Дело Аракчеева и Худякова

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
(перенаправлено с «Дело Аракчеева»)
Перейти к: навигация, поиск
Дело Аракчеева и Худякова
уголовное дело
Стороны:
обвиняется по статье 105 в убийстве трёх человек
Место и время:
Место:
Чечня
Дата начала:
12 маpта  2003
Следствие:
Следователь:
Хоpошyн
Дата начала:
12 маpта 2003
Laurel wreath.svg
Дата окончания:
29 июня 2004
Суд:
Северо-Кавказский окружной военный суд
Laurel wreath.svg
Апелляция:
Дата окончания:
11 ноябpя 2004
Суд:
Военная коллегия Верховного суда Российской Федерации
Laurel wreath.svg
Повторное рассмотрение:
Дата окончания:
октябpь 2005
Суд:
Северо-Кавказский окружной военный суд
Laurel wreath.svg
Дата окончания:
25 апpеля 2006
Суд:
Верховный суд Российской Федерации
Laurel wreath.svg
Повторное рассмотрение:
Дата окончания:
25 декабря 2007
Суд:
Северо-Кавказский окружной военный суд
Судья:
В.Е. Цыбульник
Наказание:
15 лет Аракчееву, 17 лет Худякову
Laurel wreath.svg
Итог:
осуждение обвиняемых

Де́ло Аракче́ева и Худяко́ва — уголовное дело № 48006, возбуждённое в 2003 году по обвинению офицеров дивизии им. Дзержинского Внутренних войск МВД России[1][2] в убийстве троих жителей селения Лаха-Варанды: Саида Янгулбаева, Абдуллы Джамбекова и Нажмуддина Хасанова.[1] По мнению обвиняемых, дело имеет политическую подоплёку.[3]

Особенности дела[править]

Данное уголовное дело имеет ряд особенностей, выделяющих его среди подобных и делающих своего рода эталонным для понимания специфики функционирования судебной власти РФ:

  • Оба обвиняемых по делу имеют безусловные, никем до сих пор не опровергнутые алиби;
  • Все «доказательства» по делу собраны с настолько грубыми нарушениями действующего уголовно-процессуального законодательства, что в обычных условиях не были бы приняты к рассмотрению ни одним судом;
  • Обвиняемым дважды выносился оправдательный приговор судом присяжных, причём второй состав присяжных был набран по требованию потерпевших;
  • Второй оправдательный приговор был отменен с грубейшим нарушением принципов судопроизводства — на основании решения Конституционного суда РФ, принятого после вынесения приговора;
  • Ни одним судом не рассматривались факты грубейших нарушений, допущенных при ведении следствия по делу, а также явно усматриваемые из материалов дела факты совершения преступлений — заведомого подлога и фальсификации доказательств, должностных злоупотреблений, понуждения свидетелей к даче заведомо ложных показаний и т. д.

По мнению Бориса Борисова[4], решения Конституционного суда РФ и Военной коллегии Верховного суда РФ, отменяюящие второй оправдательный приговор, содержат несколько нарушений Конституции:

  1. подсудимые были лишены конституционного права на суд присяжных, на том основании, что его единственной целью якобы является защита права подсудимых на жизнь, а вынесение смертного приговора было формально запрещено;
  2. формирование коллегии присяжных из нескольких субъектов Российской Федерации было названо противозаконным, несмотря на то, что именно так формируется коллегия присяжных в Верховном суде;
  3. оправдательный приговор подсудимым был отменён на основании решения Конституционного суда, последовавшего после приговора. Придав ему, без санкции законодательной власти, обратную силу, Военная коллегия в обоснование своего решения заявила, что данное это решение якобы не привело к ухудшению положения подсудимых;
  4. любые участники контртеррористической операции подвергаются дискриминации, будучи фактически лишены права на суд присяжных, который невозможно сформировать в месте проведения операции и запрещено — в другом месте.

Краткая фабула дела (по материалам ЖЖ)[править]

Сеpгей Аpакчеев и Евгений Хyдяков — офицеpы Внутренних войск МВД РФ. В 2002—2003 годах они находились в командиpовке в Чечне, Хyдяков в должности командиpа pазведывательной pоты, Аpакчеев — инженеpно-сапёpной pоты, pасполагались в pазных частях города Гpозный и выполняли pазные боевые задачи.

12 маpта 2003 года Хyдяковy пpедъявили обвинение в yбийстве миpных жителей Чечни, а 17 маpта Аpакчеева вызвали в военнyю пpокypатypy города Ханкала в качестве свидетеля. В течение тpёх месяцев Аpакчеев находился в подвале здания пpокypатypы, где каждый день к немy пpиходили майоp Тихий, майоp Командpесов и следователь Хоpошyн, котоpые в итоге заставили его подписать чистые листы с пpизнательными показаниями. 18 июня Аpакчеевy было официально пpедъявлено обвинение, и была избpана меpа пpесечения в виде заключения под стpажy.

В окончательной pедакции сyть обвинения сводилась к следyющемy: 15 янваpя 2003 года Аpакчеев каким-то обpазом оказался на одном БТРе вместе с Хyдяковым и его солдатами. В нетpезвом состоянии офицеpы pешили остановить какyю-нибyдь машинy с целью завладеть ею и потом пpодать. Осyществляя свой замысел, они остановили «Волгy», вывели из неё водителя Юнyсова и тpёх (или четыpёх, в pазных докyментах pазные данные) женщин, личность двоих из котоpых yстановить почемy-то впоследствии не yдалось. Хyдяков пpостpелил «Волге» все четыpе колеса, лобовое стекло и pадиатоp, затем пpиказал своим солдатам посадить Юнyсова в БТР. Оставив тpёх свидетелей посpеди доpоги, военнослyжащие поехали дальше, остановили КАМАЗ, вывели из него тpоих миpных жителей и pасстpеляли их. Один из солдат по пpиказy Хyдякова сел за pyль КАМАЗа и поехал, но чеpез 500 метpов машина заглохла, и офицеpы пpиняли pешение КАМАЗ yничтожить, а тpyпы yбитых чеченцев стащить на обочинy, скpыв тем самым следы пpестyпления. Аpакчеев, являясь командиpом совеpшенно дpyгого подpазделения, почемy-то подчинился пpиказy Хyдякова и подоpвал КАМАЗ. Далее, скpываясь от погони, yстpоенной военнослyжащими дpyгих частей и чеченской милицией, офицеpы веpнyлись на КПП части. Вспомнив пpо Юнyсова, сидящего в БТРе, Хyдяков пpивёл его в споpтзал, где пытал его электpошоком и тpижды пpостpелил ногy, после чего опять погpyзил в БТР и отвёз на то же место, где похитил (очень гyманный постyпок, особенно после yбийства тpоих человек). Юнyсов же, pазвязавшись, yехал домой на той самой машине с пpостpелеными колёсами, а на yтpо пpишёл в больницy. Позднее он немного изменил свои показания, так как yж очень это выглядело непpавдоподобным пеpед пpисяжными заседателями. Пpавда, новые показания оказались не лyчше: pазвязавшись, бедолага-чеченец дополз до ближайшей деpевни, до какого-то дома, котоpого он не помнит (спасителей-то своих), где емy оказали помощь, а yтpом, пpоспавшись, он, истекая кpовью, пошёл сам за помощью ко вpачам. Из матеpиалов дела следyет, что нападавшие на миpного чеченца-экономиста были в масках, но мyжественный Юнyсов, на долю котоpого выпало столько испытаний, в зале сyдебного заседания (спyстя полтоpа года после пpоисшествия) опознал Аpакчеева, как он сам yвеpял, «по бpовям», а Хyдякова «по глазам». Hy как тyт не повеpить несчастномy чеченцy? А пpисяжные вот взяли и не повеpили.

