Ян Деда и красная баба-яга

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

Ян Деда и красная баба-яга


Автор:
Чешская народная








Язык оригинала:
Чешский язык



В одном чешском селе жил старик Деда. У него был сын Ян, этого сына все называли молодой Деда. Был он отчаянный озорник, любого, бывало, проведёт да ещё на смех подымет, всех его плутней не перечтешь. Соседи то и дело на него жаловались, но ничего сделать с ним не могли, никто не мог его обдурить.

Недалеко от села́ была гора, на горе́ — за́мок, под го-рой — пруд. Крестьяне гоняли на этот пруд коней на водопои. Как-то раз в сильную жару — как раз перед жатвой это было — погнал Ян Деда лошадей на барский пруд. Купает он лошадей в пруду и видит там лодочку, а в ло-Дочке — мальчишка. Как закричит вдруг этот мальчишка:

— Водяной, водяной! — и бух в воду.

Ян соскочил с коня, нырнул, подхватил парнишку, подплыл к лошадям, посадил на коня — и скорей к берегу. А мальчишка весь трясётся. Оказалось, что это барчук из графского за́мка. Ян схватил его за ноги, перевернул, тряхо-нул, вода и вылилась. Через минуту барчук уже́ оправился и говорит:

— Спасибо тебе, Ян, что ты меня спас. Я хотел к обеду рыбок наловить.

Ян хлестнул лошадей и осторожно повёз его к за́мку.

— Чего тебе здесь надо, вахлак? — кричат ему у воро́т.

— Я графёнка из воды́ вытащил!

Те смотрят — и верно: графенок сидит на мужицкой кляче.

— Ой, отец, не ругай его, он хороший! Водяной потащил меня на дно, а Ян спас, это—правда!

Граф видит — мальчишка весь мокрый; видно, так оно и было. Спрашивает Яна, чего он хочет за эту услугу.

— Что мне пан граф даст, тем и буду доволен.

— Тогда вот что; возле вашего села́ есть заброшенный хутор, никто не хочет в нём жить; говорят, там нечистая сила водится. А ты, Ян, такой озорной, что сам всех распугаешь.

— Да ведь мой тятя бедняк, и у него двенадцать дочерей, он не сможет мне пособить, вот в чём го́ре то.

— Не беспокойся, — говорит граф, — я сам помогу тебе для начала.

Ладно. Написали такой договор, что за три года Ян должен выплатить за этот хутор три тысячи ассигнациями. Ян даже не понимал, сколько это, — ну, коли договорились, значит — всё. Граф обещал ему на нынешний год уменьшить барщину.

Ян весело хлестнул мерина — и домой. А отец уже́ ищет его, встречает у пруда:

— Где это ты шатаешься? Ян рассказал всё, как было.

— Это всё хорошо, только это такой большой хутор, что нам с ним не управиться. Были бы мы богаче, тогда другое дело! Ну, да уж раз граф его тебе дал, попробуем, попытаемся, может как-нибудь и управимся.

Послал к нему двух дочерей, чтоб помогали. А в этом хуторе лет тридцать жила красная баба-яга. Да ведь Ян над всеми смеялся, всех на свете разыгрывал,

побоялась, видно, она, что и ей с ним несладко придётся, и исчезла оттуда. Вот стал молодой Деда хозяйничать на хуторе. Через год соскучился, взял было к себе мамашу. Но ей там было холодно, зябла по вечерам, беда!

Пришла как-то в село одна девушка. Зашла к старосте и спрашивает, нет ли где работы. В старину так велось, что староста посылал работников. А староста ей и говорит:

— Милая девушка, в работницах у нас сейчас никто не нуждается, но есть тут у нас Ян Деда, он холостой, можешь наняться к нему в работницы.

Ну, ладно. Устроили её на ночлег, а утром проводили к Яну, молодому Деде.

Девушка была из себя красивая, статная, всё у неё, как говорится, на своём месте. Ян посмотрел на неё и недолго думая нанял.

