Погребение в русской традиции

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
(перенаправлено с «Кладбище»)
Перейти к: навигация, поиск

Традиционно русские похороны содержат огромное количество ритуалов, призванных отдать умершему последнюю дань уважения и вместе с тем победить, изгнать подальше ненавистную смерть. А ушедшему пообещать воскрешение, новую жизнь. Все эти обряды имеют языческое происхождение.

Подготовка к смерти[править]

Почувствовав приближение смерти, старик просил сыновей вывести его в поле. Там он кланялся на все четыре стороны: «Мать сырая Земля, прости и прими! И ты, вольный свет-батюшка, прости, коли обидел...»

Человек, готовящийся принять смерть, составлял завещание, приводил в порядок свои дела, отдавал долги, распределял состояние. Перед смертью делал какие-нибудь добрые дела: раздавал милостыню, выделял деньги на строительство храмов или дарил какие-то суммы богоугодным заведениям — больницам, приютам и пр.

Издавна принято было считать, что умереть среди своего семейства («в своей постели»), прожив долгую, достойную жизнь, — это небесная благодать для человека. И наши предки верили, что если человек умирал быстро, легко, то душа его непременно попадала в рай. Если же тяжело мучился перед смертью, значит грехи его велики и не миновать ему ада.

Считалось также, что тяжело умирают колдуны и ведьмы, если не имеют возможности передать кому-то свои знания.

Чувствуя приближение смерти, люди призывали к себе священника для исповеди. После исповеди прощались с родными, давали наказы, благословляли, «приказывали долго жить».

Среди приверженцев старой веры, напротив, считалось тяжким грехом исповедоваться у православного священника. Покаяние возможно было приносить только перед своим наставником. Случалось, что наиболее убеждённые староверы уходили перед смертью из деревни и умирали где-нибудь в полном одиночестве, зачастую уморив себя голодом.

В старину в деревнях считалось, что умирать легче всего на полу, куда стелили солому, а позже — полотно. Собравшиеся вокруг родственники молча соболезновали умирающему.

Громко разговаривать возле него было нельзя. Если человек мучился, старались помочь душе отлететь, открывали дверь, окно, печную трубу, ломали конёк на крыше или просто поднимали верхнюю слегу на крыше дома.

Когда наступала смерть, родственники начинали громко причитать и плакать. Считалось, только что отлетевшая от тела душа находится ещё в доме, рядом. Если покойный будет оплакан («обвыт») надлежащим образом, то и душе его будет покойнее и он не станет позже беспокоить живых в видениях, думах и наяву.

Формы погребения[править]

Ранняя форма погребений древних славян — погребение трупа в скрюченном виде, то есть в положении зародыша, — связана с идеей реинкарнации, перевоплощения умершего, его второго рождения на земле, перехода его жизненной силы (души) в одно из живых существ.

На рубеже бронзового и железного веков возникает способ погребения умерших уже в распрямлённом виде.

Затем появилась кремация — сожжение трупа на погребальном костре. Этот ритуал также был связан с представлением о неистребимости жизненной силы. Новым было представление о местожительстве невидимых душ — небе, куда души попадали с дымом погребального костра. Прах сожжённого покойника хоронили в земле, помещая его в урны-горшки или просто в ямы. Первоначально над каждой могилой строилось надмогильное сооружение в форме жилого дома, домовина. Именно отсюда берёт начало обычай (в частности, у старообрядцев) делать над могильным крестом навершие, похожее на двускатную крышу.

В середине первого тысячелетия обряд захоронения погребальных урн сменился захоронением в курганах — «могылах».

После крещения Руси в X веке русские переходят к захоронению умерших в земле в гробах из досок или выдолбленных колодах, которые также получили название домовин.

Ранние обычаи изживались медленно. Только с XII века в славянских деревенских могилах появляются христианские символы (крестики, иконки). Разведение ритуальных костров на кладбищах, символизирующих сожжение трупа, сохранялось кое-где вплоть до XIX века, а вложение в гроб предметов, которые якобы пригодятся покойному на том свете, случается и до сих пор.

Представления о смерти[править]

Православные похороны не несут отпечатка трагедии случившегося. Наоборот, это в большой степени радость от надежды на то, что душа умершего благочестивого человека попадёт в рай, предстанет перед Богом и будет молиться там за оставшихся на земле.

В житейском же представлении смерть, безвозвратная потеря близкого и любимого человека, всегда и вполне естественно является горем, требующим своего выражения в плаче и причитаниях. В старину для придания похоронам торжественно-печальною характера существовала даже профессия плакальщиц.

