Боян

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск
Crystal Clear app wp.png Первоисточник
Эта статья является первичным источником части или всей изложенной в ней информации, содержа первоначальные исследования.

Боян — герой Слова о полку Игореве. Представляя Бояна как историка, сочинителя исторических песен, автор Слова о полку Игореве противопоставляет его возвышенным вымыслам правдивое освещение истории. И это проблема всякого века, вечная.

Современные исследователи воспринимают образ Бояна в Слове о полку Игореве некритически:

Боянъ. Личность этого полулегендарного древнерусского певца остается загадкой, хотя и привлекала к себе внимание многих исследователей (А.Х. Востокова, Н.В. Шлякова, Г.Н. Поспелова, М.Н. Тихомирова, В.Ф. Ржиги, Б.А. Рыбакова, А.В. Соловьева и др.). «Задонщина» также упоминает Бояна, называя его «славным киевским гудцом» (т.е. музыкантом, сказителем). В 1964 г. С.А. Высоцкий сообщил о найденной надписи (граффито) на колонне Софийского собора в Киеве, датируемой XII в.: «А передъ тими послухы купи землю княгыни Бояню вьсю». Разумеется, надпись не дает никаких оснований отожествить упомянутого Бояна с «вещим» Бояном «Слова», но свидетельствует о существовании в Киеве в XII в. человека с этим именем[1].

Нет, не свидетельствует. Вот полностью «доказательство бытия Боянова», которое впервые было опубликовано в журнале «Вопросы истории», 1964, № 3:

Месяца енаря въ Л (30) святого Ипполита крила землю княгыни бояню Всеволожаа передъ святою Софиею передъ попы, а ту былъ попинъ Якимъ Дъмило, Пателей Стипъко, Михалъко Нежьнович, Михл, Данило, Марко Сьмьюнъ, Михал Елисавиничь, Иванъ Янъчынъ, Тудоръ Тоубыновъ, Илья Копыловичь, Тудор Бързятичь, а передъ тими послухы купи землю бояню вьсю, а въдала на неи семьдестъ гривьнъ соболии, а въ томь драниць семьсту гривьнъ[2].

Речь здесь не может идти о человеке: не могла княгиня купить землю у «наследников Бояна», как полагают некоторые, в храме Божьем. Христос, как написано в Евангелии, изгнал торговцев из храма, а потому, если вдруг в храме совершается сделка, это значит, что сделку ведет сама Церковь ― только Церковь и никто больше. Не может быть иного, ни при каких условиях и ни при каких обстоятельствах ― разве что в окончательно забуревшем бесовском блудилище, махровом, оголтелом и наглом. Торговать в храме может только Церковь. Стало быть, первый совершенно неоспоримый вывод: «земля бояня» принадлежала Церкви, а не «Бояну». Это согласно с приведенным текстом, в котором помянуты только попы, княгиня и свидетели.

Далее, попы в соборном храме, тем более такого уровня, как Св. София, просто не могли быть свидетелями в сделке между «пасомыми» (спасаемыми): мальчиков иди на улице поищи на побегушки ― положение не обязывает в бесовские кучки путаться. И тем более не мог быть назван участником сделки храм ― если, конечно, земля не принадлежала ему, т.е. находилась здесь же, в ограде. Попы никогда не делают лишнего, выходящего за рамки их прямых обязанностей, буквально ведь пальцем не пошевелят в большинстве своем. Это просто невозможно ― разве по приказу епископа, который обычно и определяет подобные вещи. И если попы вдруг ни с того ни с сего стали «служить Мамоне», торгуя землей церковной, значит, таково было распоряжение начальства из епархии, а то и выше ― из митрополии, так как храм Св. Софии наверняка был в ведении митрополии, а не Киевской епархии. Иначе, повторю, быть не может, так как обычая торговать землей при храмах у Церкви не было. Отсюда нетрудно догадаться, какое высокое социальное положение в нашей сложной жизни занимала княгиня… Скорее всего, это какая-нибудь наследница Всеволода Большое Гнездо.