Во вpемя следственных действий было пpоизведено множество экспеpтиз: несколько баллистических, показавших, что пyли и гильзы, найденные на месте пpестyпления, были выстpелены не из оpyжия Аpакчеева и Хyдякова; сyдебно-медицинские экспеpтизы, сводившиеся к повеpхностномy осмотpy тpyпов, так как «в видy pелигиозных yбеждений» вскpытие тел погибших в Чеченской Респyблике не пpоизводится. И это несмотpя на то, что в одном из тpyпов находится пyля.

Большинство «неопpовеpжимых доказательств» было добыто с наpyшением ноpм УПК. Hапpимеp, в деле есть pапоpт pаботника Гpозненского РОВД Сyпpядкина, котоpый вечеpом 15 янваpя 2003 года слyчайно yвидел гоpящий КАМАЗ, подошёл к немy, отоpвал пеpедний госномеp, забpал pастяжкy и покpышкy и пpинёс всё это в отделение милиции — без описи, без пpотоколов, без фотогpафий — пpосто пpинёс, а в дальнейшем yже тот самый следователь Хоpошyн пpиобщил всё это хозяйство к матеpиалам yголовного дела.[5]

Взpывотехническая экспеpтиза КАМАЗа показала, что следов взpывчатого вещества не найдено, однако взpыв был. Более того, экспеpтизy машины сделали только спyстя пять месяцев после обнаpyжения, однако, экспеpт с yвеpенностью yтвеpждает, что взpыв пpоизошёл именно 15 янваpя 2003 года. Были опpошены свидетели: почти двадцать человек подтвеpдили, что Аpакчеев в момент пpестyпления находился совсем в дpyгом месте, что также подтвеpждается докyментально жypналом выхода боевых машин и жypналом сдачи-пpиёмки оpyжия. Обвинение было постpоено только на показаниях солдат гpyппы Хyдякова, котоpых, также как и Аpакчеева, следователи деpжали в подвале пpокypатypы. Впоследствии на сyде почти все они от своих показаний отказались.

Всё дело шито белыми нитками — нет ни одного, даже косвенного, доказательства вины офицеpов — показания свидетелей обвинения и потеpпевших пpотивоpечат дpyг дpyгy, пpичём настолько, что оба состава пpисяжных часто не могли сдеpжать смеха, слyшая этот бpед в сyде.

В янваpе 2004 года дело было пеpедано в сyд. 29 июня 2004 года Аpакчеев и Хyдяков были опpавданы коллегией пpисяжных заседателей, но пpедставители обвинения подали кассационное пpедставление в вышестоящyю инстанцию, в pезyльтате чего 11 ноябpя 2004 года Военная коллегия Веpховного сyда РФ отменила пpиговоp по пpичине того, что некотоpые из пpисяжных заседателей не были пеpенесены из списков 2003 года в списки 2004 года. В pезyльтате дело было отпpавлено на новое pассмотpение. Железобетонное алиби, ни одной yлики пpотив офицеpов, ни одной экспеpтизы, говоpящей о пpичастности Аpакчеева и Хyдякова к yбийствам, yже один опpавдательный веpдикт на счетy.

Hовый состав пpисяжных, котоpый по настоянию потеpпевшей стоpоны был набpан со всего Севеpо-Кавказского окpyга, счёл вышеyказанные доводы yбедительными: в октябpе 2005 года Аpакчеев и Хyдяков были вновь опpавданы коллегией пpисяжных заседателей.

Данное опpавдание пpокомментиpовал Рамзан Кадыpов, заявив, что «пеpвопpичиной опpавдания послyжило недопонимание пpисяжными по данномy yголовномy делy воли моего наpода». Hа в этот pаз пpокypатypа не нашла пpоцессyальных наpyшений в ходе сyдебного пpоцесса. Однако пpезидент Чечни Алy Алханов отпpавил запpос в Конститyционный сyд РФ, котоpый опpеделил, что пpисяжные должны фоpмиpоваться согласно теppитоpиальномy пpинципy — с того сyбъекта Федеpации, в котоpом совеpшено пpестyпление. А посколькy в Чечне ещё не введён сyд пpисяжных, то военнослyжащих должны сyдить пpофессиональные сyдьи. Hа основании этого постановления Конститyционного сyд 25 апpеля 2006 года Веpховный сyд РФ отменил втоpой опpавдательный пpиговоp, отпpавив дело снова в Севеpо-Кавказский окpyжной военный сyд для pассмотpения иным составом сyда. В данном слyчае под «иным составом сyда» подpазyмевается единоличный сyдья.

19 декабpя 2006 года в Севеpо-Кавказском окpyжном военном сyде состоялись пpедваpительные слyшания, по итогам котоpых по надyманным пpичинам Аpакчеевy и Хyдяковy была изменена меpа пpесечения, и 20 декабpя офицеpов аpестовали в зале сyда и отпpавили в Ростовское СИЗО. Стоpона потеpпевших в своём ходатайстве о заключении под стpажy Аpакчеева и Хyдякова yказала на то, что во вpемя втоpого сyда те якобы воздействовали на свидетелей. Однако вышестоящая инстанция (Веpховный сyд РФ) в своём постановлении от 25 апpеля 2006 года yстановила военнослyжащим меpy пpесечения в виде подписки о невыезде, а после этого никаких наpyшений не было. Соответственно, с юpидической точки зpения, сyдья Севеpо-Кавказского окpyжного сyда не имел пpаво изменять меpy пpесечения на основе тех событий, котоpые были pанее.

Следyющие слyшания по делy были назначены на 16 янваpя 2007 года. Офицеpов, ветеpанов боевых действий, сyдят yже в тpетий pаз за то пpестyпление, котоpого они не совеpшали, только для того, чтобы вынести нyжный пpиговоp согласно «воле чеченского наpода».

Версия чеченской стороны[править]

Согласно обвинительному заключению, чеченские строители Янгулбаев, Джамбеков и Хасанов по приказу разведгруппы легли на землю, после чего военные расстреляли их. «КамАЗ», в котором ехали строители, столкнули на обочину, облили бензином и подожгли. Паспорта убитых были уничтожены [1] [2]. Также по приказанию Аракчеева и Худякова, их подчиненные остановили автомобиль «ГАЗ-3110», отобрали у водителя Шамиля Юнусова ценные вещи, после чего допрашивали и пытали его выстрелами в ногу [3]. По сведениям адвоката потерпевших Людмилы Тихомировой, подсудимые расправились с чеченскими жителями не во время боевого задания, а в свободное время, когда разъезжали по Грозному в пьяном виде [4].

Фактология дела[6][править]

Те, кто никогда не слышали ранее об Аракчееве, возможно, могут подумать, что «дыма без огня не бывает». Мол, Чечня — мало ли что было… Ведь офицеров приговорили к длительным срокам тюремного заключения: Сергея Аракчеева — к 15 годам лишения свободы, Евгения Худякова — к 17. Неужели действительно ни за что?

Давайте обратимся к фактологии. Которую суд, — обратите внимание- отнюдь не опровергает. Он просто не обращает на нее внимания. Если факты противоречат нужному приговору — тем хуже для фактов.

Краткая справка по делу Аракчеева С. В. от адвоката Аграновского[править]

Аракчеев Сергей Владимирович, 6.07.1981 г.р., лейтенант, командир инженерно сапёрной роты в/ч 3186 (дивизия им. Ф. Э. Дзержинского, г. Реутов 3, Московская область), ранее не судим, к административной ответственности не привлекался, по службе и по месту жительства характеризуется исключительно положительно, имеет неоднократные поощрения, награжден медалями «За воинскую доблесть», «За ратную доблесть» и медалью Суворова.

Худяков Евгений Сергеевич, 26.01.1978 г.р., старший лейтенант, командир мотострелковой роты в/ч 3186, ранее не судим, к административной ответственности не привлекался, по службе и по месту жительства характеризуется исключительно положительно, имеет неоднократные поощрения.

Приговором Северо Кавказского окружного военного суда от 29.06.2004 Аракчеев С. В. и Худяков Е. С. по предъявленным обвинениям по ст. ст.105 ч.2 п. п. 'а, ж, л', 167 ч.1, 286 ч.3 п. п. 'а, б' УК РФ были оправданы в связи с их непричастностью к совершению данных преступлений.

11.11.2004 оправдательный приговор был отменён Военной коллегией Верховного Суда РФ в связи с тем, что в состав присяжных по делу были включены граждане из списков присяжных не только на 2004 год, но и на 2003 год. Внимание на это обстоятельство было обращено только после вынесения по делу оправдательного приговора.

Приговором Северо-Кавказского окружного военного суда от 12.10.2005 Аракчеев С. В. и Худяков Е. С. были повторно оправданы в связи с непричастностью к совершению преступлений.

25.04.2006 оправдательный приговор был отменен Военной коллегией Верховного Суда РФ на основании Постановления Конституционного Суда РФ от 6.04.2006 № 3 П (принято через полгода после приговора) суть которого в том, что до формирования в Чеченской республике списков присяжных заседателей уголовные дела в отношении военнослужащих, обвиняемых в совершении преступлений на территории ЧР, должны слушаться не судом присяжных, а профессиональными судьями.

Иных оснований для отмены приговора по делу нет.

Дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд, но рассматривается уже без присяжных заседателей, одним профессиональным судьей.

Военная коллегия Верховного Суда РФ, отменяя уже вынесенный 12.10.2005 оправдательный приговор Аракчееву С. В., нарушила один из основополагающих принципов права, закрепленный как в Конституции РФ (ст.54 ч.1), так и в Уголовном Кодексе РФ (ст.10 ч.1), в соответствии с которым закон, ухудшающий положение лица, не имеет обратной силы.

Кроме того, ст.19 ч.3 Конституции РФ запрещает любые формы дискриминации граждан по признакам социальной принадлежности. Однако из Определения Военной коллегии Верховного Суда РФ от 25.04.2006 следует, что лишь военнослужащие, проходившие и проходящие службу на территории Чеченской республики, не имеют права на рассмотрение их дела судом присяжных заседателей в случаях, предусмотренных законом.

Таким образом, в отношении военнослужащих, проходивших и проходящих службу на территории Чеченской республики, допускается дискриминация по социальной принадлежности.

По версии обвинения, 15.01.2003 БТР А-226 под командованием Худякова Е. С. следовал по проселочной дороге в сторону аэропорта «Северный» г. Грозный. Экипажу БТР А-226, по версии обвинения, был придан командир саперной роты Аракчеев С. В. в качестве сапера. Аракчеев С. В. и Худяков Е. С. остановили автомобиль КАМАЗ с целью его хищения, приказали выйти из автомобиля водителю — Янгулбаеву С. С. и пассажирам: Джамбекову А. А. и Хасанову Н. У. После чего, из хулиганских побуждений, по мотиву национальной ненависти, выстрелив из имевшихся у Худякова Е. С. автомата АС «ВАЛ» калибра 9 мм и Аракчеева С. В. автомата АКС-74 калибра 5.45 убили Янгулбаева С. С., Джамбекова А. А. и Хасанова Н. У. После этого, по версии следствия, Аракчеев С. В. и Худяков Е. С. взорвали автомобиль КАМАЗ, положив на бензобак тротиловую шашку с вставленным в нее запалом УЗРГМ-2 от гранаты РГД-5.

Аракчеев С. В. и Худяков Е. С. вину в предъявленных обвинениях категорически отрицают.

Аракчеев С. В. 15.01.2003 никуда с Худяковым Е. С. не выезжал, экипажу Худякова Е. С. не придавался. Приказ об этом в материалах дела отсутствует.

Согласно представленной в суд выписке из приказа командира 2-го Полка Особого Назначения Егорова Е. А. ?016 от 14.01.2003 в ПВД (пункт временной дислокации) г. Грозный, на 15.01.2003 Аракчееву С. В. была поставлена задача на выход в качестве командира на инженерную разведку (разминирование) на БТР А-208, с группой прикрытия на БТР А-211 под командованием капитана Берелидзе П. Г.

Согласно протоколу осмотра журнала выхода машин от 18.01.2003 (то есть, задолго до появления в деле Аракчеева С. В.), '15.01.2003 года БТР А-208 и А-211 выезжали три раза в периоды с 7.20 до 9.30, с 10.20 до 12.20 и с 14.20 до 15.25. Старшими являлись Аракчеев и Берелидзе.' То есть, как видно из журнала, Аракчеев в момент описанных в обвинительном заключении событий, был не с Худяковым на БТР А-226, а совсем в другом месте в качестве командира БТР А-208.

В судебном заседании оглашены имеющиеся в деле пять Заключений баллистических экспертиз. Из этих Заключений однозначно усматривается, что все гильзы и пули, найденные на месте происшествия, не имеют никакого отношения ни к автомату Худякова Е. С., ни к автомату Аракчеева С. В., ни вообще к какому либо оружию в/ч 3186, представленному на экспертизу.

