Эзра Паунд:Удар 1935

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

Удар 1935


Автор:
Эзра Паунд



Содержание

Дата публикации:
1960





Переводчик:
К. Чухрукидзе
Язык перевода:
русский
О тексте:
Из книги "Impact, on the Decline of the American Civilization" Chicago. Henry Regnery Company. 1960. Источник: Паунд Эзра. Путеводитель по культуре М., 1997.


Земля принадлежит живущим (Т.Джефферсон}[1]

Определения:

Прирост ассоциации:[2] преимущество, которое люди получают от совместной работы, в отличие от того, когда каждый работал сам по себе; напр., команда управляет кораблем, тогда как по отдельности люди не могли бы плыть каждый на собственном корабле.

Культурное наследие: прирост ассоциации, вместе со всеми видами прошлой изобретательности; к примеру урожай от улучшенного семени — американское зерно вследствие исследований Карлтона; несколько человек, поднявшие локомотив с помощью специальных механизмов.

I[править]

I.[править]

Эпос — это поэма, включающая историю.

Никто не может понять историю, не понимая Экономики. История Гиббона о Риме[3] является бессмысленной путаницей, пока читатель не познакомился с Дугласом.[4]

Мое поколение (те, кто родился в 1880-е) кое-как воспитывалось в совершенном неведении относительно экономики — неведении, которое отчасти являлось результатом злого умысла, отчасти чистой праздности и некомпетентности.

Если бы я сказал, что «каждый высокопоставленный служащий Англии является приспешником воров и все они по большей части слишком невежественны для того, чтобы понять, что я имею в виду под этим словом», меня бы открыто обвинили в использовании ненормативного языка. Тем не менее каково число людей, которые, действительно зная факты, могли бы сделать более мягкий вывод?

II.[править]

В наше время все, что мы едим, используем и носим, подешевело, подешевело немыслимой дешевизной, если измерять стоимость всех этих вещей физическим усилием, необходимым для их произведения, или материальными трудностями при их добывании, по сравнению с такими же трудностями в более ранние эпохи.

«Точная цена» Дугласа является признанием этой материальной дешевизны. Пункты его системы, те элементы, которые имеют дело с установлением цен, являются в основе своей признанием и констатацией реальности, реальной цепы (измеряемой усилием) вилок, ложек, автомобилей, зерна, годного для еды, яиц, доставленных в срок, а не привезенных в жидком виде из Китая.

III.[править]

Тысячи томов в год в виде болотной тины выливаются из мертвых умов, воплотившись в плоском, спутанном, бесполезном виде из-за неспособности сделать несколько рудиментарных различений, то есть развести капитал и имущество, золото в качестве депозита и золото и качестве меры, требование, означающее желание чего-то, и требование, означающее власть получения этого чего-то.

Имущество не является капиталом. Прирост ассоциации не является ростовщичеством.

Историки были слишком ленивы, чтобы искать факты, и слишком тупы, чтобы их понять.

Государство имеет кредит. Дистрибуция производится посредством небольших кусочков бумаги. Лучшие факты истории находятся не в школьных учебниках. Забота этого поколения — преподавать растущим детям; сделать невозможным для любого ребенка явиться на порог человечества, таким же невежественным, каким туда явилось моё.

Государство имеет кредит.

Дистрибуция производится посредством маленьких кусочков бумаги.

Если вы не будете следить за всем этим, вы станете рабами. Если вы не знаете, как они делаются, кто их делает, кто их контролирует, вас надуют со всяким заработком, как надували миллионы когда-то живших людей испокон веков и так, как надувают миллионы ныне живущих. Мечом «можно защищать пахотные земли», … и т. д. … от чужеземных завоевателей, но не от хитрости ростовщика. Против ростовщичества мечом не воспользуешься.

Ростовщичество и содомию Церковь осудила в паре на пребывание в аду, оба по одной и той же причине, а именно потому, что они препятствуют естественному размножению.