Далее, совершенно ясно, что землю в ограде церковной не продают под застройку или еще куда: от мирянина в ограде храма могли находиться только могилы (раньше хоронили в ограде) ― и больше ничего, ни при каких условиях и ни при каких обстоятельствах. И нетрудно догадаться, что был раньше, вероятно, такой обычай ― уничтожать могилы после определенного срока, если, например, их некому содержать в порядке, а княгиня Всеволожская выкупила могилы от уничтожения, заплатила попам, чтобы могилы содержались в порядке. На ту же мысль наводит как сочетание «земля бояня» (буяня), ведь на могилах, как говорят, трава растет особенно буйно, так и слово «крыла», каковой обычай, разумеется, упоминает В.И. Даль: «Крышки мн. кал. дмитриева суббота, поминки, от обыка покрывать могилы ризою». Так княгиня, вероятно, и сделала ― покрыла могилы как свои.

Далее любопытно, что не указан год сделки, хотя месяц и число со ссылкой на святого Ипполита бдительно указаны. Год мог пропустить переписчик, но в соборном храме едва ли держали верхоглядов, то есть вернее, что год не поставлен намеренно. Этим, возможно, хотели подчеркнуть, что сделка совершается навечно ― вечная память.

Стало быть, княгиня Всеволожская приняла на себя все старые могилы в ограде соборного храма Киева, буйную землю на церковной офене. И это выходящее из ряда вон событие, да еще и с прицелом в вечность, должно определять время, из ряда вон выходящее. Это могло быть в середине тринадцатого века, именно же в сороковых или пятидесятых годах, когда старые и новые могилы киевской знати остались после нападения монголов без хозяев.

На середину тринадцатого века как время свершения сделки указывает и порядок расчетов. Совершенно не важно, что такое драницы ― векселя, например, наддираемые при погашении, или особенная валюта,― важна здесь просто чудовищная курсовая разница в заявленных средствах платежа. Наличные средства, соболя, относятся к каким-то прочим, вероятно безналичным, как один к десяти ― дорого, очень дорого, причем это рынок в самом современном смысле: там прошла разрушительная грабительская война, наверняка был отток населения (беженцев) и с ним оставшихся наличных ценностей на север. Эти экономические соображения лучше всего и определяют время свершения сделки ― сороковые или пятидесятые годы тринадцатого века. Ведь все очень просто: если наличные деньги продаются, значит уже дело плохо, а если цена столь чудовищна, то и жизнь чудовищна…

Любопытны также и сами заявленные наличные средства — соболя (это лишь обеспечение денег, мера вроде золота). Дело в том, что на Украине соболя едва ли водились уже тогда: соболь всегда уходит от человека, он никогда не будет жить там, где люди вырубают лес и ставят города, да и вообще на Украине леса мало. Соболя указывают на север, на обширные и еще не тронутые леса.

Новые попы и монахи со своими представлениями о стойкой валюте прибыли с севера взамен убитых во время монгольского нашествия, и для новых могилы киевской знати представляли собой всего лишь буйную землю. После монгольского нашествия жизнь на юге началась снова, восстала из пепла при некоторой поддержке Владимирского княжеского дома, потомков Всеволода Большое Гнездо, и этот предел можно считать началом современной Украины, украинского народа.

Вдумаемся. Трудно представить себе разумного и не связанного священным поклонением княжескому дому человека из Церкви, а ей принадлежали все, который бы, глядя на приведенную купчую надпись, не подумал о «бесовском служении», а равно и о «служении Мамоне». Человек с воображением мог даже иронично назвать митрополита Церкви Бояном, откуда наверняка и родился великий языческий певец Слова о полку Игореве, насмешливо воспеваемый в выражениях, которые выше литургии…

Сноски[править]

Ссылки[править]