Парадокс Хаттона

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

Согласно данному парадоксу, феномен сновидений является доказательством того, что чувства, с помощью которых мы отличаем реальность от иллюзии, не могут быть полностью верными, следовательно, любые представления, зависимые от наших чувств, должны быть тщательно изучены и проверены на практике, чтобы установить - реально ли то, что мы воспринимаем сейчас. Общее название парадоксов данного типа - "Размышление о сне".

Краткий обзор[править]

Пока мы спим, мы обычно не реализуем то, что видим во сне. Это натолкнуло философов на мысль: а не спим ли мы даже тогда, когда думаем, что бодрствуем? (То есть какая-то высшая часть нашего существа спит в некой реальности высшего порядка, а то, что мы воспринимаем в данный момент - всего лишь сон данной части нашего существа. Как сон мы не воспринимаем его лишь потому, что данная часть нашего существа отождествляется с ним. По крайне мере, никто из нас не может быть уверен в обратном). У нас на Западе впервые эту мысль высказывали еще Платон и Аристотель, а в законченном виде она было сформулирована Рене Декартом. Сегодня "Размышление о сне" является одной из самых популярных гипотез скептической философии.

Парадокс Хаттона является современной разновидностью "Размышления о сне". Если кто-то спрашивает себя Сплю ли я?, то это доказывает, что он спит (поскольку неувернность в этом, с обыденной точки зрения, может означать только одно - что человек спит), то что это доказывает во время бодрствования? Последнее доказывает, что человек неуверен в различимом отличии реальности сна от реальности бодрствования...

На Востоке "Размышление о сне" известно под названием "Жуанжи снилось, как он был бабочкой". Однажды древнему китайскому философу Жуанжи приснилось, что он является беспечной, счастливо порхающей бабочкой. Проснувшись, Жуанжи задался вопросом: как он мог бы определить - был ли он в этом сне Жуанжи, который куда-то исчез, когда ему снилось, что он был бабочкой, или бабочкой, которой снилось, что до этого она была Жуанжи. Будучи не в состоянии разрешить это противоречие, он назвал его "большим сном".

Ты, который видит сон, что пьет вино, можешь расплакаться, когда наступит утро; ты, который видит сон, что плачет, можешь утром пойти на охоту. Пока ты спишь, ты не знаешь, что это - сон, даже если думаешь, а не сон ли это? Только пробуждение дает тебе знание, что это был сон. Но когда-нибудь наступит большое пробуждение, когда все мы узнаем, что это - лишь большой сон. Пока ты уверен, что бодрствуешь, прилежно думая, что знаешь то, что создает эту разделительную линию в сознании человека, ты - глупец. Конфуций и ты - оба спите. И когда я говорю, что вы спите, я тоже сплю. Слова, подобные этим, будут нести в себе Высший Обман до тех пор, пока через десять тысяч поколений не появится великий мудрец, который узнает их значение. И это будет точно также, как если бы он появился прямо сейчас. (Zhuangzi. "Discussion on making all things equal").

Имитированная реальность[править]

Все, что я принимал за истину до сих пор, пришло ко мне через мои чувства. Но случайно я обнаружил, что они обманули меня, и было бы неразумно полностью верить тому, что обмануло нас хотя бы однажды. (Рене Декарт. "Размышления о первой философии").

Сон является поводом для вопроса, не является ли наша реальность иллюзией? Способность нашего мозга обманывать себя в нейронально сгенерированном мире - это такое средство "реального мира", в котором по крайне мере одна разновидность имитированной реальности является универсальной и еженощной. (Joseph Barbera Henry Moller. "Dreaming, Virtual Reality, and Presence").

Те, кто доказывает, что наш мир не сымитирован, должны также допускать, что наш ум (по крайней мере, спящий ум) - не самый надежный критерий для различения реальности и иллюзии. (Giuliana A.L. Mazzoni and Elizabeth F. "Loftus, When Dreams Become Reality").

Это является вызовом тем, кто считает, что имитированная реальность может быть основана только на передовых научных технологиях. Если сон на самом деле является формой виртуальной реальности, то единственный технический прибор, нужный для создания имитированной реальности и способный одурачивать бессознательный ум, - это человеческий мозг.

Примеры в массовой культуре[править]

В "Алисе в Зазеркалье" Льюиса Кэррола Алиса обнаруживает Черного Короля спящим в траве под кустом. Труляля и Траляля убеждают ее, что она - это сон Черного Короля, и что если он проснется, то она "сразу же - фьють! - потухнет, как свеча"...

В сериале "Матрица" люди внутри Матрицы видят сон о себе и других людях. В первом фильме ("Матрица") главный герой Нео освобождается от Матрицы группой реальных людей, а затем они вместе занимаются спасением остальных. Во втором фильме ("Матрица: Перезагрузка") оказывается, что борьба Нео с Матрицей - это тоже имитированная реальность, которая начинает другой цикл развития после перезагрузки Матрицы...

В видеоигре "Легенда о Зельде: Пробуждение Линка" загадочный остров Кохолинт является сном персонажа (гигантского крылатого кита) по имени Рыба Ветра. Для того, чтобы избежать острова, Линк должен разбудить Рыбу Ветра...

Решение парадокса[править]

Данный парадокс перестает быть парадоксом, как только мы принимаем предположение, что наша психика материальна. То, что мы видим во сне - это тоже материальный (а значит реальный!) мир, только построенный из другой материи. Он может иметь такую же форму, как и наш обычный внешний мир; в таком случае они оказываются совмещены друг с другом и различаются только своей материей. Но совпадение их формы вовсе не обязательно...

Именно тот случай, когда разноматериальные миры совпадают по форме, и обыгрывает данный парадокс. Потому что спорить о том, какой из этих миров более реальный, можно только тогда, когда внешне их невозможно отличить друг от друга. При этом реальным обычно считается тот мир, существование которого не зависит от совмещенного с ним мира, и наоборот, второй мир при этом считается иллюзорным. Но если принять, что второй мир также материален, как и первый, то в этом случае остается спорить только о том, почему первый мир менее зависим от второго и наоборот, почему второй более зависим от первого. Если же они полностью равноправны, то для споров уже не остается места...

Данный парадокс давно уже разрешила восточная философия, утверждающая, что мы живем одновременно на многих "планах бытия" - физическом, эфирном, астральном, ментальном и т.д. Каждый из этих планов имеет свою материальность, отличающуюся от материальностей других планов прежде всего своей "плотностью". Наиболее плотной является материая физического плана, менее плотной - эфирная материя, еще менее плотной - астральная материя и т.д. Чем плотнее материя, тем менее она податлива воздействию с других, более тонких планов, что мы и воспринимаем как ее большую независимость. Но это еще не означает, что менее плотная материя не может воздействовать на нашу материю так, чтобы вызывать физические эффекты, может вполне. Примеры тому дает практика восточных религий и некоторых ветвей наших западных религий.

Недостатком данного решения является его ненаучность. Однако это препятствие временное, современная наука уже стоит на пороге открытий, дающих ответы на все эти вопросы. В частности, различие материальностей религиозный планов бытия вполне можно объяснять различием наборов фундаментальных констант, определяющих бытие этих миров. Остается лишь подтвердить это экспериментально...

Ссылки[править]