Бьярмия

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

Бьярмия, Бьярмаланд, Биармия – употреблявшийся в основном викингами топоним, обозначавший территорию в Северо-Восточной Европе, куда викингами осуществлялись походы в IX-XIII веках. Топоним вероятнее всего возник от этнонима бьярм, которым викинги обозначали население этих мест, хотя возможно и обратное.


ИСТОЧНИКИ[править]

Информация о Бьярмии содержится как в источниках викингов - сагах (включая Сагу о Харальде Прекрасноволосом, Сагу о Харальде Серая Шкура, Сагу об Олафе Святом, Сагу о Магнусе Голоногом, включенные в Круг Земной Снорри Струлусона, и другие саги), так и в англосаксонских (Орозии короля Альфреда). В.Н. Татищев указывал, что Иоакимовская летопись упоминала город Бярмы при описании событий произошедших ещё до Рюрика, однако сама летопись была утрачена и известна лишь в пересказе Татищева, причем целый ряд сведений из этой летописи в корне противоречит другим летописным источниками. В целом, в русской историографии, в особенности XIX века, было принято отождествлять скандинавский топоним Бьярмия с древнерусским топонимом Пермь.

ИСТОРИЯ[править]

Среди первых путешествий викингов в Бьярмаланд следует упомянуть путешествие Оттера (также известны варианты его имени Отар или Охтхере) из Халогаланда, а также Хаука Габрока и Вилгарда (придворные норвежского конунга Харальда Прекрасноволосого) и Бьёрна и Сальгарда (придворные шведского конунга Эйрика Эмундсона). Путешествие Оттера состоялось в период с 870г. (по оценкам исследователей в этом году Оттер покинул Норвегию) по 890г. (в этом году Оттер рассказал о своих странствиях королю Уэссекса Альфреду); путешествие Хаука Габрока, Вилгарда, Бьёрна и Сальгарда состоялось в период с 863г. (в этом году на норвежский престол взошел конунг Харальд Прекрасноволосый, направивший в Бьярмию Хаука и Вилгарда) по 873г. (в этом году скончался шведский конунг Эйрик Эмундсон, направивший в Бьярмию Бьёрна и Сальгарда). Подробная информация о путешествии Оттера содержится в Орозии короля Альфреда, информация о направлении Харальдом Прекрасноволосым Хаука и Виларда, уже в Гандвике повстречавших посланных Эйриком Эмундсоном Бьёрна и Сальгарда, приведена в книге Андерса Стрингольма Походы викингов. Эти два первых похода, судя по всему, не носили военного характера: Оттер в своем рассказе лишь описывал Бьярмию, не упоминая о каких бы то ни было боевых действиях (если бы таковые имели место, викинг не преминул бы похвалиться ими); А. Стрингольм прямо указывает, что и Хаук с Вилардом, и Бьёрн с Сальгардом были отправлены торговать.
Позднее викингами совершались и военные набеги, причем «на высшем уровне»: между 905г. и 920г. набег на Бьярмию совершил будущий конунг Эйрик Кровавая Секира, а ориентировочно в 965г.- его сын, конунг Харальд Серая Шкура. Цитируя Сагу о Харальде Серая Шкура Стрингольм отмечает, что Харальд Серая Шкура дал бьярмам бой к северу от их поселения, на берегу реки Вина.
После походов Эйрика Кровавая Секира и Харальда Серая Шкура конунги к путешествиям в Бьярмию охладели. Из документированных последующих походов в Бьярмию можно отметить путешествие Карли, Гуннстейна и Торира Собаки в 1026г., а также карательную экспедицию, учиненную по приказу Хакона IV Старого (Хакона Хаконсона) в 1222г.
