Claire de Lune:Усекновение голов Царственных Мученников

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск
Claire de Lune:Чёрная месса революции

Данная статья является продолжением темы: Чёрная месса революции

Начало: Свидетельство присутствия раввинов; судьба августейших тел

Усекновение голов Царственных Мученников[править]

Итак, оказавшись в урочище «Четыре Брата» в 20-ти верстах от города Екатеринбурга по Старой Коптяковской дороге, возле Открытой Шахты, следователь Н.А. Соколов в ходе проведенного кропотливого исследования установил, что на этом самом месте уничтожались тела Царской Семьи и ее приближенных.

Уничтожение это было осуществлено посредством расчленения тел убитых, помещением фрагментов тел между бревен, поливанием их бензином и сжиганием на костре с последующим уничтожением останков серной кислотой.

Несмотря на то, что и в книге Соколова, и в книге Дитерихса все манипуляции с телами жертв объясняются главной целью - уничтожить трупы, это объяснение нельзя признать исчерпывающим. Однако обстоятельства уничтожения тел Царской Семьи удивительно совпадают с ритуальным предписанием - вывести тельца из стана на чистое место, где высыпается пепел, и сжечь его огнем на дровах. И это совпадение говорит само за себя.

Следует особо отметить, что в своих поисках Соколов не обнаружил ни одного человеческого зуба, хотя известно, что зубы хуже всего поддаются действию огня.

Соколов не оставил своего мнения о причинах этого факта (а может, и оставил, но после масонской "редакции" его книги эта версия из неё исчезла - впрочем, об этом будет сказано позже), но руководивший общим ходом расследования генерал М.К. Дитерихс одним из первых выдвинул свою гипотезу отсутствия зубов на месте уничтожения трупов:

«Экспертиза установила, что нахожившиеся в районе шахты и шахте кусочки драгоценностей имели определенные следы отделения их от тела каким-то рубящим оружием.

<...> На откосе котлована нашелся вязанный Государыней Императрицей шнурок от мешочка, найденного раньше с разбитой иконкой, что могло произойти или при желании лишить тело всяких наружных признаков опознания при погребении в земле, или при отделении головы от тела для сохранения головы в спирте.

<...> Прежде всего найденные кусочки шейных шнурков и цепочек носят следы порезов их, что могло произойти при отделении голов от тел режущим или рубящим оружием. Далее, при операции отделения голов с тел катились порядочные по величине и весу фарфоровые иконки; их швырнули далеко в траву котлована, и в костре они не были.

Наконец, зубы горят хуже всего; между тем при всей тщательности розысков нигде, ни в кострах, ни в почве, ни в засыпке шахты ни одного зуба не найдено. По мнению комиссии, головы Членов Царской Семьи и убитых вместе с Ними приближенных были заспиртованы в трех доставленных в лес железных бочках, упакованы в деревянные ящики и отвезены Исааком Голощекиным в Москву Янкелю Свердлову в качестве безусловного подтверждения, что указания изуверов центра в точности выполнены изуверами на месте».

Заметим, что в своих утверждениях о привозе голов именно в Москву и именно Голощекиным Дитерихс опирался на слухи , "...которые распространялись в Москве в среде советских деятелей с приездом туда после убийства Исаака Голощекина и в связи с привозом им Янкелю Свердлову каких-то тяжелых, не по объему, трех ящиков".

Конечно, объяснение, что головы потребовались в качестве доказательства совершения преступления, имело право на существование.

До революции имело место отчленение голов в качестве опознания преступника или доказательства его смерти. В частности, была отчленена, заспиртована, сфотографирована и помещена в газеты для опознания голова убийцы В.К. Плеве Е. Сазонова.

Отчленение голов у большевиков носило совершенно иной характер. Имеется множество случаев, когда красные власти отчленяли головы не только у убитых ими врагов, но и у мощей святых подвижников. Нередки были случаи, когда комиссары оскверняли захоронения, вытаскивали из них черепа и глумились над ними, например, играли ими в футбол. В основном это касалось останков православных священников.