Как долг первой необходимости рассматривалось присутствие в момент смерти у постели больного близких родственников. По народным поверьям, при последнем вздохе человека — испускании духа — душа расстаётся с телом и происходит борьба за душу между нечистой силой и ангелом, посланным Богом за душой умирающего. Предсмертные страдания объяснялись не тяжестью болезни, а тем, что умирающего в последние минуты мучает нечистая сила (чёрт, дьявол), она будто бы не отдаёт душу ангелу. Стараясь облегчить путь души к Богу, вкладывали в руку умирающему свечу, кадили вокруг него ладаном.

Хорошей считалась смерть на Пасху, в день Христова воскресения, когда, по поверьям, открыты райские двери по аналогии с царскими вратами в храме. Лёгкая смерть расценивалась в народе как награда за благочестивую жизнь, трудная — как удел грешников.

Подготовка к похоронам[править]

В народных обычаях, связанных с похоронами, можно выделить три основных этапа. Предпогребальные обрядовые действия: подготовка тела умершего к похоронам, омовение, одевание, положение в гроб, ночные бдения у гроба покойного. Погребальные обряды: вынос тела, отпевание в церкви, дорога на кладбище, прощание с умершим у могилы, погребение гроба с телом в могилу, возвращение родных и близких обратно в дом умершего.

Поминки: после похорон в доме умершего на третий, девятый, двадцатый, сороковой дни, полгода, годовщину после смерти, с заказыванием поминальных треб в церкви, с трапезами и домашними молениями по умершим.

Многие предпогребальные действия имеют древнее ритуальное происхождение. Смерть мыслилась как дорога в загробный мир, а омовение, обряжение покойного и другие действия по подготовке его к похоронам — сборами в дальнюю дорогу.

Омовение[править]

Омовение имело не только гигиеническую цель, но рассматривалось и как очистительный обряд. По церковному вероучению, умерший должен уйти к Господу с чистой душой и чистым телом. Омовение совершала особая профессиональная категория людей - смывальщики.

Обмывальщицы, мытницы, умывальники — везде их называют по-разному. Обмывальщиками чаще становились старые девы и старые вдовцы, уже не «имеющие греха», то есть интимных отношений с людьми противоположного пола. Пожилой возраст обмывальщиков как бы подчёркивал, что умерший в глазах живых становится не только представителем «того света», но теперь уже и предком, принадлежностью прошлого.

Мужчину обмывали мужчины, женщину — женщины. Обмыть мёртвого всегда считалось богоугодным делом, способствующим прощению грехов.

Девицы, занимавшиеся «собиранием» умерших и чтением над ними Псалтири, носили тёмную одежду. За труд они получали бельё и носильные вещи умершего.

Если не было профессиональных смывальщиков, омовение умерших производили люди, не состоявшие в родстве с умершим. Правда, в некоторых деревнях было принято обмывать тело родственникам того же пола, что и умерший.

Согласно церковному поучению, матери не полагалось обмывать своего умершего ребёнка, так как она обязательно будет его оплакивать, а это осуждалось как отступление от веры в бессмертие души. По христианскому вероучению, ребёнка ожидает райская жизнь, и поэтому его смерть не должна оплакиваться. В народе считали, что материнская слеза «жжёт ребёнка».

В некоторых сёлах умершего раздевали перед обмыванием, раздирая на нём одежду вдоль тела, а не снимая через голову. При обмывании читали молитву.

Процедура омовения носила ритуальный характер, магическую направленность. Она совершалась на полу у порога избы. Покойника клали на солому ногами к печи. Обмыть старались очень быстро. Обмывали обычно три человека: «один обмывает, другой посудку держит, третий поддерживает тело». Обмывание, собственно, было похоже на обтирание покойника: тряпочкой, куделькой, ватой или просто тыльной стороной руки водили по умершему сверху вниз. Смазывали глаза, нос, уши, рот, грудь, а также «во всех местах, где суставчики». Обмывали два-три раза тёплой водой с мылом из глиняного, обычно нового, горшка.

На атрибуты омовения — горшок, воду, мыло, гребень — переносились свойства мертвеца, его мертвящая сила. От них старались скорее избавиться. Вода, которой мыли покойника, называлась мёртвой, её выливали в угол двора, туда, где нет растений, где не ходят люди, чтобы здоровый человек не мог на неё наступить. Таким же образом поступали с водой, которой мыли посуду после поминок. Глиняные горшки, использующиеся для омовения, выносили в овраг, на край поля, на перекрёсток дорог, где, как правило, стоял крест, столб, часовня (там их разбивали или просто оставляли). Солому, на которой обмывали, сжигали или бросали в лесу под ёлочкой, когда везли хоронить. Всё это делалось с целью предотвратить возвращение покойника. Эти места считались в народе страшными. Обмывальщикам после совершения ритуала обязательно нужно было вымыться в бане и переодеться.