Данте знал и говорил об этом. Об этом сказано и в «Венецианском купце», где Шейлок зарится не на какую-нибудь большеберцовою кость или локоть Антонио, но, ни больше ни меньше, пытается воспрепятствовать его естественному размножению. Вы можете найти сведения об этом в «Хрониках Ломбарда», в законах против оскопления евнухов.

Мемуары Ван Берена,[5] записи о войне американских банков, смертельная борьба между банком и людьми, обо всем этом было написано где-то в I860 году и так и не было напечатано до 1920 года.

Правильная система чеканки монет, принципы честного выпуска денег были известны, и, хотя к ним возвращались вновь и вновь, они все-таки забылись. Задача нашего поколения в том, чтобы вбить несколько простых истин в сознание человека, так чтобы никакой Мейер Ансельм[6] не смог их оттуда стереть.

Определенные факты должны оставаться в обыденном языке. Эти коренные факты должны доходить до людей, они должны попадать в неистребимое хранилище, разум человечества. Они должны попасть в фольклор, в пословицы народа.

Нужды человечества нынче дешевы. Усилие может быть безграничным только в измерении качества. На этой стезе есть место, достаточное для всех дисциплин. Еще ни один человек не превзошел Гомера.

Но всему, что не является великим искусством и участвует в такой форме неумирания, всему, что используется и расходуется, всему, что истощается, всему, что останавливается, мы должны знать его новую дешевизну; мы должны признать что его стоимость, исчисляемая попыткой, трудом, потом, трудностями, отмерла и продолжает отмирать.

Ни одному человеку мы не должны позволить обманом увести нас от этого знания.

«Все это не стоит Хану ничего», — сказал Maрко Поло о бумажных деньгах, отпечатанных Кубла Ханом.

Питер Простой издал трогательные стихотворения о бедном старом солдате, брошенном в холоде, мерзнущем в грязи из-за нужды в нескольких клочках бумаги.

Англичане способствуют деградации собственной империи, убивая свое население ради навязчивой идеи, касающейся природы денег. New Deal американцев от декабря 1934 — января 1935 г.[7] не продемонстрировало никакого понимания основ, никакого восприятия основных отношений валютной системы, денежной системы, кредитной системы по отношению к нуждам и покупательной способности всего народа.

Кофе во Франции пошел к черту; кофе, предложенный безвозмездно Бразилией, — слишком дорог для бедняков в Вене. Уолэс [8] запахивает зерно; Перкинс[9] слишком тупа, чтобы знать, что работа не является предметом потребления. Работа не является предметом потребления в том смысле, в котором таковыми не могут являться товары для обмена.

Деньги тоже не являются предметом потребления в этом смысле.

Народы двух населенных стран мирятся с правителями, у которых слишком жидкие мозги, чтобы понять это.

IV.[править]

Аморальные технократы осуществили статистику производства. Согласно наблюдению Джезела Маркс не нашел никакой ущербности в деньгах «ничего, что заставило бы его критиковать деньги», он просто принял их как должное. Дуглас в течение семнадцати лет работал над созданием новой Англии и над тем, чтобы просветить бывшие и все еще аннексированные ее колонии.

Корпоративное государство[10] изобрело репрезентативное тело, которое в век коррелированной машинерии должно функционировать лучше, чем в век старой репрезентации сельскохозяйственных районов.[11]

Между честными экономистами возникают искренние разногласия в отношении политики, но на лежащий в основе всего этого факт не существует никакого интеллектуального ответа. Нельзя занять себя самого в качестве денежного долга .Прирост ассоциации существует. Культурное наследие в дугласовском смысле этого слова — это распространение прироста ассоциации; сцепление со всеми существующими видами изобретательности, аккумулированными в прошлом.

Земля принадлежит живущим. Четельское[12] рабство позади. Это должно повлечь за собой рабство перед напечатанным фетишем, бумажками с печатью и отчеканенными дисками металла. Существует прирост государственного благосостояния, который выше благосостояния индивида. «Над и за» не имеет в виду «наперекор» или «против». Деньги — это форма соглашения; они подразумевают порядок по соглашению. Они подразумевают и способность.

