Галеаццо Чиано

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск
Галеаццо Чиано

Джан Галеаццо Чиано, граф Кортелаццо и Буккари (итал. Gian Galeazzo Ciano, conte di Cortellazzo e Buccari; 18 марта 1903, Ливорно — 11 января 1944)[1] — итальянский политик и дипломат, министр иностранных дел Королевства Италия (1936‒1943), участник создания «оси Берлин — Рим» и заключения Тройственного пакта (1940), зять Муссолини.

Биография[править]

Галеаццо Чиано родился 18 марта 1903 года в Ливорно в семье адмирала Костанцо Чиано из знатного рода Кортелаццо. Крупные акции семейства в металлургической промышленности и поддержка адмиралом фашистского движения с момента его возникновения обеспечили главе семьи быструю политическую карьеру. Министр, а затем председатель фашистской палаты депутатов Костанцо Чиано был в 1926 году официально назначен преемником Муссолини.

Галеаццо Чиано получил аристократическое воспитание. Закончив в 1925 году университет, поступил на дипломатическую службу и был направлен на работу в Бразилию, затем в Китай, в посольство при Ватикане.

В Китае Чиано познакомился с находившейся там в качестве туристки Эддой Муссолини, дочерью фашистского дуче. Женитьба на ней, в 1930 году резко изменила его положение. Чиано стал генеральным консулом в Шанхае, посланником в Китае, в 1932 году служил ответственным работником в следственной комиссии Лиги Наций по китайско-японскому конфликту. В августе 1933 года Муссолини назначил Чиано начальником отдела печати при председателе совета министров.

Предшественник Чиано поведал ему о значимости этого поста: «Благодаря моему посту могу сказать, что я был близок к Муссолини. Я виделся с ним три раза в день, был в курсе всех перемещений. Для него глава отдела печати был важнее министра». Спустя год отдел был преобразован в секретариат, а в июне 1935 года Чиано возглавил министерство печати и пропаганды. В его компетенцию входило осуществление контроля над радио, печатью, издательствами, кино, театром.

Ко второй половине 1930-х годов завершился процесс фашизации итальянского государства. В недрах внешней политики фашистской верхушки стала вырисовываться новая линия, направленная на прочный союз с нацистской Германией. В сотрудничестве двух фашистских режимов на международной арене Чиано видел силу, способную перекроить карту мира. Возглавив отдел печати, а затем министерство печати и пропаганды, он постепенно сконцентрировал в своих руках основные вопросы итало-германских отношений. Через него шли донесения для Муссолини от президента итальянской торговой Палаты в Берлине Дж. Ренцетти, которого называли «длинной рукой» Муссолини в Германии. Через Ренцетти, а не итальянского посла в Берлине Черрути Гитлер дал знать в Рим о намерении рейха следовать политике решительной дружбы в отношении Италии. В обход Министерства иностранных дел Чиано закладывал идеологические и практические основы будущей «оси Рим — Берлин». Постепенно министерство печати и пропаганды превратилось в «дублера» итальянского министерства иностранных дел.

Боевой вылет «La Disperata» 14 ноября 1935 г.

В октябре 1935 года, когда Италия вторглась в Эфиопию, Чиано отправился в Восточную Африку в качестве командира авиаэскадрильи «La Disperata» («Отчаянные»).[2] Вместе с Чиано в эскадрильи летали также Алессандро Паволини и Роберто Фариначчи, к концу войны в эскадрилью перешёл Этторе Мути. Приехав ненадолго в Рим в январе 1936 года, Чиано подверг резкой критике внешнеполитическую линию заместителя министра иностранных дел Ф. Сувича. Он требовал полной переориентации внешней политики на союз с гитлеровской Германией. 9 июня 1936 года, Чиано был назначен министром иностранных дел. Захват Эфиопии стал переломным моментом для внешней политики Италии.

Во время визита гитлеровского министра Франка в Рим (сентябрь 1936 года) были намечены общие контуры целей Италии и Германии. 23 октября Чиано и германский, министр иностранных дел фон Нейрат подписали в Берлине протокол, который определил итало-германское сотрудничество по широкому спектру вопросов. Политический союз двух фашистских государств, названный «осью Рим — Берлин», стал реальностью. Чиано с триумфом докладывал Муссолини о результатах своей первой ответственной миссии: Германия официально признала захват Италией Эфиопии. Еще более важное значение имел строго секретный протокол о «новом статусе» Европы, определявший Средиземное море сферой интересов Италии.

