Лев Мартов

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
(перенаправлено с «Юлий Мартов»)
Перейти к: навигация, поиск
Лев Мартов
Lenin Martov.jpg
В. И. Ульянов и Л. Мартов (фрагмент групповой фотографии). Февраль 1897 года
Имя при рождении: Юлий Иосифович Цедербаум
Род деятельности: профессиональный революционер, публицист
Дата рождения: 24 ноября 1873
Место рождения: Константинополь, Османская империя
Дата смерти: 4 апреля 1923
Место смерти: Шёмберг, Германия
Отец: Осип Александрович Цедербаум[1][2]
Мать: Ревекка Юльевна Розенталь[2]
Этническая принадлежность: еврей
УДК 92

Лев Ма́ртов[3] (наст. имя и фамилия Юлий Осипович[4] Цедерба́ум, кличка Его́р; 12 (24) ноября[?] 1873, Константинополь, Османская империя — 4 апреля[5][2] 1923, Шёмберг,[2] Германия) — российский политический деятель, публицист, участник революционного движения, друг, а затем оппонент В. И. Ленина, основатель меньшевизма.

Биография[править]

Сын почётного гражданина Санкт-Петербурга.[6]

В раннем детстве получил травму, после которой приволакивал ногу.

В 1891 году поступил на естественный факультет Петербургского университета, но был исключён после первого ареста.[2]

Уже в 22 года был авторитетным социал-демократом, одним из руководителей петербургского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса». Позднее редактировал вместе с В. И. Лениным «Искру», а после раскола на II съезде РСДРП бессменно входил в состав как общепартийных центральных учреждений (когда они существовали), так и меньшевистских фракционных органов.

Один из основателей Бунда.[7]

В феврале 1906 года был привлечён к дознанию при Петербургском губернском жандармском управлении, содержался в одиночке, а затем состоял под особым надзором полиции вплоть до нового ареста в июле 1906 года на Царскосельском вокзале. В сентябре того же года был выслан за границу.

Работал в Париже с Лениным в редакции «Социал-демократа». Редактировал газету «Голос».

В начале Первой мировой войны перебрался из Франции в Швейцарию.

В мае 1917 года в составе группы политэмигрантов вернулся в Россию. С конца того же года вместе с Ф. И. Даном фактически определял политику меньшевистской партии — РСДРП (о).

После казни капитана I ранга А. М. Щастного написал брошюру «Долой смертную казнь!», получившую широкое распространение.[8]

В апреле 1919 года короткое время находился под домашним арестом. Летом того же года был избран действительным членом Социалистической академии.

На VII Всероссийском съезде Советов был избран членом ВЦИК, а зимой 1920 года — депутатом Моссовета. В апреле 1920 года в качестве делегата участвовал в работе III Всероссийского съезда профсоюзов. В том же или в 1921 году по решению меньшевистского ЦК выехал за границу.

В 1921 году основал и редактировал меньшевистский журнал «Социалистический вестник».

Умер из-за обострившегося туберкулёза.

Был похоронен в Берлине.[9]

Захоронение его праха было уничтожено гитлеровцами.[10]

Семья[править]

Вслед за Юлием Цедербаумом в революцию пошли все его братья и сёстры. Существует версия, что инициал «Л.» в псевдониме «Л. Мартов» — дань привязанности Юлия к младшей сестре Лидии. Юлий, имевший на младших членов семьи сильное влияние, придумал для них город-утопию Приличенск, существовавший на началах правды и справедливости. «Благодаря» Юлию в детских играх неизменно фигурировали запрещённые и нелегальные типографии.[11]

В последние годы изданы работы Тамары Юльевны Поповой (дочери племянника Мартова Юлия Сергеевича Цедербаума) о судьбе представителей этой семьи в советской России, а также материалы и воспоминания родственников Мартова (Е. В. Гутновой, Ю. Я. Яхниной и других), объединённые в сборнике «Из архива семьи Цедербаум».[12]

Сам Мартов, по утверждению Т. Ю. Поповой, в самом начале XX века собирался жениться на француженке и социалистке Поли Гордон, но забыл о собственной свадьбе.[2]

Двоюродным братом Мартову приходился меньшевик Павел Николаевич Дневницкий (настоящее имя и фамилия Фёдор Исаевич Цедербаум; 18831937).[13]

Некоторые сочинения[править]