«Бумажные деньги» — это плохой термин. Это камуфляж, состряпанный из полулатыни. Мандаты старого Эсте[13] были действительными. «Дать кому-то», или «я обещаю», или «мы обещаем дать» — это правильное прочтение записи, артикулированной или подразумеваемой.

«Бумажные» — плохое слово, только если оно подразумевает «пусть будет зерно или лес там, где зерна нет и где нет ничего». Выпущенные с таким намерением и таким смыслом, бумажные деньги будут злом. Так же как и любой экономический термин, они употребляются в качестве пугала и используются в двух или более значениях. Вы можете выпускать действительные деньги против любого вида товара (или обслуживания) в границах того количества, которое требуется населению. Предметы потребления должны быть налицо; обслуживание должно быть доступным.

Не следует путать банкноту с закладной. Нельзя более трезво пускать деньги в обращение, как только производя их.

Существовало лишь два вида банков: Monte dei Paschi[14] и дьяволы. Банки отличаются по интенции. В историю вошли два вида банков: те, что строились как благодеяние — для строительства; и банки, созданные, чтобы грабить людей. Три века мудрости Медичи[15] запечатлелись в Monte dei Paschi — этом единственном банке, просуществовавшем с 1600 г. вплоть до наших дней.

Сиена была повержена, оставшись без денег после Флорентийского завоевания, Козимо, первый герцог Тосканы, имел за плечами весь медичевский опыт в банковском деле. Он обеспечил капитал Монте, взяв в качестве гарантии все движимое имущество Сиены и в придачу некоторое количество недвижимого.

Это были пастбища Сиены, простиравшиеся вплоть до Грозето. Права на них стоили 10 000 дукатов в год. На этом основании, используя это как главную гарантию, Козимо установил на свой страх и риск подать в 200 000 дукатов, чтобы заплатить 5 % пайщикам и выгадать 5,5 %; притом что накладные расходы сводили до минимума; минимальная часть жалованья и весь излишек прибыли шли на госпитали и деятельность во благо населения Сиены. Это было в первые годы века, а банк все еще открыт сегодня. Он пережил Наполеона. Вы завтра же можете открыть в нем счет.

Обучение является самой что ни на есть основой солидного ведения банков. Кредит основывается in ultimate на изобилии природы, на растущей траве, которой могут питаться живые овцы.

А мораль заключается в намерении. Этот банк был задуман не как непосредственная голая прибыль завоевателя, но для того, чтобы возродить жизнь и продуктивность Сиены.

Адские банки, насколько можно судить по отчетам, начинали как банды кредиторов, объединенные для того, чтобы путем удушения заполучить последнюю унцию прибыли из своих должников. Это они делали с великолепием, хвастовством, и бравадой. Они настаивали на точности при подсчетах. Как только были сделаны ставки, они начинали подсчитывать каждый процент, каждую десятичную. Главным и самым процветающим был Banca S. Giorgio, безжалостная кампания генуэзских кредиторов, самый образцовый банк из всех, на который, насколько мне известно, я клевещу первый.

— Около 1200 в Генуе существовали разные общества…

— В 1252 г. они объединились….

— В 1451 г., 9-го апреля. Община Генуи облекло вечной властью свою dogana (то есть коллекцию всех налогов, связанных с импортом), в Banca S. Giorgio." Это значит, что банк получил все доходы.

— В 1539 г. Дож, губернаторы и прокураторы подтвердили, заново допустили и ассигновали держателям S. Giorgio все доходы налогов по соли… увеличив прибавку налогов на масло, зерно, мясо, вино, и т.д… и снабдив их правом продавать эти же самые продукты, если они того пожелают.

— В 1749 г. банк получил право также облагать налогами имущество церкви, но на четверть меньше, чем светское имущество.

