, а Франтишка с Яном по саду прогуливается и говорит ему ласковые слова: ей, мол, никого другого, кроме него, не нужно, она только и мечтает, как бы стать его женой.

— Не смейтесь надо мною — я такое же создание божие, как и вы! — говорит ей Ян.

А она ему на это:

— Знаешь что, если ты мне не веришь, так давай обещаемся друг другу, потому что никто, кроме тебя, мне не нужен.

И они дали друг другу обещание. После этого Франтишка говорит:

— Но я смогу выйти за тебя замуж только тогда, когда умрёт мой отец, потому что он ни за что не даст нам своего согласия.

— Ну что же, — отвечает Ян. — Ведь ваш отец уже́ старый; ему недолго жить осталось; мы его переживём.

Вскоре граф вернулся домой. Про обещание никто не знал; но только с того времени Франтишка каждый день приходила к Яну в сад.

Заметил граф, что его дочери Франтишке хочется выйти замуж за садовника; так его это огорчило, что он заболел и скоро умер.

После смерти графа Франтишка недолго носила по нём траур: все приставала к Яну, чтобы он на ней женился. И они повенчались. Как-то после свадьбы прогуливались они по саду; подошли к дереву и уселись под ним в холодке. Франтишка и говорит: «Милый Янек, положи мне голову на колени, хочу тебе кудри расчесать». Сидит, во-

лосы ему перебирает. А над ними навстречу друг другу летят два воробья.

— Откуда летишь, брат? — кричит один. А другой отвечает:

— Был я у мужиков в амбаре. Они овёс молотили. Один как ударит по мне цепом; если б я не отлетел, убил бы он меня.

А первый то воробей ему:

— твоё счастье, твоё счастье, твоё счастье!

Яна это рассмешило. Жена заметила, что он усмехнулся, и спрашивает, чему он смеется. А Ян отмалчивается: ничему, мол. «Уж не надо мной ли ты смеялся?» — обозлилась жена.

С той поры опостылел ей муж. Всё время грозилась она выгнать его из графского дворца, если не расскажет, над чем смеялся.

— Милая Франтишка, — уговаривал её Ян, — если бы я рассказал тебе, над чем смеялся, тотчас бы с жизнью распростился.

А она не унимается: скажи, да и только!

И ходил он по двору грустный-грустный, и все время сам носил курам пшеницу. А куры уж знали, как плохо приходится их доброму хозяину, жалели его и все между собою толковали:

— Ох боже, что с нами станет, если лишимся хозяина: кто будет заботиться о нас!

Прибежал петух и говорит:

— О чём вы так беспокоитесь? Ничего с нашим хозяином не случится. Был бы наш хозяин умнее, взял бы он плётку, да и отодрал бы хозяйку так, чтоб на всю жизнь зареклась спрашивать, над чем он смеялся. Отбил бы у неё охоту ссориться!

Послушался Ян петушиного совета, взял плётку, спрятал её под плащ, побежал наверх к Франтишке в её комнату и спрашивает:

— Хочешь знать, над чем я смеялся?

— Ну, конечно, хочу!

Схватил Ян плётку и охаживал жену до тех пор, пока она не взмолилась: «Никогда, мол, не буду спрашивать, над чем ты смеялся». С тех пор и до самой смерти жили они в мире.