  • Мартов Л. Вперед или назад? — Женева, 1904.
  • Мартов Спасители или упразднители? — Париж, 1911.
  • Мартов Л. Долой смертную казнь! — М., 1918.
  • Мартов Л. История российской социал-демократии. — М., 1918.
  • Мартов Л. История российской социал-демократии. — Пг.-М., 1923.
  • Мартов Ю. О. Мировой большевизм. — Берлин, 1923.
  • Мартов Ю. Записки социал-демократа. — М., 1924.
  • Мартов Ю. Общественные и умственные течения в России 1870—1905 гг. — М.; Л., 1924.
  • Мартов Ю. О. Письма 1916—1922 гг. Benson. 1990.
  • Мартов Ю. О. Избранное. — М., 2000. — 644 с.
  • Мартов Ю. О. Записки социал-демократа. — М.: РОССПЭН, 2004. — 544 с. ISBN 5-8243-0566-8

Цитаты[править]

  • «…я обрёл идеал революционера в Робеспьере и Сен-Жюсте, все речи которого хорошо знал. Из этого увлечения вытекало довольно простое, примитивно-бланкистское представление о задаче революции, которую я мыслил себе в виде торжества абстрактных, для всех времён годных принципов народовластия, воплощаемых в революционной диктатуре, прочно опирающейся на „бедноту“ и не стесняющейся в средствах»[14]
  • «Исключая товарищей большевиков, вы исключаете из рядов демократии часть рабочего класса, который идёт за ними» (июль 1917?)[15]
  • «Самое страшное, чего можно было ожидать, свершилось — захват власти Лениным и Троцким в такой момент, когда и менее их безумные люди, став у власти, могли бы наделать непоправимые ошибки. И ещё, может быть более ужасное, — это то, что настал момент, когда нашему брату, марксисту, совесть не позволяет сделать то, что, казалось бы, для него обязательно: быть с пролетариатом даже когда он ошибается. После мучительных колебаний и сомнений я решил, что в создавшейся ситуации на время „умыть руки“ и отойти в сторону — более правильный исход, чем остаться в роли оппозиции в том лагере, где Ленин и Троцкий вершат судьбы революции» (19 ноября 1917)[16]
  • «Почти весь пролетариат стоит на стороне Ленина и ожидает, что переворот приведёт к социальному освобождению, сознавая в то же время, что он бросил вызов всем антипролетарским силам»[17]
  • «…петроградская чрезвычайная комиссия с олимпийским спокойствием объявляет, что ею расстреляны четыре Романова: Николай и Георгий Михайлович, Дмитрий Константинович и Павел Александрович. Как будто недостаточно было уральской драмы — убийства членов семьи Николая Романова!» (6 февраля 1919)[18]
  • «Что касается коммунистического сословия, то его привилегированное положение почти неприкрыто, или, лучше сказать, менее скрыто, чем в прошлом году. Такие люди как Рязанов, Радек, и Рыков, которые раньше воевали против неравенства, теперь не скрывают на своих столах белый хлеб, рис, масло, мясо… бутылку неплохого вина или коньяка. Карахан, Каменев, Бонч, Демьян Бедный, Стеклов и другие просто наслаждаются жизнью. Только Анжелику (Балабанову), Бухарина и Чичерина из звёзд первой величины всё ещё можно отметить за их простоту нравов» (20 июня 1920)[19]
  • «Кронштадтское восстание… является показателем радикальной перемены в положении дел. Совершенно очевидно, что во главе его всё время стояли элементы, прошедшие большевистскую выучку и лишь недавно отпавшие от коммунизма. И лозунги их, и аргументация статей, и терминология — всё говорит об этом»[20]
  • «[Кронштадтское] восстание, по существу, есть бунт большевистских масс против большевистской партии»[20]
  • «Ленин ведёт, конечно, чисто зубатовскую политику: экономические уступки при сохранении политической диктатуры»[21]
  • «Мы утверждаем, что ни в Петрограде, ни в каком-либо другом пункте России не найдётся 12 присяжных, свободно выбранных народом или добровольно взятых из народа, из рабочих и крестьян, которые согласились бы осудить на смерть служителя церкви, виновного только в агитации против изъятия церковных имуществ»[22]

Отзывы современников[править]

А. В. Шотман так описывал внешность Мартова в период II съезда РСДРП:

…Мартов был похож на бедствующего российского интеллигента. Лицо его было бледное с ввалившимися щеками, жидкая борода всклокочена, на носу едва держалось пенсне, костюм сидел точно на вешалке, из всех карманов торчали газеты, брошюры, рукописи и т. п. Ходил он как-то сгорбившись, одно плечо выше другого, и вдобавок еще заикался. Внешне фигура неприглядная. Но, когда с ним беседуешь или слушаешь его речь, все эти внешние недостатки как-то исчезают, остается только колоссальное знание, острый ум…