— Революция в 1797 г. расстроила сбор налогов, притом, что временное правительство оставляя банку (S. Giorgio) — условно — его внутреннюю администрацию и набор правил, изъяла у своих директоров их абсолютную гражданскую и криминальную юрисдикцию как несовместимую с единством республики, и суверенностью народа". — из Меtоrie sulla banca di S.Giorgio, Genoa, 1832, составленной хранителем архивов, Антонио Лоберо. Лоберо по-видимому весьма негодует по причине этого нарушения всемогущества банкиров, его дух, похоже, вновь воплотился в наши дни в лице Пола Айнцига. Это показывает, что банкиры могут хладнокровно совершить, если им это позволить. Огромная кампания банка Св. Георгия могла быть и истцом и судьей в гражданской или криминальной тяжбе против ее интересов.

Искусства в Генуе не процветали, она не принимала почти никакого участия в интеллектуальной деятельности в период Ренессанса.

Города, не являющиеся и десятой её частью, оставили больше неувядающих ценностей.

II[править]

Можно выпускать платежеспособные деньги, чтобы выразить желание народа, которое восходит к высказыванию о том, что можно выпускать их лишь на требуемые услуги. Нельзя выпускать деньги на землю, на что-нибудь, что нельзя доставить. Нельзя выпускать платежеспособные деньги на что-то, кроме того, в чем есть потребность.

Платежеспособность денег не ограничивается тем, что они являются государственными деньгами. Существуют бесчисленные примеры валидных частных и валидных местных денег: металлический доллар Сковиля, 1842; Локпорт Милз 1851; деньги моего деда на «пиломатериалы и товар»; «товарные облигации» Ларкин и К", выпущенные до недавнего праздника американского банка.

Комментарий Паунда. Я не отстаиваю «возврат» приватных денег вместо Государственных. Существуют очевидные преимущества при использовании для всей нации единообразных денег, поддержанных всей нацией. Но нация должна знать историю выпуска приватных денег. Ни банки, ни правительство не являются необходимым предварительным условием для существования денег. Банки не производили единообразной или стабильной валюты. На самом деле они сделали все возможное, чтобы разрушить такую единообразность и стабильность ради собственного пуза, движимые непомерной жадностью, необъятным невежеством и нечеловеческой бессердечностью по отношению к любым человеческим нуждам, к любой форме человеческого несчастья и презирая все виды вежества, все виды искусства и науки. Последняя половина девятнадцатого века в Америке лицезрела по преимуществу огромные хари искателей наживы. Бумажки с неимоверной циркуляцией профанировали литературу и сбивали цену любому человеческому мотиву кроме алчности, любой человеческой способности кроме поглощения.

Государства ослабевают или попадают в руки невежд и мерзавцев. Банки пытались задушить общины, над которыми у них имелась кровавая и вооруженная власть милиции и полиции, вооруженных пулеметами, огнеметами и газовыми бомбами; вменяемые люди и свободные торговцы выпустили свои собственные бумаги и металлические принадлежности для обмена и отчетности и будут поступать так и впредь, везде, куда проникнет свет разума и где дух человечества сосуществует с минимальным необходимым знанием.

«Мир на его сомкнутые губы, и Кровь на руки его».

«Они порождают дикость и называют это миром».

«Мести, о Господи».

Никакая риторика и никакое обвинительное стихотворение, написанное против военного тирана, не является достаточно сильнодействующим против финансовых дьяволов, в чьих руках находятся сами тираны и в кулаках которых военная доблесть выступает лишь в качестве кастета.

Они порождают пустыню. «Бесплатный кофе слишком дорог для Вены»; Австрийская Благотворительная Лига просит о бразильском излишке, но находит, что он будет стоить три шиллинга и девять пенсов за фунт, даже если Бразилия ДАСТ им кофе вместо того, чтобы его уничтожить. Эта ситуация является прославлением и предметом хвалы для господ Нормана и Ротшильда. Это их сертификат производительности. Дитердинг, Герберт Лоренс, Даф Купер, Сарвази, Сиф, Де Вендель, Роберт Протот, братья Шнайдеры из Крезо и десять тысяч растолстевших банкиров проповедуют добродетели «ортодоксальной» экономики, поддержанной 500 шавками и титулованными подставными лицами, ждущими любого повода, чтобы выйти на поверхность.

