Эта статья входит в число примечательных статей

Константин Петрович Победоносцев

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
(перенаправлено с «Константин Победоносцев»)
Перейти к: навигация, поиск


Константин Петрович Победоносцев
Победоносцев в молодости.jpg
Род деятельности: государственный деятель
Дата рождения: 30 ноября 1827
Место рождения: Москва
Дата смерти: 23 марта 1907
Место смерти: Санкт-Петербург
Отец: Пётр Васильевич Победоносцев
Мать: Левашова
Супруга: Екатерина Александровна Энгельгардт
Этническая принадлежность: русский
Вероисповедание: православный
УДК 92

Константин Петрович Победоно́сцев (18 (30) ноября 1827, Москва — 10 (23) марта 1907, Санкт-Петербург) — выдающийся русский государственный деятель, чьим советам следовали императоры Александр III и Николай II.

Биография[править]

Одиннадцатый ребёнок в семье профессора российской словесности Московского университета Петра Васильевича Победоносцева (17711843) и костромской дворянки Левашовой, по отцу внук приходского священника.[1]

Окончив в 1846 году Училище правоведения, служил в московских департаментах Сената. Одновременно изучал историю русского гражданского права, с 1858 года начал публиковать свои работы, а в 18591865 годах состоял профессором Московского университета.

В 1859 году защитил магистерскую диссертацию о реформе гражданского судопроизводства, отослал А. И. Герцену в Лондон памфлет против министра юстиции графа В. Н. Панина, а с 1861 года активно участвовал в разработке судебной реформы.

В конце 1861 года главным воспитателем Великих князей графом С. Г. Строгановым был приглашён преподавать наследнику престола Великому князю Николаю Александровичу юридические науки. Так же, как в своё время В. А. Жуковский с будущим Александром II, объехал страну в 1863 году с юным и ещё неженатым цесаревичем.[2]

К 1863 году стал действительным статским советником, обер-прокурором восьмого департамента.

В 1865 году перебрался в Санкт-Петербург, приобщившись к высшей государственной деятельности и придворным сферам через салоны графини А. Д. Блудовой и Великой княгини Елены Павловны. В 1868 году стал сенатором, а в 1872 году — членом Государственного совета. Состоял в комиссиях по рассмотрению отчётов Министерства народного просвещения (18751876) и по тюремной части (1877).

Балканский кризис 18751876 годов встретил на позициях панславизма, резко порицал пассивность российского правительства.

21 декабря 1879 года присутствовал на очередных испытаниях одной из первых российских подводных лодок.[3]

В 1880 году был назначен обер-прокурором Святейшего Синода и членом Кабинета Министров.

В 1881 году был приглашён в царскую семью преподавать правоведение. Был наставником Великих князей Александра (который стал наследником после смерти Николая) и Владимира, цесаревны Марии Фёдоровны.

Сыграл главную роль в разгроме всех покушений на незыблемость самодержавия: «конституции» М. Т. Лорис-Меликова (март—апрель 1881), Земского собора Н. П. Игнатьева (май 1882), «Священной дружины» (ноябрь 1882).

В первой половине 1880-х годов расставлял на важнейшие государственные посты своих выдвиженцев: М. Н. Островского — министром государственных имуществ в 1881 году, И. Д. Делянова — министром народного просвещения в 1882 году, Е. М. Феоктистова — начальником Главного управления по делам печати в 1883 году, Н. А. Манасеина — министром юстиции в 1885 году.[4]

В 1880-е1890-е годы организовал 17 массовых церковно-общественных торжеств: 1000-летие кончины св. Мефодия (1886, Петербург), 900-летие крещения Руси (1888, Киев), 500-летие кончины св. Сергия Радонежского (1892, Москва) и другие.

Сразу же после кончины Александра III передал новому царю Николаю II записку, в которой настоятельно рекомендовал провести обряд перехода Алисы Гессенской в православие на следующий же день. Составил второй манифест Николая II — о принятии ею православия.[5]

В 1894 году получил звание статс-секретаря. Входил в совещание, рассматривавшее петиции литераторов о смягчении цензуры (1895). Возглавлял два совещания по рабочему вопросу (1896 и 1898). Играл видную роль в комиссии о законодательстве для Финляндии (18981899).

Через два дня после выхода Манифеста 17 октября 1905 года подал в отставку.