Рабочий Р. Арсенидзе вспоминал слова И. В. Сталина, обращённые в 1905 году к грузинским рабочим Батума:

Ленин возмущен, что Бог послал ему таких товарищей, как меньшевики! В самом деле, что за народ! Мартов, Дан, Аксельрод — жиды обрезанные… Ни на борьбу с ними не пойдешь, ни на пиру не повеселишься. Трусы и торгаши![23]

По мнению Н. Н. Суханова, никто, кроме Мартова, так не владел «пером в полном смысле этого слова», никто не являлся «таким полным его господином… — умея, когда нужно, придать ему и блестящее остроумие Плеханова, и ударную силу Ленина, и изящную законченность Троцкого. Мартов — первоклассный литератор, божьей милостью…». В то же время Суханов отмечал:

У Мартова, который есть по преимуществу мыслительный аппарат, слишком сильны задерживающие центры, чтобы позволить ему свободные, «беззаветные» боевые действия, революционные подвиги, требующие уже не только разума, а только воли. Я знал, говорил мне Троцкий, я знал, что Мартова погубит революция! «На бездействие» обрекали не раз Мартова его гамлетизм, его тончайшая кружевная аналитическая работа — в моменты, требующие действия и натиска. Последствия же его ошибок в эти критические моменты были огромны — если не для революции, то во всяком случае для его партии и для него самого.

П. Н. Лепешинский вспоминал о Мартове:

Его огромная память удерживала колоссальный груз имен, дат, фактов и цитат, вообще всего, что случайно или в известной системе попадало в его обширную умственную кладовую, он являлся для нас как бы живым энциклопедическим словарем, и если кому-нибудь нужно было восстановить затерянное памятью то или иное имя или тот или иной факт из истории, например, революционной борьбы в России, то стоило обратиться к Цедербауму и тот почти всегда мог дать исчерпывающую справку по данному вопросу. Коротая время в вагоне [по дороге в ссылку], мы даже проделывали над феноменальной памятью Цедербаума ряд арифметических опытов: предлагали ему устно умножить пятизначное число на пятизначное, и правильный ответ у него получался гораздо скорее, чем если бы кто-нибудь из нас стал находить искомый результат с карандашом в руках.

Л. И. Гольдман свидетельствовал:

Мартов — человек подвижный, нервный и импульсивный, схватывает мысль собеседника с первых слов, нетерпеливо прерывает его, сам заканчивает мысль соседа и тут же отвечает на нее, часто делая выводы, неожиданные для автора высказанной мысли.

М. Горький писал литератору А. Н. Тихонову 12 (25) июня 1911 года:

Вышла брошюра Мартова «Спасители или упразднители» с подзаголовком: «Кто и как разрушил РСДРП». Это бешеная, безумная и нечистоплотная выходка против Ленина и беков, нечто исключительное даже в установившихся нравах. Несомненно, что она будет источником новой грязной склоки, что она даст превосходный материал Изгоевым и Ко и — мне кажется — окончательно убьет в России интерес к заграничникам, а тем самым вычеркнет из жизни их.[24]

Киновоплощения[править]

Историография[править]

Советская историография характеризовала деятельность Мартова положительно в тех случаях, когда он поддерживал Ленина, и отрицательно, когда он выступал против него.[29]

Для части перестроечной литературы, видевшей в Мартове и его соратниках реальную («социал-демократическую») альтернативу большевизму, была характерна неумеренная апология меньшевизма.[30]

Голландский советолог Б. Нарден в своей монографии «Socialist Europe and Revolutionary Russia: Perception and Prejudice 1848—1923» (Cambridge. 1992) выразил мнение, что одной из причин поражения меньшевиков было долгое отсутствие Мартова в России. Самого Мартова он охарактеризовал как более «верного марксиста», нежели Ленин.[31]

Работа И. Х. Урилова «История российской социал-демократии (меньшевизма)» (М., 2001) не свободна от определённой апологетики Мартова, в то время как творчество других меньшевистских авторов даётся либо в сопоставлении с его работами, либо остаётся в тени.[32]

Интересные факты[править]

Примечания[править]