Так, в выводах Заключения баллистической экспертизы № 143/03 указано:

Представленные стрелянные гильзы от 7.62 патронов, 9 мм патронов, 5.45 патронов, обнаруженных на месте происшествия, и при дополнительном осмотре места происшествия, стреляны не из ПК №ТГ-158 1995 (пулемет «свидетеля» Цупика), АС «ВАЛ» LE 0259 (автомат Худякова),: АКС-74М № 7882965 (автомат Аракчеева).

Проведенные по делу взрывотехническая и медицинские экспертизы не выдерживают никакой критики:

1. Эксперт-взрывотехник Тасуханов Х. И, проводивший взрывотехническую экспертизу автомобиля КАМАЗ, окончил Грозненский педагогический институт по специальности 'учитель труда', на момент производства экспертизы (май 2003 года) имел стаж работы три с половиной месяца.

В Заключении экспертизы никаких расчетов, замеров и иных обоснований своих выводов не привел, однако указал, что следов взрывчатого вещества не обнаружил. В ходе допроса эксперт пояснил, что взорвать тротиловую шашку при помощи взрывателя УЗРГМ-2 практически невозможно — диаметр входного отверстия в шашке намного меньше толщины взрывателя УЗРГМ-2, так что вставить его в это отверстие невозможно. Таким образом, описанная в обвинительном заключении ситуация в части подрыва КАМАЗА невозможна в принципе, по техническим причинам.

2. Имеющиеся в деле судебно-медицинские экспертизы по определению не могут считаться таковыми: в связи с тем, что «по мусульманским обычаям вскрытие тел умерших не предусмотрено» (так указано в обвинительном заключении), обязательного в таких случаях вскрытия и внутреннего исследования трупов не проводилось. Проводился лишь наружный осмотр трупов с сильно выраженными гнилостными изменениями в могиле через четыре месяца после захоронения. По этим данным эксперт «устанавливает» огнестрельный характер ранений, последовательность их причинения, причины смерти, калибр (в том числе и в мягких тканях) и вид оружия! Достаточно обратиться к любой медицинской литературе, чтобы убедиться, что это просто невозможно. Кроме того, установление вида и калибра оружия вовсе не входит в компетенцию эксперта-медика, а устанавливается в ходе баллистической экспертизы. То есть, так называемые «выводы» эксперта просто подогнаны под версию следствия.

При первоначальном осмотре трупов на одежде не обнаружено следов огнестрельных повреждений, а в настоящее время одежда уничтожена, что исключает ее исследование по инициативе защиты.

Следует обратить внимание, что в теле Янгулбаева С. С. находится пуля, по которой с точностью можно было бы определить, из какого оружия она выпущена. Эта пуля выпущена не из автомата Худякова и не из автомата Аракчеева . Ходатайства защиты о повторной эксгумации, о повторной судебно-медицинской и баллистической экспертизе суд отклонил. Также суд отклонил все ходатайства защиты о допросе в суде специалистов, явившихся в суд по инициативе защиты. Заключения специалистов суд отказался приобщить к материалам дела.

В судебном заседании алиби Аракчеева С. В. и Худякова Е. С. подтверждают 25 допрошенных в судебном заседании свидетелей. При этом, свидетели Нуждин М. В., Задера А. В., Марчев А. А., Бражников С. А., подполковник Тигишвили Н. Т., подполковник Перпелюк С. М., подполковник Пруссаков М. Н., Степанов В. С., Никифоров С. М., Юдин В. А., Свиридов Э. И., Айкин Н. С., Милов Д. А., Головин А. А., Чурин А. А., Искалиев Е. А., Макарченков С. М. были допрошены как в настоящем судебном заседании, так и ранее.

А свидетели Зайцев Р. А., Стрелец Д. В., Матвеев А. В., Тимофеев А. Е., Першин О. Н., майор Скачков А. М., подполковник Новик Ю. Е., подполковник Сизов А. В. ранее на следствии и в судебных заседаниях не допрашивались, то есть доказательственная база защиты расширилась по сравнению с последним оправдательным приговором на 8 свидетелей.

Показания пятерых ранее (на следствии и в предыдущих судах) допрошенных свидетелей защиты суд огласить не разрешил (огласив показания неявившихся «свидетелей» обвинения).

Свидетельские показания, положенные судьей в основу обвинительного приговора:

2.1. Показания потерпевшего Юнусова, согласно которым его машину, в которой ехали он, Умантгериева и еще две или три женщины, личности которых так и не удалось установить, остановили двое военнослужащих в масках, расстреляли его машину, посадили в БТР, долго возили, потом привезли в расположение части, пытали электротоком, трижды прострелили ногу, потом привезли обратно к его же машине. Дальше его показания двояки: сначала он утверждал, что он развязался, сел в машину, на которой ранее были простреляны колеса и радиатор и, выжимая сцепление трижды простреленной ногой, уехал домой. Потом он сказал, что эти показания он давал, будучи еще в шоке от пережитого, и на самом деле все было не так: он развязался, дополз до ближайшего дома (до какого- не помнит), там ему оказали первую помощь, а утром он пришел домой. Также из его показаний осталось неясно, куда же делась его машина: сначала он говорил, что сам на ней уехал, потом сказал, что ее отогнали его друзья, потом сказал, что забрали сотрудники милиции.

Юнусов узнал спустя полгода Аракчеева по бровям, а Худякова по глазам.

Судья Цыбульник счел показания Юнусова последовательными, не противоречащими друг другу и положил их в основу приговора.

2.2. Показания Умантгериевой, согласно которым она ехала в машине Юнусова, их остановили двое военнослужащих в масках, забрали Юнусова. Сразу после этого мимо проезжал на машине ее брат, забрал ее, оставив остальных пассажиров (двух или трех женщин) около расстрелянной машины посреди дороги, и они отправились в погоню за БТРом, спасать Юнусова. На ближайшем посту, где располагались военнослужащие, они остановились, все рассказали, один из военнослужащих дал ей посмотреть в бинокль, откуда она увидела, как БТР остановил КАМАЗ. Дальше ей поехать не разрешили.

Умантгериева узнала спустя полгода Аракчеева по бровям, а Худякова по глазам.

Судья Цыбульник счел показания Умантгериевой последовательными, не противоречащими друг другу и положил их в основу приговора.

2.3. Показания военнослужащих и сотрудников милиции, которые после сообщения Умантгериевой весь вечер гонялись за неопознанным БТРом: он проезжал мимо них, военнослужащие в масках на БТРе махали им руками в знак приветствия, неопознанный БТР обгонял их по обочине: Ловили-ловили, да так и не поймали.

2.4. Показания свидетеля Тагирова, согласно которым он ехал на груженом КАМАЗе перед КАМАЗом, в котором ехали Янгулбаев, Хасанов и Джамбеков. Его КАМАЗ застрял в грязи, и в зеркало заднего вида он видел, как в 100 метрах позади него какие то военнослужащие остановили второй КАМАЗ, слышал выстрелы, потом увидел, что БТР развернулся и поехал в его сторону, испугался, в долю секунды отцепил груженый прицеп и уехал. Показания Тагирова появились в деле далеко не сразу. По его словам, сначала он ничего не рассказал, так как боялся мести со стороны военнослужащих.