— Я, правда, бедняк, но работница мне очень нужна. Назначил ей, сколько будет получать в год с урожая. Новая работница всё умела делать. Хоть хлебы печь, хоть что другое — всё у неё в руках спорилось. «Ну, —-думает Ян, — всё же девка свет повидала, умеет работать». Полагался на неё во всём, и она была полной хозяйкой. А через год вместо одной девки стало две — ничего в этом удивительного нет. Староста сразу на Яна. «Ты, говорит, обязан на ней жениться».

Ян не стал перечить, сыграл весёлую свадьбу, и родители были довольны. А время между тем шло. Вот три года уже́ на исходе, пора графу платить, а у Яна в кармане то пусто. Жена ему и говорит:

— Одолжи в кассе.

— Боюсь — придётся большие проценты платить.

— Ну, больше взять неоткуда.

А про красную бабу-ягу они и забыли. Уж третий год как пропала, никто её и не видал.

Вот сидит молодая хозяйка перед печкой, а ей повестку от графа приносят: готовьте, мол, деньги. Дедова захныкала:

— Боже мой, что я скажу Яну, когда придёт? Вот так письмецо!

Еще и глаз своих не утёрла — красная баба тут как тут!

— Не бери в долг, поищи до́ма!

Сказала и пропала. Дедова думает: «Померещилось». Вот приходит муж. Она показала ему повестку и рассказала

про красную бабу-ягу. Но Ян Деда младший ничего не боялся и бабьей болтовне не верил.

— Как-нибудь с графом рассчитаемся, — утешал он жену, — а уж если ничего не выйдет, вернем ему его развалину. Всё равно здесь зимой только волков морозить, даже матушка не хочет у нас погостить.

На другой день опять ушёл работать в поле. А Дедова сидит у печки и грустно смотрит в топку. Смотрела она на огонь, смотрела, пока у ней в глазах не зарябило. Вдруг — даже дверь не скрипнула — а красная баба стои́т посреди кухни.

— Не бери в долг, поищи до́ма!

Дедова оглянулась, а та уж исчезла. «Ну, думает, не стану Яну рассказывать, только посмеется надо мной».

А на третий день — опять то же самое. Она решилась сказать.

— Слышь-ка, муженек, это неспроста. Эта красная баба чего-то хочет. Видит, что мы в нужде. А тем, кто её боялся, видно не хотела помогать.

Ян задумался: что же это значит — «Поищи до́ма»?

— Это, — говорит, — неспроста. Красная баба всегда сидела в кухне на чурбаке.

Пошёл туда, откатил чурбан, отодрал доску — ах, батюшки! под ней большой медный котёл с талерами и дукатами. Принялись вдвоём считать, сколько же всего получается? По правильному счёту — пятнадцать тысяч золотых !

— Ну, вот это — подмога так подмога! А Дедова и говорит мужу:

— Как поедем к графу, смотри: ему ни слова.

Ну ладно, отсчитали четыре тысячи, запрягли лошадь и поехали в за́мок. Старый граф поздоровался с молодым Яном и спрашивает:

— Что привезли?

— Мы повестку получили, приехали рассчитаться!

— Ну, это не к спеху! Я вам только напомнил, чтоб вы не спали. Мог бы и не торопиться. А хозяюшка у тебя какая красивая! И одета к лицу. Кто бы мог подумать!

Ян сразу загордился, что барин так приветливо с ним разговаривает, и собрался сейчас же уплатить. Жена достала узелок, а Ян подошёл к столу, высыпал три тысячи, а одна тысяча у него ещё осталась. Граф удивился:

— Что это такое? Откуда у тебя столько денег?

— Кой-какой доход хутор всё же приносит, но и работать приходится как черту. А сколько нужно, чтобы совсем освободить двор от барщины?

— Две тысячи! —говорит граф.

— На тысяче сойдёмся, батюшка барин.

— Ну ладно, давай!

Так Ян откупился на вечные времена, поставил у двора воро́та и написал на них:

Хутор вольного землепашца, свободный от всех оброков и барщин.

И живут они там счастливо и поныне, крепко любят друг друга, и детей у них — без числа.