В Англии не будет никакой красной революции Англичане будут продолжать терпеливо умирать — они будут продолжать это делать так же, как в течение 200 лет держались на прогрессивно уничижающей диете. Франция теряет свои хлеб и вино, после войны ее кофе пошел к черту. Немцы, которые никогда не питались заменителями (Ersatz), были вынуждены привыкать к ним во время войны и были благодарны за случайные передышки.

Благонамеренные англичане уверяют меня, что они «не могут» лично «атаковать банки». Дуглас в течение семнадцати лет демонстрировал им, как не аннулировать банки. Свобода использовалась, чтобы камуфлировать почти любую форму глупости и позора. Местный плач по свободе (Рапалло) предназначен специально для того, чтобы иметь право оставлять туберкулы свободно плавающими в молоке. Клянусь Богом, что они просто перестанут держать коров, если не смогут иметь исконное право отравлять потребителей коровьего сока, что является скромным и интеллигентным желанием по сравнению с деятельностью современной коммерции в ее захвате английских и американских фуражных кормов. Учитывая миллионы, истраченные на медицинские исследования, мы находим, что биологи в борьбе против пеллагры[16] годами искали «лекарство, которое стоило бы дешевле, чем пища».

Государство имеет кредит. «Точно так же как я имею кредит в Алберго Рапалло. Я мог бы есть там в течение трех месяцев без того, чтобы владельцы представляли мне счет или чувствовали какую-либо неловкость. Мне не нужно, чтобы обедать и ужинать, идти в банк Чиавари, занимать деньги и платить банковским ростовщикам по этим деньгам».

В течение ста лет государства мало что сделали со своим кредитом кроме его саботирования, кроме его использования за меньшую, чем ту, что он имел, цену, кроме того, что они платили дань частным компаниям.

Правительство загипнотизированных кроликов не могло повести себя с большим идиотизмом, и в конце концов нет большей измены народу, чем эта.

Все это известно, все это было тысячу раз известно. Это было известно Джексону[17] и Ван Берену. Американская Гражданская война отложила знание в дальний ящик.

Американцы заплатили за свободу негров не только своей кровью (миллион убитых), но также — смертью знания. Америка заплатила потерей памяти, она вышла из Гражданской войны с чудовищной контузией и полной потерей культурного наследия, чего совершенно и пагубно для себя так и не осознала. Войну 1830-х нельзя найти в школьных учебниках. К Джексону относятся как к полоумному, жующему табак, или как к дешевому милитаристу, убившему пару индейцев, и завоевателю Нового Орлеана; Ван Берена либо чернят, либо вообще не вспоминают. Только ненормальные англичане когда-либо слышали об этих президентах.

Не существует никакой системы интеркоммуникации. Так называемые светилы американского интеллектуального мира проводят свои дни в заточении где-то в деревне и получают новости пятнадцать лет спустя, поблекшими и бесцветными.

Интеллигенция, или ее часть, запоздалые марксисты, пытаются начать «единение», предполагая, что письмо — это предмет потребления (товар), а не система коммуникации; они не способны понять, что ценность напечатанной страницы зависит не от количества словесности, но от ее эффективности в качестве коммуникации. В расчет идут и скорость и ясность; достоверность и точность.

III[править]

В экономике нам нужно:

1. Упрощение терминологии;

2. Артикуляция терминологии («различение корня от ветви»).

Нам нужно:

3. Больше терпимости в отношении годящихся движений;

4. Настоятельно ковать коренные идеи.

Благосостояние происходит от обмена; высокий Уровень жизни происходит от обмена товарами; монетная система, банковская система, которая саботирует обмен и препятствует ей, является злом. Те кто поддерживают, — враги народа.

И дня не проходит, чтобы я не наткнулся на страницы, глупые по причине отсутствия в них элементарных диссоциаций, которые я уже продемонстрировал в моих «АВС».[18]

Четыре вещи необходимы в любой современной или цивилизованной экономической системе:

1) рабочий;

2) продукт;

3) средства транспортирования; и

4) средства инкассации денег.

Неадекватная монетизация создала из полей, прилегающих друг к другу, «недоступные острова»; она создала барьеры между садом и заводом.

