Вазьянка

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск
Вазьянка
Село
Страна Россия
Субъект федерации Нижегородская область
Муниципальный район Спасский
Координаты 56°0′1″N 45°27′16″E / 56.00028°N 45.45444°E / 56.00028; 45.45444
Прежние названия Никифоровка
Население 568 человек (по данным на 01.01.2001)
Часовой пояс UTC+4
Почтовый индекс 606295
Автомобильный код 52, 152
Код ОКАТО
Вазьянка (Россия)
<div style="position: absolute; z-index: 2; top: Ошибка выражения: / не хватает операнда%; left: Ошибка выражения: * не хватает операнда%; height: 0; width: 0; margin: 0; padding: 0;">
Вазьянка

Вазьянка — старинное село в Спасском районе Нижегородской области.

Первые поселенцы появились на месте нынешнего села на рубеже XVI—XVII веков. Основателем села, а первоначально деревни являлся некий служилый человек Никифор Корсаков. Он получил эти земли в награду от царя. Первоначально деревня называлась по его имени — Никифоровкой. В Смутное время Вазьянка была разорена и некоторое время нахоодилась в запустении. В 1626 году князь Трифон Аблязов возродил её. Долгое время деревня являлась разнопоместной. Владельцы Вазьянки — предстаавители известнейших родов российского дворянства Леонтьевы, Шереметьевы, Урусовы, Мусины-Пушкины — часто менялись. В 1760 году миллионер-промышленник П. А. Демидов по частям воссоединил её в одно поместье и в 1779-м продал Зубовым. Последней помещицей села являлась внучка А. В. Суворова Вера Николаевна Мезенцева (урождённая Зубова).

После отмены крепостного права в 1861 году местные крестьяне получили скудные участки земли по десятины на одну душу. Для получения дополнительных денежных доходов вазьянцы начали активно развивать товарное садоводство и выращивание технических культур — льна и конопли, а также заниматься плотничеством. На рубеже XIX и XX века деревня Вазьянка стала селом с красивой прииходской церковью и начальной школой. Наиболее благоприятным периодом для развития села явилось время Столыпинских реформ.

После революции 1917 года произошли изменения в культуре и быте села. В период коллективизации крестьяне были объединены в единую сельскохозяйственную артель, а в результате репрессий и высылки кулаков были уничтожены крепкие единоличные хозяйства. Вазьянцы с честью вынесли испытания, выпавшие на их долю во время Великой Отечественной войны. Они храбро сражались на фронте и достойно трудились в тылу. Во второй половине ХХ века, до конца советской эпохи, наряду с развитием колхозного производства одновременно широко стало распространяться частное торговое овощеводство. В это же время были достигнуты определённые успехи и в социальном развитии села, в частности в сфере народного образования. В 1990-е годы колхоз развалился, а большая часть жителей села теперь заняты на личных приусадебных хозяйствах или ездят на заработки в другие города.

Основание села[править]

Основание Вазьянки относится к рубежу XVI—XVII веков. В первой трети XVII века на территории современного Спасского района, помимо самого села Спасского, уже существовали или были основаны села Коропово (Русское Маклаково), Зверево (Прудищи), деревни Антоново, Низовка, Татарское Маклаково и некоторые другие. К этому периоду относится и первое упоминание о Вазьянке.

Согласно легенде, в стародавние времена среди дремучих лесов правого берега реки Волги жил искусный охотник Никифор. И вот однажды пришли к нему люди. Семь мужчин с семьями построили на бугре у родника дома. Деревушку назвали Никифоровкой (это её первоначальное название), в честь охотника. Утверждают, что все эти поселенцы прозывались Морозовыми — по фамилии их бывшего владельца боярина Б. И. Морозова, владевшего в Нижегородском уезде Лысковской волостью. Со временем появились и другие фамилии, произошедшие от имени (Яковы, Павловы …) или от рода занятий родоначальника (например: Кузнецовы).

Однако, в «Указе о вводе во владение селами Низовка, Петровка и другими В. Н. Зубовой» за 1813 год, основываясь на данных из писцовой книги XVII века, говорится следующее: «Деревня Вазьянка, тоже пустошь Никифоровка, что на речке на Басмановке, что починок Коррсаков, что было изстари в поместье за Никифором Корсаковым». Поэтому в реальности основатель деревни был не крестьянином, а дворянином. По слову «пустошь» заключить, что к моменту передачи этих земель Н. Корсакову за какую-то государеву службу они находились в запустении. Когда точно произошла эта передача, не известно, но это произошло в XVI веке.

О происхождении второго названия существует также несколько версий.

Одна версия гласит, что здесь жил когда-то мужик Вазьян. Другая версия гласит, что в здешних местах бродил участник пугачёвского восстания по имени Василий (сокращённо Вася — Вазя), который женился на местной девушке Анне — Анке. В честь этой полюбившейся им пары якобы и переименовали никифоровцы свою деревню. Однако эта версия не может быть признана достоверной, так какВазьянка упоминается ещё в 1703 году, до восстания. Согласно третьей версии, в основе топонима Вазьянка лежит мордовское слово «вазьян» — пруд. Действительно, на месте сегодняшней автобусной остановки у села ещё 70 лет назад был пруд Утиха с вытекающим из него ручьём Басманом (последний упоминается ещё в документах XVII века). Кроме того, многие окрестные географические названия также имеют финноугорское происхождение: Ватрас, Урга, Имза, Мары и т. д., а в Вадском районе Нижегородской области существуют села Большой Вазьян и Малый Вазьян. Ещё одна версия — топоним обозначает топкое место: после весенних разливов речки Имзы здесь могла быть непролазная грязь. Эта версия основывается на существовании таких диалектизмов русского языка, как: «ваганка» — крестьянка с реки Ваги; «вадья» — озерко, коолодец в болоте, окошко в трясине; «вазгать» — марать, пачкать; «вазган, вазгалья» — грязнушка (зафиксированы в словаре Даля).