Предметами омовения колдуны умело пользовались: «мёртвую» воду они использовали для порчи молодожёнов. Плотники заколачивали в дверной косяк при постройке дома кусок савана, когда желали беды неугодному им хозяину. Мыло, употреблявшееся для омовения покойника, в домашней медицине применяли с иной целью — подавить, умерить нежелательные явления. Жёны подавали его, например, для умывания злым мужьям, чтобы их «злоба замирала», а девушки мыли им руки, чтоб кожа на них не дрябла.

Существовало поверье, что если нечистая сила сумеет подобраться к покойному, то она выкручивает ему руки и ноги. Поэтому староверы, например, перевязывали суставы умершим суровыми нитками, получался крест, и нечистая сила отступала. Волосы покойному расчёсывали гребнем, а иногда щепочкой от гроба. Затем клали их в гроб.

Одевание[править]

В средневековой России хоронили, как правило, в белом. Это объяснялось не только влиянием христианства, которое связывало этот цвет с духовной, младенческой чистотой христианской души, — душа уходит к Богу такой, какой пришла на землю при рождении. Белый цвет одежды умершего — это натуральный цвет домотканого холста.

В начале XVII века мёртвых хоронили в одежде, в которой они ходили: в кафтане, штанах, сапогах, шляпе и другом платье. Если умирал больной, его брали с постели, клали на лавку, омывали тщательно и надевали на него чистую сорочку, полотняные штаны, новые красные сапоги. Обвивали его тело в белое полотно, сделанное в виде рубашки с рукавами, складывали ему крестообразно руки на груди, сшивали полотно у изголовья, также на руках и ногах. И клали его в гроб на носилки. Если это был богатый человек или дворянин, носилки покрывали бархатом или дорогим сукном. Если же это человек не зажиточный или бедняк, носилки покрывали его собственным кафтаном из холста или другой дешёвой материи. Так и несли его на кладбище.

Женщин было принято хоронить в платочках: молодых — в светлых, пожилых — в тёмных. Был обычай одевать девушку, умершую в расцвете молодости, в подвенечный наряд. На похоронах умершей девушки даже имитировали свадебный обряд, пели свадебные и подвенечные песни. Как девушке, так и парню на безымянный палец правой руки надевали обручальное кольцо, между тем как женатому человеку и замужней женщине кольца не надевали.

Способ изготовления погребальной одежды подчеркивал её предназначенность преисподнему миру. Одежда была как бы не настоящей, а лишь её заменой, не сшитой, а лишь намётанной. Её шили обязательно на руках, а не на машинке, нитку закрепляли, держали иголку от себя вперёд; иначе покойник опять придёт за кем-нибудь в свою семью. Имитированной была и обувь покойника: в кожаной обуви, как правило, не хоронили, а заменяли её матерчатой. Когда надевали сапоги, железные гвозди из них выдёргивали. Онучи, надевавшиеся с лаптями, на ногах обвязывали так, чтобы крест, образуемый шнурками, приходился спереди, а не сзади, как у живых. Таким образом придавалось как бы обратное направление движению умершего, чтобы он не мог вернуться назад в дом.

Когда-то постель умершего и одежду, в которой он умер, клали под куриный насест и держали их там в течение шести недель (пока душа умершего, по поверью, находится дома и нуждается в одежде).

Сейчас обычно вещи, принадлежащие покойному, сжигают или закапывают. А хоронить стараются в новой, ещё не носившейся одежде, чтобы душа явилась на тот свет чистой.

Многие пожилые люди заранее готовят себе «смертный наряд». Хотя, бывает, что хоронят и в старом — мужчин обычно в тёмном костюме, рубашке с галстуком, женщин — в платье или юбке с кофтой, как правило, светлых тонов. В качестве обуви обычно используют специальные тапочки (они, как и покрывало, имитирующее саван, входят в комплект похоронных принадлежностей ритуальных бюро).

Положение в гроб[править]

В старину обмытый и обряженный покойник один или два дня лежал на лавке под образами. Тело клали в гроб только перед выносом из дома. В это время приходили прощаться с ним дальние родственники, знакомые, соседи. Для чтения псалтыря приглашались старушки-читалки, которые, помимо псалмов, исполняли духовные стихи.

Покойного, как и умирающего, ни в коем случае нельзя было оставлять одного. Ситалось, что нужно стеречь его от нечистой силы, «от бесов».

При изготовлении гроба полагалось класть в него образовавшиеся стружки. Щепу потом вывозили подальше за село и выбрасывали, а не сжигали, чтобы покойнику не было жарко на том свете. Предпочитали делать гроб из кедра, сосны, только не из осины. В местностях, богатых лесом, старались делать гробы, выдолбленные из ствола дерева.

Гроб соответственно рассматривался как последний дом умершего. Иногда даже делали в гробу застеклённые оконца.