поход Карли, Гуннстейна и Торира Собаки очень подробно описан в Саге об Олафе Святом. Олаф II Святой (или Толстый), креститель Норвегии, отправил одного из своих приближенных – Карли из Халогаланда в Бьярмию для торговли. Карли получил от Олафа корабль и столько имущества конунга, сколько на этот корабль влезло, и заключил с Олафом договор о том, что прибыль от вояжа они поделят пополам. Снарядившись, Карли отплыл на север и по дороге завернул в родной Халогаланд, где к нему присоединился его брат Гуннстейн. Позднее к ним на собственном корабле присоединился и их старый знакомый Торир Собака. В этом составе викинги прибыли в Бьярмию, поднялись вверх по реке Вина до места торжища и начали торговлю. Сага указывает, что покупали викинги беличьи, бобровые и собольи меха и расплачивались за них деньгами. Когда деньги закончились, викинги покинули торжище, и, как случалось у викингов достаточно часто, решили заодно ограбить гостеприимных хозяев. За время торговли Торир Собака узнал, что невдалеке от торжища находится храм бога Йомала, вокруг которого находятся захоронения бьярмов. При этом Ториру сообщили, что в случае смерти бьярма от трети до половины его денег относилось в храм. Именно этими богатствами и решили поживиться викинги. Они спустились вниз по реке, ночью сошли на берег, и пройдя через лес, оказались на поляне, где расположен храм. Ночью посменно храм охранялся стражей из бьярмов, но викингам повезло попасть к храму в момент пересменки. Торир, зацепившись за ограду храма боевым топором, перепрыгнул через ограду и, открыв храм изнутри, впустил Карли, Гуннстейна, а также других викингов со своего корабля и корабля братьев. В храме викинги действительно нашли достаточно много монет, взяли столько, сколько могли унести, и тихо покинули храм. Выйдя из храма, Карли заметил отсутствие Торира и вернулся в святилище, где увидел, что Торир уже прихватил драгоценную чашу, находившуюся в руках у изображения Йомала, и присматривается к драгоценной цепи на его шее. В этот момент Торир топором попытался разрубить цепь, но не рассчитал силу удара и снес идолу всю голову. Шум услышала охрана храма и викингам пришлось быстро ретироваться. Им повезло, ночью в глухом лесу бьярмы пошли другой дорогой и викинги незамеченными вышли к своим кораблям, немедленно отшвартовались и быстро ушли в открытое море. Позднее, при дележе добычи между ними возникли споры, Торир сразу вспомнил какие-то старые обиды и от братьев и от их покровителя – Олафа Святого – и, не долго думая, убил Карли. Торир долго гонялся за Гуннстейном, но тот сначала скрылся, а потом сумел пробраться ко двору Олафа, который принял его под защиту, но это уже совсем другая история.
Последним упоминанием в сагах о Бьярмии следует считать запись о том, что в 1221г. бьярмы изрубили команду торгового корабля из Халогаланда (впрочем, история Карли, Гуннстейна и Торира Собаки показывает, что под термином «торговля» викинги могли понимать все, что угодно), и для того, чтобы им отомстить, конунг Хакон IV Старый (Хакон Хаконсон) на следующий год отправил в Бьярмию карательную экспедицию на четырех кораблях, которая устроила погром в земле бьярмов и увезла с собой богатую добычу мехов и серебра.
В последующем Бьярмия и бьярмы в источниках викингов уже не упоминались. В 1251г. между новгородцами и шведами заключается договор о сферах влияния, в 1326г. аналогичный договор заключен между новгородцами и норвежцами, которые заключением этого договора попытались оградить себя от регулярных нападений на Северную Норвегию со стороны объединенных отрядов новгородцев, карелов и саамов. Своей цели, впрочем, договор не достиг, и еще почти сто лет продолжались регулярные военные экспедиции: последнее нападение норвежцев на Беломорье зафиксировано в летописях за 1419г. – норвежцы пытались отомстить за очередной набег новогородцев и карел на Тромсё. Таким образом, с середины XIII века, территория бывшей Бьярмии рассматривалась норвежцами и шведами как неотделимая часть славянских земель и в качестве самостоятельного современного источникам топонима уже не употреблялась.

ГЕОГРАФИЯ[править]

От своего дома – Халогаланда (примерно в районе современного Тромсё) – Оттер шел на север в течение шести дней, после чего, дождавшись попутного ветра, шел на восток четыре дня, после чего, дождавшись попутного ветра, шел на юг пять дней. Эти данные зафиксированы в Орозии короля Альфреда. В конце этого путешествия Оттер оказался в устье большой реки.
Харальд Серая Шкура вел бой на берегу реки Вина севернее поселения бьярмов.
Карли, Гуннстейн и Торир Собака, от торжища на берегу реки Вина спустились вниз по ее течению, совершили набег на храм, после чего, вернувшись на корабли, продолжили спуск по реке и только после этого вышли в море.
Приведенными сведениями информация о месте нахождения Бьярмии фактически исчерпывается. Из этих немногочисленных исходных данных родилось несколько вариантов места нахождения Бьярмии:

  • «северная» теория:
    • норвежская Лапландия
  • «беломорские» теории:
    • устье Северной Двины
    • Кольский полуостров
    • побережье Белого моря между реками Онега и Стрельна или Варзуга
  • «низовская» теория
    • Ярославское Поволжье
  • «балтийские» теории
    • Карельский перешеек
    • побережье Рижского залива

Кроме того, необходимо отметить, что зачастую в качестве Бьярмии понимается вообще вся территория Севера Восточной Европы, нередко ассоциируемая с достаточно абстрактным русским средневековым топонимом Пермь.
Наиболее распространенной и поэтому наиболее критикуемой является версия о том, что Бьярмия расположена в устье Северной Двины или нижнем Подвинье. Остальные версии весьма оригинальны, но в большинстве своем противоречат приведенным выше исходным данным. «Балтийские» теории строятся на том, что Оттер спутал Север с Югом и из родного Халогаланда двинулся не на север вдоль безжизненных и малоизученных берегов, а на юг, давным-давно вдоль и поперек исхоженный норвежцами. «Низовская» теория не объясняет, каким образом можно дойти от Тромсё до Кольского полуострова, затем спуститься к Двине, пройти ее вверх и волоками выйти в притоки Волги, после чего дойти до Ярославля, причем сделать все это в течение 15 дней, используя только весла и парус (именно столько шел до Бьярмии Оттер); тем более это теория не поясняет того, почему Оттер, который не стал входить во впадавшую в море реку, тем не менее определил, что находится в Бьярмии и общался с жившими в этом районе бьярмами. В альтернативных «беломорских» теориях смущает то, что кроме Двины, Мезени и Онеги, более или менее крупных рек в Белое море не впадает, при этом, следуя на юг от Горла Белого моря, попадаешь непосредственно в устье Северной Двины: чтобы попасть в Онегу, нужно отклониться сильно к западу и обогнуть Онежский полуостров; чтобы попасть в Мезень, нужно отклониться сильно к востоку и войти в Мезенскую губу. Остальные же реки, впадающие в Белое море, невелики, быстры и порожисты и практически не могут использоваться для судоходства, даже на весельных и парусных кораблях викингов. Таким образом, сравнительный географический и филологический анализ показывает, что Бьярмия находилась в устье одной из рек, впадающих в Белое море и, скорее всего, в устье Северной Двины.
Подтверждается эта основная версии и при сравнительном анализе приведенного в сагах названия реки, находившейся в Бьярмии. В Саге о Харальде Серая Шкура и Саге об Олафе Святом эта река указана как Вина (Vina). Несомненно, что простого созвучия названия Двина и Вина недостаточно для того, чтобы утверждать тождественность обозначаемых этими топонимами рек. Однако, если учесть то, что наиболее устойчивая версия возникновения названия Двины (от русского числительного «два») вызывает массу вопросов, а та же река по-фински (что зафиксировано, к примеру, в Калевале) называется Viena, то есть созвучно и современному русскому Двина и скандинавскому Вина, версия о том, что все три созвучных топонима обозначают одну и ту же реку, становится все более и более правдоподобной.
Наконец, подтверждается эта версия и последними археологическими находками. В 1989г. в окрестностях Архангельска (то есть примерно в 40-45 км по течению Северной Двины от места ее впадения в Белое море) обнаружен так называемый Архангельский клад, включающий в себя 1915 монет (более 90% из них – германской чеканки X-XII веков) и около 20 ювелирных украшений, в том числе древнерусского и скандинавского изготовления. Еще через 15 лет, в 2004г., при реставрации Гостиного двора в Архангельске был обнаружен клад, включающий в себя относящееся примерно к X веку скандинавское вооружение – четырнадцать мечей, шесть арбалетов, лук со стрелами, два боевых топора, булаву, кистень, два щита и два шлема. На берегах других беломорских рек подобных находок до настоящего времени не было. Это служит доказательством того, что на берегах Северной Двины скандинавы в X-XII веках точно появлялись, чего нельзя утверждать в отношении берегов других рек, впадающих в Белое море.