Вазьянка в XVII-первой половине XIX века[править]

Прокофий Акинфиевич Демидов
Александр Николаевич Зубов
Николай Александрович Зубов

После Никифора Корсакова только что возникшая деревушка стала имением князя Ивана Сеитова. Участок, перешедший во владение князя, включал 15 четвертей пашни и 25 четвертей перелога. Но к 1626 году эти земли вновь считались «порожними», то есть незанятыми. И лишь 22 мая 1626 года некий Теряшка (Тришка, Трифон) Облязов подал в поместный приказ челобитную о праве владения ими. Поместье его составляло уже 60 четвертей. О качестве земли говорится, что она «добрая». В низине по речке Имзе до Марищ находились сенокосные угодья. Деревню окружала дубрава, в которой собирали мёд диких пчёл. Были и места для рыбной ловли.

В сентябре 1630 года Т. Облязов поменял 11 четвертей на участок земли в Низовке, принадлежавшей И. Ф. Сомову. И уже 7 ноября Иван Федорович вступил во владение этой частью Никифоровки. В отличие от прежних держателей, местные земли перешли в наследственное владение. Через десять лет И. Ф. Сомов разделил имение с братом Гаврилой и вскоре скончался. Жена Ивана Фёдоровича Марья Ивановна, получив часть вотчины «на прожиток», через год вышла замуж за Ивана Северова, а в 1643 году имением стал управлять её пасынок — Петр Иванович Северов. Спустя 32 года половина ссверовской Никифоровки стала приданым дочери И. Северова Натальи, вышедшей замуж за стольника Ивана Петровича Шереметьева. О принадлежности второй половины имения Северовых неизвестно.

Наталья Ивановна Шереметьева, схоронив мужа, вышла через два года (в 1684-м) вторично замуж за Юрия Семеновича Урусова, дальнего потомка Едигея — военачальника Тамерлана. Согласно составленному ей завещанию, в августе 1703 года имение было продано, а деньги разделены между мужем и князем Иваном Борисовичем Троеруким для «поминания души её». Вотчину, куда входили села Петровка, Низовка и Вазьянка-Никифоровка, для приданого дочерям приобрёл Василий Фёдорович Стрешнев — окольничий при царях Петре I и его брате Иване. Однако одна из дочерей — Татьяна Васильевна — от такого подарка отказалась, и имение перешло в собственность её сестре — Ульяне Васильевне Юрьевой.

Юрий Семёнович Урусов, быстро оценив ситуацию, в 1706 предложил Ульяне Васильевне, видимо к этому времени овдовевшей, руку и сердце. И после удачной женитьбы стал совладельцем земель, некогда принадлежавших его первой жене. В этом браке у него родились дочери Мария, Авдотья и Федолея. В 1731 году сёстры разделили имение матери и каждой из них досталась часть селения. В 1755 году Аполлосу Епафродитовичу Мусину-Пушкину, сыну Федолеи, по завещанию тётки Авдотьи, досталось недвижимое имение в селе Петровском, деревне Вазьянке, село Михайловское (Симбирский уезд) и земли в других местах. За всё время владения частью Вазьянки, Аполлос Епафродитович, граф, статский советник, прокурор Симбирской губернии, в силу своей занятости, скорее всего, никогда в ней не бывал.

2 июля 1760 года Мусин-Пушкин продал поместье дворянину Прокофию Акинфиевичу Демидову. Приблизительно в этом же году П. А. Демидов приобрёл у Демида Петровича Арнатона вторую часть вазьянковского имения, некогда принадлежавшую Гавриле Сомову, а затем выкупил и последнюю треть — у Леонтьевых.

Еще в 1631 году часть Никифоровки находилась во владении Ивана Фёдоровича Леонтьева. Свою родословную Леонтьевы вели от Мурзы Батура (в Крещении Мефодия), выехавшего из Большой Орды к великому князю Фёдору Олеговичу Рязанскому (1402—1427 гг.). Помимо части Никифоровки И. Ф Леонтьев имел и другие владения. К 1670 году, ко время разинского восстания, имение в Вазьянке принадлежало его сыну Андрею, а его брат воевода Федор Иванович Леонтьев у села Ключищи на Большой Курмышской дороге разбил один из отрядов разинцев, а затем приводил жителей округи, в том числе и во владениях брата, к крестному целованию на верность царю Алексею Михайловичу Романову.

Андрей же Леонтьев впоследствии был воеводой в городе Чернигове. Скончался он в 1704 году, оставив состояние жене Стефаниде и сыновьям Алексею и Александру. Через шесть лет они разделили наследство. К 1760 году доля в Вазьянке принадлежала сыну Александра Николаю. Он-то и продал П. А. Демидову родовое имение (Зверево, Низовку, Саблуково, часть Вазьянки)~ 574 душами крестьян за 18 тысяч рублей.

Так П. А. Демидов к 1760 году стал единственным и полноправным владельцем до этого «разнопоместной» Вазьянки-Ниикифоровки.

П. А. Демидов был внуком кузнеца Никиты Демидовича Алтуфьева, который, являясь главным помощником Петра I в создании российской артиллерии, получил за свои труды дворянское звание и землю с крепостными крестьянами. Сын Никиты Демидовича приумножил состояние отца, и его внук Прокофий был очень богатым человеком.

П. А. Демидов владел Вазьянкой почти 20 лет. Однако в 1779 году, без видимых причин, он решил расстаться с имением, объединявшем села Прудищи и Низовка с деревнями Корево, Ананьевка и Вазьяннка, и проживавшими в нем 1146 душами крестьян, оценив всё в 45 тысяч рублей. Покупателем стал Александр Николаевич Зубов.

А. Н. Зубов (род. 6.08.1727) был сыном члена Государственной коллегии экономии Николая Васильевича Зубова и Татьяны Алексеевны, урожденной Трегубовой. В 1789 году его сын Платон становится фаворитом императрицы. «Взлёт» Платона оказал огромное влияние на судьбы владельцев Вазьянки. Так, его отец стал обер-прокурором в первом департаменте Сената и имел репутацию взяточника, а его брат Николай Александрович (род. 24.04.1769), человек высокомерный, склонный к рукоприкладству и за свой интеллект пролучивший прозвище Мясник, быстро продвигался по службе. В сентябре 1789 года после разгрома турецкой армии на реке Рымник А. В. Суворов отправил курьером в Петербург молодого подполковника Николая Зубова. В апреле 1795 года он обвенчался с дочерью полководца Натальей. Но отношения зятя с тестем не заладились, и лишь рождение первенца в 1797 году, названного в честь деда, обрадовали старика.