Запись о найденном прицепе в протоколе осмотра места происшествия выполнена другим почерком и ручкой другого цвета. В приложенной к протоколу фототаблице фото прицепа заверено другой печатью и другой подписью, в отличие от остальных фотографий.

2.5. Показания гражданского истца Р.Дидаева, согласно которым он, как Генеральный директор ООО «Кавказ», отправил Янгулбаева, Джамбекова и Хасанова в новогодние праздники разгружать вагон со стройматериалами. Он охарактеризовал всех троих как замечательных сотрудников, которые уже несколько лет работают в его организации.

Согласно приобщенным к материалам дела приказам о приеме на работу, Янгулбаев и Джамбеков были приняты на работу в ООО «Кавказ» в январе 2003 года, за несколько дней до убийства. Суд счел это технической ошибкой.

Согласно первоначальным показаниям Дидаева, КАМАЗ, на котором ехали Джамбеков, Янгулбаев и Хасанов, принадлежал ООО «Кавказ» на основании договора безвозмездного пользования, заключенного с компанией ООО «Интерстрой-Холдинг».

В начале третьего судебного процесса Дидаев дал показания о том, что данный КАМАЗ принадлежал ООО «Кавказ» на основании договора аренды, и после его уничтожения ООО «Кавказ» был вынужден заплатить ООО «Интерстрой-Холдинг» всю арендную плату вплоть до 2005 года.

В конце третьего судебного процесса Дидаев предоставил в суд договор купли-продажи данного КАМАЗа от 2002 года, согласно которому ООО «Интерстрой-Холдинг» в лице Р.Дидаева продает КАМАЗ ООО «Кавказ» в лице Р.Дидаева.

Как видно из ответов на запросы Д.Рогозина:

— Компании ООО «Интерстрой-Холдинг» по указанному в договоре адресу нет, и никогда не было.

— В ЮВАО ГИБДД никаких регистрационных действий с данным КАМАЗом не производилось.

Кроме того, каким образом КАМАЗ, проданный из одного региона (Москва) в другой (ЧР), спустя полгода ездил с московскими номерами, судья в приговоре не указал.

Судья Цыбульник счел показания Дидаева последовательными, не противоречащими друг другу и положил их в основу приговора.

2.6. Показания солдат-экипажа БТР Худякова, данные на предварительном следствии, согласно которым они видели, как Худяков останавливал Волгу с Юнусовым и КАМАЗ, и слышали выстрелы, после чего оттаскивали трупы Янгулбаева, Хасанова и Джамбекова. Свидетель Цупик, кроме всего прочего, видел, как Худяков стрелял в затылок Янгулбаеву. Согласно заключению судмедэкспертизы, в голове Янгулбаева входного отверстия от выстрела в затылке нет.

Все свидетели, кроме Цупика и Кулакова, которых прокуратура лично в сопровождении нескольких человек привозила на все три суда, на первом же процессе от показаний, данных на предварительном следствии, отказались, заявив о том, что эти показания они давали под давлением. Каждому из них угрожали, что они не уедут из Чечни, пока не дадут таких показаний.

Так, из материалов дела достоверно известно, что, в то время, как вся часть уехала в Москву, вышеуказанные свидетели остались в Чечне, без командования, без оружия.

Все эти свидетели находились в статусе подозреваемых.

В деле имеются постановления об отказе в возбуждении уголовных дел по каждому из них, вынесенные сразу после того, как они дали нужные прокуратуре показания. В ходатайстве защиты об оглашении данных постановлений суд отказал.

В деле имеется ордер некоего адвоката Цурова, согласно которому он защищал на предварительном следствии Цупика и Кулакова, подозреваемых по ст. 105 УК (убийство). Зачем нужен был адвокат свидетелям, добровольно дающим показания и сотрудничающим со следствием, Цупик и Кулаков так и не смогли объяснить.

При этом во всех следственных и судебных действиях эти лица участвовали как свидетели, что не соответствовало их реальному процессуальному статусу подозреваемых по ст.105 ч.2 УК РФ.

Более того, некоторые показания свидетелей, напечатанные на компьютере, совпадают слово в слово, вплоть до орфографических и грамматических ошибок. Суд посчитал данный факт несущественным.


  • Вот цитата из другого описания дела :

Поначалу эту версию событий подтверждали многочисленные свидетели из числа сослуживцев арестованных и сами подследственные. Но первые же судебные слушания развалили, казалось бы, «крепкое» дело . Большая часть свидетелей обвинения заявили, что их показания получены под давление следователей.

Рядовой Ермолаев, в частности, показал: «Меня неоднократно избивали, вызывали на допрос ночью, а следователь грозил посадить в клетку с чеченскими боевиками». Свидетель Чурин рассказал, что следователи угрожали посадить его самого, предъявили обвинение в убийстве, и для освобождения ему пришлось не только оговорить Аракчеева с Худяковым, но и заплатить взятку в сумме тридцати тысяч рублей. Свидетель Искалиев заявил, что на допросах следователь Командресов избивал его, называл «чуркой», «плесенью» и угрожал «сгноить в Чечне». Со ссылками на такие же причины от показаний, данных на следствии, отказались и обвиняемые".

Однако суд исключил возможность морального и физического давления на свидетелей потому, что все следователи характеризуются своими сослуживцами как добрые, дисциплинированные и порядочные работники, никогда не применявшие подобные меры. Ангелы во плоти с прокурорскими погонами.

Все ходатайства защиты о признании вышеуказанных протоколов допросов недопустимыми доказательствами, суд оставил без удовлетворения.

В довершении всего суд фактически навязывает Аракчееву в качестве адвоката Владимира Кириленко, бывшего следователя чеченской прокуратуры, то есть коллеги тех, кто вел дело против подсудимых, и близкого друга прокурора Мокрицкого, подписавшего обвинительное заключение.

По словам Аракчеева , Кириленко уговаривал его признать, что был на месте преступления, но свалить само убийство на Худякова, обещая в этом случае добиться освобождения. Аракчеев отказался и добился того, чтобы его интересы в суде представлял известный московский адвокат Дмитрий Аграновский.

И теперь об основных доказательствах защиты:

1. Показания свидетелей, подтверждающих алиби Аракчеева и Худякова. Это солдаты, которые были на КПП и впускали-выпускали технику, солдаты группы Аракчеева, с которыми он трижды в тот день выезжал на инженерную разведку, показания свидетелей, которые в тот день были около того самого памятного знака погибшему Цыганкову, где Худяков с Аракчеевым якобы распивали спиртные напитки. Это показания офицеров, которые видели Аракчеева и Худякова вечером того дня на совещании. Это показания подполковника, который лично отправлял Аракчеева на инженерную разведку.