Два человека завершили марксистскую эру. Дуглас — постигнув, что культурное наследие, прирост ассоциации со всей прошлой изобретательностью является большим и главным источником ценности; Джезел — обнаружив, что Маркс «никогда не задавался вопросом о деньгах. Он принимал их как должное».

Именно дьявольский капитал, нашедший убежище за имуществом, сгубил весь мир. Капитал — это залог услуг, предоставляемых другими людьми.

Чтобы вознаградить другого человека за вынужденную помощь, мы должны одарить его чем-то более полезным, нежели веревка вокруг шеи. И когда мы предлагаем помощь нашему соседу, мы должны выказать больше сообразительности, чем ту, которой достаточно для просовывания его головы в петлю.

Нельзя конвертировать землю в деньги, но только извлеченные из нее продукты. Все ошибки, касающиеся земли, имеют параллели в промышленности. Многие люди были обделены землей; сейчас их могут обделить фабриками, «обделить заводами».

Сущность имущества радикально (в корне) отлична от сущности капитала. Унаследованная терминология фальшивой экономики служила и дуракам и дьяволам. Такие фразы, как «капитал в форме чего-то», вводят в заблуждение. Правильно понятый капитализм — это нечто жидкое. Существует большая разница между тем, что налагает арест на имущество и на услуги, предлагаемые другими людьми, и тем, что либо представляет собой нечто полностью нейтральное и пассивное, либо потенциальную ответственность, всю тяжесть которой несет на себе владелец. Земля простаивает вспаханной под пар, дома загнивают с разной скоростью, промышленные заводы обесцениваются из-за распада и застоя в то время как изобретения минуют их. Прирост ассоциации — это не ростовщичество. Чтобы ясно видеть, следует отделить капитал от всего, что капиталом не является. Как только тратятся деньги, какая бы вещь ни покупалась, она будет уже не капиталом, но имуществом; она обладает по крайней мере тремя возможностями: вы можете хранить ее, использовать или потерять. Много обширных и тяжеленных книг заканчивались путаницей из-за неспособности понять, что имущество и капитал радикально отличны. Имущество не предполагает порабощения других.

Существует разница между товарами длительного пользования и разложимыми товарами, на самом деле существуют разные степени длительности пользования, от свежесорванных фруктов до произведений искусства Халдеи.

Причина выращивания растительных культур состоит в кормлении людей. Одежду ткут, чтобы их одевать. Функция денежной системы в том, чтобы добывать товары оттуда, где они находятся, для людей, которые в них нуждаются.

Понимание любого предмета человеком должно походить на город с достаточным количеством перекрестков. Мы должны уметь перемещаться по ним в любом направлении и без дорожных пробок.

Экономика — это как у Евклида или в физике; если не понимать простых принципов, вы будете делать ошибку за ошибкой, но если у вас имеется несколько очень простых концептов, вы можете трезво конструировать и без особого обучения.

К деньгам относились не только как к товару, но их наделили привилегиями более, чем все остальные виды товаров. Это было ужасающей несправедливостью. Свободные люди не станут терпеть этого и в течение часа после того, как все поймут.

Люди же, живущие под гнетом лозунгов живут в аду, созданном ими же самими. Такие термины как «бумажные деньги», пугают народ до ужаса. Если отпечатанные деньги означают «пусть будет пшеница или товар, там где их нет», — это блеф и тупость. «Mandati» Эсте имели другую суть, как я подчеркнул это в своих «Кантос». Эти бумажные полоски были законами; дайте человеку что-то, что существует и находится здесь под ответственностью агентов.

Если американское правительство и владело в достаточной степени урожаями, чтобы распоряжаться их уничтожением, оно так же владело ими в достаточной степени, чтобы распоряжаться их поставкой.

Бесплатный кофе слишком дорог для Вены. Бразилия могла бы предоставить кофе венским беднякам По причине грубого обычая Австрия не нашла другого пути, как получить его, не выплачивая налога за ИМПОРТ.

IV[править]

Нищие духом, те, кто косятся на правду и избегают ее, и запутавшиеся экономисты не способны увидеть проблему в должном порядке и разумении. Пусть покупательная способность будет наипервейшей адекватной властью. После этого извращенцы, находясь в полной безопасности, могут подсчитывать свои десятичные и тысячные.