Перед тем как положить покойника, гроб обязательно окуривали дымом ладана из кадила. Гробы устилались изнутри чем-нибудь мягким: мягкая обивка, покрытая белым материалом, подушка, покрывало. Дно гроба устилали также листьями берёзового веника, причём «чистого», т.е. сделанного не в воскресенье. Такими же листьями набивали подушечку под голову. Некоторые пожилые женщины собирают при жизни собственные волосы, чтобы набить ими подушку.

Прежде при положении умершего в гроб принимали меры магической предосторожности. Тело брали не голыми руками, а надевали рукавицы. Избу постоянно окуривали ладаном, сор из избы не выносили, а подметали под гроб, направляя в сторону умершего. Пока готовили гроб, омытого покойника клали на лавку, застеленную соломой, в переднем углу избы так, чтобы его лицо было обращено к иконам. В избе соблюдали тишину и сдержанность.

Согласно правилам православного захоронения, положено класть в гроб мирянину, помимо нательного крестика, образок, венчик на лоб и «рукописание» — написанную или напечатанную молитву, отпускающую грехи, которую вкладывают в правую руку покойника. Затем покойника покрывают белым покрывалом. Гроб разворачивают по солнышку и снова ставят так, чтобы умерший был обращён к иконам ногами. На гроб ставят свечи.

Существует обычай класть в гроб вещи, которые могут якобы пригодиться умершему на том свете. В древности иногда в рот мертвецу клали несколько мелких монет, как будто для издержек в дальней дороге на тот свет, а к гробу привешивали кафтан покойника.

В знак траура в доме занавешивают зеркала, останавливают часы; из помещения, где стоит гроб с телом умершего, выносят телевизор.

За 15-20 минут до выноса гроба в помещении остаются для прощания с умершим только родные и близкие.

Проводы усопшего[править]

Домашние проводы[править]

Хотя теперь в городе чаще всего стараются в день смерти перевезти усопшего в морг, в православных семьях в небольших городах и деревнях, где нет моргов, сохраняется традиция ночного бдения около покойника.

Если не приглашается священник, псалтырь или другие священные книги читают верующие миряне. Но часто посиделки старушек у гроба проходят в самых обычных воспоминаниях или беседах.

Сразу после смерти стараются поставить на полочку к иконам или на окно стакан воды, накрытый куском хлеба. На поминальном обеде подобным образом оставляют рюмку водки, накрытую куском хлеба, и иногда этот символический прибор ставится у символического места покойного за столом. Наиболее типичное объяснение этому - «душа находится до шести недель дома». В изголовье покойного зажигают свечи, их прикрепляют к углам гроба, ставят в стакан на столе, а перед иконами — лампады.

Раньше в зимнее время не спешили хоронить и ставили покойников в церковь, где духовенство служило каждодневную литургию и панихиды, и только на восьмой день предавали тело земле.

Вынос тела[править]

Бытует мнение» что раньше 12 часов и позже захода солнца выносить покойного из дому нельзя. Существует обычай выносить тело из дому ногами вперёд, стараясь не задеть за порог и косяки двери, чтобы предотвратить возвращение покойника по своему следу.

Старались сразу же после покойника занять место — на стол или стулья, на которых в доме стоял гроб, после выноса покойного сесть, а потом эту мебель на некоторое время перевернуть кверху ножками.

Существовал и такой обычай: один из родственников три раза обходил вокруг гроба стопором в руках, держа его лезвием вперёд, при последнем обходе ударял обухом по гробу. Иногда при выносе покойника клали топор на порог.

Многие народы, в том числе и славяне, старались выносить умершего не через входную дверь, служащую живым, а через окно или специально проделанное отверстие, чтобы обмануть покойника, чтобы «запутать его след».

В старину, как только покойника выносили из дома, старались вымыть одной водой всю избу: стены, лавки, даже всю посуду. Теперь моют только пол.

При выносе тела умершего из дома было принято громко плакать. Над гробом причитали не только близкие родственники покойного, но и соседи. Если родственницы не плакали, соседи брали под сомнение чувство привязанности родных к умершему.

Ещё древнерусская церковь наложила запрет на народные вопли и плачи. Надгробные плачи расценивались как проявление языческих представлений об участи души за гробом, отсутствие у народа христианской веры в бессмертие души. Матери не должны были плакать по умершим детям. Однако церковный запрет в повседневной жизни не соблюдался. Пётр I издал даже специальный указ о воспрещении плача на похоронах, который также не возымел действия.

Похоронное шествие возглавлял человек, несущий распятие или икону, обрамлённую рушником. Если умирал мужчина, впереди похоронной процессии шёл с иконой мужчина, если женщина, то икону несла женщина. Перед процессией разбрасывали еловые или пихтовые ветки, а летом и цветы. Затем следовали один или два человека с крышкой гроба на голове, за ними - духовенство. Две-три пары мужчин несли гроб, за которым шли близкие родственники.