2. Журнал выхода боевых машин, согласно которому инженерная разведка в тот день трижды выходила на маршрут под командованием Аракчеева .

Со сведениями, содержащимися в этом журнале, согласуются и показания свидетелей. Эти сведения, как и свидетельские показания, согласуются с выписками из приказов № 016, 017, с выпиской из журнала боевых действий в/ч 3186 на 15.01.2003.

Этот журнал появился в деле задолго до появления там Аракчеева .

3. Несколько баллистических экспертиз, показывающих, что пули и гильзы, найденные на месте происшествия, выстреляны не из оружия Аракчеева и Худякова и не из оружия в/ч 3186.

4. Показания эксперта Кондратьева (ведущего эксперта-взрывотехника РФ, который проводил экспертизы по Норд-Осту, в Беслане и т. д.), согласно которым, кроме всего прочего, произвести подрыв КАМАЗа способом, указанным в обвинительном заключении, технически невозможно.

5. Выписка из приказа командира 2-го пон № 016 в ПВД г. Грозный от 14.01.2003 'Об организации проведения разведки путей движения войск, местности и объектов на минирование на участке ответственности 2 пон 15 января 2003 года, в соответствии с которым для проведения разведки по маршруту ТПУ 2-го пон — КПП№ 5- КПП№ 8- КПП№ 11- отм.136.3 назначается группа на БТР-208 под командованием Аркчеева С. В. в составе: Марчев А. А., Задера А. В., Филиппов А. В., Бражников С. А., Швечихин В. А., Нуждин М. В. (с собакой Адой), Путилов А. Я. (водитель БТР ?208) и Чудаков С. В. Выделяется группа прикрытия на БТР-211 под командованием капитана Берелидзе П. Г.

6. Выписка из приказа № 017 командира 2-го пон на совершение марша колонны полка по маршруту: ТПУ 2-го пон — н. п. Петропавловская- н. п. Ханкала в ПВД г. Грозный от 14.01.2003. В части 2 пункта 3 Выписки указано, что «командиру инженерно саперной роты приказано организовать и провести инженерную разведку и разминирование маршрута выдвижения колонны: ТПУ 2 пон- отм.116.4- ж/б мост- западная окр. н. п. Петропавловская.

Для выполнения поставленных задач назначить группу разведки и разминирования в количестве 8 чел. на БТР-80, оснащенном генератором помех Пелена-6Б.»

Здесь нужно отметить, что хотя в выписке из приказа № 017 фамилии непосредственных исполнителей (и вообще ничьи) не указаны, относился он именно к Аракчееву, так как указанный в выписке маршрут входил в зону ответственности саперов, базировавшихся на ТПУ, других офицеров саперов, кроме Аракчеева, на ТПУ не было, а «Пеленой» в в/ч 3186 были оснащены лишь два БТРа — БТР Аракчеева А-208 и БТР Зайцева А-207, базировавшийся на значительном удалении, в Октябрьском районе.

При этом очевидно, что командиру полка не было необходимости в приказе № 017 заново формировать группы, сформированные (а фактически, существующие) предыдущим приказом № 016. Очевидно, исходя из общих правил делопроизводства, что эти два последовательных приказа надо рассматривать во взаимосвязи.

Таким образом, Аракчееву С. В. в приказном порядке были поставлены задачи на 15.01.2003, не имевшие ничего общего с поездками на БТР-226 Худякова.

7. Выписка из Журнала боевых действий войсковой части 3186 № 913С на 15 января 2003 года, в котором указаны выполненные решения командира. В этой выписке указано, что проведен ИРД по маршруту № 20 зап. окр. Петропавловское — КПП7 КПП6 КПП8 КПП11 136.3.

То есть, в деле есть сведения о том, что приказ командира поставлен и есть сведения о его выполнении. Объективно уже одни только эти документы подтверждают алиби Аракчеева на 15.01.2003.

8. Как усматривается из приобщенного к материалам дела ответа Государственного астрономического института им. П. К. Штернберга МГУ им. М. В. Ломоносова за подписью директора ГАИШ академика РАН А. М. Черепащука, «15 января 2003 года в районе города Грозный заход Солнца был около 16 часов 46 минут Московского времени (время зимнее).

Темнота наступила примерно в 17 часов 53 минуты (конец навигационных сумерек, когда без освещения не видно даже крупных предметов)».

Таким образом, объективно подтверждается тот, в самом прямом смысле, очевидный факт, что в темноте темно и ничего не видно.

Не мог Худяков в полной темноте, когда не видно на расстоянии вытянутой руки, в чистом поле заметить, что за 600 метров за ним кто-то наблюдает! Да и его не могли заметить на таком расстоянии в полной темноте. Это как раз и противоречит здравому смыслу. Обращаю внимание, что мотивом взрыва 'КАМАЗа', стало, по мнению следствия, как раз то, что в полной темноте Худяков и его группа были замечены с расстояния 600 метров. А КАМАЗ, опять же в темноте, видимо, надо взорвать и сжечь, чтобы уж точно заметили отовсюду.

9. В обвинительном заключении, в постановлениях о привлечении Аракчеева С. В. четко и ясно указан автомат с другим номером, а именно № 7982965. Именно из автомата с таким номером, по версии следствия, были убиты потерпевшие. Однако, автомата с номером № 7982965 никогда не было ни у Аракчеева С. В. ни вообще в в/ч 3186.

Ну и на тему того, что защита строила свою версию только на «технических ошибках следствия и на непроведенных экспертизах». Только самое самое основное по поводу экспертиз:

1. Выводы взрывотехнической экспертизы КАМАЗа, которую проводил специалист, закончивший Грозненский пединститут по специальности «учитель труда». Главный вывод экспертизы: следы взрывчатого вещества не найдены, но взрыв был.

2. Выводы судебно-медицинских экспертиз эксгумированных трупов. Эксгумация (а точнее — наружный осмотр трупов без изъятия их из могил) была проведена спустя 4 месяца после захоронения. По итогам наружного осмотра эксперты сделали выводы о причинах смерти, прижизненности повреждений и калибре оружия, хотя определения калибра оружия не относится к компетенции медиков, а относится к компетенции баллистов, заключения которых по этому поводу в деле нет.

Более того, как следует из заключения судмедэкспертизы, в трупе Янгулбаева находится неизвлеченная пуля калибра 5,45. Защита неоднократно настойчиво ходатайствовала о проведении повторной эксгумации с целью извлечь эту пулю и сравнить с экспериментально отстрелянными пулями из оружия Аракчеева. Суд по этому поводу устроил целое шоу: привезли автомат Аракчеева и признали его якобы непригодным к сравнительному исследованию, отправили запросы в силовые ведомства Чечни, которые как один ответили, что не могут обеспечить безопасность проведения эксгумации.

Хотя, чего стоило извлечь пулю и отправить на сравнительное исследование Если обвинение настолько уверено в виновности Аракчеева, почему бы не сделать этого?

