Ганс Йост

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к: навигация, поиск
Ганс Йост

Ганс Йост (нем. Hanns Johst; * 8 июля 1890, Штаухиц, Саксония — † 23 ноября 1978, Рупольдинг, Бавария)[1] — немецкий писатель, драматург, поэт, культурполитик, президент Палаты писателей Рейха, группенфюрер СС.

Биография[править]

Cын учителя начальных классов, в юности хотел стать миссионером, затем обучался медицине в университетах Лейпцига, Мюнхена и Вены, работал санитаром в Би́лефельде и служил в армии во время Первой мировой войны. Тогда же Йост начал писать стихи и драмы.

Экспрессионизм и фелькише[править]

Писатель, взращённый в недрах экспрессионизма, публиковавшийся в знаменитом леворадикальном журнале Франца Пфемферта «Акцион», Йост заявил о себе как талантливый драматург, чьи пьесы с успехом шли на самых главных сценах Германии, а критики, в том числе такие, как Герберт Иеринг и Бертольт Брехт, каждый по-своему, проявляли большой интерес к его творчеству. Первая же пьеса Йоста «Час умирающих» («Die Stunde der Sterbenden», 1914), написанная по всем канонам эстетики экспрессионизма, обратила на себя внимание критиков. На поле боя ночью, под дождём, лежат умирающие солдаты. Их безымянные голоса и составляют основу пьесы. Высказывания солдат создают атмосферу некоего сакрального умирания, и хотя отдельные голоса проклинают войну, общую тональность их мнений определяет приготовление к смерти, в которой они видят некое спасение: «Человек может понять войну, битву, боль и смерть как выражение индивидуальной воли, принять страдание и тем самым воспринять настоящий смысл существования, так что в конце „сверкающий мотив преодоления смерти“ торжествует» . Это восприятие смерти, впервые зафиксированное в художественной литературе, станет ведущем мотивом многих книг, посвящённых Первой мировой войне, и войдёт в катехизис добродетелей истинного национал-социалиста.[2]


Первоначально Йост находился под влиянием экспрессионизма: пьеса «Молодой человек. Экстатический сценарий» (1916), драмы «Король» (1920) и «Томас Пэйн» (1927). Резкое неприятие буржуазной действительности отразилось в творчестве Йоста, писатель осуждал капиталистическое общество, гоняющееся за наживой, и пролетарский коллективизм, как чуждое немецкому рабочему явление (очерки «Знание и сознание», 1924). Так он шёл к «немецкому направлению в поэзии» и к национал-социалистическому мировоззрению.


В 1918 году Йост женился и поселился в усадьбе жены в районе Альмансхаузен в Берге, Бавария. К началу 1920-х годах Йост стал одним из самых известных молодых немецких драматургов.

Драма «Одинокий», представленная в 1919 г. «на всех сценах Германии», имела огромный успех, хотя мнения критиков разделились. Одним из самых резких критиков драмы был Б. Брехт, находившийся одно время в дружеских отношениях с Йостом. Именно эта драма послужила для Брехта отправным моментом для написания пьесы «Баал».[2]

Вхождение в политику[править]

Йост, ещё не будучи членом НСДАП, в своих пьесах 20-х гг. развивал многие тезисы нацистской идеологии, подготовляя публику к восприятию новой политической данности, воспитывая в ней вкус к новому пониманию предназначения личности, вернее, напоминая ей о возвышенном статусе ведомого в великих начинаниях ведущего. Вхождение Г. Йоста в политику началось ещё в 1922 г., когда он в ответ на речь Т. Манна «О немецкой республике» («Von deutscher Republik», 1923) разразился открытым письмом к своему другу, обвинив писателя в «предательстве его собственной немецкой сущности» . Йост и его соратники не находят ничего хорошего в «пацифистском, гуманистическом, провозглашающем братство народов, интернационально-национальном правительстве», потому что сегодня, как никогда раньше, нужна «проникнутая героизмом личность» для того, чтобы народ не погиб «бесследно в политике взаимных интересов словоохотливых каст и классов… Мы отказываемся от слова, потому что мы верим в поступок. Уже четыре года как республика получила слово, нагромоздила аргумент на аргумент, чтобы доказать, что она существует по праву, и действительно, Вы стали её неплохим панегиристом. Только нам по духу родственны самые радикальные утописты слева и справа, чем важные в литературном смысле ораторы рассудка, духа, права, человечности, гуманизма»[2]

В 1929 году Йост возглавил отдел поэзии в «Боевом союзе за немецкую культуру» Розенберга. В Рейхе он был широко известен драмой «Шлагетер» (1932) о судьбе нацистского мученика, казненного по приговору французского оккупационного суда в Рейнской области, и очерком «Адольф Гитлер в любовном почитании и непоколебимой верности». Часто цитировалась реплика из «Шлагетера»: «Когда я слышу слово „культура“, я хватаюсь за пистолет».

