Георг фон Шенерер

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск
Георг Риттер фон Шёнерер, ок. 1893

Георг фон Шёнерер (нем. Georg Heinrich Ritter von Schönerer; * Вена, 17 июля 1842 — † Розенау, 14 августа 1921)[1] — землевладелец и известный политик Австро-Венгерской монархии конца XIX — начала XX веков. Идеолог пангерманизма (нем. Alldeutschtum) и немецкого национализма в Австрии, радикальный противник политики католицизма и ярый антисемит, оказавший сильное влияние на молодого Адольфа Гитлера.

Биография[править]

Родился в Вене, его отец — богатый железнодорожный промышленник Маттиас Шёнерер (1807‒1881) в 1860 году был посвящён в рыцари (нем. Ritter) императором Францем-Иосифом. Младшая сестра Георга Шёнерера Александрина впоследствии стала директором Венского Театра.

С 1861 по 1865 гг. учится в сельскохозяйственных академиях Тюбингена и Хохенхайма и Высшей сельскохозяйственной школе венгерского Альтенбурга. С 1869 управляющий имения отца в Розенау, где построил образцовую ферму и стал известен как щедрый патриарх и благодетель местных крестьян. Потрясённый австрийским поражением в 1866 австро-прусской войне, распадом Германского союза и основанием Германской империи в 1871 году, молодой Шёнерер стал политическим активистом и ярым поклонником немецкого канцлера Отто фон Бисмарка.

9 мая 1873 г. на Венской бирже происходит «Великий крах» — крушение экономики, поразившее, прежде всего, мелких вкладчиков и вскрывшее крупные коррупционные аферы, в которых оказались замешанными многие политики либеральной партии, издевательски названной «партией наблюдательных советов». Значительная часть предпринимателей и спекулянтов была представлена евреями, поэтому антикапитализм, антилиберализм и антисемитизм стали тесно переплетаться между собой.[2]

В 1873 году Шёнерер от Немецкой прогрессивной партии (нем. Fortschrittspartei) избирается в Палату представителей Императорского совета. Великий оратор и смутьян в парламенте, ведший агитацию против «еврейского капитализма», в 1876 году выходит из этой партии, и с 1879 года становится в Австрии лидером немецкого национального движения (пангерманизма).

В 1879 году публикует предвыборное воззвание «Моя программа», в котором критикует ненациональный капитал, несущий вместе с правительством ответственность за тяжелое положение трудового народа: «Если не будет положен конец теперешнему положению честных ремесленников и крестьян, то обнищание не только захватит все более широкие слои населения, но и наступил социальный переворот, по сравнению с которым пережитые до этого многие коммунистические путчи покажутся настоящей детской игрушкой». Шёнерер призывал правительство и промышленников удовлетворить требования рабочих и тем самым отвести пролетариат от революции.[3]

В 1879‒83 гг. — член ландтага Нижней Австрии. Издавал журналы немецких националистов, в частности, с 1880 г.[3] «Неискаженные немецкие слова» (нем. Unverfälschte deutsche Worte).[2]

В сентябре 1882 г. в Линце левая группировка распадавшегося либерального движения разработала программу, поднимавшую, прежде всего, социальные и национальные вопросы. В создании этой программы приняли участие будущие руководители массовых партий — Георг Риттер фон Шёнерер, впоследствии лидер немецких националистов, и молодой адвокат Роберт Паттаи, который позже, находясь в тени Карла Люэгера, играл немалую роль в Христианско-социальной партии, а также будущие руководители Социал-демократической партии Виктор Адлер[4] и Энгельберт Пернерсдорфер.[2] Принятая программа немецкого национального движения «не либеральная, не бюрократическая, а национальная», в которой националистические, социальные и антисемитские элементы были тесно связаны между собой, впоследствии стала значительной силой в австрийской политике. Программа требовала превращения Австрии в чисто немецкое государство даже ценой отделения от неё Чехии, Галиции и Словении. Впрочем, вскоре союз с левыми либералами был разорван.

В соответствии с линцевской программой главными задачами и целями организации Шёнерера стали:

  • признание за немецким языком статуса государственного на всей территории Австрии;
  • независимость государства и правительства от еврейского финансового капитала;
  • создание условий для развития немецкой национальной буржуазии;
  • таможенный союз с Германией;
  • установление максимума продолжительности рабочего дня;
  • расширение избирательного права;
  • ограничение использования детского и женского труда.

Все эти мероприятия должны были внушить рабочим сознание национального единства всех классов немецкого государства.[3]

Кроме всего вышеперечисленного, Георг фон Шёнерер считал необходимым возрождение древнетевтонского мира. В издаваемой им газете партии месяцы указывались не по современному календарю, а по древнегерманскому (в новой системе «нулевым годом» был 113 г. до н. э., в котором кимвры и тевтоны одержали победу над римской армией).

