Фальсификация истории в Армении

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск

Фальсификация истории в Армении[1] — по мнению ряда авторов представляет собой процесс создания исторических построении, призванных доказать, с одной стороны, исконность армян на Армянском нагорье (на востоке Малой Азии и в Закавказье), используемых в качестве обоснования в территориальных спорах с соседними государствами, а с другой, их неавтохтонность на данных территориях. Известна критика ревизионистских концепций истории Армении со стороны ряда зарубежных[2][3] и некоторых армянских[4] специалистов, как и критика этих же зарубежных учёных со стороны армянских учёных[4][5].

Содержание

Приёмы ревизионизма[править]

По мнению ряда авторов, некоторым представителям армянской историографии, прежде всего дилетантам и находящимся в меньшинстве историкам[6], свойственны следующие приемы:

  • Древние государства Урарту, Хайаса и другие объявляются «колыбелью армянского народа». Вопреки общепринятной в современной науке концепции об этногенезе армян, согласно которой протоармянские племена были фрако-фригийской ветвью индо-европейских племен, мигрировавшими в Малую Азию и смешавшимися там с местным населением, ревизионисты утверждают, что армяне были аборигенным населением региона, а Урарту и Хайаса — этнически армянскими государствами.[7]
  • Армяне объявляются исконным населением левобережья Куры, хотя согласно общепринятой точке зрения эти регионы были завоеваны армянским царем Арташесом только во II веке до н.э., и до этого население региона состояло из различных народов в основном кавказского происхождения.[1][8]
  • Расхожим местом в работах некоторых армянских историков стало утверждение о том, что в царстве Арташесидов обитали одни лишь армяне. Это мнение основывается на утверждении Страбона (рубеж н.э.), который, перечислив области Армении и завоевания армянских царей, резюмирует:

Поэтому все эти народности теперь говорят на одном языке[9].

В то же время, по мнению Шнирельмана:

… вопрос о том, насколько достоверно это сообщение Страбона, даже не ставится. А ведь Страбон не проводил никаких широких лингвистических исследований в Армении, да и трудно было бы ожидать этого от античного автора. Зато хорошо известно, что в те времена в городах Передней Азии всегда встречались, например, кварталы сирийцев и евреев, и нет оснований полагать, что в Армении это было не так. Да и как бы иначе арамейская письменность могла проникнуть в ту эпоху в Закавказье?
Историкам также хорошо известно, что в древности язык бюрократии и письменности иной раз существенно отличался от языка основной массы местного населения. Например, в Древневавилонском царстве, где господствовал аккадский (семитский) язык, сохранялась шумерская клинопись и бюрократия продолжала культивировать шумерский язык; в эллинистических государствах Передней Азии самым популярным письменным языком был греческий, хотя и местное население, и знать принадлежали к совершенно иным культурным традициям; в тот же период арамейский язык служил lingua franca в иранском мире и зоне иранского влияния; аналогичная картина встречалась в средневековой Европе, где господствовала латынь. И совсем уж недавно, на рубеже XVIII—XIX вв., русская аристократия предпочитала говорить на французском языке и пользоваться французской письменностью. Все такие примеры поднимают кардинальную проблему, давно ставящую в тупик профессиональных историков. Действительно, если речь идет о малоизученном древнем государстве, от которого до нас дошли лишь весьма немногочисленные письменные документы, можно ли по ним судить о языке основной массы местного населения или же речь идет лишь о языке, который отличался от общепринятого и обслуживал узкий круг бюрократии? Историки могут давать разные ответы на этот вопрос, но ответ патриотически настроенного историка хорошо предсказуем: если язык письменных документов соответствует языку его этнической группы, то он охотно припишет его основной массе населения; если же такого соответствия не обнаружится, то он отождествит этот язык с узким кругом иноземной бюрократии и противопоставит его языку местных обитателей. Мало того, не исключено, что во втором случае он не избежит соблазна изобразить героическую борьбу местных жителей с «иноземными поработителями».

  • Геолог Сурен Айвазян, являясь объектом критики международных, армянских, и азербайджанских историков[10], приписывает армянам основание городов Киева, Тбилиси, и т.д.[11].

Вопрос Кавказской Албании[править]

Согласно В. А. Шнирельману, для обоснования в территориальных спорах с Азербайджаном армянские ученые создали свой миф о Кавказской Албании. Он отмечает, что:

... начиная со второй половины 1960-х гг. армянские ученые и писатели последовательно создавали свой миф, отрицавший какие-либо связи между албанами, с одной стороны, и армянами и азербайджанцами, с другой (об этом см. Hewsen, 1982. Р. 28-30; Новосельцев, 1991. С. 198—199). В то же время этот миф навязывал армянам Куро-Аракского междуречья и соседних районов Азербайджана мнение, согласно которому им было оскорбительно считаться «арменизированными албанами» (Мнацаканян, Севак, 1967. С. 190; Улубабян, 1968). Эта мысль оказалась востребованной и неоднократно звучала в выступлениях армян в конце 1980-х гг. (см., напр., Мирзоян, 1989; Исмаилов, 1989 г. С. 18).[1]

Согласно тому же автору, к моменту создания албанского мифа армянские авторы сменили стратегию и начали отказываться от прежнего подхода С. Еремяна, согласно которому правобережье р. Куры вошло в состав Великой Армении лишь со II в. до н. э., а обитавшее там албанское население было арменизировано только к IV—VI вв. н. э. Теперь они уже отрицали наличие каких бы то ни было албанских групп в правобережье в раннем средневековье и доказывали, что эта территория входила в состав Армянского царства ещё с VI в. до н. э. Следовательно, армяне проживали там с древнейших эпох, и этническая граница, проходившая по р. Куре, сложилась задолго до возникновения Албанского царства.[1]

Армянский историк А. Ш. Мнацаканян утверждал, что Кавказская Албания занимала только территорию около Каспийского моря, что же до средневековой «Албании», существовавшей в западной части региона, вокруг и на территории Карабаха, то её называют «Новой Албанией», которая находилась под управлением Персии, где от прежней Албании осталось разве что историческое наименование, и которая была полностью заселена этническими армянами.[8][12] Также утверждается, что территория между Араксом и Курой всегда была заселена этническим армянами. По мнению А. С. Мнацаканяна, территории к югу от Куры, между озером Севан и Араксом принадлежали армянам с ранних времен формирования армянского этноса, с VII века до нашей эры.[13] Эти территории, которые перешли во владение Кавказской Албании в 387 году нашей эры, Мнацаканян именует «Новой Албанией» для обозначения отличия от остальной территории Албании на север от Куры, и утверждает, что «Новая Албания» была армянским регионом во всех аспектах.

Один из специалистов по Кавказской Албании Роберт Хьюсен, критикуя позицию Мнацаканяна, считает, что население правобережья Куры состояло из ряда народностей, таких как утийцы, гаргарейцы, каспии и другие, и каково бы ни было их происхождение, они определенно не были армянами, и хотя определенное число ираноязычных народов поселилось в регионе за долгие годы мидийского и персидского правления, большая часть коренного населения даже не были Индо-Европейцами. Эти народы, по мнению Р.Хьюсена, были завоеваны армянами во втором веке до нашей эры, но, несмотря на армянское влияние в последующие столетия, большинство из них по-прежнему упоминались как особые народы когда эти регионы отошли к Албании. Хьюсен считает, что Мнацаканян определенно неправ в своих утверждениях, что земли между Курой и Араксом были «изначально» армянскими, и он недооценивает этническое многообразие обсуждаемого региона, а также то, до какого наиболее позднего времени аборигены могли сохраниться как самостоятельные народы, будь то под властью Армении или Албании. Хьюсен также полагает, что Мнацаканян, как и его азербайджанский коллега Буниятов, совершают ошибку, поставив науку на службу политических соображений:

В то время как ученые, несомненно, играют важную и полезную роль в политических делах, Буниятов и Мнацаканян, два превосходных ученых, оба допустили ошибку, поставив науку на службу политическим соображениям, что в целом является другим вопросом. Это снова напоминает нам, что, когда подобная тенденциозность выходит на историческую арену, наука ее немедленно покидает.[14]

В. Шнирельман указывает на попытки некоторых армянских историков (в частности Баграта Улубабяна) объявить армянами утиев, одно из племен, населявших Кавказскую Албанию. Так, Шнирельман отмечает, что вопреки традиционной точке зрения, идентифицирующей раннесредневековых утиев с этнографическими удинами, Б. Улубабян стал доказывать, что утии не просто были очень рано арменизированы, но едва ли не изначально являлись армянами (Улубабян, 1968; 1970).[1]

Азербайджанский историк Рауф Меликов указывает на аналогичные попытки А.Мнацаканяна, и отмечает, что точка зрения Мнацаканяна на исконное армянское население Албании стоит особняком среди историков и противоречит точке зрения историка В.Гукасяна (удина по национальности):

Принадлежность удинского языка к нахско-дагестанской группе языков не вызывает со­мнения ни у одного современного серьёзного исследователя [это было известно ещё во вре­мена А.Шифнера]. Особняком стоит мне­ние А. Ш. Мнацаканяна о том, что удины — одно из армянских племён и что с незапамятных времён их родным язы­ком яв­ляется армянский. Однако, как видно из приведённых здесь фактов, данное ут­верж­де­ние, не имеет под собой никаких оснований, так как армянский и утийский это два со­вер­шенно различных языка, относящихся к тому же к различным языковым семьям (армянский — к индоевропейской, а утийский — к северовосточнокавказской). Это ничем не обоснованное мнение уже полу­чило опровержение с языковедческой и исторической точек зре­ния [15][16].

Попытка выдать царскую династию Ервандидов за армянскую[править]

Основная статья: Присвоение армянами чужого культурного наследия.

Известно, что по армянской традиции якобы имелась армянская царская династия Ервандидов из среды которой выходили цари с тем же именем. На самом деле персидское имя Ерванд (а точнее с персидского языка اروند, Арванд — быстрый) принадлежал многим ахеменидским и македонским сатрапам Армении и некоторых восточно-анатолийских областей, а не армянским царям. В греческих и римских источниках это имя произносится как Оронтес (Ὀρόντης). Последний македонский сатрап Армении Оронт (II в. до н.э.), по сведениям Страбона являлся потомком перса Гидарна, одного из семи сподвижников царя Дария I[17].

Однако современная армянская историография включает всех представителей династии Оронтов, или Арвандов имевших персидское происхождение в единую династию Ервандидов (Оронтидов), и заявляет об их принадлежности армянскому этносу. В свою очередь династия Арташесидов некогда правящая Арменией и берущая свое название от первого царя Армении Артаксия (II в. до н.э.) по происхождению тоже имела персидские корни и была продолжением линии сатрапов Оронтидов. То есть, начиная с Ахеменидов и в продолжении в период VI-I вв. до н.э. Арменией правили сатрапы и цари, имеющие персидские корни, и страна это имевшая культурное эллинистическое влияние была персидской, а не армянской, как хотят представить армянские историки. И поэтому называть Ервандидов и Арташесидов армянскими царями является элементарной подтасовкой фактов и очередным присвоением чужого наследия.

Политика переименования тюркских топонимов в Армении[править]

Переименование тюркских топонимов в Армении — процесс переименования тюркских топонимов правительствами Армянской ССР и Армении в XX — XXI веках. Этот процесс, начавшийся в 1924 году, был тесно связан с протекающими внутри страны политическими процессами, такими как массовая репатриация армян из-за рубежа в СССР, переселение азербайджанцев из Армении в Кура-Аракскую низменность и др[18].

Топонимы в большом количестве переименовывались в 1935 году, в послевоенные годы, в 1967—1968 годах, в 1988 году, когда произошло массовое изгнание азербайджанцев из страны[19] и после[20].

Существовало несколько методов переименования тюркских топонимов: перевод топонима, перевод половины названия или гибридное переименование, лингвистическая переделка, полное изменение топонима[18].

С XVII до начала XIX века большую часть населения территории восточной Армении составляли мусульмане — азербайджанцы и курды, из которых большинство в конце XIX века составляли азербайджанцы[21]. Джафар Гияси и Ибрагим Бозйель в своей книге «Armenian acts of cultural terrorism» отмечают, что и согласно книге З. Коркодяна «Население Советской Армении» (1932 года издания), в начале XX века 2000 из 2310 географических названий на территории Армении имели тюркское происхождение[22].

Переименование топонимов в Армянской ССР тесно связано с протекающими внутренними политическими процессами в СССР. За период с 1924 по 1930 год было переименовано около 80 топонимов. Причина переименований была утверждена в официальном постановлении о переименованиях от 3 января 1935 года. В указе говорилось, что названия многих мест отражали религиозные, феодально-собственнические пережитки прошлого, а также большинство имели неустойчивое и подрывающее значение. Кроме того многие топонимы повторялись на двух или более территориях, что затрудняло почтовое и другие ведомства. Заметное увеличение в числе переименований наблюдалось в послевоенные годы (1946—1950 гг.), одной из причин которого была массовая репатриация армян в Советский Союз в ноябре 1945 года. В период с 1946 по 1948 год из Ближнего Востока, Северной и Южной Америки и Западной Европы прибыло около 90 000 армян[23].

Другим социально-политическим процессом оказавшим влияние на названия в Армении была эмиграция азербайджанцев в этот период[24], о котором сказано в постановлении Совета Министров СССР № 745 от 10 марта 1948 года о мероприятиях по переселению колхозников и другого азербайджанского населения из Армянской ССР в Кура-Араксинскую низменность Азербайджанской ССР[25]. Согласно этому плану около 100 000 человек должны были «добровольно» переселиться. Сам процесс переселения включал три стадии: 10 000 человек в 1948 году, 40 000 в 1949, и 50 000 в 1950[26] (подробнее см. статью Депортация азербайджанцев из Армении (1947—1950)).

В одном из пунктов же Постановления Совета Министров СССР № 4083 от 23 декабря 1947 года сказано[27]:

11. Разрешить Совету Министров Армянской ССР освобождаемые азербайджанским населением постройки и жилые дома в связи с переселением их в Кура-Араксинскую низменность Азербайджанской ССР использовать для расселения зарубежных армян, прибывающих в Армянскую ССР.

В 1967—1968 годах наблюдалось резкое увеличение числа переименованных названий, когда было изменено более чем 50 топонимов[28]. К концу 1980-х гг. в Армянской ССР было 152 азербайджанских села с тюркскими названиями[29].

В общей сложности за период с 1924 по 1988 года было переименовано более 600 топонимов Армянской ССР. Последним этапом стало переименование оставшихся на территории республики тюркских топонимов. По словам начальника Государственного комитета кадастра недвижимости Манука Варданяна, в 2006 году переименованы ещё 57 населенных пунктов. В 2007 году планировалось переименование ещё 21 населенного пункта республики. Этот процесс занял много времени в связи с тем, что имелись проблемы с выбором нового названия[20].

Переименование природных топонимов[править]

Гидронимы[править]

озеро Гокча на атласе Blackie & Sons (Эдинбург) 1882 года

Их 107 гидронимов было переименовано 71 (66 %).[30] Часть из них имели тюркские образования, связанные с водой: -чай (река), -гёль (озеро), -булаг (родник), -су (вода). 26 из них были изменены на армянские эквиваленты. Так -гёль было изменено на -лич (из 12 топонимов с гёль 11 были переименованы на лич), -булаг был заменён на ахбиур (из 4 топонимов с -булаг 2 были переименованы на ахбиур и только одно на русское -родник), а -су на армянский -джур. Иная была ситуация с тюркским -чай. Из них только один из 9 был переименован на армянский с -гет. Для остальных восьми было выбрано новое название. В целом метод переименования можно разделить на 4 категории[31]:

  • 1. Перевод топонима: тюркское название озера Карагёль в армянский Севлич (чёрное+озеро); реки Балыглы в Дзыкнагет (рыбная (река)). Всего 5 случаев
  • 2. Перевод половины названия или гибридное переименование: Шорбулаг в Мушахбиур; Карагёл в Карилич (перевод). 12 случаев
  • 3. Лингвистическая переделка[32]: Кафан в Капан, Эртапин в Артабун. 27 случаев.
  • 4. Полное изменение: Басут в Цав, Чайземи в Кашуни. 29 случаев

Так больше половины переименованных гидронимов неразрывны со старыми.

Оронимы[править]

Из 315 оронимов 164 (52 %) были переименованы. В случае с оронимами выделяются следующие тюркские образования: -даг (гора) — 17 случаев, -тепе (холм) — 9 случаев, -гайа (скала) — 4 случая. Тюркские образования изменялись следующим путём: Из 17 слов с -даг 10 были изменены на армянский эквивалент -сар; 6 из 9 с -тепе менялись как на сар так и на блур; и все 4 -гайа были изменены на -кар. Как и в случае с гидронимами, метод переименований можно подразделить на 4 категории[33].

  • 1. Известно 8 случаев перевода: Акдаг в Спитакасар (белый+гора); Демирли в Эркрасар (железная (гора))
  • 2. Известно 14 случаев гибридных переименований: Мурад-тепе в Мурадсар, Камаркайа в Камаркар
  • 3. Наиболее распространённым был метод переделки. Известно 98 случаев: Хартинлар в Хартинлер (окончание множественного числа на тюркском лар заменено здесь армянское слово лер для гор); Ишыглы в Ишхансар
  • 4. Известно 44 случая полного изменения: Маман в Цахкадзор, Богутлу в Ардени.

Отношение к переименованиям тюркских топонимов в Азербайджане[править]

Современные азербайджанские авторы квалифицируют переименование тюркских топонимов Армении как «культурный терроризм» и «лингвистический геноцид»[34]

Список переименованных тюркских топонимов[править]

Согласно азербайджанским авторам в Армении в 1924—1991 гг. были переименованы следующие тюркские топонимы[35][36][37].

Фальсификация истории Еревана[править]

В современной Армении усиленно насаждается проармянская версия, что столица Армении, город Ереван был основан урартуйцами ещё в 782 году до н.э. что вкупе с армянской же позицией об армянской идентичности Урарту фактически позволяет им утверждать о том, что Ереван был основам самими же армянами и при этом пользуется большой популярностью поговорка «столица древнее самого Рима». При этом яростно оспариваются любые противоречащие этой теорией доказательства, опровергается утверждение о наличии иных культур и народов, игравших свою роль в истории города.

Армянская историография пыталась и пытается любыми способами связать основание Еревана исключительно с армянским этносом, прибегая для этого к разным способам. Так, в 1859 году российский историк, писатель армянского происхождения Александр Макарович Худобашев писал:

Эривань лежит при реке Занги и маленькой речки Кырк-Булак, соединяющиеся с Араксом и состоит собственно из города и крепости; последняя имеет две, довольно высокие стены, упирающийся в левый берег Занги, составляющий таким образом, четвертую его сторону – прочие три стороны обведены рвом. Стены эти построены из глины, смешанной с соломою и мелким камнем. Вода здесь получается из, особо устроенного водоема, огражденного полуразрушенною глиняною стеною; сверх этого, с северной стороны, проведена в крепость, под землею, еще особенными водопроводами, из реки Занги, а с юго-восточной из Кырк-Булака. Водопроводы эти теперь почти совсем засорены. Из Кырк-Булака вода проведена по городу множеством канавок. В городе выстроен довольно красивый ханский дворец; а главная Магометанская мечеть превращена в церковь, православного, Греко-Российского вероисповедания и освящена во имя Покрова пресвятой Богородицы. Шарден, в своем путешествии описал одну крепость, которая можно полагать есть древний Ервандакерт, также основанный Еровандом против его столицы. Она имеет вид овала и до 4000 шагов в окружности[38].

Тем самым Худобашев пытается связать название Еревана с якобы-армянским царём Ервандом (см. выше). Более того, не удовлетворившись достигнутым, Худобашев пытается приписать т.н. «армянскому» царю Ерванду II Эриванские башни, описанные французским путешественником Шарденом, побывавшим в 1672-1678 годах на Кавказе. И в этом случае уже средневековый имевший тогда азербайджанское население Иреван с его стороны представляется как античный армянский город Ервандакерт.

Вообще крайне любопытно, что армянская историография с целью обосновать исключительно армянскую принадлежность Еревана усиленно пытается найти связь между названием города и словами с армянского языка. И в своё время именно эти версии усиленно пересказывались путешественникам, побывавшим в своё время на Кавказе. Тем самым, армяне добивались того, чтобы в России и в Европе складывалось ощущение о именно армянской принадлежности города и его окрестностях. Так, к примеру, прусский писатель, барон Август фон Гакстгаузен побывавший на Кавказе писал:

Эривань или правильнее, Эраван, по-армянски значит «видимый». Предание гласит, что когда Ной, после потопа увидел с Арарата землю, то закричал: «Она видна!» и от того окрестности города получили своё название. По другому преданию армянский царь Эрвар является основателем города. Город имеет и другие названия. Анц-Ваген-Шагат, Двин, Армевин, Гарей, Артаксата и пр.[39]

Русский историк французского происхождения Иван Иванович Шопен приводит уже другую армянскую этимологию названия Еревана, но опять, же связанную с Ноем:

… Ной, увидел от Арарата противоположную сторону долины, очищенною от вод, назвал её Еревули, то есть высохло.[40]

Понятно, что такие несуществующие названия как Анц-Ваген-Шагат, Армевин, Гарей, Еревули и тому подобное были выдуманы армянскими историками с целью обосновать армянскую принадлежность Еревана, а заодно уж и заявить об армянской принадлежности пророка Ноя, который, судя по этим версиям, неплохо разбирался в армянском языке и даже давал названия местности на армянском же языке.

В версию об армянской идентичности пророка Ноя и о основании им Еревана поверил и русский писатель-беллетрист, военный историк Платон Павлович Зубов, который писал:

Смотря на сей памятник отдаленнейшей древности, на коем совершилось чудесное событие: обновление рода человечества, — мысль невольно стремится в след за течением стольких минувших столетий, вызывает оные из мрака прошедшего, и видит праведного Ноя, воздвигающего жертвенник Господу Богу, спасшему его от ужасной кары раздраженного Неба; видит построение им Нахичевана, Маранда, Эзрк-уры и самой Эривани; видит основание Гайком Армянского государства; его преемник Арай дает свое название горе Масису и окрестной стране, именуемой ныне Араратом. С того времени Эривань делается столицею Араратского царства, и долгое время составляет центр могущества Армении.[41]

Как видно из данной цитаты, тут Ной уже не только основывает Ереван, но ещё и Нахчыван, и Маранду и другие города, заодно позволяя армянам выдвигать и свои территориальные притязания на эти земли, находящиеся ныне в составе других государств.

А меж тем российский архитектор, профессор МААМ Андрей Иванов в серии своих статей неоднократно в своих материалах обращает внимание на уничтожение армянами старого, мусульманского, тюркского Еревана[42]. Речь идёт прежде всего об Иреванской крепости, разрушенной армянами в середине XIX века. Также жертвами армянского вандализма стали Сардарский (или ханский) дворец, Голубая мечеть и многие другие постройки. А меж тем ещё во времена Иреванского ханства на территории города располагались 8-9 мечетей, 10 бань, 7 больших каравансараев, 5 площадей (мейданов), 2 базара и 2 школы-медресе, ныне практически уничтоженных армянами[43]. Также знаменитый турецкий путешественник Эвлия Челеби в своей книге в главе «О строительстве города Еревана» отмечает:

В 810 (1407-08) году один из любимцев эмира Тимура, купец Ходжа-хан Лехичани, ступил на землю этого Еревана. Он увидел плодородный край и поселился [здесь] вместе со всеми своими домочадцами. День ото дня он богател на выращивании риса и строил этот город. Позже, в 915 (1509-10) году, шах Иранской земли Исмаил-шах приказал своему везиру Реван-кулу-хану построить в этом месте крепость. Тот за семь лет воздвиг крепость и дал ей имя Реван. Это прекрасная крепость из кирпича и камня на восточном берегу реки Занга. Однако в один-единственный ярус[44]

.

Таким образом, как мы видим, Челеби утверждает, что везир шаха Исмаила Хатаи Ревангулу хан отстроил город и назвал его в свою честь. Однако со временем название города Реван трансформировалось в Иреван, а во времена Российской империи город стал называться Эриванем, и лишь в XX веке получил своё нынешнее название (Ереван). Более того, академик Василий Владимирович Бартольд писал:

Эривань возникла в качестве селения при Тимуре, а городом сделалась только в XVI в. при шахе Исма’иле, и тогда же получила своё нынешнее название[45].

.

И действительно, ни в одном источнике не говорится о Ереване как о населённом пункте раньше XVI века, не считая только очень немногочисленные армянские источники, вроде поздней анонимной книге, приписываемой Себеосу (VII в.), истории Ованеса Драсханакерци (IX-X вв.), которого еще именовали Иоанном Католикосом и труда Мхитара Айриванкского (XIV в.), в которых встречается в том числе упоминание Еревана в период арабских нашествии в VII веке. Но даже если и так, нет ни одного, даже армянского источника, позволившего бы хронологически связать якобы армянский Ереван VII века с урартуйским Эребуни VIII века до н.э.

Но если обращаться к подтверждённым источникам, то можно заметить, что датой строительства Еревана как города-крепости отводится к 1509-1515 годам. И действительно до этого периода ни в одном из османских, российских, европейских или сефевидских документах имя Еревана как населённого пункта не упоминается. А самое первое упоминание названия города проходит в повести «Чалдыранской рузнаме» османского писателя-хроникера Гейдара Челеби, которая посвящена, Чалдыранскому походу султана Селима I. Известно, что 23 августа 1514 произошел бой между армиями сефевидского шаха Исмаила Сефеви и османского султана Селима I, которая в истории известна как Чалдыранская битва. После этой битвы кызылбашские войска отошли и значительные территории Азербайджана как южнее, так и севернее Аракса вошли в состав Османской империи. Автор «Чалдыранской рузнаме» Гейдар Челеби был свидетелем событий, и ход действий описал в своей летописи, которую завершил в 1525. Именно в его произведении, где описывается уже отход войск Селима севернее Аракса впервые в истории упоминается название города Ревана:

29-го реджеба (20. 09. 1514) в среду перешли реку Аракс, и прибыли к пункту Кешиккумбет, находящийся выше крепости Алынджа. Четверг дошли до города Нахчыван, а 1-го шабана (22-го сентября) в пятницу к городу Карабаг. На следующий день подошли к завие Ахмед-бей, после к Седереку относящиеся к области Нахчыван. 4-го шабана прошли рядом с Хаджы-Лалалу, относящейся к Чухур-Саду и разбили лагерь между деревнями Большая Веди и Малая Веди. 5-го шабана прошли реку Занги относящейся к Чухур-Саду и подошли к городу Реван. На следующий день был взят Реван и включен в Османские земли. 7-го шабана был взят армянский духовный центр Учкилисе…[46].

В армянских архивах Матендарана сохранились разные купчие о купле, продажи недвижимости и указы сефевидских правителей. И во всех этих документах нет ни одного упоминания Еревана как населённого пункта вплоть до 1510 года. Привожу всего одну купчею о купле продажи земли от 1503-го года:

Купчая, составленная в 1503 году о продаже Фахр-эд-дином шести дангов мулка села Айдин Дарвин Ибрагиму халифа.

Слава его святости и благословение его пророку и потомкам его. Затем, содержание сей шариатской истинной грамоты и смысл этого ясного и оглашенного постановления рассказывают и извещают о том, что избранный благородный армянин Фахр-эд-дин продал прибежищу амирата и власти, счастливому наследнику халифата и величественности Ибрагиму-беку халифа, сыну покойного Ягуба Алпавута, шесть дангов мулка села Айдин Дарвиш нахии Кырхбулаг, из районов Чухур-Са’дского [вилайета], подчиненного стране Азербайджан; первая граница которого — Армуд агаджи, вторая — Иланли, третья — Кузли-дара и четвертая — Карадаш, за шесть туманов, половина составляет три тумана тавризскими находящимися в обращении серебряными монетами, со всеми его, подлежащими и прилежащими, приращенными и прилегающими [местностями] и [со всем] принадлежавшим ему по шариату, и между ними состоялось соглашение.

Состоялось это в месяце шаввал девятьсот восьмого года переселения пророка (30 марта — 27 апреля 1503 г.), — мир ему и его [потомкам], — помилуй меня, писаря[47].

Также любопытно, что Ереван находился в нахие (волости) Кырк-булаг (сорок ключей в переводе с тюркского языка). Но ни в одном документе до 1509, где проходит название волости Кырх-булаг, ни разу нет упоминания о населённом пункте под названием Ереван. Этот факт является ещё одним свидетельством того, что до этого времени города под названием Ереван ещё не существовало. И отстроил его Ревангулу хан, от которого и крепость получила свое название.

Здесь стоит также отметить ещё одно важное свидетельство. В вышеприведённом документе ясно указано, что территории Чухур-Садского вилайета, куда также входил нахие (волость) Кырк-булаг, где позже будет отстроен крепость Реван, в 1503-м году был в составе страны Азербайджан. И подобных документов в армянском Матендаране хранится немало. Например, в другой купчие от 1400, где отмечаются пределы Татевского монастыря, проходит словосочетания «…олке Капаната, Сисаджана и Туман-е Нахчевана страны Азербайджан…». То есть территории Кафана, Сисиана, Нахчывана в документе от 1400 года показаны в составе страны Азербайджан. Ереван же не упоминается вообще, что наводит на мысль о том, что тогда такого населённого пункта просто не существовало.

Эвлия Челеби также упоминает город Ереван как город Азербайджана:

Крепость Карши основал сын Тимур-хана Шахрух-мирза. Затем она перешла под власть азербайджанского султана Узун-Хасана. Ныне находится на земле Еревана и является одним из городов Азербайджана»[48].

Территориальные претензии армян к соседним государствам[править]

Вся суть нынешних территориальных претензии армян.

На сегодняшний день Армения имеет те или иные территориальные претензии практически ко всем соседним государствам (за исключением разве что Ирана), при чём эти претензии поддерживаются на государственном уровне и порой граничат с экстремизмом. Так, например, 23 июля 2011 президент Армении Серж Саргсян на встрече с участниками V Панармянской Олимпиады по армянскому языку, литературе и арменоведению, отвечая на вопрос студентов о том, какие границы будет иметь будущая Армения, будет ли возвращена Западная Армения и гора Арарат, Серж Саргсян сказал:

Это всё зависит от твоего поколения. Моё поколение, думаю, выполнило возложенную на него обязанность, когда в начале 90-х годов было необходимо защитить от врага часть нашей родины — Арцах (Нагорный Карабах), и мы смогли сделать это.

Это публичное признание главы соседнего государства свидетельствует об откровенных экспансионистских намерениях Армении по отношению к своим соседям, в том числе к Турции, Грузии и Азербайджану[49][50].

Территориальные претензии к Турции[править]

Основным камнем преткновения в отношении Армении и Турции является Карсский договор от 1921, по условиям которому в состав Турции вошли территории, которые армяне считают принадлежащими им по праву землями. Это прежде всего т.н. «Западная Армения», хотя чаще всего под этим термином подразумевается лишь территория, которая должна была отойти Армении по условиям Севрского договора от 1920, по которому Турция фактически расчленялась и территориально урезалась. Однако в результате героической борьбы турецкого народа и несколько проведённых турками победоносных войн (Вторая греко-турецкая война 1919—1922, Армяно-турецкая война 1920 и другие) союзники вынуждены были заменить Севрский мир Карсским, и по сей день определяющим границы Турции. Однако Армения до сегодняшнего дня отказывается признавать Карсский мир, настаивая на условия Севрского мира. Самыми непримиримыми противниками Карсского мира с Турцией в Армении являются члены партии Дашнакцутюн.

На протяжении почти последних 100 лет (с 1921) армяне предприняли несколько попыток оспорить у турков условия Карсского договора. Самой успешной их попыткой были требования СССР об уступке некоторых территории со стороны Турции, выдвинутых Иосифом Сталиным в конце Второй мировой войны, включающих в себе и те самые спорные территории «Западной Армении». В качестве причин для этого шага как правило называется желание Сталина наказать Турцию за её откровенно прогерманскую политику в годы войны (не смотря на нейтралитет Турции) и нежелание турков оказать поддержку СССР и союзникам в тяжёлые для них годы войны. Однако также называются и другие причины:

  • Желание присоединить к СССР территории, входящие в состав Российской Империи с 1878 по 1921, когда эти территории были возвращены Турции по условиям Карсского договора.
  • Обращение армянского Григория Артемьевича Арутинова, занимавшим тогда пост руководителя Коммунистической Партии Армянской ССР к Сталину и Молотову с просьбой присоединить к Армении Карсскую область и прочие территории «Западной Армении», входившие в состав Турции. С аналогичным обращением к Сталину выступил и новоизбранный католикос всех армян Геворг VI[51]. При этом нарком иностранных дел Армянской ССР готовил историческую справку с обоснованием не только необходимости восстановления российско-турецкой границы 1914 года, но и присоединения к Армении принадлежавших Османской империи после 1878 года (а затем занятых Российской империей в 1915 году и переданных союзниками Армении по Севрскому договору) Элешкирта, Эрзерума, Вана, Битлиса[52]. Однако вследствие отсутствия поддержки со стороны других государств, а также из-за эскалации Холодной войны в 1953 СССР отказался от своих притязании на территории Турции.

Ныне время от времени в Армении или от армян за рубежом звучат претензии к Турции и требования к ней касательно территориальных и финансовых выплат, которые, однако, не приносят никаких успехов[53][54][55][56].

Территориальные претензии к Грузии[править]

Грузия с Арменией имеет общую государственную границу общей протяжённостью 224 км (по данным Грузии) или 196 км (по данным Армении). 110 км общей границы уже согласованы, а остальные участки остаются спорными. Претензии армян к грузинам касаются области Самцхе-Джавахети, населённой в основном армянами (согласно переписи 2002 года, в Самцхе-Джавахети проживало 207 598 человек, из них 54,6% — армяне, 43,4% — грузины) и по их утверждению входящий некогда в состав Великой Армении, что и является одной из причин желания армян включить эту область в состав нынешней Армении. Порой сами же армяне обостряют этот конфликт наличием нарушении армяно-грузинской границы армянскими пограничниками, имеются случаи кражи скота у грузин и т.д.[57]

В начале сентября 2009 прозвучало заявление президента Сержа Саргсяна о том, что армянский язык должен стать региональным языком в Джавахети. Незамедлительно проживающие в Грузии армяне отправили письмо правительству Армении, в котором просят защиты от грузин и проживающих в Грузии азербайджанцев. Как сообщает газета "Ахали Таоба" ("Новое поколение"), письмо подписано частью проживающего в Квемо Картли армянского населения.

По словам директора Института истории Национальной академии наук Армении Ашота Мелконяна, армяне в Джавахетии "живут на своей земле". "Как бы тому не противилась Грузия, ей, в конце концов, придется смириться с тем фактом, что армяне живут здесь на своей территории", — цитирует издание слова армянского профессора[58].

В 1995 была сформирована межправительственная комиссия по делимитации и демаркации армяно-грузинской границы. Спорным участком являются территории на участке села Бавра Ширакской области Армении, близ армяно-грузинской границы в районе Самцхе-Джавахети. Грузия также считает грузинскими ряд церквей (Ахтала, Кобаир(и), Хневанк(и), Хучап(и), Киранс(и) и др.) на территории армянской области Лори [59]. Несмотря на регулярные встречи грузинской и армянской сторон, сблизить позиции сторон пока не удается.

14 августа 2014 в Ахалкалаки начато строительство центра начальной военной подготовки. Предусматривается строительство штаба, столовой и казарм, спортивного комплекса, общежития для сержантов и офицеров, детского сада и других сооружений. Армянское общественное мнение расценивает это мероприятие, как реализацию идеи грузинских властей по "профилактике армянского сепаратизма"[60].

Территориальные претензии к Азербайджану[править]

Основная статья: Карабахская война.

С февраля 1988 территориальные претензии армян к Азербайджану вылились сначала в Нагорно-Карабахский конфликт, а начиная с 1991 — и в полноценную войну. В результате этой войны был оккупирован не только Нагорно-Карабахский регион, но и 7 районов Азербайджана, которые армянская сторона отказывается возвращать, мотивируя это необходимостью сохранить статус-кво и иметь буферную зону с Азербайджаном. Кроме того, армянские националисты желают присоединения к Армении всего правобережья Куры, мотивируя это тем, что эти территории некогда входили в состав Великой Армении. Нагорно-Карабахский конфликт до сих пор не нашёл своего решения вследствие нежелания армянской стороны вести конструктивный диалог и стремления сохранить статус-кво.

Обвинения в фальсификации истории Армении в адрес западных историков[править]

Кандидат исторических наук Армен Айвазян обвиняет западные научные и политические круги в преднамеренной фальсификации истории Армении. В своей работе «Освещение истории Армении в Американской историографии (Критический обзор)» он подвергает резкой критике целый ряд известных западных арменологов и кавказоведов, в том числе и армянского происхождения, среди прочих профессоров Рональда Григора Сюни, Роберта Томпсона, Джеймса Рассела, Ричарда Ованнисяна и многих других. По словам Айвазяна, его работа это —

первая систематическая историко-политологическая критика западной арменологии со стороны армянских авторов за последние сто лет, точнее с момента существования новой историографии. Лежащая в ее основе концепция, выработанная европейскими учеными, включает заведомо неверные положения о пришлости армянского этноса в Армянском нагорье. Армянская культура представляется лишь как цепь заимствований из иранской, византийской, ассирийской, арабской и других культур. Историческая Армения объявляется децентрализованной, слабой страной, бывшей игрушкой в руках великих держав — Ирана и Римской империи. Такая концепция намеренно способствовала созданию мифа о неполноценности армянского государства и армянской нации. Высказываться подобным образом о пятитысячелетней истории Армении, имеющей великие и прекрасные периоды развития, совершенно недопустимо. Армения была мощнейшим государством в своем регионе. Численность армянской регулярной армии во времена царства Хайасы, Урарту и Ервандуни (а это II и I тысячелетия до н. э.) достигала нескольких десятков тысяч, а во времена правления династий Арташесидов, Аршакуни и Багратуни колебалась от 100 до 120 тысяч воинов.[61]

По словам Айвазяна причина фальсификации истории Армении западными историками заключена в геополитическом противостоянии России и Великобритании

Причиной послужила так называемая большая игра между Великобританией и Россией за геополитические сферы влияния, в которой армяне воспринимались как союзники России. В данном контексте Турция рассматривалась как сила, способная противостоять экспансионистским устремлениям России. Эта тенденция нашла отражение в академических работах по арменологии. С началом холодной войны антироссийские и опосредственно антиармянские и протурецкие тенденции в академических кругах Запада возросли в геометрической прогрессии. Этот антиисторический ренессанс был вызван тем, что после окончания второй мировой войны Советский Союз поставил вопрос о возвращении определенных территорий Западной Армении. Западу нужно было доказать, что никакой Армении на этих территориях никогда не было.[61]

Позиция Айвазяна встретила поддержку как некоторых профессиональных историков, так и публицистов и общественных деятелей Армении.[62] По мнению академика НАН РА доктора исторических наук Грачика Рубеновича Симоняна, «некоторым арменоведам-армянам в различных „свободных“ странах не хватает чувства ответственности перед своей нацией и безопасностью Республики Армения. Под предлогом ложной научной „свободы“ они повторяют и вновь и вновь выбрасывают на политический рынок широкомасштабные фальсификации и искажения истории армянского народа, измышленные иностранными и в особенности турецкими и азербайджанскими авторами, тем самым способствуя борьбе против собственного народа».

На просьбу «коротко остановиться на одном-двух примерах наиболее типичных фальсификаций» Грачик Симонян отметил в качестве примера тот факт, что некоторыми западными историками, с подачи азербайджанских и турецких учёных, «ставится под сомнение обоснованное современной исторической наукой положение о том, что Армянское Нагорье является колыбелью формирования армянского народа. Вместо этого упорно реанимируется давно уже отвергнутая наукой версия об армянах-пришельцах».[63]

Академик Манвел Зулалян назвал работу молодого ученого «научным подвигом и предостережением, призванным напомнить некоторым представителям академических кругов Армении, что их чрезмерное увлечение отдельными западными арменоведами таит в себе большую опасность, в том числе и в политическом плане».[62]

В декабре 2001 года было опубликовано решение исторического факультета ЕГУ в поддержку Армена Айвазяна, в котором целый ряд видных американских историков обвинялись в том, что они распространяют фальшивые и лживые точки зрения, сфабрикованные относительно армян и армянской истории.[64]. Однако, декан факультета истории ЕГУ Бабкен Арутюнян дезавуировал это решение, заявив, что оно принято в его отсутствие и люди, протолкнувшие это решение, говорили не от имени всех своих коллег.[65]

Согласно сообщению агентства Регнум, в рамках проходившего 15-20 сентября 2003 года в Ереване первого Международного конгресса арменоведов группа неназванных армянских историков выступила с заявлением, в котором, в частности, было сказано:

Вот уже более 10 лет, как армянская государственность на Южном Кавказе находится в состоянии войны. И если на начальной стадии война главным образом проявлялась в форме ведения активных боевых действий, то уже с середины 1990-х годов она все явственнее приобретает формы экономического «выкуривания» — блокады и психологической экспансии. Интеллектуальная агрессия, которой подвергается армянская научная мысль и историография в частности, финансируется Государственным департаментом США и находит свое отражение в последовательном искажении основополагающих вопросов армянской истории, начиная с древнейших времен. Ориентированная на курс резкого ослабления этнокультурного иммунитета армянского народа, грубая и циничная фальсификация национальной истории имеет целью разрушить феномен преемственности в сознании армянского народа и оголить тем самым единственный по сути — историко-культурный тыл нации. Сегодня линия фронта пролегает в том числе и по академическим коридорам и армянская научная элита не имеет права игнорировать этот факт.[62]

Армянская газета "Голос Армении" в отчете о конференции и обзоры прессы Армении о таком факте не упоминают.[66] [67]

В работе конгресса не приняли участие получившие приглашения Джеймс Рассел, Роберт Томпсон и Рональд Сюни, а также Армен Айвазян, который был единственным из историков, не приглашенным на эту конференцию.[62] В декабре 2003 года в Ереванском государственном университете докторская диссертация Айвазяна по истории была провалена.[68] Как отмечает сочувствующая Айвазяну пресса, в Армении его взгляды разделяют «малое исключение» историков.[69]

Обвинения в националистическом подходе к исторической науке со стороны западных коллег[править]

Во время конференции «Переосмысление армянских исследований: прошлое, настоящее и будущее», которая прошла 4-6 октября 2003 года в Гарвардском университете в Кембридже, Массачусетс, ряд западных историков выступил с критикой личных выпадов и националистических интерпретаций истории со стороны своих коллег в Армении.

Профессор Бардакджиян отметил, что большинство его коллег подверглись очень непрофессиональным и вульгарным нападкам как предатели и западные агенты, хотя он считает, что это тем не менее мнение меньшинства.

Профессор Джеймс Рассел предупредил аудиторию о «теориях заговора, ксенофобии, и ультранационалистической псевдонауке, которые все больше и больше становятся господствующими тенденциями арменологии в Республике Армения» и которые нашли поддержку некоторых СМИ в диаспоре, в которых заметно присутствуют паранойя и антисемитизм. По его словам, именно перед сообществом стоит задача навести порядок в своем доме, потому что эти тенденции носят самоубийственный характер.

Профессор Роберт Хьюсен выразил решительный протест против выпадов личного характера, которые практически неизвестны и совершенно неприемлемы в западных академических кругах, некоторые из которых нацелены на этнические корни ученых-арменистов неармянского происхождения, которых клеймят как «одар» (неармянин) и поэтому считают неквалифицированными. Если у кого-то есть возражения против работы какого-либо ученого, сказал он, то их надо представить в научной и обоснованной форме. В очень многих случаях те, кто нападает на американских ученых, показывают, что у них провинциальный и узкий кругозор, и самое главное, что они не знакомы с нормами, принятыми в западной науке, и их нападки являются глупыми и саморазоблачительными.

Как ранее отметил профессор Бардакджиян, эти нападки уходят корнями в советский менталитет. Отметив важную и выдержавшую испытание временем работу некоторых ученых в области армянских исследований, осуществленную в советское время, Хьюсен отметил, что все, что называлось в советское время «буржуазным национализмом», подавлялось, и национальные истории рассматривались через призму марксизма-ленинизма. Однако с обретением независимости национализм вновь проник в армянские исследования. Как заявил Хьюсен, проблема заключается в том, что это националистическая интерпретация совершенно устарелого типа. Он также выразил мнение, что те, кто допускает подобные нападки, находятся в меньшинстве, и что лучшее оружие против них — это большее ознакомление с работами и методами друг друга.

Профессор Джордж Бурнутян отметил иронию в своем участии в обсуждении, так как несмотря на то, что он преподавал Армянскую историю четверть века, «я ни разу не был приглашен на какую-либо конференцию в Армении, я никогда не получал почетной степени в Армении, я не был избран в Армянскую Академию наук. И меня никогда не публиковали в какой-либо газете или научном журнале в Армении». Тем не менее, Бурнутян решительно отверг обвинения, выдвинутые в адрес него и армяно-американских ученых в целом неким Арменом Айвазяном в Армении. В основе этих обвинений лежит убеждение, что «армяно-американские ученые … нанесли ущерб армянским территориальным претензиям на Карабах, Киликию, Нахчыван, Гянджу, и Турецкую Армению», и «поставили под вопрос культурно чувствительные даты», такие как даты принятия Арменией христианства.[70]

По мнению Рональда Григора Сюни:

Ученые Армении глубоко завязли в националистическом мышлении. Если вы представите альтернативную точку зрения, вас раскритикуют очень грубым и злостным образом. Как могут люди при таком уровне аргументации пытаться думать по-другому и развивать науку, когда малейшее отклонение подвергается нападкам?[71]

В 2012 году в Армении была переведена книга Джорджа Бурнутяна "История Армении". Как отмечает армянская пресса перевод был тепло принят специалистами и читателями[72]. В том же году в Степанакерте прошла презентация книги Бурнутяна "Описание Карабагской провинции в 1823г.". Самого Бурнутяна армянская пресса характеризует как одного из авторитетных в мире специалистов по новой истории Восточной Армении и Закавказья[73].

Отношение современного армянского государства к ревизионистским концепциям истории Армении[править]

В. А. Шнирельман приходит к выводу о том, что в Армении исторический ревизионизм не пользуется правительственной поддержкой:

Те армянские историки и писатели, которые ведут идеологическую борьбу за территорию, выступают от своего имени и не имеют официальной поддержки со стороны властей Армении.[1]

В то же время он отмечает, что

Другая проблема касается празднования знаменательных дат, которые представляются существенными для данной этнической группы и, что важно, поощряются местными властями. Ниже мы увидим, что открытие в 1950 г археологами надписи, говорящей о сооружении на месте современного Еревана урартской крепости Эребуни в 782 г до н. э., стало основанием для властей Армянской ССР отпраздновать 2750-летие Еревана в 1968 г. Вместе с тем, никакой прямой связи между археологическим открытием и состоявшимися позднее празднествами не было. Действительно, ведь пышный общенародный праздник организовали не археологи, а власти Армении, затратившие на это огромные средства. Почему местные власти оказались в этом заинтересованы и почему они не устроили празднества вскоре после открытия, скажем, в 1953 г или в 1958 г, когда можно было праздновать соответственно 2735-летие или 2740-летие; почему они не отложили праздник до 2018 г, чтобы отпраздновать сразу 2800-летие? Да и какое отношение имеет столица Армении, Ереван, к урартской крепости, связь которой с армянами еще требует доказательств? Ответ на поставленные вопросы не представляет секрета для того, кто знает новейшую историю Армении. Искать его надо в событиях 1965 г, всколыхнувших, как мы увидим ниже, всю Армению и давших мощный импульс подъему армянского национализма[1].

Борьба научного сообщества Армении против ревизионистских концепций[править]

На пике общественной популярности ревизионистских концепций, в 1989—1990 гг., академический «Историко-филологический журнал» регулярно публиковал статьи ведущих армянских ученых, направленные против ревизионистов[1]. Так, академики АН Армении Бабкен Аракелян, Геворк Джаукян и Гагик Саркисян писали:

Мы решительно отвергаем антинаучные тезисы о том, что будто бы урартский язык и урартское государство не существовали, и что урартийцы — те же армяне. Эти положения, грубо искажающие историческую действительность, в последние годы распространяются в частности в общедоступной печати нашей республики рядом дилетантов, не являющихся специалистами в этой области исторической науки[4].

Ашот Мелконян, доктор исторических наук, директор Института истории НАН РА, охарактеризовал книги одного из самых известных ревизионистов, геолога Сурена Айвазяна, как «компрометирующие армянский народ»[74]. По мнению публицистов: «Ни один здравомыслящий историк, этнолог и культуролог в Армении не принимает всерьёз опусы С. Айвазяна. К сожалению, Айвазян и подобные „историки“ в патриотическом экстазе не понимают провокационную опасность своих, по их мнению, чрезвычайно полезных исторических трудов»[5].

Шнирельман отмечает, что ревизионистские концепции в Армении носили популистский характер, в первую очередь были направлены против ведущих армянских историков и публиковались в литературных и научно-популярных журналах. Работы ведущих армянских историков в академических журналах регулярно критиковали ревизионистские теории:

Вместе с тем, ревизионистская концепция была направлена даже не столько против ленинградского ученого Дьяконова, сколько против ведущих армянских историков, запятнавших себя своими компромиссами с советской идеологией. Ревизионистам казалось, что в конце 1980-х гг. наступил удачный момент для того, чтобы расчистить для себя место в армянской исторической науке. Для этого они всемерно использовали наступающие коренные политические изменения, активно участвовали в армянском национальном движении и в борьбе за Нагорный Карабах. Их работы печатались в популярных журналах, которые ориентировались на новое антисоветское правительство Армении (об этом см. А§ 1оипап, 1994. Р. 51— 52). Между тем, академический «Историко-филологический журнал» в 1989—1990 гг. регулярно публиковал статьи ведущих армянских ученых, направленные против ревизионистов (Аракелян, 1989; Саркисян, 1990). В частности, армянские археологи критиковали Ишханяна за упрощенный подход к этногенезу армянского народа, полностью игнорировавший археологические данные. Они противопоставляли ему подход таких маститых специалистов как Б. Б. Пиотровский и И. М. Дьяконов, которые писали о тесных контактах и слиянии языковых предков армян с урартийцами (Тирацян, Арешян, 1990; Арешян, 1992. Р. 26-27).


В 1988 г в Ереване ведущими армянскими специалистами, академиками Б. Аракеляном, Г. Джаукяном и Г. Саркисяном была опубликована фундаментальная монография, основная идея которой раскрывалась уже в самом ее названии «Урарту-Армения». За год до этого они выступили против концепции Ишханяна и прочих ревизионистов, обвиняя их в дилетантизме и упрощенном подходе к истории с позиций чрезмерного патриотизма. В частности, они писали о том, что проблема локализации прародины индоевропейцев еще не решена и что нет никаких оснований приписывать древнейшим аккадцам знания об армянах, которых тогда и на свете-то не было (Аракелян, Джаукян, Саркисян, 1987). В то же время, не отказываясь от этих аргументов, в своей книге они окончательно утвердили своим авторитетом участие Хайасы в этногенезе армян. Соглашаясь считать Урарту первым известным государством на Армянском нагорье и говоря о гетерогенности его населения, они подчеркивали эффективную ассимиляционную роль армян, сумевших арменизировать всех обитателей Урарту к концу его существования. Один из важнейших выводов книги гласил: «первым и единственным народом, возникшим на территории Армении, был и остается армянский народ» (Аракелян, Джаукян, Саркисян, 1988).[1]

Наиболее одиозные случаи фальсификации истории со стороны армян[править]

Наиболее фееричная версия распространения влияния Великой Армении по версии армянских историков.
  • Утверждение о Ное не только как о реально существовавшей исторической личности (не смотря на то, что это библейский персонаж) но ещё и о его принадлежности к армянскому этносу (см. выше).
  • Утверждение об автохронности армян и их исключительные права на территории Иранского Азербайджана, Азербайджанской республики, Сирий, северной части Ирака, всей Киликии и большей части Грузии (в том числе Тбилиси и Абхазия) в рамках утверждения о вхождении данных территории в состав Великой Армении.
  • Утверждение о якобы «армянских» династиях фараонов Египта, о культурном и политическом присутствии и влиянии, якобы оказываемой армянами на Древний Египет[75][76].
  • Утверждение небезысвестного геолога Сурена Айвазяна об исключительной древности армян, об их автохронности на всех вышеперечисленных территориях и ещё на многих других[77] (например, в Крыму[78]), о том, что армяне сыграли решающую роль в истории Грузии, России и других стран (в частности утверждается о происхождении русского народа от армян[79], о причастности армян к основанию Киева, Тбилиси и других городов[80], к постройке христианских храмов и соборов в Киеве и Новгороде[81], о введении христианства в Руси именно армянами[82], что Юрий Долгорукий был армянином[83] и т.д.). Известен тем, что сыграл решающую роль в фальсификации истории Урарту с целью её арменизации [84][85][86][87] (что и является одной из главных задач политики фальсификации армянской историографии), а также явно неприязненным отношением к соседним с Арменией странам и народам. В частности, он считает, что слово «грузин» возникло в связи с тем обстоятельством, что грузины ранее всегда работали грузчиками у русских. Турки, по мнению Айвазяна, — «психически ненормальный народ, в генах которого заложено варварство, психопатия и патологический садизм»[88]. Согласно исследованиям Айвазяна в области археологии, истории и лингвистики, англосаксы являются выходцами из Армении, переселившимися на Британские острова в XV—X веках до н. э. из области Англ-тун провинции Четвёртая Армения края Великая Армения[89]. И даже более того, в 2001 Сурен Айвазян обратился с письмом к английской королеве Елизавете II с требованием вернуть Армении казну, состоящую из сокровищ Киликии, которую Левон VI, по некоторым данным, оставил на хранение английскому королю Эдуарду III (1327—1377)[90][91]. По мнению Сурена Айвазяна, предки королевы Елизаветы II жили в ущелье, где выращивался виноград, а это вытекает из того, что по-армянски фамилия нынешней британской королевской династии Виндзор означает «виноградное ущелье»[92].

См. также[править]

Примечания[править]

  1. а б в г д е ё ж з Шаблон:Книга:Шнирельман: Войны памяти
  2. Шаблон:Книга:Philip L. Kohl:Nationalism, politics, and the practice of archaeology
  3. Hewsen R.H. Ethno-history and the Armenian influence upon the Caucasian Albanians. Classical Armenian culture: Influence and creativity, Scholars press, Philadelphia, 1982, p 33
  4. а б в Аракелян Б. Н., Джаукян Г., Саркисян Г. К. К вопросу Урарту-Армения // Историко-филологический журнал, Ереван, № 1, 1987
  5. а б Микаэлян К. Паранормальная история // газета «Новое время», Ереван, 5 июня 2007 года (Электронная версия)
  6. Аракелян Б. Н., Джаукян Г., Саркисян Г. К. К вопросу Урарту-Армения // Историко-филологический журнал, Ереван, № 1, 1987
  7. Шаблон:Статья:The Journal of Modern History:Ronald Grigor Suny:Constructing Primordialism
  8. а б Hewsen R.H. Ethno-history and the Armenian influence upon the Caucasian Albanians. Classical Armenian culture: Influence and creativity, Scholars press, Philadelphia, 1982
  9. Страбон. География. XI, XIV,5
  10. ИГРАР АЛИЕВ. НАГОРНЫЙ КАРАБАХ:ИСТОРИЯ.ФАКТЫ.СОБЫТИЯБСЭ
  11. Сурен Айвазян «История России, Армянский след»
  12. Томас де Ваал. Черный сад. Армения и Азербайджан между миром и войной. Глава 10. Урекаванк. Непредсказуемое прошлое
  13. Hewsen R.H. Ethno-history and the Armenian influence upon the Caucasian Albanians. Classical Armenian culture: Influence and creativity, Scholars press, Philadelphia, 1982.
  14. While scholars certainly have an important and useful role to play in political affairs, Bunjatov and Mnac’akanyan, both excellent scholars, have both erred in placing scholarship at the service of political concerns, which is another matter altogether, and we are reminded, once again, that when such tendentiousness enters the historical arena, scholarship quickly departs. Hewsen R.H. Ethno-history and the Armenian influence upon the Caucasian Albanians. Classical Armenian culture: Influence and creativity, Scholars press, Philadelphia, 1982
  15. Гукасян Ворошил. О некоторых вопросах истории албанской письменности и лите­ра­туры. Известия АН Азерб. ССР, серия литература, язык и искусство, 1968, № 2.
  16. К проблеме происхождения и локализации племени утиев
  17. Страбон ГЕОГРАФИЯ
  18. а б The alteration of place names and construction of national identity in Soviet Armenia. Arseny SAPAROV
  19. Карабах: хронология конфликта
  20. а б Новости Армении. В 2007 году в Армении завершится процесс переименования населенных пунктов республики 16:21. 22/02/2007
  21. Н. Г. Волкова (Наталья Георгиевна Волкова — одна из ведущих советских этнографов-кавказоведов, признанный ученый в области этнической истории народов Кавказа, автор нескольких монографических исследований по этническому составу населения Северного Кавказа, по кавказской этнонимике) Кавказский Этнографический Сборник, Статья: Этнические процессы в Закавказье в XIX—XX вв. — IV. — СССР, Институт Этнографии им. М.Маклая, АН СССР, Москва: Наука, 1969. — С. 10. — 199 с. — 1700 экз.

    В 1897 г. из 137,9 тыс. населения здесь жило 63,6 тыс. армян (46,2 %), 71,2 тыс. азербайджанцев (51,7 %), 1,8 тыс. курдов (1,3 %). По данным сельскохозяйственной переписи 1922 г., всё население Зангезура насчитывало 63,5 тыс. человек, в том числе 56,9 тыс. армян (89,5 %), азербайджанцев 6,5 тыс. (10,2 %), русских 0,2 тыс. (0,3 %).

  22. Джафар Гияси и Ибрагим Бозйель. ARMENIAN ACTS OF CULTURAL TERRORISM. Анкара 1997

    In his Population of Soviet Armenia, published in 1932, Z. Korkodyan reports that in the 19th and early 20th centuries, about 2000 cites of the total 2310 were of Turkish origin.

    (англ.)
  23. Barbara A. Anderson and Brian D. Silver, "Population redistribution and the ethnic balance in Transcaucasia, " in Ronald G. Suny, ed., Transcaucasia, nationalism, and social change; essays in the history of Armenia, Azerbaijan, and Georgia (Ann Arbor : University of Michigan Press, 1996): 488.
  24. Arseny Saparov, International Relations Department, London School of Economics, Houghton Street, London WC2A 2AE, A.Saparov@lse.ac.uk

    Another social-political process that apparently affected place naming in Armenia was the emigration of Azerbaijanis from the Armenian SSR that occurred in that period.

  25. Постановление N: 754 Совета министров СССР
  26. Arseny Saparov, International Relations Department, London School of Economics, Houghton Street, London WC2A 2AE, A.Saparov@lse.ac.uk

    According to this plan some 100,000 people had to be «voluntarily» resettled. The emigration occurred in three stages : 10,000 people were resettled in 1948, another 40,000 in 1949, and 50,000 in 1950

  27. Постановление Совета Министров СССР от 23.12.1947 № 4083
  28. Arseny Saparov, International Relations Department, London School of Economics, Houghton Street, London WC2A 2AE, A.Saparov@lse.ac.uk

    These waves of emigrations of the Azerbaijani population and immigrations of Armenians were apparently one of the major causes for renamings in the Armenian SSR in the post-war period. We should also consider the general decline in Russo- Turkish relations in the aftermath of the Second World War, and Stalin’s demands for the return of the territories seceded to Turkey in 1921.31 The post-war renamings campaign ended in 1950, and the annual number of renamings steadily declined until 1967—1968. The years 1967 and 1968 were marked by a sudden increase in renamings when more than 50 place-names were changed. The explanation for this phenomenon could be the attempt of the local authorities to accommodate the resurgence of Armenian nationalism that occurred two years earlier.

  29. Arseny Saparov, International Relations Department, London School of Economics, Houghton Street, London WC2A 2AE, A.Saparov@lse.ac.uk

    By late 1980’s there were 152 Azerbaijani villages in the Armenian SSR all with Turkic place-names.

  30. Arseny Saparov, International Relations Department, London School of Economics, Houghton Street, London WC2A 2AE, A.Saparov@lse.ac.uk

    There are 107 hydronyms in the list, 71 (66 %) of which were renamed.

  31. Arseny Saparov, International Relations Department, London School of Economics, Houghton Street, London WC2A 2AE, A.Saparov@lse.ac.uk

    If one considers the method of renamings, it is possible to distinguish four categories.

  32. Arseny Saparov, International Relations Department, London School of Economics, Houghton Street, London WC2A 2AE, A.Saparov@lse.ac.uk

    3. Linguistic adaptation : Kafan into Kapan (Hapan), Ertapin into Artabun.

  33. Arseny Saparov, International Relations Department, London School of Economics, Houghton Street, London WC2A 2AE, A.Saparov@lse.ac.uk

    Following the pattern established for hydronyms we can apply the same four categories here as well.

  34. Джафар Гияси, Ибрагим Бозйель. Армянские акты культурного геноцида. Анкара, 1997 (англ.)
  35. Культурный терроризм Таблица топонимов деазербайджанизации территории Республики Армения. Из брошюры «Акты армянского культурного террора», изданной в 1997 г. в Анкаре при поддержке и участии Чрезвычайного и Полномочного Посла М.Новрузова.
  36. а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ ъ ы ь э ю я аа аб ав аг ад ае ё аж аз аи ай ак ал ам ан ао ап ар ас ат ау аф ах ац Вагиф Арзуманлы, Назим Мустафа. Депортация, Геноцид, Беженцы.. — Баку: «Гартал», 1998.>
  37. Список переименованных азербайджанских населённых пунктов Армении согласно постановлениям Высшего Совета Армянской ССР. Назим Мустафа. Баку, 2006. Стр. 7-42 (азерб.)
  38. Александр Макарович Худобашев ОБОЗРЕНИЕ АРМЕНИИ («Обозрение Армении в географическом, историческом и литературном отношениях») Санкт Петербург 1859
  39. Барон Август фон Гакстгаузен ЗАКАВКАЗСКИЙ КРАЙ (Заметки о семейной и общественной жизни и отношениях народов, обитающих между Чёрным и Каспийскими морями), часть I. Санкт Петербург 1857.
  40. Иван Иванович Шопен ИСТОРИЧЕСКИЙ ПАМЯТНИК СОСТОЯНИЯ АРМЯНСКОЙ ОБЛАСТИ В ЭПОХУ ЕЁ ПРИСОЕДИНЕНИЯ К РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ, Санкт Петербург 1852.
  41. СОБРАНİЕ АКТОВЪ ОТНОСЯЩИХСЯ, КЪ ОБОЗРЕНИЮ ИСТОРИИ АРМЯНСКОГО НАРОДА, том III. Москва 1838.
  42. Армянские учёные забеспокоились: их ложь разоблачена
  43. EREVAN
  44. Эвлия Челеби. КНИГА ПУТЕШЕСТВИЯ (Извлечения из сочинения турецкого путешественника XVII века). Вып. Земли Закавказья и сопредельных областей Малой Азии и Ирана. М. 1983.
  45. Василий Владимирович Бартольд РАБОТЫ ПО ИСТОРИЧЕСКОЙ ГЕОГРАФИИ ИРАНА, Москва 2003
  46. Fahrettin Krzıoğlu OSMANLILAR’IN KAFKAS ELLERİ’Nİ FETHİ
  47. ПЕРСИДСКИЕ ДОКУМЕНТЫ МАТЕНДАРАНА, II КУПЧИЕ. Выпуск первый (XIV-XVI вв.). Ереван. АН АРМ ССР. 1968
  48. Эвлия Челеби. КНИГА ПУТЕШЕСТВИЯ (Извлечения из сочинения турецкого путешественника XVII века). Вып. Земли Закавказья и сопредельных областей Малой Азии и Ирана. М. 1983
  49. Джамиль Гасанлы: Территориальные претензии Армении к Азербайджану и Грузии. Депортация азербайджанцев из Армении
  50. Джамиль Гасанлы: Послевоенные территориальные претензии СССР к Турции или "нереальные планы" г-на С.Саргсяна
  51. The Armenians: past and present in the making of national identity, Caucasus world, CAUCASUS WORLD. PEOPLES OF THE CAUCASUS. Peoples of the Caucasus Series. Edmund Herzig, Marina Kurkchiyan. Routledge, 2005. ISBN 0-7007-0639-9, 9780700706396. Всего страниц: 255. Стр.119. Ссылка: After his unanimous election Gevork VI sent a letter to Stalin supporting the repatriation of diaspora Armenians and the return of Armenian lands in Turkey.
  52. Рецензия на сборник «Армения и советско-турецкие отношения»
  53. ПРАВИТЕЛЬСТВО АРМЕНИИ ПРЕДЪЯВИТ ТУРЦИИ ТЕРРИТОРИАЛЬНЫЕ ПРЕТЕНЗИИ?
  54. Армения предъявила территориальные претензии Турции
  55. Армения предъявила Турции претензии столетней давности
  56. Турции и Грузии стоит опасаться территориальных претензий армян
  57. ПОЛЗУЧАЯ АРМЕНИЗАЦИЯ
  58. Турции и Грузии стоит опасаться территориальных претензий армян
  59. Лори — Потерянная Грузия в Армении
  60. Эксперт: Военный объект в армянонаселенном регионе Грузии не должен никого беспокоить
  61. а б Армен Айвазян: В Византии понятия «армянин» и «храбрый воин» были синонимами. «Новое Время», 28 сентября 2002 года.
  62. а б в г ИА REGNUM. «Интеллектуальная агрессия против армянской научной мысли финансируется Госдепом США», отмечают участники международного конгресса арменоведов
  63. «Центром арменоведения была и остается Армения…» Беседа с академиком НАН РА Грачиком Рубеновичем Симоняном
  64. Declaration of the Chair of Armenian History at the State University of Yerevan about the basic tendencies of American Armenology.
  65. Armenian Forum. From the Editors (Volume 2, Number 4). «At a meeting with Armenian Forum editor Vincent Lima in February 2002, the dean of the Faculty of History, Babken Harutiunian, disavowed the resolution, adding that it was adopted without his knowledge while he was abroad. It seems especially important to recognize that the people who pushed the resolution through do not speak for all their colleagues, and to continue to seek out and engage serious scholars trained and based in Yerevan — of which there are many.»
  66. «Голос Армении». N 104 от 18.09.2003 г «НА ФОРУМЕ АРМЕНОВЕДОВ» и N 106 от 23.09.2003 г «ТОЧКИ НАД „i“ в каком-то смысле на I международном конгрессе арменоведов расставлены»
  67. Обзор прессы Армении начиная с сентября 2003 года. ПРЕЗИДЕНТ РА РОБЕРТ КОЧАРЯН ПРИНЯЛ УЧАСТНИКОВ МЕЖДУНАРОДНОГО АРМЕНОВЕДЧЕСКОГО ФОРУМА
  68. Наука и фальсификация несовместимы. Автор, канд. ист. наук, отвечает на несправедливые выступления в его адрес в связи преднамеренного провала защиты его докторской диссертации 9 декабря 2003г (на армянском языке)
  69. Открытое письмо редколлегии «Арменоведческого журнала АЙКАЗЯН» по поводу выхода в свет 20-го тома «Не получив вовремя отпора, еще пышнее расцвела элита американских „арменоведов“ — Рональд Сюни, Джеймс Рассел, Роберт Томсон, Роберт Хьюсн, Нина Гарсоян и др. Коллеги в Армении за малым исключением (академики Лендруш Хуршудян, Манвел Зулалян и др.), неизвестно почему, трепещут при одной мысли о критическом отношении к западному арменоведению. И солидарно, в братском согласии помалкивают…»
  70. Major Conference on Armenian Studies Held at Harvard and NAASR Center. The Armenian Reporter, January 4, 2003
  71. Armenian Reporter, 3 февраля, 2001 г, цитата по Голос Армении. 14.09.2002 Левон Микаелян. Клевета или божья роса?
  72. "ИСТОРИЯ" БУРНУТЯНА НА АРМЯНСКОМ ЯЗЫКЕ // Голос Армении, 27 September, 2012, No 101 (20314)
  73. ДЖОРДЖ БУРНУТЯН РАСКРЫВАЕТ СКОБКИ // Голос Армении, 20 March, 2012, No 28 (20241)
  74. Обзор круглого стола «Общественные науки и национальная безопасность»
  75. Армянские царицы Египта
  76. Армянский облик Египта
  77. Айвазян С. М. История России. Армянский след. — Москва: «Крон-Пресс», 2000. — Т. I. — С. 77—79. — 656 с. — ISBN 5232012231.
  78. Армянский след в истории Руси
  79. Айвазян С. М. История России. Армянский след. — Москва: «Крон-Пресс», 2000. — Т. I. — 656 с. — ISBN 5232012231.
  80. Айвазян С. М. История России. Армянский след. — Москва: «Крон-Пресс», 2000. — Т. I. — С. 291—293, 320—321. — 656 с. — ISBN 5232012231.
  81. Айвазян С. М. История России. Армянский след. — Москва: «Крон-Пресс», 2000. — Т. I. — С. 298. — 656 с. — ISBN 5232012231.
  82. Айвазян С. М. История России. Армянский след. — Москва: «Крон-Пресс», 2000. — Т. I. — С. 297—301. — 656 с. — ISBN 5232012231.
  83. Армянский след в истории Руси
  84. Айвазян С. М. Известия Академии Наук Армянской ССР, серия Науки о Земле, XVII, 6, Ереван, 1964
  85. Оказалось, что прорисовки, опубликованные С. Айвазяном, фантастические и не имеют ничего общего с реальностью; нужно лишь удивляться тому, как решился автор публиковать заведомо подложные прорисовки… Когда эти монеты были переданы на определение в отдел нумизматики Исторического музея Армении, то было получено следующее заключение: «Медные монеты, изображенные в журнале „New Orient“, совершенно неправильно представлены как денежные единицы XIX в. до н. э. На самом деле эти монеты (со стертыми надписями) XII—XIII вв. нашей эры, выпущенные атабеками Азербайджана из династии Ильдегизидов (1133—1225 гг. н. э.).» Пиотровский Б. Б. Письмо в редакцию // Историко-филологический журнал. — Ереван: АН Арм ССР, 1971. — № 3. — С. 302—303.
  86. За хайасские иероглифы С. Айвазян принял написанные куфическим письмом имена: Мухаммад, Хасан и Али, причем из тамгообразных знаков, куфических надписей и петроглифов (изображение рогатого животного) он составил целую надпись, читал ее слева направо и перевел следующим образом: «Поле летнее… сребролюбец преходящий, (это) основное богатое (обогатительное!) помещение… Рогатый скот (принесен в жертву)… Путь (в) богатое помещение всем (воспрещен)… Ад…» Причем арабское имя Али сопоставляется со знаком рукописей «богатое помещение», «дом огня», а имя Хасан со знаком «богатый». Каждый, кто хоть немного знает арабское письмо, узнает написание имен куфическим шрифтом… Пиотровский Б. Б. Письмо в редакцию // Историко-филологический журнал. — Ереван: АН Арм ССР, 1971. — № 3. — С. 302—303.
  87. Так развеялся миф о хайасских иероглифических письменах Мецамора, широко разрекламированных, сведения о которых, к сожалению попали и в авторитетные научные журналы… Надо удивляться не только широте гипотез Айвазяна, но и тому, что эта чудовищная по неграмотности таблица была перепечатана молодежной газетой «Комсомолец», а теория хайаского письма поддержана журналом «Гарун». Пиотровский Б. Б. Письмо в редакцию // Историко-филологический журнал. — Ереван: АН Арм ССР, 1971. — № 3. — С. 302—303.
  88. Турки — психически ненормальный народ, в генах которого заложено варварство и психопатия … несчастный народ с патологическим садизмом … Туркам нужно переехать в Среднюю Азию, так как биосфера, магнитные, гравитационные и электрические поля местности, где ныне обитают турки им не подходят … и приносят душевную деформацию … превращая в психически ненормальных, неуравновешенных, склонных к садизму и убийству. Грузины — грузчики у русских. Айвазян С. М. История России. Армянский след. — Москва: «Крон-Пресс», 2000. — Т. I. — С. 651—653. — 656 с. — ISBN 5232012231.
  89. Англичане — это армяне. И Британия должна Армении много денег.
  90. Англичане — это армяне. И Британия должна Армении много денег.
  91. Forbs Rates Khodorkovsky Russia's Richest Businessman
  92. Англичане — это армяне. И Британия должна Армении много денег.