Траурную процессию замыкали соседи, знакомые, любопытные. В русских деревнях ещё в прошлом веке из суеверных соображений старались переносить гроб в рукавицах, на полотенцах, жердях, носилках. В некоторых местах старались доставить мертвеца к месту захоронения на санях, причём даже летом.

При выносе покойника из дома производился обряд «первой встречи» — человеку, который первый встретил на пути похоронную процессию, вручали краюху хлеба, завернутую в полотенце. Подарок служил напоминанием, чтобы первый встречный помолился за умершего, а умерший, в свою очередь, первым встретил на том свете принявшего хлеб.

По дороге до храма и от храма до кладбища разбрасывали зерно для кормления птиц. Похоронной процессии, по церковному уставу, полагалось останавливаться только в церкви и возле кладбища. Но, как правило, она останавливалась в наиболее памятных для покойного местах села, около дома умершего соседа, на перекрёстках дорог, у крестов, которые в некоторых местностях так и назывались — покойничьими. Здесь часть провожающих покидала процессию, далее следовали преимущественно родственники.

На современных похоронах обычно не разрешают детям (сыновьям) нести гроб с телом родителей и закапывать могилу.

Состав современного траурного шествия обычно таков: вначале несут венки, потом крышку гроба узкой частью вперёд, гроб с покойником. За гробом первыми идут родные, близкие, затем все провожающие.

Кладбище[править]

В деревнях православные хоронили своих близких на приходских кладбищах. Каждая раскольничья деревня заводила своё собственное кладбище. Церковь всегда боролась с таким разделением. Но староверы находили всевозможные способы, чтобы разделить территорию с православными и не допустить на своё кладбище «щепотников, удавленников, опойц, некрещёных». Если не удавалось устроить отдельно кладбище, отводили на общей территории специальный участок, который тщательно огораживался.

Для городских жителей место под кладбище отводилось за городом, но в сёлах и деревнях эти кладбища устраивались при храмах.

Утопленников и самоубийц не хоронили на кладбищах. Было убеждение, что если на кладбище похоронить утопленника или удавленника (самоубийцу), то весь край постигает бедствие. Поэтому в старину народ, приведённый в волнение несчастьем, как, например, неурожаем, мором, эпидемией, выгребал мертвецов из могилы.

Умерших внезапно на улице, убитых в дороге хоронили в убогом доме. Убогие дома были не только в Москве, но и в других городах. В них также хоронили отверженных, которых считали недостойными кладбища. Воров, разбойников, казнённых, как и самоубийц, хоронили в поле или в лесу.

В конце XVI века в зимнее время славяне не хоронили покойников, а ставили их в доме, выстроенном в предместье или за городом, который называли Божедом, или Божий дом. Там трупы накладывались друг на друга, как дрова в лесу, и от мороза становились твёрдыми, как камень. Весной, когда лёд растает, родственники покойника предавали его тело земле.

Похороны[править]

Могила[править]

Копальщики, вырыв могилу, уже не отходили от неё, стерегли «от бесов». Даже зимой жгли костёр и ждали, когда подойдёт процессия. Иногда в могилу клали крестом деревяшки, чтобы бес не прикоснулся к гробу.

Могилы на кладбищах располагали так, чтобы покойный «смотрел» на восток, т.е. лежал ногами к востоку. Крест ставили в ноги.

Погребение[править]

Обряд погребения совершался до захода солнца, когда оно находится ещё высоко, чтобы «заходящее солнце могло захватить с собой умершего». Внутри могилы кадили. Затем закрывали гроб, у православных заколачивали гвоздями, у старообрядцев часто перевязывали ветками черёмухи или лыковыми верёвками. Гроб опускали в могилу на полотенцах или верёвках. В прошлом веке повсеместно клали на дно могилы полешки и на них ставили гроб. В начале этого века появился обычай делать над гробом настил из досок, «полати», а потом уже засыпать землёй.

Также в могилу вместе с гробом опускались церковные свечи, горевшие во время отпевания.

Жена или близкий родственник должны были плакать и причитать; а плакальщицы всем хором тоже вторить, причитая. Священник вкладывал в руки покойного отпустительную грамоту.

Близкие и родственники в последний раз целовали умершего, провожающие бросали в могилу по горсти земли с пожеланиями: «Пусть земля тебе будет пухом». Кое-где бросали в могилу мелкие деньги якобы для того, чтобы выкупить место на кладбище для умершего. Либо для того, чтобы умерший мог купить себе место на том свете.

Многие ритуалы погребения умершего сохранились и поныне. До сих пор порой в могилу бросают «слезовой» платочек. После того как могила засыпана, на надмогильном холме устанавливают венки, в центре — цветы. Иногда сразу ставят крест или временный обелиск, памятную доску с фамилией, именем, датой рождения и смерти.