ТОПОНИМ[править]

Как отмечено выше, топоним Бьярмаланд, то есть «земля Бьярм», вероятнее всего произошел от этнонима «бьярм», которым викинги обозначали жителей этой страны. При этом русским источникам ни этот топоним, ни этот этноним неизвестны, в связи с чем исследователи, особенно в XIX веке отождествляли топоним Бьярмия с топонимом Пермь в его средневековом смысле, как обозначение финно-угорских территорий Севера Восточной Европы. Это отождествление строилось на двух основных посылках. С одной стороны, Оттер отмечал, что бьярмы говорят практически на том же языке, что и «финны» (так викинги называли саамов), то есть на языке угро-финской группы. С другой стороны, русским исследователям топоним Бьярмия показался созвучным топониму Пермь: Бьярма – Парма – Пермь. При этом эти исследователи почему-то не обратили внимания на целый ряд факторов, который противоречит их версии.
Во-первых, если скандинавский топоним тесно связан с этнонимом, то в случае с русским термином эта связь практически отсутствует. Русские топонимом «Пермь» обозначали достаточно значительную территорию от современной Удмуртии до Полярного Урала, причем лишь в самой восточной части (теперешняя территория проживания коми-пермяков) этот топоним сопровождается созвучным этнонимом. То есть, скандинавский топоним возник из этнонима, а вот русский этноним, скорее всего, произошел от топонима, причем между территориями, к которым относятся эти термины – огромные непроходимые (не только в средневековье) пространства.
Во-вторых, викингов сложно обвинить в аккуратном заимствовании иноязычных топонимов и этнонимов. Если с более или менее близкими германскими языками они еще как-то справлялись, то с угро-финскими и славянскими им было сложнее. Достаточно вспомнить, что Русь викинги называли Гардар или Гардарика, Киев – Кэнугард, Новгород – Хольмгард, Константинополь – Миклагард, Суздаль – Сурсдалир, Ладогу – Альдейгьюборг. Не лучше обстояло дело и с этнонимами: общеизвестно, что финны во всем мире называются скандинавским этнонимом, абсолютно не имеющим никакого отношения к самоназванию этого народа; более того, в раннем средневековье этот термин использовался викингами для обозначения саамов, а собственно финнов называли квенами, но с самоназваниями ни того, ни другого народа это никак не связано.
В целом, вопрос о происхождении скандинавских топонима и этнонима, а также о их возможном соотношении с русскими топонимами и этнонимами, в настоящий момент не имеет ответа.

Интересные факты[править]

Улица Плеханова в Перми до революции называлась улица Биармская [1].


Внешние ссылки[править]