Между тем при Павле I положение Зубовых стало шатким, они попали в опалу. Имения и должности у них были отобраны. Среди недовольных назревал заговор. Далеко не последнюю роль в нем сыграли Платон, Николай и старшая из сестер Ольга Зубовы. Согласно распространённой версии, император умер от удара, который ему нанёс Николай золотой табакеркой.

При Александре I положение семьи Зубовых несколько улучшилось. Имения им вернули. Но вскоре в том же 1801 году начался раздел земельных владений Александра Николаевича, которые располагались в губерниях: Московской (444 души крепостных), Владимирской (279 душ) и Нижегородской (с. Петровка, с. Ниизовка, с. Прудищи, д. Вазьянка, д. Саблуково Васильской округи и с. Ананьинка с д. Корево Княгининской округи — 748 душ креепостных крестьян). Кроме того, имелись дома в Москве и Санкт-Петербурге и 69 500 рублей деньгами. Всё, что находилось в Нижегородской губернии, получила дочь Николая Зубова и Натальи Суворовой —Вера, которая вступила во владение имением в 1813 году. Тогда в нём насчитывалось уже 820 душ крепостных.

Вера Николаевна (кстати, шестой ребенок в семье) вышла замуж за генерал-лейтенанта Владимира Петровича Мезенцева и вплоть до 1861 года являлась единственной и последней владелицей Вазьянки.

Вазьянка после отмены крепостного права[править]

Церковь в с. Вазьянке. Первоначально была освящена в честь иконы Владимирской Божией Матери с приделом Иоанна Богослова. В настоящее время считается Иоанно-Богословской

На момент реформы по отмене крепостного права в Вазьянке проживали 292 ревизские души или около 584 человек обоего пола. По результатам реформы в Вазьянке количество выделенной земли на крестьян составило 1 168 десятин, куда входили не только пашня, но и сенокосы и неудобная земля. На каждого мужчину пришлось по 4 десятины, что оказалось недостаточным, при этом крестьяне должны были платить выкупные платежи. До тех пор, пока земля не была полностью выкуплена, крестьяне не имели права считать ее своей собственностью и должны были нести все те же повинности в пользу помещика. Вообще же, по Нижегородской губернии наделы бывших помещичьих крестьян уменьшились на 17,1%. На женщин наделы вообще не выделялись. Это ещё более ухудшало положение семей, где сыновей было меньше, чем дочерей.

В районе Вазьянки преобладали малоплодородные суглинистые и супесчаные почвы. Сеяли на них прееимущественно рожь, овес, ячмень. Малоземелье заставляло искать новые источники доходов. Вазьянцы предпочитали эффективнее использовать землю — занимались садоводством и выращиванием льна на продажу.

Первоначальный выкупной долг вазьянцев насчитывал 38933 рубля 33 копейки. Каждый год крестьяне должны были выплаачивать 2 336 рублей. Для скорейшей выплаты долга Крестьянский поземельный банк выделил им ссуду со сроком погашения в течеение 49 лет. 252 человека в Вазьянке платили оброк, но издельных крестьян не бьшо. Денежный оброк с тягла в среднем составлял 14 рублей для мужчин и 7 рублей — для женщин. Для многих семей выкупные платежи были довольно тяжелым бременем. Их сумма позднее была пересмотрена с учётом процентов. Срок выплаты разделили на две части: с 1895 по 1900 годы — 33 891 рубль 66 копеек; с 1901 по 1906 годы — 29 124 рубля 40 копеек. Лишь революция 1905—1907 годов привела к их отмене.

Реформа 1861 касалась и местного самоуправления: формируется система волостного правления.

Несмотря на недостатки преобразований второй половины ХIХ века, в целом они заложили основы дальнейшего развития села, способствовали более быстрой дифференциации крестьян и созданию новых форм хозяйствования. они заставили крестьян развивать деловую сметку и предприимчивость.

По данным первой Всероссийской переписи населения 1897 года, в Вазьянке проживало 999 человек. С ростом населения количество земли быстро уменьшалось. Выращенного хлеба часто хватало ненадолго. При неурожаях (например, яровых — в 1892 году, или озимых — в 1891 году) население начинало бедствовать. Все это заставляло искать дополнительные источники существования. Ими становились различные промыслы. По свидетельству старожилов, в Вазьянке с давних пор крестьяне занимались плотничеством — рубили срубы. Поскольку местный лес вырубать было запрещено, его скупали в устье реки Унжи и весной по Волге сплавляли к Кремёнкам. Затем древесину на подводах переправляли в Вазьянку. Этот промысел был распространён вплоть до середины 1920- х годов. Многие сельчане нанимались на работу к тем, кто побогаче и в неделю зарабатывали на изготовлении срубов по 1. рублю 20 копейкам.

Работали плотники в основном только топором. Пазы срубов не выпиливали, а лишь вырубали, так как распиленное дерево быстрее сгнивало. В конце XIX века в Вазьянке ежегодно отстраивалось от 80 до 125 изб. Покупали их главным образом погорельцы.

В Вазьянке было более 11 ветряных мельниц. Водяных было около четырёх, первую из них построил крестьянин Пахомов на речке Басман.

Небольшую прибыль приносило садоводство. Ещё весной, когда яблони только цвели, закупщики из Кремёнок и других торговых сёл договаривались о покупке «садами» будущего урожая. Затем созревшие яблоки они перепродавали купцам. Позже, в первые советские годы, местные жители освоились на рынке и свой товар стали реализовывать сами, заезжая иногда в самые отдалённые уголки Европейской России. В те годы, когда инфляция была особенно велика, некий крестьянин от реализации товара получил выручку, измеряемую двумя мешками денег. Культивировался вазьянскими крестьянами и лён — его растили на продажу. Лён был двух сортов: долгунец и кудряш. Первый использовался для изготовления холста, а второй — для производства масла. На всё село было лишь две маслодельных машины: у Жижикиных и Генераловых. С 1910-х годов долгий лён стали продавать на открывшуюся недалеко от Спасского Турбанскую льнопрядильную фабрику. Кроме того, льняное сырьё реализовывали и в Нижнем Новгороде.