Наиболее известными случаями отчленения большевиками и их адептами голов у мертвых тел являются: похищение и сокрытие главы месточтимого святого старца Федора Козьмича из тобольской часовни (сама часовня была превращена в нужник), отчленение головы убитого атамана А.И. Дутова, при этом голова Дутова была похищена, отчленение головы убитого Г.С. Носаря, врага Троцкого, отчленение и доставка в большевистский центр нескольких голов главарей басмаческих банд, отчленение и доставка в Ленинград головы Тушегун-ламы.

Это только общеизвестные сегодня факты. А что делалось с сотнями оскверненных мощей святых Угодников Божиих, с телами тысяч замученных священников и благочестивых мирян - кто теперь помнит...

Но в деле об отчленении глав Царской Семьи речь идет не просто о подтверждении её убийства. Если головы были действительно отчленены, то это отчленение может рассматриваться только в рамках единого ритуала, который сопровождал цареубийство.

В книге Л. Болотина говорится:

«Отделение головы жертвы от тела, как это следует из разных авторитетных источников, является составной частью каббалистического ритуала, практикуемого также в низшем масонстве».

Первые известия о Царских Главах приходятся на 1918-1919 годы, когда мелкие служащие Совнаркома, преимущественно из американо-еврейских эмигрантов, приехавших в Россию вместе с Троцким, готовясь, как им казалось, к неминуемому краху большевистской власти, говорили:

«Ну теперь, во всяком случае, жизнь обеспечена: поедем в Америку и будем демонстрировать в кинематографах головы Романовых» (см. Легенда о Царской голове. М., 1992).

Потом последовал целый поток публикаций, обмусоливающих эту тему совершенно в духе всех еврейских "сенсаций", т.е. со стороны какой-нибудь "нейтральной", желательно даже "враждебной" большевикам силы (например, эмигрантских кругов) декларировался какой-то имевший место реальный факт, который большевистскому руководству требовалось скрыть, и этот факт опровергался.

Разбирать всю ту писанину не имеет смысла.

Но в 1933 году на Западе появилось главное свидетельство в пользу версии отчленения Царских голов: воспоминания французского генерала М. Жанена.

Свидетельства Жанена весьма ценны и потому, что он был фактическим руководителем всех сил Антанты в Сибири и на Урале, и потому, что он был крупным масоном.

Жанен в силу своего положения пользовался информацией гораздо более глубоких источников, чем Соколов и Дитерихс (в частности, информацией 3. Свердлова). В 1920 году, когда положение колчаковских войск стало безнадежным, а сам адмирал был убит большевиками, Жанен единственный, кто оказал Соколову действенную помощь в спасении материалов следствия. Естественно, что он был в курсе этого следствия.

Так вот, Жанен писал в 1933 году:

«20 марта вечером Дитерихс вместе с Жильяром и одним из офицеров прибыли, неся с собой три тяжелых чемодана. 21 марта Дитерихс принес мне ящик с человеческими останками и еще более важными вещами. Человеческие останки насчитывали около тридцати обожженных частей костей, немного человеческого жира, вытекшего на землю, волосы, отрезанный палец, который экспертиза определила как 6езымянный палец Императрицы. Кроме того там были обожженные фрагменты драгоценностей, иконки, остатки одежды и ботинок, металлические части одежды, такие как пуговицы, застежки, пряжка Цесаревича, окровавленные кусочки обоев, револьверные нули, документы, фотографии и так далее. Зубов не было. Головы были отчленены от тел и отправлены неизвестно куда назвавшимся Алфельбаумом в специальных ящиках, наполненных опилками» (см. Janin general. 1918-1920. Ma mission en Siberie. Paris, Payot).

Заметим, говоря об отчленении голов, Жанен не употребляет выражений: «говорят», «по слухам», а прямо утверждает: «головы были отрезаны».

Боле того — генерал детализирует: отчлененные головы были отправлены «неизвестно куда в специальных ящиках с опилками». Последнее указание весьма важно: если бы Жанен просто повторял слухи об отрезанных головах с чужих слов, он не преминул бы сообщить о «стеклянной банке со спиртом» и о том, что «головы были отправлены в Москву». Но Жанен не только сообщает принципиально новые сведения об отчлененных головах, но и указывает на того, кто эти головы увез: о некоем Апфельбауме. Известно, Апфельбаум - это настоящая фамилия видного большевика Г.Е. Зиновьева.

А не приезжали ли в Екатеринбург за Царскими Головами сам Зиновьев? В принципе в этом не было бы ничего удивительного: Зиновьев — один из самых кровавых большевистских главарей, инициатор и главный руководитель массового террора в Петрограде, ближайший сподвижник Свердлова, сменивший последнего в руководстве международным коммунистическим движением (с 1919 года — Коминтерн).

В книге И.Ф. Плотникова приводится фотография Зиновьева в окружении уральских большевистских лидеров, среди которых многие организаторы Екатеринбургского злодеяния: Голошекин, Мрачковский, Сафаров. Под фотографией имеется информация, что она относится к 1919 году. Но не указано, где она была снята и по какому случаю. Безусловно, что требуется подробное изучение биографической хроники Зиновьева в 1918 году, которое может помочь пролить свет на эти темные обстоятельства.

Есть и ещё один интересный факт - уже упомянутая ранее телеграмма, посланная из Екатеринбурга на имя Ленина и Свердлова, и полученная 17 июля 1918 года в 01 час 30 минут ночи, почему-то через Петроград, от Зиновьева. Телеграмма эта гласила:

«Из Петрограда. Смольного. В Москву, Кремль, Свердлову, копия Ленину. Из Екатеринбурга по прямому проводу передают следующее: сообщите [в] Москву, что условленного с Филипповым суда по военным обстоятельствам не терпит отлагательства. Ждать не можем. Если ваши мнения противоположны (выделено в тексте телеграммы - Прим. автора статьи) сейчас же вне всякой очереди сообщить. Голощекин, Сафаров. Снеситесь по этому поводу сами с Екатеринбургом. Зиновьев».

Спрашивается, зачем было в самый момент убийства давать телеграмму из Екатеринбурга в Москву через Петроград? Ответ напрашивается такой: именно ради подписи Зиновьева. Т.е. кто-то подписал телеграмму от имени Зиновьева, обеспечив тому алиби на момент убийства (мол, Зиновьев в тот момент был в Петрограде).

Думаю, свидетельство Жанена заслуживает доверия. Но куда же отправились головы? По-видимому, сначала всё таки в Москву, но не для "доказательства" как такового, а ради переправки голов до конечного пункта назначения - заграницу.

Имеются сведения, что заграницу головы были увезены в 1918 году Феликсом Дзержинским.

«Утверждают, — писал исследователь А.М. Иванов, — будто Дзержинский увез с собой отрубленную голову Николая II для выставления в масонском храме в Чарльстоне». (см. Иванов А.М. Логика кошмара. М., 1993).

Действительно, поездка Ф.Э. Дзержинского в конце 1918 года в Швейцарию и Берлин выглядит очень странной. Официально в октябре 1918 года Дзержинский ездил проведать свою семью (жену и сына), которые находились в то время в Швейцарии и почему-то никак не могли приехать в Советскую Россию. Надо только на минуту представить себе эту ситуацию: печально известный на весь мир глава ВЧК, карательного органа непризнанного практически целым миром большевистского правительства, едет фактически один через всю Европу, чтобы проведать жену и сына!

История становится еще более любопытной, когда узнаешь подробности этой поездки.

К.Т. Новгородцева, жена Янкеля Свердлова, вспоминала, что между ее мужем и Дзержинским «была большая горячая дружба». То ли в конце лета, то ли ранней осенью 1918 года Свердлов настоял, чтобы Дзержинский отправился в Европу. С.С. Дзержинская, проживавшая с сыном в Берне, вспоминала, что в начале октября советский полпред Я.А. Берзин, которого она называет «послом», сообщил ей под большим секретом о скором предстоящем приезде мужа. На следующий день вечером она услышала под окном знакомое со времен подполья насвистывание нескольких тактов мелодии из оперы Гуно «Фауст» (интересно, уж не «сатана там правит бал» ли часом?), это был — Дзержинский (см. Дзержинская С. С. В годы великих боев. М., 1975).