«Назвали бы вы это инфляцией, если бы билеты печатали на каждое место в театре, независимо от того факта, что зал до настоящего момента заполнялся лишь на две трети, и оказывается потому, что билетов не напечатали на большее количество мест?» (Э. Р. Орэдж). «Инфляция» происходит от того, что выпускается больше денег, чем можно восполнить требуемыми товарами или услугами.

Самое безопасное место для резервной покупательной способности находится в карманах людей.

Профессора, упомянутые в телефонной книге — эти скопления протоплазмы, — все еще блеют о том, что деньги — это нечто вроде фальшивых зубов, фальшивого металла и оправы очков. Профессора! — они начинали мальчиками, которые «поддакивали» своим преподавателям 30 лет назад, за что их и взяли в ассистенты.

Сила дугласовской позиции исходит от того факта, что он не дрейфовал вокруг да около пресных теорий и не пытается быть замеченным в прессе. Он следил за конкретными фактами в отчетных книгах авиационного завода, которым сам заправлял и за который сам отвечал. Он отмечал, что такая-то компания создает цены быстрее, чем она набирает покупательную мощь.

Имея перед собой конкретное дело, он рассматривал его последствия. А что, если это произойдет в каждой из фабрик, в любой области промышленности? Не требуется никакой затейливой алгебры, чтобы доказать, что покупательная способность целого народа никогда не может угнаться за ценами товаров, которые они сами наделяют бытием. Существует только один способ для серьезного человека отвергнуть сие, он может показать нам книги двух, трех или одной процветающей компании, где это не является проблемой.

То, почему Англии медленнее всех стран и в последнюю очередь приходится утилизовать идеи, изобретенные в Лондоне же, следует предоставить к размышлению местным патологам.

Я никогда не мог выяснить, что думают англичане о своем правительстве. Я думаю, что это — конституциональная аккумуляция обносков непонятного происхождения. Но если бы кто-то был роялистом, он бы посчитал (я имею в виду, что теория, в которую он, по его мнению, уверовал, подразумевала бы), что король — это босс монет. Если он «демократ», то будет думать, что право выпускать деньги делегируется народом для его представителей. Ни одно из их верований не может санкционировать передачу этой проблемы в руки безответственных людей.