Сельскохозяйственные приспособления — сеялки, веялки, жатки, покупали в селе Быковка, где размещался их пункт продажи. В Вазьянке сложные механизмы появились позднее. Одних жаток насчитывалось у хозяев более 50, в основном, трёх видов.

В каждом доме иногда проживало несколько разновозрастных семей — иногда до 25 человек. Долгое время избы в деревне топились по чёрному, Однако уже к 1890-м годам курные избы стали редкими, появились печи с задвижками. Тогда же в каждом доме стало жить по одной семье.

Раньше Вазьянка состояла из одной улицы. К концу XIX века она расстроилась. Появились Задунай, Ляпино, а с 1920-х годов — Выглядовка.

Большинство жителей Вазьянок было православными, хотя в XIX-начале XX века было и несколько семей старообрядцев. Хоронили их в специально отведённом месте — в берёзовой роще. Долгое время жители деревни относились к приходу церкви села Петровка. Это объяснялось общей принадлежностью селений в прошлом одному владельцу. В самой деревне на всех её концах были построены небольшие каменные часовенки, к которым нередко направлялись крестные ходы. Оказывал духовное влияние на вазьянцев расположенный неподалёку Маровский монастырь.

В 1890 году в Вазьянке было начато строительство церкви. Строили её всем миром, помогали кто чем мог. Казначеем был избран Егор Иванович Малиновкин. Красный кирпич делали в Саблукове и в самой Вазьянке. Мастеров для кладки пригласили сторонних, а местные кузнецы выковали решётку. Строительство церкви было окончено в 1902 году. Чуть раньше, 26 сентября 1899 года в Вазьянке была открыта школа. Известно также, что по инициативе священника Александра Васильевича Алфеева (возможно, он был даже и первым настоятелем церкви) был создан сад и огород при вазьянской школе для практических занятий и улучшения питания обучающихся, а может быть, ему же и принадлежит и сама идея строительства церкви и школы.

Первое время школа существовала на общественные средства и пожертвования сельчан. Школьный инвентарь был в то время довольно скромен: классная доска, счёты, бумага была редкостью — писали на грифельных досках, чернила варили из ольховой коры. Затем заботу о школе взяло на себя Васильское уездное зество. Первоначально учеников было немного, но со временем их количество увеличилось, и в 1907 году составило 58 человек (43 мальчика, 15 девочек). Все предметы, кроме Закона Божьего, вёл Алексндр Макарович Заснуров. Вскоре ему стали помогать Вера Александровна Алфеева и дочь священника соседнего села Елизавета Петровна (фамилия не известна). На нужды школы земство ежегодно выделяло 70 рублей, на зарплату учителям — 240 рублей.

В 1909 году в Вазьянку пришла аграрная реформа. Документы не подтверждают наличия желающих переселяться из Вазьянки, хутора здесь тоже не нашли распространения, а вот отруба (участки, выделенные в личную собственность из общинной земли без переноса усадьбы) стали очень популярны. 4 января 1909 года в здании школы состоялся сельский сход в составе 150 домохозяев и в присутствии старосты Степана Елина. Воспользовавшись тем, что некоторых домохозяев в селе не было, общинники постановили выделить 125 собственникам самые худшие земли, которые даже не примыкали к Вазьянке, а находились в поле в сторону села Петровка. Протяжённость участка составляла 4 версты. Он представлял собой скаты и овраги, даже на телеге проехать их было сложно, а почва для ведения сельского хозяйства не годилась. Разумеется, собственники посчитали это решение незаконным и направили жалобу земскому начальнику 3-го участка с просьбой не утверждать это решение и отдать им земли у Старых Маров, где условия для ведения хозяйства были благоприятными.

Распределение участков среди собственников происходило при помощи жребия. В зависимости от качества участков каждый отрубник получил от 1,8 до 2 десятин.

Тяжба длилась до самого лета. Нетерпеливые собственники 23 июня выразили желание, чтобы участки были 500 саженей длины.

Однако землемерные работы в 1909 году не успели закончить и их отложили до следующего. Частники оказались в трудном положеении. Приближалась весна, и им разрешили на тот год произвести посев по-старому. Но уже к апрелю 1910 года к отрубникам присооединилось еще 10 человек. В это время общая площадь надельной земли в селе составляла 1224 десятины (в 1861 г. — 1168 дес. Долгое время крестьяне аренндовали земли у князя Оболенского. В год только за 180 дес. они выплачивали по 1080 руб., а затем выкупили их).

В 1910 году в Вазьянке насчитывалось 1026 жителей. Из них 571 мужчина и 555 женщин. Правом называться главой семьи (доомохозяином) обладало 175 человек. На одну душу приходилось 1 дес. 731 сажень пашни и 866 сажень лугов. На местных зарааботках тогда было 125 человек, на отхожих промыслах — 6 человек. Заработок у последних был 71 рубль 33 копейки — в три раза больше, чем на местных. В крестьянских хозяйствах имелось 206 лошадей, 155 голов крупного рогатого скота, 472 овцы и козы.

Летом 1910 года в полку отрубников прибыло. Еще 6 челоовек изъявили желание получить землю в собственность. Но и на сей раз общинники решили выделить им всё те же самые непригодные земли под названием Свальные и Малая Стрелка. Враждебность общинников при этом усугублялась тем, что из-за судебных разбирательств решения принимались не в их пользу и они несли значительные издержки.

В результате реформы в Вазьянке образовалось 4 кооператива в составе 81 человека. В одном из кооперативов на одну душу приходилось 1,07 дес. земли, что было недостаточным. Поэтому 2 февраля 1909 года начинаются переговоры с князем Оболенским о покупке его земли. Стоимость 1 дес. Была определена в 117 руб. Всего было приобретено 335 десятин 1400 саженей. По решению землеустроительной комиссии отрубникам была предоставлена ссуда в размере 90 % оценочной стоимости земли. Покупатели (62 домохозяина) сразу же поделили угодья на отрубные участки.

