РУС:Ростки

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

Глаза боятся, а руки делают

Внимательные критики тут заметят: «Да, есть у вас и первое, и второе, и третье. Не хватает только малости - власти созидательной цивилизации. А то сразу можно бы претворять ваши предложения в жизнь».

Критики правы, но выход есть. Не будем повторять содержание статьи «Власть не дают. Власть создают» (ч.3 «Шаги»). Уже из заглавия ясен первый вывод - нашу власть должны создавать мы, больше некому. Создавать, потому что существующая власть, паче чаяния ее мы б взяли, все равно для нас не годится. Почему - ясно из указанной статьи.

Второй вывод - власть напоминает палку и, как всякая палка, она о двух концах. Один конец находится в Кремле или в иных дворцах, другой - в каждом из нас. И вот вторым концом мы можем распоряжаться уже сейчас.

В каких формах мы можем это делать? Слава Богу и благодаря верующим убедительные примеры есть. Это - религиозные общины и монастыри со своими уставами, часто весьма далекими, а то и противоположными уставам имеющейся власти. Именно от них мы должны взять опыт независимости от «мирской суеты». Но этот опыт будет иметь смысл только в том случае, если у нас созидание хозяйства будет подчинено созиданию человека. Дети как будущие созидатели РУС - это в нашей общине главное. Чтоб их было много, и чтоб это были наши дети, созидатели, а не «шоу-дети» - вот в чем смысл.

Подобные структуры и сейчас рождаются массово, но пока что стихийно. Это и совместные «кооперативы» многодетных семей, и дома престарелых, совмещаемые с пионерлагерями, и соседская артель, и некоторые малые предприятия с романтическим уклоном.

Это и град Китеж, где-то невидимо существующий в Калужских лесах. Это, наконец, священники, организующие из беспризорных детей семью у себя дома или при церквях. Это некоторые группы Советских землячеств. Это, наконец, уцелевшие в перестроечном землетрясении колхозы с крепко спаянными коллективами, которым удается не просто существовать, а более-менее достойно жить честным трудом, невзирая на демократические цунами. Но все они - практически беззащитные ростки.

Необходимо такие созидательные общины признать частью «МЫ». Доработать и предложить этим общинам методы самоорганизации, имеющиеся для Советского землячества (см. «Временное руководство по самоорганизации Советского землячества» в ч.3 «Шаги») . Готовиться к защите от удушенья не «тогда», а сейчас.

Разрабатывать методы устойчивости каждой общины, обмениваться находками и разработать план действий «МЫ» в случае покушения на какую-то его часть.

Необходимо собрать как можно более полно опыт и научные проработки основ таких структур. Ведь уже во времена «перестройки» многие предвидели нынешний ход событий и искали пути выхода.214)

214. Например: «Прототипом, своего рода аналогом, при всей рискованности такого сравнения, коммунистического (то есть духовно ориентированного коллективного) труда является труд общинно-религиозный, сочетающий, если говорить об экономическом результате, высокую производительность с крайне низкими издержками. Если вскрывать причины, приводящие к такому результату, этот труд сочетает сознательную аскетизу монаха и одухотворенное высшей осмысленностью трудовое сверхусилие.

Такой труд, безусловно, сверхэффективен. Он одновременно свободен в высшем смысле этого слова и (изначально и принципиально) локален, адресован к части общества, а не ко всему обществу в целом...» (С.Е. Кургинян и др., «Постперестройка», М., ИПЛ, 1990, стр.76-77).

На мой взгляд, здесь дано в целом верное направление, но детали требуют уточнения. Во-первых, не обязательно такой труд называть коммунистическим. Достаточно, чтобы по-русски его можно было назвать созидательным. Во-вторых, аскетизм - не обязательно. Возьмем ряд: нищета, убожество, бедность, достаток, богатство, изобилие, излишество. В данном случае истина буквально посредине, и она попадает на достаток! («Не уходите в сытость, люди, назад пути оттуда нет» - И. Кашежева).

В-третьих, сверхусилие - тоже не правило, гораздо лучше - трудовой азарт. Мы должны работать не с наибольшей интенсивностью, а с наибольшей эффективностью. В-четвертых, этот труд должен представать местным (локальным) только перед существующей властью. А для нас эти местные ростки должны объединяться в систему: единством цели; взаимоподдержкой; разумной специализацией; общей кадровой политикой. Мы, образно говоря, должны овладеть методами циркового искусства. Вот стоит перед нами слон. Мигнули глазом - и его нет. Еще раз мигнули - и он снова перед нами. Нашу помощницу положили в ящик, распилили пополам, раздвинули обе части - и вдруг она вскакивает, здоровая и улыбающаяся и т.д. Наше мастерство - вот залог, что наши ростки не будут раздавлены властью. И конечно же, мы должны разумно, никологически, относится к внешней среде. Противостоять не только Хаосу, но и тем, кто захочет нас удушить или поживиться за наш счет. Знать тех, кто желает нас задушить, и как он собирается это сделать. Что будет пытаться сделать власть: 1. Затаскать по судам. 2. Организовать блокаду или бойкот продукции.3. Внедрить провокаторов - расхитителей, раздорщиков или даже возглавить наши структуры своими «представителями». 4. Устранить (физически или запугать, подкупить, покалечить) лидеров-вожаков. 5. Натравить на нас криминал. 6. Обгадить через свои СМИ, оклеветать всеми возможными и невозможными способами. И т.д., и т.п.

Что будут пытаться сделать любители наживы:

1. Присвоить наш труд мошенничеством или через суд.

2. Украсть и сбежать и т.д.

Поэтому наши структуры должны создаваться так, чтобы они были наименее уязвимы для этих и подобных поползновений. В тех структурах, которые не входят в «МЫ», но которые могут предпринимать вредящие действия по отношению к «МЫ», у нас должна быть своя контрразведка. Мы не будем агрессивными. Но защита наших ростков должна быть беспощадной. Слишком много любителей дармового меда, чтобы пчелы могли прожить без жала. Но жало - только на время агрессии - не более.