ЖЖ Диогена Лаэртского:Мамардашвили

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

Мамардашвили[править]

Говорят, Мамардашвили родом был из грузин. Несмотря на это, прочитал много книг, чем и прославился.

Был он дружен с кифаредом Окуджавой, тоже грузином, который посвятил ему песню о друзьях, доселе известную. Был он также дружен с виолончелистом Ростроповичем, евреем, и с иными людьми, перечислять коих было бы долго.

Телосложение он имел невзрачное, выговор шепелявый, но был приметен свитером и трубкой. Говорят, что выступая перед юношеством в гимнасиях, он намеренно напускал на себя таинственный вид и делал свою речь выспренной и малопонятной для того, чтобы прослыть мудрецом.

Учил он тому, что сознание шаровидно, и состоит из сознательного и бессознательного, которые суть сознающее и сознаваемое начала. Также он говорил, что смерть находится везде, и приходит из любого места. Из сказанного он заключал, что большинство русских плохи, и лишь немногие хороши, грузины же обратно тому.

Галковский, хуля его, уверяет, что он не написал ни одного сочинения. Другие, напротив, свидетельствуют, что книги его были многочисленны. Приписывают ему следующие книги: «Кантианские вариации», «Картезианские медитации», «Гегельянские экскламации», «Шеллингианские ламентации», а также трактат «О впуклостях и выпуклостях» и небольшое сочинение «О цикуте». Иные же приписывают всё это некоему Пятигорскому из Иерусалима, а другие говорят, что Пятигорскому принадлежат не все сочинения Мамардашвили, но только одно.

Говорят также, что умер он в аэропорту от чрезмерного волнения перед встречей с тиранном Гамсахурдиа, от которого ждал милостей. Иные же утверждают, что он был убит соплеменниками, тоже искавшими милостей у тиранна. Есть и третье мнение — будто бы он, напротив, намеревался участвовать в заговоре против Гамсахурдиа, но был разоблачен и убит его сподвижниками.

У нас есть о нем такая эпиграмма:

Хоть и прослыл мудрецом ты великим, Мамарда,
Хоть и умел рассуждать о Канте и Гегеле вслух,
Всё же порода твоя мудрость твою победила:
В Грузию ринулся ты, ласки тиранна взалкав.

И еще одна:

Намеревался лететь ты, философ, на встречу с тиранном,
Мойры ж судили не так — прянул ты в мрачный Аид.