Третий рейх[править]

В 1932 году вступает в НСДАП (билет № 1352376), а в 1934 — в СС (билет № 274 576).

1 марта 1933 года Йост был назначен ответственным за литературную политику Государственного драматического театра в Берлине и фактически принял на себя руководство театром. «Фоссише Цайтунг», в нём 20 апреля Йост ставит свою самую известную пьесу «Шлагетер».

Icons-mini-icon 2main.png Основная статья: Шлагетер (пьеса)

Некоторое время спустя Йост становится главой Академии германской поэзии, Прусским государственным советником и президентом Палаты литературы Рейха, сменив на этом посту 1 октября 1935 года Ганса Блунка. Йост также возглавил литературную секцию Прусской академии искусств вместо Генриха Манна.

Вместе с Геббельсом писатель использовал уникальную возможность формировать искусство, особенно театр, в направлении национал-социалистической идеологии для того, чтобы «спасти Германию от законченного материализма современного мира». Он получал многочисленные награды и отличия, в том числе — Большую премию НСДАП за искусство. Наиболее приметные стихотворные и драматические работы Йоста: «Крестный путь» (1921), «Песни страстного желания» (1924), «Так они идут» (1930), «Бессмертная мать» (1933, — эта драма попала в Топ-лист книг Третьего Рейха), «Маска и лицо» (1935), «Призыв Рейха» (1940), а также гимн немецких поселенцев на оккупированных восточных территориях (нем. Neugewonnene Ostgebiete).

11 сентября 1935 г. Нюрнбергский оперный театр. Розенберг вручает Йосту премию НСДАП. В первом ряду — Гесс, Гитлер, Геринг, Штрайхер, Liebel (бургомистр), Бломберг, Нейрат, Шверин фон Крозиг, Зельдте, Эльц-Рюбенах, Гюртнер

В своей статье «Что такое культурбольшевизм? Задачи, стоящие перед немецким театром» («Was ist Kulturbolschewismus? Die Aufgaben der deutschen Bühne», 1933) Йост излагает основные принципы театральной политики нацистов: очищение немецкой сцены от иностранных пьес, так как французские бульварные комедии, английские и американские «криминальные боевики» пренебрегают высшим назначением искусства — «правдивостью»; в будущем в театре должны быть представлены классики и современные драматурги, которые «черпают свои силы из народа и его истории».

Будучи членом НСДАП, группенфюрером СС и личным другом Гиммлера, Йост, по свидетельству беспристрастного свидетеля Готфрида Бенна, оставался «порядочным человеком».

Его заслуги как писателя нашли признание только в годы нацизма: в 1933 г. он стал лауреатом премии «Вартбургская поэтическая роза», в 1935 г. ему первому была вручена на партийном съезде в Нюрнберге премия НСДАП в области литературы и науки, в 1939 г. Йост получил национальную премию искусств, в 1940 г. — медаль Гёте и в 1941 г. — поэтическую премию города Лейпцига.[2]

В 1944 году Йост был включён в Gottbegnadeten-список шести самых выдающихся современных немецких писателей.

После войны[править]

После окончания войны, в советской оккупационной все произведения Йоста, кроме самых ранних первой половины 20-х годов, были занесёны в список запрещённой литературы.

В 1949 году Уголовная палата Мюнхена отнесла его к категории «попутчиков» («Mitläufer»), приговорив к штрафу 500 000 ДМ. Несколько недель спустя апелляционный суд вынес более строгий приговор, переквалифицировав Йоста в «главного виновника», и отправил его после короткого суда в трудовой лагерь на три с половиной года. Половина собственности писателя была конфискована и запрещены публикации на десятилетний срок.[3] Но с 1952 года Йост стал публиковаться под псевдонимом «Odemar Oderich».

Реабилитация Йоста-писателя не состоялась, несмотря на то, что в том же году он публикует роман «Благословенная быстротечность» («Gesegnete Vergänglichkeit»). Написанный ещё в годы нацизма и теперь очищенный от антисемитских пассажей, роман подвергся уничтожающей критике, что, впрочем, нисколько не смутило автора. В литературном архиве в Марбахе хранится огромное количество стихов, рассказов, фрагментов и просто заметок, свидетельствующих о том, что Йост по-прежнему мыслил категориями прошлого, хотя иногда он приходил к осознанию заката собственной литературной значимости, как это видно из одного фрагмента: «Я никогда не буду открыт… для интеллектуалов — я слишком глуп, а для глупцов — слишком интеллектуален».[2]

Умер Йост 23 ноября 1978 года в доме престарелых в Рупольдинге.