Дзержинский приехал не один, с ним был ближайший подручный Свердлова, секретарь ВЦИКа В. Аванесов - тот самый, который подписывал совместно со Свердловым мандат комиссара Яковлева.

Если приезд Дзержинского можно объяснить хотя бы встречей с семьей, то для чего приехал в Швейцарию Аванесов — непонятно вовсе.

Не успел Дзержинский приехать, как сразу свалился, по словам жены, от тяжелого гриппа. В результате пребывание Дзержинского в Швейцарии затянулось. Далее С.С. Дзержинская рассказывает:

«В Берне не было условий для отдыха, который был так необходим Феликсу, и мы решили поехать в Лугано. Феликс был еще очень слаб после перенесенной болезни, но счастлив и весел. В Лугано мы приехали вечером и остановились в гостинце на самом берегу озера с чудесным видом на него и на окружающие это озеро горы. В Лугано мы совершали замечательные прогулки и катались на лодке».

Странное все-таки дело: в России свирепствует Гражданская война, над большевистской властью висит угроза полного краха, а глава всей безопасности большевистского режима, т.е. руководитель его разведки и контрразведки, наслаждается швейцарскими курортами. Создается впечатление, что эти прогулки по швейцарским озерам и горам были прикрытием: Дзержинский чего-то или кого-то ждал. И, похоже, дождался.

«Однажды, — продолжает жена Дзержинского. — произошел, неприятный случай. В тот момент, когда мы на пристани в Лугано садились на лодку, тут же рядом с нами, с правой стороны пристал пароходик, на палубе которого рядом с трапом стоял... Локкарт, английский шпион. В Советской России он занимал высокий дипломатический пост и был организатором ряда контрреволюционных заговоров против Советской власти. Незадолго до этого он был арестован в Москве, и Дзержинский руководил следствием по его делу. Как официального дипломата его не подвергли заслуженному наказанию, но выслали за пределы Советского государства.
Феликс узнал его сразу. Об этой встрече он сказал мне, когда мы уже отплыли от пристани. Английский же шпион, к счастью, не узнал Феликса: так была изменена его внешность. Притом этому врагу даже в голову не могло прийти, что председатель ВЧК находится в Швейцарии».

Однако вполне возможно, что «английский шпион» был прекрасно осведомлен о нахождении Дзержинского в Швейцарии, более того — вполне вероятно, что его встреча с ним в Лугано не была случайной.

Здесь необходимо еще раз вспомнить, что Локкарт был не просто английский дипломат, но также и член тайной влиятельной масонской организации «Комитет Трехсот», штаб-квартира которой находилась в США, в Чарльстоне.

Локкарт был прекрасно знаком с Шиффом, Ротшильдами, Варбургами и другими влиятельными еврейскими банкирами Америки и Германии, финансировавшими «русскую революцию». Одновременно Локкарт был близок и к большевикам, во всяком случае, к известной их части. Голландский исследователь И. Хельзинг пишет, что через Локкарта с «Комитетом Трехсот» были связаны Ленин и Троцкий. Неофициальный советский представитель в Англии М. Литвинов в рекомендательной записке к Троцкому, называл Локкарта «исключительно честным человеком, который понимает наше положение и симпатизирует нам».

Таким образом, встреча Локкарта и Дзержинского в Лугано вполне могла быть неслучайной.

Состоялась ли встреча Дзержинского и Локкарта в Лугано или нет, только почти сразу же после отплытия Локкарта покинул Лугано и Дзержинский. 25 октября он и Аванесов отбыли из Берна, но направились не в Советскую Россию, как это было бы логично, если Дзержинский действительно бы приезжал в Швейцарию просто проведать семью, а в Берлин, где только начиналась революция.

Что делали Дзержинский с Аванесовым в Берлине, с кем встречались, с какой целью? Ответы на эти вопросы остаются окутанными глубокой тайной. Но вполне возможно, что целью приезда в Европу двух «горячих друзей» Свердлова была передача тайным организаторам Екатеринбургского злодеяния их главного трофея — отчлененных голов Царственных Мученников.


Продолжение темы: Приказ Шиффа Свердлову об убийстве Царской Семьи