Считается за правило не устанавливать постоянный памятник на могиле ранее, чем через год после смерти.

Угощение[править]

Раньше после опущения гроба в могилу все целовали образа, потом ели кутью, непременно каждый в три приёма, начиная с близких родственников. Сейчас после опущения гроба в могилу тоже следует угощение кладбищенских рабочих-копателей, краткая поминальная трапеза на погосте с выпивкой «за помин души», с кутьей, блинами, с разбрасыванием остатков пищи на могиле для птиц (душ умерших).

Милостыня[править]

Особым способом поминовения души была тайная, или потаённая, милостыня. Она обязывала соседей молиться за усопшего, при этом молящиеся принимали на себя часть грехов умершего. При этом родственники умершего сорок дней раскладывали по окнам, крыльцам беднейших соседей (бобылок, стариков и т.п.) подаяние: хлебцы, блины, яйца, коробки спичек, иногда более крупные вещи — платки, куски ткани и др. Как и все поминки были жертвой, так и милостыня была жертвенной пищей.

Помимо тайной милостыни, существовала открытая милостыня - «в знак памяти» - раздача пирогов, печенья, сладостей нищим и детям у ворот кладбища. При отпевании также раздавали присутствующим по калачу и зажжённой свече. Во многих местах каждому участнику поминок вручали по новой деревянной ложке, чтобы при еде этой ложкой вспоминали умершего. Для спасения грешной души делали пожертвование на новый колокол, чтобы он «вызвонил» погибшую душу из ада, или отдавали соседям петуха, чтобы он пел за грехи покойника.

Существовал обычай подавать в день похорон милостыню «через гроб». Когда приходили прощаться в дом, то каждому подавали что-нибудь из одежды. Так, если умирала женщина, раздавали сорок подшальников или куски материи на «запон» (фартук); если умирал мужчина — носовые платки и куски материи на рубашку. Если хоронили девушку, раздавали всем ее подругам ситцевые головные платки.

Обязательно подавали обмывальщикам. В некоторых деревнях, например, обмывальщице отдавали «через гроб» курицу. У коми-пермяков милостыню «через гроб» получали все, кто каким-либо образом участвовал в похоронах и соприкасался с покойным. Те, кто молился и отпевал покойного, получали деньги; тем, кто нёс гроб, отдавали полотенца, полотенца же отдавали копальщикам; обмывальщикам дарили одежду умершего, причём на поминки им полагалось прийти в этой одежде.

Участвующим в похоронной процессии раздавали специально выпеченный хлеб, лепёшки, пряники, детям — конфеты.

Набор предметов, составляющих милостыню для первого встречного, был самый разнообразный: хлеб, нитки, иголка, иногда деньги, кружка, ложка. В других местах было принято давать кусок рыбного пирога, по початой катушке белых и чёрных ниток, иголку, луковку, столовую ложку и головной платок. Иногда просто подавался мешочек, где лежал каравай хлеба.

Сейчас, помимо раздачи милостыни кладбищенским и церковным нищим, обычно раздают на похоронах некоторым близким платки. Платки эти полагается бережно хранить.

Меры предосторожности[править]

Пока происходили похороны, оставшиеся дома родственники, а иногда и соседи топили баню. Вернувшись с кладбища, люди сначала шли в баню, переодевались и только после этого садились за стол.

Чтобы не бояться потом покойного, у него ощупывали ноги или пятки; приносили домой с могилы немного земли; придя с похорон, открывали заслонку печи и смотрели в печь. По этой же причине в некоторых деревнях вдовы или другие родственники старались перепрыгнуть через уже засыпанную могилу.

Существовал и такой древний обычай, как разбрасывание похоронной процессией еловых или пихтовых веток. Так в старину старались завалить дорожку покойнику, чтобы не приходил, не тревожил. А также ставили тяжелые надгробия на могилы — тоже для того, чтобы мертвецы не смогли выбраться наружу.

Траур[править]

Члены семьи умершего должны были носить траурную одежду — синее или чёрное платье, и непременно ветхое, а не новое. Во время траура стыдно было ходить опрятным, как будто это было неуважение к памяти покойного. Мужчины надевают тёмный костюм только для участия в погребальном ритуале, а в последующем не соблюдают внешних признаков траура.

В течение траура вдова не должна была выходить замуж, вдовец — жениться, а взрослые дети — вступать в брак. Вдовцу хороший тон предписывал носить траур наполовину более короткий срок, чем вдове. У него траур продолжался полгода, после чего овдовевший мужчина мог жениться, и никто не осуждал его в этом случае.

Траур предполагал также отказ от развлечений, плясок, песен. Он длился от шести недель до года, «тужение» по случаю потери кормильца хозяйки держался всегда дольше, чем траур по старикам.