Сам Шёнерер пропагандировал культы языческих богов древних германцев, особенно Вотана. Так же лидер немецкой национальной партии требовал, чтобы члены его организации были свободны от примеси семитской крови.[3]

В 1888 году он был временно заключён в тюрьму за разгром принадлежащей евреям редакции газеты «Neuen Wiener Tagblatts» 8 марта 1888 года (за преждевременную публикацию о кончине кайзера Вильгельма I, умершего 9 марта) и нападении на её сотрудников. Эти действия повлияли на рост популярности Шёнерера, но привели к исключению его из австрийского парламента и потери дворянского титула. Впоследствии Шёнерер смог переизбраться в императорский совет только в 1897 году, в то время как его «конкуренты» — бургомистр Вены Карл Люэгер (нем. Karl Lueger)[5] и его Христианско-социальная партия (нем. Christlichsoziale Partei)[6] вырвались вперёд.

В 1879 году была создана (окончательно оформилась в 1885 году) «Пангерманская партия» (нем. Alldeutsche),[7] которая впоследствии на выборах 1901 года получила в парламенте Австро-Венгрии 21 депутатское место. В 1894 году пангерманисты создали объединение «фёлькише»-клубов под вывеской Союза Немцев (нем. Deutschbund). К 1900 году в новой организации насчитывалось свыше 160 «ферейнов». Количество официальных и неофициальных активистов Союза Немцев по некоторым оценкам приближалось к 150 тысячам.

в 1897 году Шёнерер организовал парламентские разбирательства и смещение с должности Казимира Феликса графа Бадени. Поводом к националистическим акциям послужили декреты главы правительства Цислейтании (австрийской части империи) Казимира Феликса Бадени, который 5 и 22 апреля (2 мая?) 1897 года уравнял в правах на территории Богемии и Моравии чешский и немецкий языки (Sprachenverordnungen). Отныне оба языка становились обязательными в делопроизводстве, суде и школьной программе. Если для чехов немецкий язык был не в новинку, то немцы в богемских изолированных анклавах веками обходились без славянских языков и надеялись обойтись без них и впредь. Между тем, новый закон запрещал назначать на государственные должности людей, не знающих чешский язык. На принудительное внедрение двуязычия богемские (будущие судетские) немцы ответили шумными демонстрациями, которыми не замедлили воспользоваться венские пангерманисты. Сторонники Шёнерера сумели провести в рейхсрат еще 28 депутатов, которые тут же приступили к свержению чрезмерно «славянского» кабинета Бадени. Большинство немецких депутатов рейхсрата устраивали продолжительные обструкции, не позволявшие принять практически ни один закон. Кроме того, правительство Бадени было уличено в фальсификациях на выборах в Галиции и незаконном использовании полиции в стенах парламента. Дошло до того, что пангерманист Карл Герман Вольф вызвал премьера на дуэль и 25 сентября 1897 года легко ранил его. Бадени не выдержал политического давления и 30 ноября 1897 года подал в отставку. Через три месяца после падения кабинета декреты о языках были отменены.[8]

Победа над влиятельными сторонниками уступок славянским политикам развязала руки последователям Шёнерера. По венским кварталам и селам Нижней Австрии прокатилась кампания увольнений учителей, чьи взгляды не соответствовали требованиям националистов. Уровень австрийского народного образования от этого только проиграл. Не улучшилось положение и богемских немцев. Напротив, по городам Богемии и Моравии прошли антинемецкие манифестации и погромы («декабрьский натиск»), организованные чешскими националистами. От избытка национальных чувств в Чехии начали раскручивать процесс по обвинению сапожника Леопольда Хилснера в ритуальном убийстве двух девушек (второе обвинение добавили по ходу суда). В другом конце империи возник конфликт по поводу открытия словенской школы.

Пангерманисты в своём желании создать мононациональное государство только расшатывали Австро-Венгрию, создавая дополнительные угрозы и для правящей верхушки и для австрийских немцев. Император Франц-Иосиф едва успевал латать трещины в государственных устоях. Постепенно авантюристичность политики пангерманистов стала очевидной и для избирателей. С 1901 года партия Шёнерера, достигнув максимума своей популярности, начала слабеть. Свою лепту в ослабление пангерманизма внесла и австро-венгерская полиция, пусть и с опозданием приступившая к роспуску чрезмерно агрессивных «ферейнов». Ряды «фёлькише» движения поредели.

Вместе с ослаблением низовых организаций начались шатания среди националистической верхушки. В 1900 году Шёнерер примкнул к протестантизму, а в 1902 году ярый антикатолицизм Шёнерера вынудил часть пангерманистов во главе с Карлом Вольфом, Рафаэлем Пахером, Йозефом Герольдом и Антоном Шальком покинуть ряды Пангерманского объединения и образовать самостоятельную Немецкую радикальную партию.

В 1907 году объединение пангерманистов окончательно распалось. «Пангерманская партия» растворилось в «Велико-немецкой народной партии» (нем. GroBdeutsche Volkspartei), составленной из различных группировок и получившей на выборах 16 февраля 1919 года 26 мест. Отошёл от дел и постаревший Шёнерер. Его призывы к немецкому единству после тяжелейшего политического кризиса звучали неискренне и только усугубляли раскол австрийского общества. Последней «радостью» Шёнерера стала Первая мировая война, в которой Австро-Венгрия выступила в качестве младшего партнера Германии. Однако осуществление мечты пангерманистов обернулось разгромом и распадом империии Габсбургов. В этих событиях Шёнерер был только наблюдателем.