  1. Казарова Н. А. Лидия Дан // Вопросы истории. — 1998. — № 7. — С. 142.
  2. а б в г д е Архипов И. Ю. О. Мартов: трагедия «мягкого» революционера // Звезда. — 2012. — № 7.
  3. Оригинальный псевдоним звучал как Л. Мартов и не расшифровывался. Лев Мартов — общепринятая условная расшифровка.
  4. Согласно свидетельству о рождении, отчество Мартова — Иосифович.
  5. Урилов И. Х. Судьбы российской социал-демократии // Вопросы истории. — 2006. — № 3. — С. 139.
  6. Малченко О. А. Возвращение в историю. «…Всегда любезный, всегда молчаливый товарищ» // Вопросы истории. — 2000. — № 10. — С. 53.
  7. Урилов И. Х. Из истории раскола РСДРП // Отечественная история. — 2003. — № 4. — С. 16.
  8. Рабинович А. Досье Щастного: Троцкий и дело героя Балтийского флота // Отечественная история. — 2001. — № 1. — С. 76.
  9. Урилов И. Х. Судьбы российской социал-демократии // Вопросы истории. — 2006. — № 3. — С. 139.
  10. Макаров Н. В., Савельев П. Ю. Российская социал-демократия в 1905—1907 годах: заметки о новейшей историографии // Отечественная история. — 2005. — № 5. — С. 94—95.
  11. Казарова Н. А. Лидия Дан // Вопросы истории. — 1998. — № 7. — С. 142—143.
  12. Урилов И. Х. Меньшевики в советской России. К истории изучения // Вопросы истории. — 2009. — № 8. — С. 125.
  13. Вопросы истории. — 2011. — № 1. — С. 99.
  14. Цит. по: Архипов И. Ю. О. Мартов: трагедия «мягкого» революционера // Звезда. — 2012. — № 7.
  15. Цит. по: Отечественная история. — 2003. — № 6. — С. 205.
  16. Цит. по: Урилов И. Х. Судьбы российской социал-демократии // Вопросы истории. — 2006. — № 3. — С. 123.
  17. Цит. по: Соболев Г. Л. Первый год большевистской власти в исследовании американского историка // Вопросы истории. — 2008. — № 9. — С. 163.
  18. Цит. по: Иоффе Г. З. Революция и судьба Романовых. — М.: Республика, 1992. — С. 346. ISBN 5-250-01558-1
  19. Цит. по: Бровкин В. Н. Культура новой элиты, 1921—1925 гг. // Вопросы истории. — 2004. — № 8. — С. 84.
  20. а б Цит. по: Новиков А. П. Эсеровские лидеры и Кронштадтский мятеж 1921 года // Отечественная история. — 2007. — № 4. — С. 60.
  21. Цит. по: Смирнова Т. М. Штрихи к социальной политике советской власти // Отечественная история. — 2000. — № 2. — С. 45—46.
  22. Цит. по: Архипов И. Ю. О. Мартов: трагедия «мягкого» революционера // Звезда. — 2012. — № 7.
  23. Цит. по: Люкс Л. Еврейский вопрос в политике Сталина // Вопросы истории. — 1999. — № 7. — С. 56.
  24. Цит. по: Никитин Е. Н. Максим Горький и российские социалисты (1897—1917 гг.) // Вопросы истории. — 2008. — № 8. — С. 31.
  25. Создатели фильма: Штрихи к портрету // КиноПоиск
  26. Создатели фильма: Николай и Александра // КиноПоиск
  27. Создатели фильма: Надежда // КиноПоиск
  28. Создатели фильма: Раскол // КиноПоиск
  29. Урилов И. Х. Меньшевики в советской России. К истории изучения // Вопросы истории. — 2009. — № 8. — С. 124.
  30. Вопросы истории. — 2001. — № 6. — С. 163.
  31. Вопросы истории. — 1997. — № 12. — С. 160.
  32. Вопросы истории. — 2002. — № 11. — С. 167.
  33. Безбережьев С. В. Мария Александровна Спиридонова // Вопросы истории. — 1990. — № 9. — С. 71.
  34. Фельштинский Ю. Г., Чернявский Г. И. Борис Иванович Николаевский // Вопросы истории. — 2010. — № 8. — С. 24.

Литература[править]

  • Савельев П. Ю. Л. Мартов в советской исторической литературе // Отечественная история. — 1993. — № 1. — С. 94—111.
  • Антонова Н. С. Из истории формирования личных фондов А. В. Луначарского, Ю. О. Мартова и А. А. Богданова в РГАСПИ // Отечественные архивы. — 2009. — № 5. — С. 12—19.