В том же 1909 году другой вазьянский кооператив из 10 домохозяев приобрёл у князя П С. Оболенского 40 десятин 800 саженей. Третье общество — 31 десятину 260 саженей по 109 р. на 7 домохозяев. К 1913 году все общества объединились в единое товарищество, в которое приняли священника А. В. Алфеева, учителя школы Николая Ивановича Салова и ещё 7 человек.

Члены товарищества закупали у населения излишки молока. Из него, не без помощи Васильской земской управы, предоставлявшей различные аппараты, делали масло, сыр и другую продукцию. Доверенным лицом маслоделательной артели являлся Иван Павлович Суслов. 5 марта 1913 года агрономическое отделение Васильской уездной земской управы предложило артели поставлять топлёное масло в Нижегородское отделение экономического общества офицеров Московского военного округа. Кроме того, на небольшой территории товарищество при подддержке земства и его агронома Михаила Павловича Рязанцева организовало показательный участок.

Первая мировая война ухудшила экономику села. В целях обеспечеения населения товарами первой необходимости в России стало быстро расти число потребкооперативов. В Вазьянке инициаторами создания общества потребителей в 1916 году стали отец Александр Алфеев и крестьяне Афонин, Яков, Козлов, Жижикин, Суслов. Общество открылось 15 мая 1916 года. Председателем правления был избран А. В. Алфеев, а членами правления: Василий Павлович Суслов, Иван Григорьевич Афонин, Михаил Матвееевич Елин, Иван Васильевич Генералов и Николай Иванович Прохоров. В общество принимались лица обоего пола, всех сословий, проживающие в Вазьянке и окрестных селениях Прудищенской волости. Вступительный взнос составлял 1 рубль, а размер пая — 10 рублей. Помимо снабжения своих членов продовольствием, потребительское общество занималось реализацией железно-скобяных изделий.

Вазьянка в1917-1945[править]

После Октябрьского переворота в Вазьянке был учреждён сельсовет. Первым его председателем стал Степан Иванович Выборнов.

Между тем пожар Гражданской войны и враждебность разных слоёв населения друг другу затронул и село. «Экспроприировав» в имении Оболенского семенной фонд, бедняки стали его между собой делить. Зажиточные крестьяне потребовали наделить зерном всех поровну. Бедняки с ними не согласились. На сельском сходе 1 мая 1918 года завязалась драка, в результате которой был убит отец и сильно ранен брат одного из местных активистов. Самому ему удалось убежать и призвать на помощь коммунистов из Белозёрихи. Последние нагрянули в Вазьянку наводить порядок, но виновники убийства заблаговременно скрылись.

Летом в сёлах наряду с советами стали образовываться комитеты бедноты, целью которых было распределение помещичьей земли и проведение продразвёрстки. В итоге же всё это вылилось в борьбу с кулаками. Члены Вазьянского комбеда составили список кулаков из 14 человек: Бузин Степан Александрович, Козлов Алексей Иванович, Беляков Иван Павлович, Козлов Василий Михайлович, Суслов Павел Матвеевич, Козлов Иван Васильевич, Савельев Степан Иванович, Караганов Александр Иванович, Прохоров Николай Иванович, Афонин Иван Григорьевич, Суслов Иван Михайлович, Кудряшов Василий Егорович, Исаков Степан Васильевич, Яков Иван Павлович. Среди них были отрубники и основатели общества потребителей.

Резко ухудшилось положение с продовольствием. 30 сентября 1919 года на заседании Прудищенского волостного съезда крестьянских депутатов в составе 14 человек его председатель С. С. Фадин предложил заслушать доклады с мест. О состоянии дел в Вазьянке сообщил С. В. Исаков. В это время здесь уже действовала продразвёрстка и до выполнения нормы по ней с волости было не добрано 13000 пудов хлеба, так как сельчанам самим есть было нечего. Съезд констатировал и такой факт: по всей воолости отмечался полный недостаток предметов первой необхоодимости. Для населения в i о тысяч человек нужно было 5 тысяч пудов соли. Встречались случаи заболевания цингой. Делегаты съезда постановили собрать с населения по 10 рублей на покупку соли и командировать для этого уполномоченных С. В. Исакова, Я. С. Барышова, Г. М. Волынина.

Возрастной состав жителей Вазьянки в 1923 году
Возраст Мужчины Женщины
Всего
в т.ч.
703 684
до 18 лет 349 312
от 18 до 25 лет 54 58
от 25 до 35 лет 80 82
от 35 до 60 лет 133 139
60 лет и более 87 93

В начале 1920-х годов в округе разразился голод. При этом продналог на Вазьянку составлял 5857 пудов 15 фунтов хлеба, налог на подворное имущество — 1608 рублей 73 копейки и трудгужналог — 5463 рубля 75 копеек. Люди же не могли прокормить семью, а тем более вносить в фонд государства такие платежи. Имущество неплательщиков описывалось и распродавалось с торгов.

В 20-х годах Вазьянка являлась крупнейшим селом в округе и в два раза превышала по численности населения волостной центр — с. Прудищи. Однако ближайший фельдшерский пункт и школа крестьянской молодёжи находились на Марах, изба-читальня в Прудищах, почтовое отделение в Быковке.

В 1921 году по соседству с селом на землях б. Маровского монастыря была создана сельскохозяйственная коммуна, объединившая бывших безземельных крестьян. Ею руководили Караганов (инициалы неизвестны) и И. Г. Грезин. Впоследствии коммуна распалась, а её члены вошли в колхоз «Пионер». В 20-х годах в Вазьянке продолжали существовать потребительское общество и сельхозтоварищество. На 1 мая 1924 года Вазьянское потребительское общество насчитывало 24 члена (вместо девяти при его открытии), но популярностью среди сельчан оно уже не пользовалось, крестьян волновало больше личное хозяйство. Прибыли от торговли не было. Председателем его являлся Евграф Иванович Афонин. Положение сельхозтоварищества также было нелёгким. В его составе было лишь 7 % жителей села. Агроном А. А. Захватов констатировал, что «кооператив не здоровый. Образовался, по-видимому, для получения некоторых льгот в торговле промышленными товарами. Но она явилась только ширмой для торговой деятельности отдельных членов, что принесло кооперативу убыток. Молотилка разобрана, косилка тоже, сеялка исчезла, сепаратор пропал. Возможно, были и другие машины, которые прибрали к рукам. Поэтому не ведётся никакой просветительской работы, не вводятся улучшения в хозяйствах членов». По мнению агронома, для улучшения положения дел следовало исключить из него дезорганизаторов и привлечь новых членов, а для начала провести улучшения в своём хозяйстве. 31 января 1926 года решением общего собрания из кооператива было исключено было исключено 12 человек и принято 3 новых членов.

В 1929 году Прудищенская волость, а с ней и село Вазьянка, вошла в состав только что созданного Спасского района. К этому времени население Вазьянки достигло самой большой численности — в 339 её дворах проживало 1563 человек.

В 1929 для осуществления организации колхоза в село был направлен представитель ГАЗа, доброволец-25-тысячник Алексей Иванович Беляков. В колхоз первоначально записалось лишь 7 хозяйств, и скоро он распался. На следующий год, благодаря стараниям А. И. Белякова, которого в народе прозвали Сахар, снова образуется коллективное хозяйство «Красный луч» уже из 10 хозяйств. К 1934 году вазьянский колхоз оформился окончательно, хотя единоличники в селе ещё остались. Народ по-разному откликался на эти события. Беднякам терять было нечего, а кто был богаче вступали в колхоз с неохотой или отказывались вовсе. Михаил Иванович Бузин вспоминал: «Прижимать стали, налоги повышать, и народ пошёл. Шуму никакого, конечно, не было, а так не хотелось идти».

У колхоза было 7 мельниц: 3 водяные и 4 ветряные (одну из них переоборудовали в паровую), пчельник, несколько сот голов скота и до 170 лошадей. В 1935 году на окраине села на возвышенности был заложен колхозный сад площадью 15 га. Его заведующим стал А. И. Беляков. В Лысковском питомнике купили саженцы яблонь разных сортов. Урожай везли на реализацию на рынки в город Горький, на завод в Фокино, заключались сделки и с различными организациями.

В Вазьянке выращивали также крыжовник (сорта: финик, янтарь, махровый), малину, вишню, сливу и даже арбузы. Семена этого южного растения передал колхозу Степан Никитич Барышев. Этот опытнейший селекционер был крестьянином деревни Саблуково. Не имея даже церковно-приходского образования, на собственном участке он выводил разные семена и собирал отличный урожай арбузов, дынь, винограда, французской сливы, каштана, перца. Но особую известность С. Н. Барышев получил, благодаря селекции морозоустойчивого сорта льна, названного его именем.

Сначала вазьянские колхозники работали все вместе. Затем они были распределены на 7 бригад. В период посевной из каждой выделялось 6 пар людей для вспашки полей. За день каждой паре необходимо было вспахать 1,25 га. Работали от темна до темна.

К единоличникам, которые так и не пожелали вступать в колхоз начинает расти ненависть. Во многом это зависело и от председателя и членов правления сельхозартели, как тогда назывались колхозы (в 1934 г. её возглавлял П. А. Буров, в 1937-м — А. С. Генералов, в 1939-м — А. И. Горячев). Председатели часто менялись, и у власти находились разные люди. Особенно запомнился старожилам И. Белов по прозвищу Кадем — «безграмотный, злобный человек». Такие «хозяева» отпугивали крестьян от колхоза, вызывали возмущение и ненависть к правящей «голытьбе».

В 1936 году была закрыта церковь. В доме священника оборудовали столовую для детей. Сам он был вынужден бежать, опасаясь преследований. Иконы сердобольные люди разобрали по домам. До этого с лика ободрали золотой оклад с драгоценными камнями. Колокол с храма сняли. Из покрытия куполов для колхоза сделали ведра. Со временем здание церкви дало трещину.

1937 год оказался роковым для многих местных семей. Начались репрессии, раскулачивания, при этом пострадали не только единоличники, но и колхозники, имущество которых вызывало зависть. Таким мерам воздействия подверглись семьи Афониных, Козловых, Сусловых, Генераловых и многие другие. Некоторые пускались на разные хитрости, чтобы спасти хотя бы жизнь своих детей.

Вера Ивановна Афонина вспоминала, что всех «кулаков» согнали вместе 2 августа, погрузили на подводы и под конвоем отправили окольными путями в город Сергач. Перед отправкой Вера Ивановна взяла справку о беременности и, немного погодя, её отпустили. Мужа же, родственников и других людей отправили по железной дороге за Урал. Там они работали в угольных шахтах, многие из-за тяжёлых условий погибали, сходили с ума. Редко кто возвращался спустя годы. П. М. Афонину удалось сбежать оттуда ближе к городу Горькому, и только через 20 лет с большой опаской он смог вернуться в родное село.

В 1937 году впервые в селе в здании местного клуба демонстрировали кинофильм. Никто не помнит, как он назывался. Рафаил Александрович Козлов, правда, сказал: «Кино про Мустафу, который строил дорогу». В летнее время фильмы демонстрировались прямо на улице, так как в помещении клуба все зрители не убирались. В том же 1937 году по селу начали проводить и радиолинию. К 1941 году почти в каждом доме села уже было радио.

После начала Великой Отечественной войны началась мобилизация. В первые дни войны ушли на фронт Н. А. Козлов, В. А. Кудряшов, А. В. Бузин и А. В. Базанов. А уже в августе в селе не осталось ни одного мужчины, кроме стариков. Мобилизации подлежали также девушки 18-20 лет. Всего в армию в годы войны забрали около 300 самых трудоспособных вазьянцев. Массовая мобилизация продолжалась до конца 1943 года.