Он умер 14 августа 1921 года в австрийском замке Розенау (Нижняя Австрия), и по его желанию был захоронен рядом с усыпальницей Бисмарка в Шлезвиг-Гольштейне, постаравшись следовать за «железным канцлером» даже на кладбище.

Мировоззрение[править]

Основной идеей Шёнерера была идея о губительном влиянии евреев на общественную и экономическую жизнь, а также на объединение Австрии с Германским Рейхом.

Мировоззрение Георга Риттера фон Шёнерера включало краткое резюме: «Wasder Jude glaubt ist einerlei; in der Rasse liegt die Schweinerei» («Еврейская верность ненадёжна. Свинство в природе этой расы.»).

Шёнерер настолько чутко прислушивался к мнениям Бисмарка, что вместе с пангерманизмом усвоил и антикатолические взгляды «железного канцлера». С началом в Германии антипапского Kulturkampf’а австрийские пангерманисты отозвались на берлинский почин, объявив свой «крестовый поход» против Рима (нем. Los-von-Rom-Bewegung). Стал популярным лозунг «Гибеллиния уйдёт, Германия придёт!» (нем. Ghibellinia geht, Germania kommt!), вызванный воспоминаниями о средневековых гибеллинах (подразумевая под ними правящую в Вене династию). Посягательство на церковные основы Габсбургской монархии встретило сопротивление со стороны австро-венгерских властей, и Шёнерер, вопреки заявлениям о верности немецкому единству, порвал с немцами-папистами и перешёл в лютеранство.

Однако он не остановился на борьбе с католиками и вскоре объявил открытую войну иудаизму во всех его видах. Обобщенным лозунгом всех «фёлькише» стала строка стихотворения Шёнерера «Без Иуды, без Рима строим мы собор Германии» (нем. Ohne Juda, ohne Rom bauen wir Germaniens Dom). Под впечатлением антикитайских законов США сторонники Шёнерера активно пытались провести в австрийском парламенте запрет на еврейскую иммиграцию в Австро-Венгрию, надеясь в перспективе на высылку неприемлемых в расовом отношении сограждан.

«Мы, немцы — националисты, относимся к антисемитизму отнюдь не как к такому явлению, о котором нужно сожалеть или которого следует стыдиться, а напротив — как к главной опоре национальной идеи, главному средству прогресса истинно-народного мировоззрения и потому — как к величайшему национальному достижению века. Мы считаем предателем народа, дезертиром нации, любого сторонника как самого еврейства, так и его партнеров и агентов… Относительно решения социального вопроса мы требуем следующего:

  1. Запрещения иммиграции евреев в Австрию.
  2. Установления особых законов для евреев, уже проживающих в стране.
  3. Введение особого закона против евреев, обирающих народ».[9]

Шёнерер и национал-социализм[править]

От Шёнерера пошли такие новые термины, как например, «Führer» — так себя называл Шёнерер, и приветствие «Heil» — так надо было его приветствовать. Их дословно перенял Гитлер. Однако было и то, что Гитлеру не особенно нравилось, а именно то, что Шёнерер не смог создать настоящую, воинственную антисемитскую массовую политическую партию. Пангерманская партия Шёнерера не была большой, партийная работа Шёнереру не нравилась, и, когда в 1888 году он попал в тюремное заключение за подстрекательство к физическому нападению на евреев, эстафету от него принял его самый талантливый ученик Карл Люэгер, в будущем — настоящий кумир Гитлера.[10]

Являвшийся примером для Гитлера Георг фон Шёнерер не побоялся восстановить против себя католическую церковь, когда организовал движение «Прочь от Рима!». Исследователи нацизма этому же герою отводят роль того, кто «впервые придал вражде к евреям, носившей до того в Европе преимущественно религиозный или экономический характер, сознательный поворот к политико-социальному и находившему уже преимущественно биологическое обоснование антисемитизму». Он организовал сопротивление любым тенденциям ассимиляции под девизом: «На помощь веру не зови, когда порок в самой крови».

И если пророки коммунизма согласились с выводом немца Гегеля, что «зло есть форма движущей силы исторического развития», уточнив, что силы эти воплощаются в революциях, то немецкие националисты и пангерманисты начала XX века разглядели евреев как движущую силу революций, а, значит, источник всех бед и страхов этого мира. Тогда, когда Гитлер ещё не был даже пешкой в большой политической игре, барон Шёнерер уже требовал от парламента Вены принятия чрезвычайных антиеврейских законов, а его приверженцы носили на цепочках для часов антисемитский брелок, изображавший повешенного еврея. Утверждая, что поклоняться мертвецу на кресте не менее безнравственно, чем носить подобные игрушки.

Ссылки[править]

См. также: