Иван Постный

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

Иван Постный, празднование Усекновения честныя главы св. Иоанна Предтечи 29 августа / 11 сентября.

Среди русских крестьян этот праздник ещё был известен под нзванием Головосека. Один из иностранных путешественников по России, Александр Гвагнин Веронский (XVI в.), заметил, что русские ни одного святого не почитают так строго постом, как св. Иоанна Крестителя. Народ русский глубоко чтил день памяти мученической кончины св. Иоанна Крестителя и проводил его в строгом посте, продолжавшемся 24 часа. «Иван Постный обыденкой живёт, да всеё матушку-Русь на посту держит!», «Поститель Иван — пост внукам и нам!», «Иван Постный не велик, перед ним и Филиппов пост — кулик!», «Кто на Ивана, Крестителя Господня, скоромь жрет — тот в рай не попадет!», «На Постного Ивана вся скоромь мертвым узлом затянута (запрещена)», «Не соблюдёшь Иван-пост, прищемишь в аду хвост!», «Кто Ивану Крестителю не постит — за того и сам набольший поп грехов не умолит!»

На Ивана Постного русские не ели ничего круглого, но даже и щей не варили, так как капустный кочан напоминал своим видом отсечённую голову. На Предтечу не рубили капусты, не срезали мака, не копали картофеля, не рвали яблок и даже не брали в руки ни косаря, ни топора, ни заступа, чтобы не оскорбить этим поступком священной памяти приявшего от меча мученическую кончину великого пророка Божия, принесшего грешному миру благую весть о грядущем на его спасение Христе.

«Кто на все посты постится, за того все четыре Евангелиста!» — говорили русские и тут же добавляли: «А кто и на Ивана Постного скороми не ест — тому сам Истинный Христос помога!»

От Ивана Постного осень считалась вступившей во все свои неотъемлемые права. «Иван Постный — осени отец крёстный!» — говорили в народе. «С Постного Ивана не выходит в поле мужик без кафтана!», «Иван Предтеча гонит птицу за море далече!», «Иван Поститель пришёл, лето красное увёл!». С «Иван-поста» мужик осень встречает, баба свое бабье лето начинает. «С Ивана Постного последнее стлище на льны!», «Если журавли с Ивана Крестителя на Киев (на юг) пошлипотянули — будет короткая осень, придет нежданнонегаданно ранняя зима».

За двое суток до сентябрьского Семён-дня (память св. Симеона Летопроводца) был Иван Постный — «полетовщик». К этому дню подводились все счета по наймам в Москве и во многих др. городах. Высчитывалась к Иван-посту всякая «полетняя плата», собирались «полетние дани», определялся оброк с каждого тягла, «полетным грамотам» (договорам) приходил конец. Если поднимались цены на рабочие руки, то можно было услышать среди трудового люда слова: «Нынешний Иван Постный — добрые полетки!» Когда же плата начинала падать, то рабочий народ повторял, призадумываясь над предстоящей зимой: «Прошлое слетье — не в пример скоромнее, полеток того гляди весь мужичий год на Велик-Пост сведет!» и т. п. С 29 авг. устраивались ярмарки-однодневки, «ивановские торги» по многим городам и пригородам.

«На Ивана-Постного в кармане и скоромная копейка шевелится!», «На Иванов торг и мужик идет, и баба зарится!», «Красно лето работой, а Иван Полеток — красными товарами да бабьими приглядами!» В некоторых губерниях (преимущественно поволжских) существовали Ивановские ярмарки. Но на них, по большей части, шёл торг предметами домашнего крестьянского обихода, лошадьми и огурцами («в засол»), мёдом с вощиной, щепным и скобяным товаром. На этих постных торгах не было пьянства и загула. «Пей, купец, на Иван-торгу квас да воду, закусывай пирогами ни с чем!», «Никто с поста не умирает!», «С поста не мрут, с обжорства дохнут!», «Кто пьёт-зашибается не в пору — распухнет с гору!», «На Постника Ивана не пригубь больше одного стакана!», «На Ивана Постного — хоть и пост, да разносол!». Вместо запретного круглого пирога «загибала» в этот день «праздничная» хозяйка долгий. Начинка была: грибы-грузди, грибы-масленики, грибы-рыжики, которых перед этим временем и в лесу, и в залесье было много. Кроме грибов, идущих на похлёбку и на закуску, в пирог заворачивали всякую ягоду: и костянику, и голубику, и чернику, и бруснику, и смородину. Подавали также овсяный и ягодный кисель, подавали деревенские хозяйки также и «кулагу» (пареное соложеное тесто с калиной — местами называлось «саламатою»). «Кулажка — не бражка!» — приговаривали они, подавая эту «лакомую стряпню» из погреба после сытного постного обеда. — Упарена уквашена, да не хмельна, ешь вволю!" «Не до праздника, не до гостей, когда не только в церкви, а и на гумнах — Иван Постный!» — оговаривалась старая молва крылатая. «Не бойся того поста, когда в закромах нет пуста! Страшен — мясоед, когда в амбаре жита нет!», «В год хлебородный — пост не голодный!», «Господь хлебца уродит — и с поста брюхо не подводит!»

До 20-х гг. XIX в. совершался праздничный обряд, приурочивавшийся непосредственно ко дню 29 авг. Собиралась молодежь со всего села к околице. Приносилась туда заранее кем-нибудь из старых людей накануне приготовленная глиняная, одетая в холщовый саван, кукла: без малого в рост человеческий. Особенностью этой куклы было то, что она делалась без головы. Эту безголовую куклу поднимали две молодых девушки и бережно, в благоговейном молчании, несли на руках впереди толпы к реке, где на самом крутом берегу останавливались и клали свою ношу наземь. Вся толпа начинала причитать над куклой, как над дорогим и близким ей покойником. По прошествии некоторого времени оплаканного глиняного покойника принимали на руки двое молодых парней и при вопле толпы с размаху бросали в воду. Этот обезглавленный человек в саване олицетворял, в глазах совершителей обряда, св. Иоанна Крестителя, неразрывно сливавшегося в народном воображении с побежденными красным летом тёмными силами.

На Ивана Постного в Тульской губ. наблюдали за полётом птиц. Если журавли летели от Тулы на Киев, то, по приметам, вскоре после Семёна-дня наступят холода. «Лебедь летит к снегу, а гусь к дождю!», «Лебедь несёт на носу снег!», «Ласточка весну начинает, соловей лето кончает!», «Сколько раз бухало (филин) будет бухать, по столько кадей хлеба будешь молотить с овина!». «Чай, примечай, куда чайки летят!». Длинный ряд тульских примет-поговорок о птицах заканчивался остроумным замечанием: «Петух не человек, а своё всё скажет и баб научит

Иван Постный — последний предосенний праздник — был на Руси «полетним» не только потому, что окончательно завершал собой летние красные дни, открывая широкую дорогу торную ненастной осени, но и оттого, что являлся последним, заключительным, праздником целого года. Через двое суток после этого дня (1 сент.) начинался новый год, шёл день Новолетия.

[править]

Отсюда: