Александр Машин:Выбрасывать ли книги?

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

Выбрасывать ли книги?



Автор:
Александр Машин



Опубликовано:
Дата публикации:
27 марта  2008








Метасатанист, продолжающий писать слово «Б-г» через дефис, Профиль пользователя fritzmorgenfritzmorgen, опубликовал два поста («Собрать бы книги все да сжечь» и «F.A.Q. по выбрасыванию книжек»), в которых советует выбрасывать прочитанные книги, когда нет особых причин их оставить, ибо хранить редко требующуюся книгу дороже, чем заново купить или взять в библиотеке при нужде. О возможности продать книгу букинисту еврей даже не вспомнил.

Мне, а возможно, и не одному мне, мысль избавиться от книг почему-то показалась неправильной. Несмотря на то, что я по опыту знаю, что многие книги после прочтения не востребованы годами, занимают много места и собирают много пыли, а в интернете нужное найти легче. В то же время, я не склонен к кликушеству о святости книги и о том, что где жгут книги, скоро станут жечь людей, — некоторые книги, как и некоторые люди, этого заслуживают. Но что-то было не так. Я с подозрением отношусь к попыткам убедить меня переступить через свои чувства якобы ради моего же блага, — по размышлении, это обычно оказывается совсем не в моих интересах. Поразмыслил я и теперь: в чём обман? И понял.

Дело в аристократизме. Аристократы, кроме всего прочего, это те, кто в течение многих поколений владеют определённым материальными и нематериальными ценностями: родословными, гербами, портретами, фамильными драгоценностями и столовым серебром, особняками и поместьями. Многое из этого так просто не купишь: портреты чужих предков и на твоей стене останутся чужими. Создать же фамильные ценности с нуля стоит чрезвычайных усилий.

Русским последние сто лет нелегко было вести аристократический образ жизни и сохранять его атрибуты, зато было легко их потерять, часто вместе с жизнью. Было организовано не меньше шести волн разорения: конфискации революции, голод Гражданской войны, снова голод Индустриализации, оккупация и голод Великой Отечественной войны, послевоенный голод и реформы девяностых. При такой жизни трудно создать и ещё труднее сохранить фамильные ценности. Если какой-то род пережил эту оргию грабежа и не потерял всё, то это только потому, что он был среди организаторов грабежа, особенных советских семей потомственных комиссаров с букетом кровей, детей в которых называли Марленами и Владленами.

При всём при том, коммунисты не держали народ в невежестве. Всех обучили грамоте, широко преподавались и пропагандировались технические науки. Появилось подобие новой аристократии, и оно стало обрастать ценностями: нематериальными — образованием — и даже материальными — книгами. У дворянина на стене шпаги и пистолеты, у советского инженера в шкафу книги. Библиотека — фамильное серебро для бедных. Её можно пополнять понемногу и задёшево, со временем она дорожает, её правильный подбор, систематизация и каталогизация делает её ценнее и даёт возможность проявить вкус и знания. С её помощью легче получить образование и скрасить досуг. Её легко передать по наследству. Как следствие, библиотека есть в любом хорошем русском доме.

Но нельзя же позволять русским жить хорошими домами, в самом деле! Этак они слишком много о себе вообразят. Да и гоям не следует знать грамоту. Для определённых людей (мы все их знаем), любая ценность в руках русского — бесхозяйственность, нарушение мировой гармонии и личное оскорбление; а каждая буква кириллицы — порнография и контрафакт. Недоработка, которую надо устранить. И устраняют: изъятую при обысках «экстремистскую» литературу приобщают к уголовным делам политических заключённых, на слишком умных приучают смотреть косо. А теперь ещё и советуют уничтожать книги (заодно и книг на русском языке станет меньше).

Вот и всё объяснение: определённые люди решили, что русские должны быть только люмпенами, а своей элиты не иметь.

Мне могут возразить: что мне до проблем аристократии или интеллигенции; у меня есть профессия, с которой я не пропаду? Но посмотрите на это, как на запрет на профессию для русских: сначала русским не позволяют быть аристократами, а потом отберут (и уже отбирают) все достойные, выгодные и интересные занятия — они тоже привилегия, на которую есть и другие претенденты. Забрали аристократов, придут и за вами; вытеснили русских из Готского альманаха, вытеснят и на тот свет. Когда у нации срезают верхушку, то этим нацию сталкивают на дно, а затем и в небытие.