В марте 1938 года гитлеровская Германия осуществила аншлюс Австрии, через год вошла в Чехословакию. Чиано удалось убедить Муссолини при планировании реванша в качестве компенсации за Австрию Италия должна была захватить Албанию. Он придавал аннексии Албании огромное значение, считая, что это усилит позиции итальянского фашизма. «По моему мнению, — писал Чиано, — поход в Албанию поднимет моральное состояние в стране, явится реальным положительным плодом политики оси, подобно которой мы смогли бы пересмотреть нашу политику. Этот пересмотр должен также коснуться наших отношений с Германией, гегемония которой начинает принимать угрожающие очертания».

В апреле 1939 года итальянская армия заняла Албанию. Муссолини, отмечая заслуги Чиано в подготовке захвата Албании, поддержал намерение короля наградить министра иностранных дел лентой рыцарского ордена Савойской династии с бриллиантами, что давало ему право называть се «кузеном короля». «Графу Чиано мы обязаны тем проникновением изнутри, которое позволило нам без единого выстрела аннексировать Албанию», — писал дуче в своем представлении. Действительно, Чиано в этот период развил широкую и разнообразную деятельность. Он запугивал албанских дипломатов, оказывал давление на правительства соседних стран. Италия усилила экспансионистские приготовления на Балканах и в Северной Африке.

22 мая 1939 года министр иностранных дел Германии Риббентроп и Чиано подписали военно-политической союз («стальной» пакт), который приблизил Вторую мировую войну. Согласно договору стороны обязывались в случае начала одной из них военных действий немедленно выступить на ее стороне. Впервые в дипломатической практике XX века не был даже формально обусловлен оборонительный характер союза.

В связи с военной и экономической неподготовленностью к войне, разногласиями с германским союзником по вопросам военной стратегии, нажимом западных держав на Италию фашистское руководство уклонилось от вступления в войну, объявив себя впервые в дипломатической практике «невоюющим союзником» Германии. Гитлер не без оснований значительную часть вины за это приписывал интригам Чиано.

Однако под влиянием гитлеровских успехов на Западе Италия все-таки вступила 11 июня 1940 года во Вторую мировую войну. Союз с Германией постепенно поставил Италию практически в полную зависимость от рейха. Лишь после того как обрисовалась неотвратимость краха гитлеровской Германии, представители консервативного течения итальянского фашизма начали борьбу за власть, надеясь, сбросив Муссолини, добиться приемлемого соглашения с Англией и США. Главными действующими лицами в фашистской оппозиции были председатель палаты депутатов Д. Гранди, министр образования Дж. Боттаи, ветеран фашистского движения Л. Федерцони и Г. Чиано.

Итальянский министр иностранных дел не скрывал своих антигерманских настроений и пессимизма относительно будущего Муссолини. Вместе с тем оппозиция в правящих кругах не имела определённого плана, действовала разобщенно и ограничивалась сплетнями и бранью по адресу Муссолини.

5 февраля 1943 года Муссолини произвел «большую чистку» государственного аппарата. Были уволены почти все министры. Наибольший шум наделало удаление Чиано, назначенного послом при Ватикане.

Весной 1943 года волна забастовок прокатилась по Италии, а 10 июля последовала высадка англо-американских войск в Сицилии. Медлить больше было нельзя, и оппозиционеры развернули подготовку к перевороту. Утром 20 июля Гранди сообщил секретарю фашистской партии К. Скорца о намерении поставить на повестку дня заседания большого фашистского совета вопрос о доверии Муссолини. «Муссолини не может более оставаться, — сказал Скорца. — В интересах фашизма, Италии, всех нас он должен отказаться от власти».

25 июля на заседании совета Чиано выступил после Гранди и Польверелли. Он избегал прямых нападок на Муссолини и ограничился критикой союза с Германией, доказывая необходимость разрыва отношений с ней. Когда началось голосование за резолюцию Гранди, он поддержал её, подписав тем самым собственный смертный приговор.

После военно-монархического переворота 25 июля 1943 года Чиано был уверен, что он будет включен в состав группировки, которая возглавит страну и приведет ее к союзу с западными державами. Но он просчитался. Король Виктор Эммануил поспешил отдалиться от политических деятелей, сотрудничавших в фашистском правительстве. Он назначил главой правительства маршала Бадольо, уволенного в декабре 1940 года с поста начальника генерального штаба за неудачи в агрессии против Греции.

Чиано обратился с просьбой к начальнику генерального штаба Амброзио помочь ему и семье в получении заграничных паспортов для выезда в Испанию. Дни шли, а паспортов все не было. Тем временем приступила к работе правительственная комиссия по расследованию коррупции в фашистском аппарате. Одним из первых Чиано был обвинен в финансовых злоупотреблениях на посту министра иностранных дел. Пока шло расследование, Чиано находился под домашним арестом. По его поручению Эдда вступила в переговоры с представителем СС в Италии Дольманом. Вместе с ним был разработан план бегства Чиано в Германию.

Семья Чиано была благополучно переправлена в Мюнхен, откуда ее перевезли в Обералльманнсхаузен. К этому времени политическая обстановка на Апеннинах изменилась коренным образом. Италия вышла из войны на стороне Германии, 8 сентября 1943 года её северная часть была оккупирована гитлеровскими войсками. Муссолини поручили сформировать марионеточное правительство в этой части Италии.

Для укрепления идеологических и политических позиций нового руководства Гитлер требовал предать суду главных участников военно-монархического переворота. В октябре Муссолини утвердил состав трибунала. Из 19 членов большого фашистского совета, которые проголосовали за резолюцию Гранди, удалось схватить только шестерых. Главным обвиняемым среди них оказался Чиано.

Во второй половине октября Чиано под охраной эсэсовцев был доставлен в Верону в средневековый замок «Скальци», превращенный в тюрьму.

В середине декабря в Вероне открылся процесс над участниками военно-монархического переворота. В полдень 10 января 1944 года специальный чрезвычайный трибунал приговорил шестерых бывших членов большого фашистского совета, обвиненных в «предательстве и помощи врагу», к смертной казни. 11 января 1944 года в 9 часов 21 минуту утра приговор трибунала был приведен в исполнение.

Бизнес семьи Чиано[править]

Дяди Чиано, два адмирала — Артуро и Алессандро, и их родственники и подставные лица представляли интересы семьи Муссолини — Чиано в крупнейших трестах. Вместе с Одеро, Боччарди, Орландо и другими семья Муссолини была крупнейшим пайщиком «Терни». Адмирал Артуро Чиано состоял в руководстве одного из крупнейших филиалов этого треста — акционерного общества «Одеро-Терни-Орландо» (судостроительные, машиностроительные и орудийные заводы). Вместе со своим братом Алессандро он заседал в правлении торпедного завода «Силурифичо», тоже связанного с «Терни», и возглавлял ряд других крупных дочерних компаний «Терни», как-то: Итальянское металлургическое общество, «Сан-Джорджо», «Индустрие металлурджике», «Металлурджике Брешане» и др. Алессандро Чиано представлял интересы семьи в пароходных компаниях, портовых предприятиях, страховых обществах и т. д. В частности он возглавлял объединённое пароходное общество «Тиррения-Флорио-Читра».

Семья Чиано была тесно связана с семьёй крупных генуэзских судовладельцев и сахарозаводчиков Скиаффино, а последние в свою очередь установили деловой контакт с Алжирской компанией мореходства Северной Африки, Генеральным обществом алжирских рудников и шахт и Обществом тунисских фосфатов. С этими же самыми обществами, как сказано уже выше, был связан и Донегани, хозяйничавший в тресте «Монтекатини» (50 % перерабатываемых им фосфатов этот трест получал из Туниса). Таким образом, требование о присоединении Туниса к Италии, провозглашённое в своё время с большим шумом в фашистской палате, было особенно близко интересам семьи Муссолини — Чиано и магнатам финансового капитала.

Надо сказать, что не все свои «сбережения» Муссолини помещал в итальянские предприятия. По сообщению южноамериканской прессы, Муссолини и Чиано ещё до войны вложили в предприятия Буэнос-Айреса (Аргентина) 6 млн ф. ст. Муссолини перевёл в аргентинские банки на имя своей дочери Эдды (жены Чиано) и двух сыновей 3 200 тыс. ф. ст. Он закупил в Аргентине крупнейшие поместья на имя своего сына Бруно. Кроме того, Муссолини и Чиано имели огромные вложения в других странах Южной Америки и в Японии.[3]

Цитаты[править]

  • «Лично я, — человек партийный и государственный, желаю дела прорабатывать с коммунистическим государством, нежели с демократическим, где каждый тянет туда, куда ему хочется. Я предпочитаю иметь дело с коммунистическим государством в вопросах международных. Это, конечно, моё персональное мнение».[4]

Литература[править]

  • Галеаццо Чиано. Дневник фашиста. 1939—1943. — М.: Плацъ, 2010. — (Серия «Первоисточники новейшей истории») — 676 с. — ISBN 978-5-903514-02-1

Ссылки[править]

  1. it:Galeazzo Ciano
  2. it:La Disperata
  3. С. М. Слободский. Итальянский фашизм и его крах. ОГИЗ Госполитиздат. 1946. 206 с.
  4. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ИТАЛИЯ Н. В. ГОРЕЛКИНА В НКИД СССР 26 декабря 1940 г.