Многие жители села храбро сражались за Родину. М. И. Савельев стал отважным фронтовым разведчиком и в 1942 погиб в Белоруссии при очередной разведывательной операции. И. И. Генералов, умело командуя миномётным расчётом, помог однополчанам выйти из окружения. За это он был отмечен благодарственным письмом командира части правлению колхоза. А. Р. Кузнецов был танкистом. Трижды ходил в разведку боем, не раз горел. За мужество и героизм стал кавалером очень почётного среди солдат ордена Славы второй и третьей степеней, а также получил два других боевых ордена и медали. Его брат М. Р. Кузнецов в качестве водителя, доставлявшего боеприпасы и горючее, исколесил много фронтовых дорог. Добрался до Берлина. А. А. Прохоров служил связистом в Карелии, был награждён орденом Красного Знамени и двумя медалями «За отвагу».Особо отличилась и уроженка Вазьянки Зинаида Афонина. Она окончила курсы телеграфистов, благополучно прошла почти всю войну, но в самом её конце трагически погибла в Будапеште. Однажды, приняв срочную радиограмму, не взирая интенсивную бомбёжку, она побежала с нею в штаб. И буквально на штабном пороге её настиг осколок вражеской бомбы. За это отважная связистка была посмертно удостоена ордена Отечественной войны I степени, а командир её части в благодарственном письме отмечал, что «гвардии старший сержант Афонина в этой сложной обстановке, проявив отвагу и мужество, до последнего удара сердца надёжно обеспечивала связь». В 1989 году память о З. И. Афониной была увековечена — её имя теперь носит родная школа, в которой установлен бюст бесстрашной фронтовички.

Сейчас в центре села воздвигнут памятник с именами павших на фронтах Великой Отечественной войны, а в местной школе создан музей боевой славы, где собраны документы, личные вещи и награды ветеранов.

С1941 года сельское хозяйство оказалось в трудном положении. Колхоз «Красный луч» лишился не только рабочих рук, но и всей транспортной техники и лучших лошадей. Тягловой силой остались выбракованные лошади и приспособленные к этому делу быки. А план посевной и задания по натуральным поставкам государству только увеличился: армии и городам нужно было много продовольствия.

Руководство на местах перешло к женщинам. Председателем вазьянского колхоза стала А. В. Караганова. Образование у неё было всего 2 класса, но дело она повела энергично. Колхозные бригады тоже возглавили женщины. Без техники, вручную они выполняли все нелёгкие работы, в том числе и труд грузчиков. Н. И. Генералова возила хлеб на сдачу государству за 60 км в Сергач, таская на себе тяжёлые мешки при погрузке и выгрузке. Зимой те же женщины, запрягаясь по двое в специально сколоченные сани, вывозили навоз на поля. Война заставила широко использовать детский труд. Лишь сев вручную, к которому без машин вынуждена была вернуться деревня, выполняли опытные в этом деле пожилые колхозники.

Однажды правление колхоза, стремясь избежать перенапряжения детей, договорилось с совхозом села Красная Горка об аренде комбайна, согласившись за это убрать вручную совхозное картофельное поле. Колхозники своё обязательство выполнили, но комбайн так и простоял без дела из-за запоя комбайнёра.

За качеством уборки хлеба строго следили. Специальную рамку накидывали на поле, и если на 1 кв. м приходилось более 10 колосков, то приходилось собирать их снова.

Уровень жизни сельского населения, невысокий и до войны, опустился так низко, что были случаи, когда дети пухли от голода. На трудодни почти ничего не выдавали. В лучшем случае давали немного зерна или дуранды (жмыха). Выручала картошка с приусадебных участков. Её тёрли и из жома пекли картофельный хлеб, вязкий и тяжёлый для желудка. Собирали гнилую картошку, оставшуюся после уборки на колхозном поле. В лугах собирали головки клевера.

Вазьянка — село безлесное, поэтому заготовка топлива в войну стала особой проблемой. Лес находился за Волгой, и поэтому зимой дрова приходилось тягать санками через Волгу, а затем в крутую гору её правого берега. «Гора-то крутая, чуть тащишь», — вспоминал К. М. Савельев. Выполнять эту тяжелую работу приходилось и девочкам. Во воспоминаниям В. И. Савельевой: «Ночью в лес ездили, а утром в школу. Бредёшь, а ноги промокшие. На уроках дремлешь».

Начальная школа располагалась в трёх кулацких домах. Специальное здание на окраине села появилось лишь в 1946 году. Школьного инвентаря не доставало: ни учебников, ни карандашей, ни тетрадей. Дети учились писать на газетах, между строк, и на старых тетрадях. Чернила были растворимыми — 1 таблетку на определённое количество воды. Самым желанным подарком на Новый год был хлеб и особенно пряники. Средняя школа находилась за 5 км — в Красных Марах. Во воспоминаниям В. И. Афонина, в те годы он был худеньким и в весеннее время, когда начиналось половодье, при переправе у него кружилась голова (от слабого питания). Сосед по парте Иван Горячев, сильный и крепкий, брал его подмышки и переносил через воду, но за это часто списывал домашнее задание. Кабинеты 8 и 9 классов были рядом. И часто через проходной 8-й класс шёл курьер с повесткой из военкомата. Призывник-девятиклассник отвечал у доски. Завидев курьера, спрашивал у учителя: «Ну, я могу быть свободным?» «Ну, конечно», — отвечал преподаватель. Ученик забирал свой портфель, прощался с ребятами и учителем и отправлялся на фронт. И все же, несмотря ни на что, 2-3 раза в месяц учащиеся выступали перед жителями с концертами, ставили спектакли.

Не взирая на невероятные лишения жителей, Минфин неумолимо взыскивал с них чудовищные налоги за все до мелочей: за приусадебную землю, дом, хозяйственные постройки, всякую живность — вплоть до кур. Чтобы уплатить их, приходилось отрывать от себя и детей последний кусок. Яйца — только раз в году — по одному на члена семьи на на Пасху, всё остальные — на рынок. Во воспоминаниям жителей, «продавали последний пуд хлеба, выращенного поросенка».Кроме этого, нужно было хоть как-то одеться и обуться. Для этого перешивали старое, красили мешковину и шили обновы, из автомобильных камер умудрялись делать сапоги, ходили в лаптях и деревянных колодах.

