Путник и хозяин

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

Путник и хозяин


Автор:
Сербская народная








Язык оригинала:
Сербохорватский язык



Шёл однажды человек зимой через дремучий лес. Настала ночь, и он промёрз до костей. Набрёл наконец на чей-то дом. Постучался.

— Пусти переночевать, прозяб я. Заплачу, сколько попросишь, только не бери лишнего.

Хозяин впустил его, а от денег отказался.

— Впущу тебя погреться, — сказал он, — дам тебе ужин и ночлег, но ты должен ответить на все мои вопросы. Ответишь — хорошо, не ответишь — берегись, получишь оплеуху.

Что делать? Путник согласился, и хозяин повёл его к богатому столу. Поужинали, поговорили о том о сём, хозяин и спрашивает:

— Ну-ка, скажи мне теперь, что это такое? — и показывает на кота под столом.

— Кот! — отвечает путник, а сам думает: «Ну, это всякий ребёнок знает!»

— Нет, не кот, — отвечает хозяин и награждаёт его здоровенной оплеухой. — Это, друг мой, чистота!

Гость удивился: что это с хозяином? А тот показывает на кувшин с водой:

— А это что?

— Вода!

— Нет, — говорит хозяин и угощает его второй оплеухой. — Это доброта!

— Скажи-ка, а это что такое? — спрашивает хозяин, показывая на огонь.

— Огонь!

— Нет! — И снова оплеуха. — Это, друг мой, — красота! Посмотрим, знаешь ли ты, что это там, наверху. — И хозяин показывает на чердак.

— Чердак! — отвечает гость и получает четвёртую оплеуху.

— Нет, это высота!

Путник, видя, что этому конца не будет, встал из-за стола и попросил хозяина пустить его во двор поразмыслить. Хозяин его пустил. Выйдя во двор, гость схватил большого кота и привязал ему к хвосту горящую лучину. Кот со страху бросился прямо на чердак, а путник вернулся в дом и говорит хозяину:

— Чистота взяла красоту и понесла на высоту. Давай скорее доброту, чтобы убить красоту.

Хозяин никак его слов не поймёт, уж забыл, что сам ему только что говорил. Рассердился на него и кричит:

— Да говори ты по-человечески!

Тут уж гость вышел из себя.

— А! Так ты тоже не знаешь!

Наградил хозяина четырьмя здоровенными оплеухами, а пото́м объяснил:

— Твой дом горит, приятель!

И ушёл.