Суд над Аракчеевым и Худяковым[править]

12 маpта 2003 года Хyдяковy пpедъявили обвинение в yбийстве миpных жителей Чечни, а 17 маpта вызвали в военнyю пpокypатypy города Ханкалы Аpакчеева в качестве свидетеля. Подсудимым были предъявлены обвинения в убийстве, разбое, умышленном уничтожении чужого имущества и превышении должностных полномочий [5]. Обвиняемые отрицали свою вину и были в июне 2004 года оправданы Северо-Кавказским окружным военным судом [6]. Позднее военная коллегия Верховного суда отменила оправдательный приговор и дело было направлено на новое рассмотрение [7].

В октябpе 2005 года Аpакчеев и Хyдяков были вновь опpавданы коллегией пpисяжных заседателей. В ходе второго разбирательства несколько сослуживцев подсудимых отказались от своих показаний. Так, рядовой Ермолаев, объяснил присяжным, что его предыдущие показания были даны под физическим давлением: «Меня неоднократно избивали, вызывали на допрос ночью, а следователь грозил посадить в клетку с чеченскими боевиками» [8].

Данное опpавдание пpокомментиpовал Р. Кадыpов, yточнив, что «пеpвопpичиной опpавдания послyжило недопонимание пpисяжными по данномy yголовномy делy воли моего наpода». Hа в этот pаз пpокypатypа не нашла пpоцессyальных наpyшений в ходе сyдебного пpоцесса. Однако пpезидент Чечни Алy Алханов отпpавил запpос в Конститyционный сyд РФ, котоpый опpеделил, что пpисяжные должны фоpмиpоваться согласно теppитоpиальномy пpинципy — с того сyбъекта Федеpации, в котоpом совеpшено пpестyпление. А посколькy в Чечне ещё не введён сyд пpисяжных, то военнослyжащих должны сyдить пpофессиональные сyдьи. Hа основании этого постановления Конститyционного сyда 25 апpеля 2006 года Веpховный сyд РФ отменил втоpой опpавдательный пpиговоp, отпpавив дело снова в Севеpо-Кавказский окpyжной военный сyд для pассмотpения иным составом сyда. В данном слyчае под «иным составом сyда» подpазyмевается единоличный сyдья.

19 декабpя 2006 года в Севеpо-Кавказском окpyжном военном сyде состоялись пpедваpительные слyшания, по итогам котоpых по надyманным пpичинам Аpакчеевy и Хyдяковy была изменена меpа пpесечения, и 20 декабpя офицеpов аpестовали в зале сyда и отпpавили в Ростовское СИЗО. Стоpона потеpпевших в своём ходатайстве о заключении под стpажy Аpакчеева и Хyдякова yказала на то, что во вpемя втоpого сyда те якобы воздействовали на свидетелей. Однако вышестоящая инстанция (Веpховный сyд РФ) в своём постановлении от 25 апpеля 2006 года yстановила военнослyжащим меpy пpесечения в виде подписки о невыезде, а после этого никаких наpyшений не было. Соответственно, с юpидической точки зpения, сyдья Севеpо-Кавказского окpyжного сy\1 не имел пpаво изменять меpy пpесечения на основе тех событий, котоpые были pанее.

Следyющие слyшания по делy были назначены на 16 янваpя 2007 года.

Освобождение обвиняемых[править]

1 февраля 2007 года военная коллегия Верховного суда РФ по просьбе депутатов Госдумы РФ: Д.Рогозина, А.Митрофанова и С.Бабурина, отменила решение Северо-Кавказского окружного военного суда об аресте офицеров внутренних войск Сергея Аракчеева. С Аракчеева и Евгения Худяковаа была взята подписка о невыезде.

Уполномоченный по правам человека в ЧР Н. С. Нухажиев выступил со следующим заявлением:

На Военную коллегию Верховного суда РФ оказано давление людьми, известными своими националистическими взглядами, для которых все их громкие возгласы в качестве «патриотов» не более, чем игра на дешевую публику и один из методов предвыборной риторики. Судебные органы власти занимают одно из первых мест по недоверию граждан нашей страны, и это недоверие складывается, в том числе и из таких фактов, как упомянутое выше решение [9]


Обращение Аракчеева к россиянам[править]

После вынесения решения военной коллегии на нескольких сайтах было опубликовано обращение Аракчеева, в котором он просил о поддержке и заявлял о своей непричастности к преступлению. «Доказательная база обвинения строится на показаниях солдат-срочников, данных ими в подвале прокуратуры России, от которых позднее все они отказались», а доказательства его вины были «настолько абсурдны, что во время судебного процесса присяжные иногда не могли сдержать смеха» [10].

Решение судьи Цибульника[править]

27 декабря 2007 года к 1200 самый большой зал Северо Кавказского военного суда был полон — присутствовали сочувствующие и множество журналистов. Именно в этом зале слушалось дело Эдуарда Ульмана, здесь же ему оглашался приговор. В 1205 судья Цибульник, выйдя из совещательной комнаты, открыл судебное заседание. Цибульник спросил о явке у секретаря, увидел, что в зале отсутствует Евгений Худяков. В связи с его отсутствием судья объявил перерыв на час — до 1300 и ушел обратно в совещательную комнату. Эти его действия прямо нарушали положения ст. ст.295, 298 и 310 УПК РФ, предписывающими оглашение приговора непосредственно после подписания приговора в совещательной комнате, во время, объявленное судом перед удалением для постановления приговора. По сути эти действия стали нарушением тайны совещательной комнаты. Что за этот час изменилось в приговоре, как отразилось на нем отсутствие Худякова — остается только догадываться.

В 1300 оглашение обвинительного приговора ранее дважды оправданным офицерам все таки началось в отсутствие Худякова. Шесть часов подряд судья Владимир Евгеньевич Цыбульник оглашал мотивировочную часть решения суда. В результативной части было следующее:

  1. Лишить Худякова и Аракчеева воинских званий.
  2. Лишить Аракчеева награды за воинскую доблесть (медаль Суворова).
  3. Приговорить Аракчеева к 15 годам лишения свободы (строгого режима).
  4. Приговорить Худякова к 17 годам лишения свободы (строгого режима).

Таким образом судья Цибульник создал прецедент, уникальный не только для отечественной, но и для мировой юоридической практики — вынес обвинительный протокол лицам, дважды оправданным судом присяжных. Тем самым он на наглядном примере показал, что «воля чеченского народа» в современной России — выше любого закона и ей безусловно должны подчиняться все ветви власти, включая и судебную.

Позднее жена Аракчеева сообщила в живом журнале:

Вчера получили официальный протокол судебного заседания (7 томов)…

Бегло просмотрев, можно уже сказать, что он не просто существенно отличается от того, что действительно происходило во время судебных заседаний, а некоторые места просто перевёрнуты с ног на голову, когда, например, вместо «да» написано «нет».

В принципе, ожидаемо было, но не настолько нагло, конечно же. Понятно теперь, что за отпуск был у Цыбульника. Надо же время, чтобы весь протокол подогнать под вынесенный приговор, чем он, видимо, усердно и занимался.

27 марта С.Аракчеев из тюрьмы попросил передать на волю следующее сообщение:

Дорогие друзья!

Я благодарен всем, кто разделяет мою уверенность в торжестве справедливости.
Спасибо всем за письма, телеграммы, поздравления, помощь, моральную и материальную поддержку.

С уважением, Сергей Аракчеев.

Последующие события[править]

Тольяттинскую журналистку оштрафовали на 100 тысяч за листовки в поддержку офицеров[править]

Автозаводской суд Тольятти признал главного редактора газеты «„МК“ в Тольятти» Татьяну Гузаеву виновной в совершении преступления против государственной власти по статье 282 УК РФ — «Возбуждение ненависти либо вражды». Суд приговорил журналистку к штрафу в 100 тысяч рублей.

Уголовное дело на журналистку было заведено в мае 2007 года. Татьяна Гузаева 9 мая 2007 года была задержана правоохранителями в Парке Победы Автограда за распространение листовок, в которых говорилось о деле Худякова-Аракчеева. Офицеры МВД России были признаны виновными в совершении убийств граждан чеченской национальности во время контртеррористической операции на территории Чечни.

По словам государственного обвинителя, Татьяна Гузаева «совершила действия направленные на возбуждение ненависти и вражды группы лиц по признаку национальности». Прокурор просил назначить суд наказание журналистке в виде одного года лишения свободы условно. Примечательно, что гособвинитель в своем выступлении отметил, что на него никто не давил и обвинительное заключение связано также с личным мнением, сформированным после прочтения материалов уголовного дела.

Адвокат журналистки в своем выступлении сказал, что считает свою подзащитную невиновной, и настаивал на оправдательном приговоре. По словам защитника, в действиях журналистки не было прямого умысла.

В последнем слове, Татьяна Гузаева отметила, что «рассматриваемое уголовное дело является необоснованным и противозаконным расходованием бюджетных средств и человеческих ресурсов, которые могли бы быть направлены на расследование реальных преступлений». Журналистка не просила суд о снисхождении, поскольку не согласна с предъявленными обвинениями и в деле нет никаких доказательств ее вины.

После короткого перерыва, судья Алия Тахаутдинова, назвав последнее слово подсудимой «попыткой избежать уголовной ответственности», вынесла обвинительный приговор журналистке. Чтение обвинительного заключения заняло не более получаса. Татьяна Гузаева была признана виновной в совершении преступления по ч.1 ст. 282 УК РФ «Возбуждение ненависти или вражды» и приговорена к штрафу в размере 100 тысяч рублей.

Шедеврально звучала результирующая часть приговора: Гузаеву признали виновной в

«возбуждении ненависти и вражды по отношению к группе лиц, осуществлявших геноцид русского народа»

перед тем, как приговор был оглашен, осужденная Т.Гузаева выступила с последним словом.


В течении десяти дней защита Татьяны Гузаевой намерена была подать кассацию на решение Автозаводского суда Тольятти.

Влияние созданного прецедента на морально-боевые качества офицерского состава российской армии[править]

Как отмечал ряд экспертов еще в период судебного разбирательства, принятые военной юстицией прецедентные решения по делам Ульмана и Аракчеева-Худякова самым негативным образом повлияли на состояние морально-боевого духа офицерского состава, проходящего службу в зонах локальных конфликтов и принимающего непосредственное участие в боевых действиях. Так, участились и ранее имевшие место (и замалчивавшиеся командованием) случаи неформального отказа от выполнения боевого приказа, отдаваемого устно, или демонстративного саботирования его выполнения. У командиров низового звена (взвод-рота-батальон) вполне обоснованно возникают опасения, что они могут быть затем осуждены не только за выполнение приказов, показавшихся им сомнительными в плане правовой обоснованности, законности, но и за нежелательную инициативу в ходе выполнения боевой задачи, из-за чего усилилось стремление младших офицеров принимать решения только с санкции (в крайнем случае — в присутствии) вышестоящего командования. При возникновении малейшей двусмысленности в развитии ситуации в ходе исполнения приказа офицеры, наученные горьким опытом своих осужденных коллег, если нет возможности переложить ответственность на кого-то другого — предпочитают просто бездействовать, приостановить исполнение приказа до прояснения ситуации или получения письменных приказаний (разъяснений) вышестоящего командования. Нетрудно представить, к чему подобная практика приводит в боевой обстановке.

Ощутимым образом это сказалось при выполнении боевых задач в ходе т. н. «пятидневной войны» в Южной Осетии — началось с того, что командиры подразделений испытывали серьезные сомнения в правомерности пересечения госграницы, что вызвало определенную задержку с выдвижением частей 58-й армии и приданных сил на начальном этапе боевых действий, тогда же в ряде случаев некоторые пилоты штурмовой и бомбардировочной авиации ультимативно потребовали постановки боевых задач в письменной форме с подробным раскрытием информации об объектах боевого воздействия, уже в ходе непосредственного выполнения боевых задач авиацией имели место отказы от атак целей, вызывавших у пилотов сомнения в конвенциональности. В дальнейшем массовый характер приняло саботирование офицерами, назначаемыми старшими блок-постов, приказа о проверке и задержании проезжающих грузинских граждан и их транспорта, доходило до отказа от выполнения приказв по выполнению задач снабжения частей, участвующих в боестолкновениях. В случае, если после завершения и этой кампании в угоду каким-либо сиюминутным политическим интересам будут созданы аналогичные судебные прецеденты — «приказобоязнь» в российской армии может принять угрожающие масштабы, практически исключающие саму возможность нормальной боевой работы. Состояние, когда офицерский корпус не только армии, но и всех силовых ведомств вынужден постоянно ожидать удара в спину со стороны собственного военного или политического руководства не может быть признано нормальным.

См. также[править]

Примечания[править]

  1. а б Процессы-близнецы // Новые известия, 2 марта 2005
  2. Худякова и Аракчеева ждет Верховный суд // Независимая газета, 14 октября 2005
  3. Северокавказский Окружной военный суд перенес на 7-е августа предварительные слушания на третьем процессе по делу офицеров внутренних войск МВД Евгения Худякова и Сергея Аракчеева // Эхо Москвы, 29 июня 2006
  4. Борис Борисов «Как трижды нарушить Конституцию и остаться юристом» // Русский Обозреватель : Сетевой журнал. — 2008. — № 7 июля.
  5. Уж не за эти ли заслyги доблестный Станислав Хоpошyн полyчил повышение по слyжбе: очеpедные звёздочки и пеpеезд в Санкт-Петеpбypг?
  6. А.Борцов. Дело Аракчеева. // СПЕЦНАЗ РОССИИ № 1(136), январь 2008 года

Ссылки[править]

Первая версия этой статьи была перенесена
из Wiki-словаря «Теория антисистем».