В конце 1944 года председателем колхоза стал бывший фронтовик Павел Михайлович Белов. 9 мая 1945 года он собрал жителей села у колхозного правления и сообщил радостную весть об окончании войны. Из призванных на фронт 300 человек вернулось лишь около ста.

Вазьянка после 1945 года[править]

Бригада колхоза «Красный Луч». 50-е годы

После окончания войны на селе был послевоенный голод. За трудодни получали в среднем по 1-1,5 килограмма зерна и 30 копеек в день. Иногда годовая зарплата составляла всего лишь пуд мокрой ржи. Между тем, сохранялись обязательные государственные поставки сельскохозяйственной продукции, и чтобы выжить, сельчане развивали личные подсобные хозяйства.

Для помощи колхозу государством были выделены автомобиль ГАЗ АА и трофейный грузовик «Мерседес». Понемногу приобреталась и другая техника. В конце 1950-х годов при реорганизации машинно-тракторной станции колхозу было продано 2 колёсных и 1 гусеничный трактор. Однако роль ручного труда по-прежнему оставалась высокой.

В 1946—1947 годах начали действовать дизельная электростанция и местный радиоузел. В доме раскулаченного Суслова работал клуб, в котором имелась кинопередвижка. Современное здание Дома культуры появилось позже. В 50-е годы в селе постепенно началось строительство новых деревянных, реже каменных частных домов.

В 1947 году председателем колхоза стал Дмитрий Иванович Афонин, который пробыл на этой должности до 1964 года. При нём в 1951 году коллективное хозяйство было укрупнено за счёт присоединения красномаровской и дюжаковской сельхозартелей. Впоследствии объединённый колхоз стал называться «Красный Маяк». В 1970 году он ещё более расширился в результате присоединения к нему Саблукова и Прудищ и теперь стал называться имени Ленина.

Менялась и административно-территориальная принадлежность Вазьянки. В 20-е годы к местному сельсовету были присоединены Прудищи. В 1931 году сельсовет стал называться Прудищенским. В его составе Вазьянка в 1963—1964 годах, при временной ликвидации Спасского района, была включена в укрупнённый Лысковский район. В декабре 1976 года Вазьянка вновь стала центром сельсовета.

При председателе Валентине Александровиче Соловьёве были построены новые корпуса молочно-товарной фермы, в которую перевели скот из Ключева, колхозная заправочная станция, арочные хранилища, кузница. В районном социалистическом соревновании колхоз занимало не ниже третьего места, Кроме зернового и картофельного поля, стада крупного рогатого скота имелись капустная и даже арбузная бахчи, сад, пасека, мельницы, птичник, овчарня, свиноферма, конюшня. Все колхозники по улицам делились на семь трудовых бригад.

В 70-е годы во главе колхоза побывало несколько председателей. Как правило, все они были сторонними людьми. В 1980 году на эту должность была избрана Зинаида Алексеевна Зыбина, много потрудившаяся на благо колхоза. После неё в 1987 году правление возглавил Борис Николаевич Чернов.

Однако сильна была у вазьянцев и тяга к частному предпринимательству. Большое значение для них (как и для жителей соседних Варган, Нового Усада и Ивановского) и по сей день имеет тепличное выращивание огурцов на продажу. Первоначально, в 50-х годах огурцы стали выращивать в больших застеклённых коробках по 10-20 грядок. С появлением же теплиц объём выращиваемой в них продукции увеличился. Для их сбыта вазьянцам приходилось отлучаться на неделю и более, из-за чего страдали летние колхозные работы. Из-за «огуречной болезни» (так сказано в одном из документов тех лет) вазьянским колхозникам часто сильно доставалось от районного руководства.

Колхоз в Вазьянке развалился в Спасском районе в 90-е одним из первых. Частично сами труженики не очень-то стремились к сохранению общественного производства. Да и колхозное руководство особой заботы в этом не проявляло. В 1993 году Б. Н. Чернова сменил А. Сордионов, он пробыл на этой должности не больше года. Последний председатель колхоза Р. Абганеев, по сути, открыто начал процесс разграбления хозяйства.

С ноября 1993 года в Нижегородской области по инициативе Б. Немцова началась реорганизация колхозов по программе «ЗеРНО». В Спасском районе такой эксперимент решили провести на идущему ко дну колхозе имени Ленина. Его труженикам предложили разделить землю на паи и самим решить, как с ней поступить — отдать ли её в аренду фермерам или вести хозяйство самим. В этот момент в Вазьянке появилась некая Г. Т. Платонова. Эта «деловая» женщина, усыпив бдительность районного руководства грандиозными планами по возрождению села, пообещала жителям «златые горы», заполучила большинство паёв в свои руки и создала крестьянско-фермерское хозяйство «Миранда», после чего неожиданно исчезла.

Через некоторое время Платонова возвратилась, чтобы распродать общественное имущество и пустить под нож бывшее колхозное стадо. Одновременно выяснилось, что всё это время она уже числилась в розыске за финансовое мошенничество в Якутии. Вазьянцы, опомнившись, стали выходить из «Миранды». Однако крупному сельскохозяйственному производству в селе был положен конец. В селе остался лишь небольшой сельхозкооператив «Вазьянка», но большинство трудоспособных жителей заняты работой на личных приусадебных участках, выращивают на продажу огурцы, картофель. ездят на заработки в города.

В начале XXI века, несмотря на сокращение числености местного населения, Вазьянка всё же остаётся одним из крупных населённых пунктов Спасского района и сохраняет статус местного административного центра. В ней действует сельская администрация, есть средняя школа, клуб, медпункт, отделение связи, магазин райпо и частное торговое заведение. Кроме того, возродился церковный приход.

Литература[править]

  • Морозова О. П., Ледров С. М. Уголок Святой Руси: село Вазьянка и Старые Мары. — Нижний Новгород: Вектор-ТиС, 2007. — С. 107 с., илл..>