Интересные факты[править]

Йоста заметил А. В. Луначарский, опубликовав в 1923 г. в журнале «Современный Запад» в собственном переводе его стихотворение «Аве Мария», что позволило Луначарскому отнести Йоста к «христианским» поэтам.[2]

Цитаты[править]

  • «В искусстве интеллектуальная энергия не весит ни грамма»
  • «Дух — это всегда сомнение! Сомнение — это отсутствие лица. Отсутствие лица — это всегда заблуждение глаз… Только масса созерцала бога!.. Разве прибили бы его [Христа] к кресту убеждения книжников, если бы он не отверг от них народ, массы? Христос, а в его лице и бог, являются жертвами духа» // Роман «Крестный путь»
  • «Германия?.. Никто не знает, где она начинается, никто не знает и где она кончается. У неё нет границ, господи, в этом мире… Она в сердцах людей… или её не найдут нигде и никогда» // Историческая драма «Пророки»[2]

Творчество[править]

Драматургия[править]

Die Stunde der Sterbenden. Szene. Leipzig: Verlag der Weißen Bücher, 1914.

Stroh. Eine Bauernkomödie. Leipzig: Verlag der Weißen Bücher, 1915.

Der junge Mensch. Ein ekstatisches Szenarium. München: Delphin, 1916.

Der Ausländer. Ein bürgerliches Lustspiel. Leipzig: Kurt Wolf, 1916.

Der Einsame. Ein Menschenuntergang. München: Delphin, 1917.

Der König. Schauspiel. München: Langen, 1920.

Propheten. Schauspiel. München: Langen/Müller, 1922.

Wechsler und Händler. Komödie. München: Langen, 1923.

Die fröhliche Stadt. Schauspiel. München: Langen, 1925.

Der Herr Monsieur. Nach Holbergs Jean de France. München: Langen, 1926.

Marmelade. Komödie. München: Langen, 1926.

Thomas Paine. Schauspiel. München: Langen, 1927.

Schlageter. Schauspiel. München: Langen/Müller, 1933.

Поэзия[править]

Wegwärts. Gedichte. München: Delphin, 1915 [1916].

Rolandsruf. München: Langen, 1919.

Mutter. Gedichte. München: Langen/Müller, 1921.

Lieder der Sehnsucht. München: Langen, 1924.

Die Strasse. Gedichte und Gesänge. Potsdam: Stichnote, 1941. Schriftenreihe der Presseabteilung des Reichsministers Dr. Todt. Bd. 1.

Im Tal der Sterne. Liebeslieder. Mutterlieder München: Münchner Buchverlag, o. J. [1943]. Reihe «Münchner Lesebogen» Nr. 123, hg. von Walter Schmidtkunz.

Проза[править]

Der Anfang. Roman. München: Delphin, 1917.

Kreuzweg. Roman. München: Langen, 1922.

Tohuwabohu. Hg. von W. Klöpzig. Bielefeld: Velhagen & Klasing, 1929.

So gehen sie hin. Ein Roman vom sterbenden Adel. München: Langen, 1930.

Die Torheit einer Liebe. Roman. Bielefeld: Velhagen & Klasing, 1930.

Ave Eva. Erzählung. München: Langen, 1932.

Mutter ohne Tod. Die Begegnung. Zwei Erzählungen. München: Langen/Müller, 1933.

Kunterbunt. Besorgt von Siegfried Casper. Bielefeld, Leipzig: Velhagen & Klasing, 1941.

Gesegnete Vergänglichkeit. Roman. Frankfurt/M.: Pandion, 1955.

Культурполитика[править]

Dramatisches Schaffen. Eine Ansprache. Chemnitz: Gesellschaft der Bücherfreunde, 1922.

Wissen und Gewissen. Hg. von Rolf Gunz. Essen: Otto Schlingloff, 1924.

Consuela: Aus dem Tagebuch einer Spitzbergenfahrt. München: Langen, 1925.

Briefe und Gedichte von einer Reise durch Italien und die Wüste. Chemnitz: Gesellschaft der Bücherfreunde zu Chemnitz, 1926.

Ich glaube! Bekenntnisse. München: Langen, 1928.

Standpunkt und Fortschritt. Schriften an die Nation 58. Hg. von Werner Beumelburg. Oldenburg: Stalling, 1933.

Maske und Gesicht. Reise eines Nationalsozialisten von Deutschland nach Deutschland. München: Langen/Müller 1935.

Ruf des Reiches — Echo des Volkes! Eine Ostfahrt. München: Franz Eher Nachf., 1940.

Fritz Todt. Requiem. München: Franz Eher Nachf., 1943.[4]

Ссылки[править]

  1. de:Hanns Johst
  2. а б в г д е ё Е. А. Зачевский. Нацистская литература. Ганс Йост // Романо-германская филология в контексте науки и культуры: междунар. сб. науч. ст. Полоц. гос. ун-т; — Новополоцк, 2013. — 334 с. ISBN 978-985-531-386-2
  3. Игорь Бестужев. Литература, искусство театра и кино в национал-социалистической Германии
  4. Johst, Hanns