  1. Томас Джефферсон (1743‒1826) — третий президент США; член Континентального Конгресса; председатель комитета по разработке Декларации Независимости (1776).
  2. Ассоциация — от позднелат. assotiatia (соединение) — совр. зап. социологии обозначение а) межличностного взаимодействия людей, выливающегося в различии формы человеческих сообществ, и b) процесс такого взаимодействия, противоположный разъединению людей диссоциации.
  3. Эдвард Гиббон (1737‒94) — британский историк.
  4. Клифорд Дуглас (1879‒1952) — брит. экономист и инженер; автор теории Социального кредита. Его основная идея заключалась в том, что средством от хронического недостатка покупательной способности в экономике может стать выпуск добавочных денег для потребителей или субсидий для производителей, чтобы освободить производство от системы цен. Считал, что нельзя делать деньги посредством манипуляции. Система ростовщичества, по Дугласу, позволяет маленькой группе контролировать весь приток денег. Проект Дугласа был нацелен на то, чтобы денежные операции контролировались правительством, обеспечивая таким образом перманентную циркуляцию денег.
  5. Мартин Ван Берен (1782‒1862) — восьмой президент США; один из основателей демокр. партии. Его часто называли «маленьким волшебником» из-за репутации ловкого политика. Ван Берен считал себя учеником Томаса Джефферсона. В сенате выступал как оппозиционер централизованного правительства, и не одобрял внутренние реформы, поддерживаемые федеральными властями. После избрания Джона К. Адамса в 1824 г. Ван Берен способствовал формированию демократической партии. Состоящая из фракций джефферсоновской республиканской партии возглавляемой Эндрю Джексоном, партия проповедовала идеи Джефферсона. В 1832, став вице-президентом, участвовал в кампании против стабильной банковской системы. В 1837 г. унаследовал президентское кресло после Эндрю Джексона. В 1840 г. его предложение изъять правительственные фонды из государственных банков и поместить их в «независимую казну» было поддержано лишь после ожесточенной битвы при конгрессе, после которой многие консервативные демократы покинули ряды демокр. партии и перешли в партию вигов.
  6. Паунд неправильно пишет имя основателя семейства потомственных банкиров — Мейера Амселя (а не Ансельма) Ротшильда (1743‒1812).
  7. New Deal — внутренняя программа амер. президента Франклина Рузвельта между 1933‒39 гг., в которой была предпринята попытка добиться немедленной экономической стабилизации в виде реформ в промышленности, сельском хозяйстве, финансовой политике и трудоустройстве. В противовес традиционной американской политической философии laissez-faire, New Deal охватывала понятие экономики, регулируемой правительством и направленной на достижение паритета противоположных экон. интересов.
  8. Генри Уолес (1888‒19б5) — вице-президент США в 1941 −45 гг. Был экспертом по вопросам сельского хозяйства. Он влиял на ведение политики по сельскохозяйственным вопросам в 30-х. Уолесу принадлежит множество экспериментов с высоко-урожайными сортами кукурузы, которые привели к значительным достижениям в вегетативной генетике. Эти достижения вылились для Уолеса в успешный бизнес по кукурузным гибридам. Уолес участвовал в составлении сельскохозяйственных пунктов законопроекта New Deal.
  9. Перкинс (1882‒1945) — секретарь по трудоустройству в кабинете Франклина Рузвельта. Была сторонницей активного влияния правительства в экономических проблемах. В качестве члена правительства ратовала за минимальную зарплату и максимальную рабочую неделю, а также выделение компенсации по безработице.
  10. Корпоративное государство — государство с самоуправлением.
  11. Паунд считает, что в индустриализованных обществах двадцатого века предпочтительней, если народ представлен посредством одного из ремесел или профессий, нежели посредством географического ареала. Он также считает, что профсоюзы должны стать ответственной частью государственной машины, с разделением властей внутри них — на судебные, исполнительные, управленческие — что можно сравнить с национальным механизмом, который планировали Адамс и Джефферсон, составляя Конституцию США. Ю. Джон Адамс (1735‒1826) — 2-й президент США, (1796‒1800). Был вице-президентом при Джордже Вашингтоне.
  12. Юридический термин, обозначающий разные виды движимого имущества.
  13. Имеется в виду либо Альберто д' Эсте (1347‒1393), правитель и викарий Феррары, либо его сын Никколо д Эсте — (1384‒1441) — Николай III, правитель Феррары, Милана и Пармы — отец Борсо, Лионелло, Ерколя д' Эсте, муж Па-ризины Малатеста, которую он обезглавил вместе с ее любовником, своим сыном от первого брака, Уго Альдобрандино.
  14. Monte dei Paschi — букв. «Гора пастбищ» (итал); сиенский банк, основанный в 1624 г. и действующий до сих пор. Был создан на основании кредита, поддержанного сиенскими публичными землями и пастбищами Марремы в виде страховки; учрежден при содействии герцога Тосканы, Фердинанда II (Медичи).
  15. Медичи — итал. Семейство, пользовалось огромным влиянием во Флоренции и Тоскане с XIV по XVI в., и способствовало процветанию этих городов.
  16. Пеллагра — заболевание в Южной Европе, распростр. гл. образом среди крестьян; на ранних стадиях вызывает раздражение кожи, а впоследствии поражение пищев. органов и центр. нервн. системы.
  17. Эндрю Джексон (1767‒1845) — 7-й президент США (1829‒37), военный герой. Успешно участвовал в защите Нового Орлеана против британцев (1814). Первый президент получивший през. кресло посредством прямого обращения к избирателям. Его избрание — поворотный пункт в истории США. Единомышленник Ван Берена в банковских, а также политических вопросах.
  18. Е. Pound, АВС of Economics, 1933.