И сейчас соблюдают траур: носят тёмное платье, чёрный платок до 40 дней, часто посещают кладбище, не участвуют в развлечениях и светских праздниках и т.п.

Год и более носят тёмные платья матери, потерявшие взрослых, безвременно погибших детей. До одного года иногда соблюдают траур также и вдовы. Траур по родителям было принято носить в течение года, а именно: полгода - глубокий, три месяца - обыкновенный и три месяца - полутраур. Дочери, похоронившие престарелых родителей, сокращают срок ношения траурной одежды до шести недель, а то и до одной недели.

По бабушке и дедушке траур носился всего полгода: три месяца - глубокий и три - полутраур. По дяде и тётушке - три месяца, по брату и сестре - шесть месяцев.

Поминки[править]

Поминки по умершему[править]

Со дня смерти ставили на окно чашку с водой и вешали рядом полотенце, которое находилось там в течение сорока дней. Оно предназначалось для души умершего, которая, по поверьям, сорок дней ходит по своим местам и, прилетая к дому, утирает полотенцем свое лицо.

Ставили к иконам стакан с водой, накрытый ломтем хлеба, а иногда и стопку водки, если умирал мужчина. Иногда оставляли на ночь на столе соль и хлеб и меняли его на свежий в течение сорока дней. Сорок дней не мели в ограде и во дворе. В некоторых деревнях, устраивая «сорочины», ставили на стол отдельный столовый прибор для души покойного - чашку, ложку, кружку — и больше уже им не пользовались.

Традиционно в России похороны всегда завершались поминками, поминальным обедом.

В XIX веке поминание было семейным обрядом, собиравшим в основном родственников и близких. Почитание мертвых носило домашний характер, но местами поддерживалась идущая из глубины веков традиция, что на поминки может прийти любой человек. В качестве почётных гостей приглашали духовенство.

Родственники умершего заказывали в церкви заупокойную службу (обедню) с поминанием усопшего в продолжение шести недель после смерти — сорокоуст. (Или заказывали сорокоуст читальщику, который в течение сорока дней на дому умершего читал канон) По окончании сорокоуста его можно заказать вновь, и так делать постоянно.Существуют и длительные сроки поминовения — полгода, год. Некоторые монастыри принимают записки на вечное (пока стоит обитель) поминовение.

Во все памятные дни следует кому-либо из родственников прийти в храм к началу службы; подать записку с именем усопшего для поминовения в алтаре. После литургии нужно отслужить панихиду.

Самый простой, но весьма действенный вид жертвы за усопшего - свечка, которая ставится за его упокоение.

Поминальными днями считались: день похорон, третий и шестой дни после смерти - редко, девятый и двадцатый— не всегда, сороковой — обязательно. Далее отмечали полугодовину, годовину, а затем — уже в рамках календарной обрядности - следовали родительские дни.

Чаще всего поминали три раза. Считалось, что троекратное поминовение совпадает с переменами, какие испытывает тело в гробу: в третий день изменяется его образ, в девятый распадается тело, в сороковой истлевает сердце.

Это троекратное поминовение совпадает и с верованием о путешествии души на тот свет: в третий день ангел Господень приводит душу на поклонение Богу. Если в этот третий день совершаются приношения памяти усопшего в церкви, то душа получает утешение в скорби. С тех пор начинаются путешествия её с ангелом, который показывает ей блаженство рая и муки ада.

В девятый день душа, сохраняя ещё земные привязанности, слетает то к дому, где жила с телом, то к гробу, где лежит тело, в котором была заключена; душа добродетельная посещает место, где она имела обычай делать правду. Тогда грешной душе ангел указывает, в чём она согрешила, и ей необходима для ободрения молитва церкви.

В сороковой день ангел приводит душу снова к Богу, и тогда ей назначается место по заслугам.

Согласно народному поверью, в течение сорока дней душа умершего находится на земле, Бог не определяет её ни в ад, ни в рай, ангелы носят душу умершего по тем местам, где покойник грешил, и душа его замаливает грехи. На сороковой день совершается Божий суд и душа покидает землю окончательно. В этот день душа умершего является в свой дом на целые сутки и уходит лишь после так называемого отпуска души, или проводин. Если проводины не устроить, то покойник будет мучиться.

К сороковому дню прихода души умершего заранее готовились: мыли дом, с вечера застилали постель белой простыней и одеялом. К постели никто не мог прикасаться, она предназначалась исключительно для покойника. С утра готовили обильный обед, на котором было много вина. К полудню накрывали стол, собирались родные и знакомые.

Приглашенный священник служил литию. За столом он занимал главное место, с правой стороны от него оставляли пустое место для умершего. На этом месте под салфеткой ставили тарелку, рюмку с вином, водкой, клали хлеб. Кланяясь этому месту, хозяева как бы обращались к незримому покойнику: «Кушай-ка, родименький». После обеда возглашалась «вечная память» и начиналось прощание с умершим, сопровождаемое плачем. Взоры родственников обращались в сторону церкви и кладбища, так как считалось, что, прежде чем уйти навсегда, покойник прощается со своей могилой.

На поминки приглашали родственников, близких членов семьи. Раньше представители всех классов в сороковой день после смерти поминали умерших так. Домашние нанимали духовных лиц читать псалтырь по усопшим. У других это чтение происходило в двух местах одновременно: в доме, где умер покойник, и на могиле. На могиле для этого устраивался деревянный голбец, покрытый сверху рогожей, там стоял образ, и каждое утро при зажженной свече монах или церковный дьячок читал псалтырь.

Сейчас часто посещают могилы умерших в православные праздники — Пасху и Троицу. На могилах (на тарелках, на бумаге) кладут приношения — несколько крашеных яиц, кусок кулича, яблоко, конфеты или раскрошенный кулич, очищенные яйца. Иногда на столике у могилы оставляют пшено, несколько штук печенья. И даже стаканчик спиртного для покойника либо стаканчик водки выливается на могилу.

Дни поминовения[править]

Для поминовения умерших церковью установлены специальные дни.

Это Дмитровская суббота, последняя суббота перед Масленицей, вторник на Фоминой неделе (радуница, или радоница), суббота перед Троицыным днем (родительская суббота), Троицын день.

У коми-пермяков общие поминки устраивались также в Петров день (12 июля), накануне Покрова (14 октября) и осенней Казанской (4 ноября). Во многих районах России принято было ходить на кладбище также и на Пасху. Поминальным днём всегда считался и Семик — четверг перед Троицыным днём.

Поминальная трапеза[править]

Вместе с молитвами об усопших отправлялись поминальные обеды. Таких было по желанию родственников и семейных не менее двух и не более четырех: в 3-й, 9-й и 12-й и, наконец, очистительный в 40-й день, или сорочины; в этот же день снимался траур.

Поминальный обед начинался с молитвы. Если народу на поминках было много и ставили несколько столов, то за первый, «главный», стол сажали тех, кто молился на кладбище, обмывальщиков, копальщиков и самых близких родственников. Сначала все должны были попробовать кутью, приготовленную из пшеницы с мёдом, позднее её стали готовить из риса. Кутью нужно было взять ложкой три раза.

У нестарообрядцев соблюдалась церемония подачи блюд за обедом: одно блюдо подавали за другим. Из одной чашки ели несколько человек. Ели деревянными (чаще всего кленовыми) ложками. Вилками и ножами за поминальным столом не полагалось пользоваться, а пирог разламывали руками.

По окончании поминального обеда на «сорочины» каждый обедавший уносил с собой ложку, которой ел. В этот день хозяева старались накормить 40 человек и раздать 40 ложек.

Сервировка современного поминального обеда должна быть строгой, сдержанной.

Скатерть — чисто-белая. Желательно белые цветы — астры, гладиолусы, хризантемы, каллы. Нужно обозначить место, где любил сидеть покойный, поставить здесь его прибор, рюмку водки на тарелочке. На эта место никто из присутствующих не садится.

Обстановка поминок должна быть сдержанной. Не следует произносить длинных тостов, вспоминать анекдоты, которые любил умерший.

На поминальных обедах не следует долго засиживаться, особенно тем, кто не является своим человеком в доме покойного.

Поминальная трапеза начиналась и заканчивалась кутьей и блинами, их дополняли оладьи. Кутью в разных местностях готовили по-разному: из зёрен пшеницы, сваренных в меду, из разваренного риса с сахаром и изюмом. В качестве поминального блюда употреблялась и каша (ячневая, пшенная).

По последовательности подачи блюд поминальная трапеза носила форму обеда. Первое - похлёбка, щи, лапша, суп. Второе — каша, иногда жареный картофель. Закуски — рыба, студень, а также к столу подавались овсяный кисель и мёд.

В постные дни поминальный стол включал преимущественно постные блюда, в скоромные дни в состав блюд традиционно входили мясные щи и куриная лапша. Если память усопшего бывает в будний день Великого поста, то церковь рекомендует перенести поминки на ближайшую субботу или воскресенье.

Поминальный обед в любом случае не должен быть обильным: минимум холодных закусок и что-нибудь из вторых горячих блюд. Десерт очень лёгкий, торт здесь неуместен.

Также неуместно и шампанское.

Вино или водка на поминках употреблялись, но не везде. Староверы на поминках водку не подавали, разрешалось пить только квас (в старину в старообрядческих деревнях не разрешалось готовить на поминки мясные блюда).

Заметим, что православная церковь налагает запрет на поминание усопших вином, потому что вино — символ земной радости, а поминки — повод для усиленной молитвы о человеке, который может тяжко страдать в загробной жизни.