Семья[править]

В 1865 году Победоносцев женился на 17-летней Екатерине Александровне, урождённой Энгельгардт, дочери однокашника по Училищу правоведения и бывшей его ученице, которая была более чем на двадцать лет младше мужа.[6]

Сочинения[править]

Победоносцев написал свыше 70 статей, 17 книг, перевёл 19 книг, издал 11 сборников исторических и юридических материалов.

Цитаты[править]

  • «Пока живу в Петербурге, мне всё кажется, что я в чужом городе — и где-то в гостинице»
  • «Мой кабинет возле самой передней и звонка, так что всякий желающий может достать меня немедленно и кто только не достаёт меня. И так книгу постоянно у меня вырывают. А их так много, и таких интересных»
  • «Печальное будет время… когда водворится проповедуемый ныне культ человечества. Личность человека немного будет в нём значить; снимутся и те, какие существуют теперь, нравственные преграды насилию и самовластию»
  • «Вот неудобство — оттенять то или другое сословие в смысле какого-то преимущественного права на преданность престолу и отечеству. В этом все равны»
  • «Часто думаешь, что во всей нашей призрачной, самообольстительной, суетной деятельности одно лишь не призрачно: дело в самой простой его форме — алчущего накормить, жаждущего напоить, нагого одеть»
  • «Есть предметы, которые, — может быть, до некоторого времени, — поддаются только непосредственному сознанию и ощущению, но не поддаются строгому логическому анализу, не терпят искусственной конструкции. Всякая формула даёт им ложный вид»[7]
  • «Валуев — поседевший в практике громких речей из которых ничего не выходит, кроме лести и заблуждения, дочёрпывающий из лондонскогоTumes“ свои вдохновения и государственные взгляды»[8]
  • «Я не имею никакого сомнения, что весь нынешний террор того же происхождения, как и террор 1862 г.: тот же польский заговор, только придуманный искуснее прежнего, а наши безумные, как всегда, идут, как стадо баранов… Главным сознательным орудием служат жиды — они ныне повсюду первое орудие революции» (1879)
  • «А что вы пишете о жидах, то совершенно справедливо. Они всё заполонили, всё подточили, однако за них — дух века сего. Они в корню революционного движения и цареубийства. Они владеют периодической печатью, у них в руках денежный рынок… Они управляют и началами нынешней науки, стремящейся стать вне христианства и за всем тем — чуть поднимается вопрос об них, подымается хор голосов за евреев во имя якобы цивилизации и терпимости, то есть равнодушия к вере» (Ф. М. Достоевскому, август 1879)[9]
  • «Повсюду в народе зреет такая мысль: „Лучше уж революция, русская и безобразная смута, нежели конституция. Первую ещё можно побороть вскоре и водворить порядок в земле, последняя есть яд для всего организма“» (декабрь 1879)[10]
  • «К чему привела великая святая мысль освобождения крестьян? К тому, что дана им свобода, но не устроено над ними надлежащей власти, без которой не может обойтись масса тёмных людей. Мало того, открыты повсюду кабаки; бедный народ, предоставленный самому себе и оставшийся без всякого о нём попечения, стал пить и лениться к работе» (март 1881)[11]
  • «Все беды нашего времени происходят от страсти к лёгкой наживе, от недобросовестности чиновников, от недостатка нравственности и веры в высших слоях общества, от пьянства в простом народе» (апрель 1881)
  • «Древняя Русь имела цельный состав в простоте понятий, обычаев и государственных потребностей, не путалась в заимствованных из чуждой иноземной жизни формах и учреждениях, не имела газет и журналов, не имела спорных вопросов и потребностей. А теперь нам предлагается из современной России, содержащей в себе вселенную двух частей света, скликать пёстрое, разношёрстное собрание. Тут и Кавказ, и Сибирь, и Средняя Азия, и балтийские немцы, и Польша, и Финляндия! И этому-то смешению языков предлагается разрешить вопрос о том, что делать в настоящую минуту. В моих мыслях — это верх государственной бессмыслицы» (май 1882)[12]
  • «У меня больше веры в улучшение людей, нежели учреждений» (1883)
  • «К несчастью, и у нас, и там [на Западе] существует закоренелое мнение, что в России при самодержавной власти есть непременно тот или другой — один человек всесильный, который всем распоряжается и от которого всё зависит»
  • «Национализм — великая сила, которая ещё покажет себя в истории и неведомо к какому приведёт концу»[13]
  • «Со времени самого освобождения крестьян правительство как бы забыло о народе, положившись на то, что для него всё сделано дарованием ему свободы. А народ стал нищать и падать. Потом, когда уже ясно стало, что вместе с нищетою хаос бесправия водворяется в деревне, принялись, увы, только за мысль обуздывать народ. И создано учреждение земских начальников с мыслью обуздать народ посредством дворян, забыв, что дворяне одинаково со всем народом подлежат обузданию»[14]

Награды[править]

В 1896 году Победоносцев был награждён орденами Св. Владимира первой степени и Св. Андрея Первозванного.

Членство в организациях[править]

Победоносцев был почётным членом Российской и Французской академий наук, Московского, Петербургского, Киевского, Казанского и Юрьевского университетов.

Личность Победоносцева[править]

По утверждению Б. Б. Глинского, Победоносцев с недоверием относился ко всякому яркому деятелю в церковной среде, будь тот даже убеждённым консерватором, — протоиерею Иоанну Кронштадтскому, епископу Антонию (Храповицкому).[15]

С С. Ю. Витте Победоносцев вёл себя независимо, поддерживая его лишь тогда, когда их взгляды совпадали; в противном же случае откровенно выступал против министра финансов, как, например, при обсуждении в 1898 году вопроса о крестьянской общине.[16]

Отзывы современников[править]

Б. Н. Чичерин вспоминал о Победоносцеве начала 1860-х годов:

Это был прелестный человек. Тихий, скромный, глубоко благочестивый… с разносторонне образованным и тонким умом, с горячим и любящим сердцем, он на всем существе своем носил печать удивительной задушевности, которая невольно к нему привлекала.

А. Ф. Кони вспоминал о Победоносцеве конца 1870-х годов:

Он производил очень хорошее впечатление. Ум острый и тонкий, веское и живое слово были им обыкновенно обращаемы на осуждение правительственных порядков царствования, которое началось так блестяще, а кончалось так плачевно.

Литератор Е. Поселянин вспоминал:

В его сухой, худой фигуре, в пергаменте выбритого лица, в глазах, бесстрастно глядевших на вас сквозь стекла больших черепаховых очков, было что-то удивительно напоминавшее немецкого ученого.

Жена Победоносцева вспоминала, что по праздникам он заказывал массу игрушек, которые лакей разносил по квартирам бедных, а по воскресеньям после церковной службы много денег раздавал нищим.

Глава правительства М. Т. Лорис-Меликов с улыбкой говорил ему:

Вы оригинально честный человек и требуете невозможного.

И. С. Аксаков писал Победоносцеву:

Твоя душа слишком болезненно-чувствительна ко всему ложному, нечистому, и потому ты стал отрицательно относиться ко всему живому, усматривая в нем примесь нечистоты и фальши.

А. Н. Бенуа отмечал:

Победоносцев умел очень любезно, мало того — очень уютно беседовать, затрагивая всевозможные темы и не высказывая при этом своих политических убеждений.

31 января 1881 года М. С. Каханов в письме к М. Е. Ковалевскому не без удивления отметил:

Победоносцев стал чуть ли не открыто в лагерь [наших] врагов и тянет к допетровщине...[17]

А. А. Половцов записал в дневнике в мае 1884 года:

Приходит Победоносцев и в течение целого часа плачет на тему, что учреждения не имеют важности, а что все зависит от людей, а людей нет.

Император Александр III якобы жаловался С. Ю. Витте, что «из долголетнего опыта он убедился, что Победоносцев отличный критик, но сам ничего никогда создать не может».

Согласно Н. А. Бердяеву, К. Н. Леонтьев так отзывался о Победоносцеве:

Он как мороз: препятствует дальнейшему гниению; но расти при нем ничто не будет. Он не только не творец; он даже не реакционер… мороз; я говорю, сторож; безвоздушная гробница; старая «невинная» девушка и больше ничего.[18]

Е. М. Феоктистов вспоминал о Победоносцеве:

Он указывал, что никакая страна в мире не способна избежать революционного переворота, что вероятно и нас ожидает подобная же участь и что революционный ураган очистит атмосферу… Однажды кто-то весьма основательно заметил ему на это, что если все государства подвергнутся революционным потрясениям, то не было еще примера, чтобы правительство, так сказать, включало революцию в свою программу, считая ее таким неизбежным явлением, с которым бесполезно и бороться.[19]

Ф. Сенчиковский писал А. В. Жиркевичу от 3 мая 1900 года, что М. О. Коялович называл Победоносцева «учёным дураком, западником и фарисеем». Правда, автор, цитирующий Сенчиковского, замечает, что «не говоря уже об ошибках памяти, многие из припоминаний Сенчиковского искажены параноидальными и шпиономанскими измышлениями о сговоре деятелей высшей бюрократии с Ватиканом. В этой государственной и духовной измене он подозревал даже К. П. Победоносцева».[20]

В культуре[править]

Литераторы-символисты видели в Победоносцеве чуть ли не воплощение вселенского зла. А. Белый сделал его прототипом сенатора Аблеухова в романе «Петербург», а А. Блок описывал, как «Победоносцев над Россией простёр совиные крыла».

Историография[править]

В 1995 году в журнале «Вопросы истории» (№ 2) вышел очерк Н. А. Рабкиной о Победоносцеве, но она опиралась главным образом на уже известные источники и не дала систематического обзора его государственной деятельности.

По мнению историка А. Ю. Полунова, мысль Победоносцева о том, что нужды страны надо узнавать, советуясь с «честными выходцами из народа», исподволь готовила при дворе почву для появления Г. Е. Распутина.

По непонятным причинам очерк о Победоносцеве отсутствует в сборнике «Российские консерваторы» (М., 1997).[21]

Автор монографии «Старцы: харизма и традиция в русском православии», изданной в 2010 году Университетом Северного Иллинойса, научный сотрудник Таллинского и Тартуского университетов И. Пярт, приписала Победоносцеву (с ошибочной ссылкой на исследование С. В. Римского) политику усиления вмешательства светских властей в дела Церкви, характерную для Д. А. Толстого, а Антония (Храповицкого) эта исследовательница обозвала «архиврагом» (archenemy) Победоносцева, что, как минимум, является преувеличением.[22]

Интересные факты[править]

Некстати он появился. Вы дружны с ним: чтобы вот по дружбе посоветовать ему не оставаться долго ни здесь, ни в Москве, а ехать скорее в деревню. Здесь он попадет в компанию «Порядка», ему закружат голову и Бог знает до чего он доведет себя.[23]

Накануне вечером стреляли в Победоносцева. Он вернулся домой и сел заниматься в своем кабинете, расположенном в нижнем этаже обер-прокурорского и в прежнее время Нарышкинского дома. Когда он встал с кресла, чтобы пройти в соседнюю комнату, то с улицы последовали три выстрела, но ни одна из трех пуль его не тронула. Стрелявший был тотчас арестован. Он заявил, что на него пал жребий убить Поб(едоносцева), как ярого ретрограда. Уже несколько дней сряду он его караулил и, прозевав его приезд, стрелял в окно. При нем нашли всего три копейки остававшихся ему на прокормление денег.[26]

  • У некоторых наблюдателей проявлялась определённая аберрация в восприятии Победоносцева. Так, В. И. Ленину он ещё 28 июня 1906 года виделся всесильным «умным членом камарильи». 8 сентября того же года Ленин писал, что именно «Победоносцев и Ко готовят полную отмену всяческой конституции».[27]
  • Близкий к Победоносцеву чиновник В. М. Скворцов вспоминал в 1915 году, что, вопреки общему убеждению, представляющему собой «глубокое заблуждение», «виновником» отлучения от Церкви графа Л. Н. Толстого являлся вовсе не обер-прокурор Святейшего Синода:

Наоборот, К. П. Победоносцев с самого начала этого дела был против известного синодского акта и после его издания остался при том же мнении. Он лишь уступил или вернее допустил и не воспротивился… осуществить эту идею, которая исходила от покойного митрополита Антония, на которого, говорили тогда, с решительностью повлиял другой иерарх — полемист против Толстого.[28]

Восьмидесятые годы стояли под знаком обер-прокурора святейшего синода Победоносцева, классика самодержавной власти и всеобщей неподвижности. Либералы считали его чистым типом бюрократа, не знающего жизни. Но это было не так. Победоносцев оценивал противоречия, кроющиеся в недрах народной жизни, куда трезвее и серьёзнее, чем либералы. Он понимал, что если ослабить гайки, то напором снизу сорвёт социальную крышку целиком и тогда развеется прахом всё то, что не только Победоносцев, но и либералы считали устоями культуры и морали. Победоносцев по-своему видел глубже либералов. Не его вина, если исторический процесс оказался могущественнее той византийской системы, которую с такой энергией защищал вдохновитель Александра III и Николая II.[29]

Примечания[править]

  1. Рабкина Н. А. Константин Петрович Победоносцев // Вопросы истории. — 1995. — № 2. — С. 59.
  2. Рабкина Н. А. Константин Петрович Победоносцев // Вопросы истории. — 1995. — № 2. — С. 60.
  3. Кондратенко Р. В. Первые российские подводники // Вопросы истории. — 2010. — № 10. — С. 148.
  4. Дронов И. Е. Князь Владимир Петрович Мещерский // Вопросы истории. — 2001. — № 10. — С. 71.
  5. Андреев Д. А. Император Николай II в первые месяцы царствования: внешние влияния и самостоятельные решения // Российская история. — 2011. — № 4. — С. 119.
  6. Рабкина Н. А. Константин Петрович Победоносцев // Вопросы истории. — 1995. — № 2. — С. 61.
  7. Цит. по: Русский консерватизм: проблемы, подходы, мнения: [Круглый стол] // Отечественная история. — 2001. — № 3. — С. 107.
  8. Цит. по: Гетманский А. Э. Петр Александрович Валуев // Вопросы истории. — 2002. — № 6. — С. 75.
  9. Цит. по: Рабкина Н. А. Константин Петрович Победоносцев // Вопросы истории. — 1995. — № 2. — С. 65.
  10. Цит. по: Рабкина Н. А. Константин Петрович Победоносцев // Вопросы истории. — 1995. — № 2. — С. 64.
  11. Цит. по: Карпачев М. Д. Движение за народную трезвость в Воронежской губернии в начале XX в. // Вопросы истории. — 2010. — № 9. — С. 85.
  12. Цит. по: Рабкина Н. А. Константин Петрович Победоносцев // Вопросы истории. — 1995. — № 2. — С. 68—69.
  13. Цит. по: Рабкина Н. А. Константин Петрович Победоносцев // Вопросы истории. — 1995. — № 2. — С. 65.
  14. Цит. по: Гиндин И. Ф. Государство и экономика в годы управления С. Ю. Витте: [Продолжение] // Вопросы истории. — 2007. — № 10. — С. 94.
  15. Полунов А. Ю. Церковь, власть и общество в России (1880-е — первая половина 1890-х годов) // Вопросы истории. — 1997. — № 11. — С. 132.
  16. Андреев Д. А. Студенческие беспорядки и борьба в правительственных верхах зимой—весной 1899 г. // Российская история. — 2012. — № 1. — С. 60.
  17. Цит. по: Мамонов А. В. Граф М. Т. Лорис-Меликов: к характеристике взглядов и государственной деятельности // Отечественная история. — 2001. — № 5. — С. 43.
  18. Цит. по: Рабкина Н. А. «Византизм» Константина Леонтьева // История СССР. — 1991. — № 6. — С. 38.
  19. Цит. по: Рабкина Н. А. Константин Петрович Победоносцев // Вопросы истории. — 1995. — № 2. — С. 64.
  20. Долбилов М. Д. Русский край, чужая вера: Этноконфессиональная политика империи в Литве и Белоруссии при Александре II. — М.: Новое литературное обозрение, 2010. — С. 907, 953. ISBN 5-86793-804-8
  21. Вопросы истории. — 1998. — № 10. — С. 162.
  22. Российская история. — 2012. — № 1. — С. 176.
  23. Цит. по: Кельнер В. Е. М. М. Стасюлевич и либеральная оппозиция в 70-х — начале 80-х годов XIX века // Отечественная история. — 1992. — № 4. — С. 57.
  24. Андреев Д. А. Император Николай II в первые месяцы царствования: внешние влияния и самостоятельные решения // Российская история. — 2011. — № 4. — С. 125.
  25. Троицкий Н. А. Федор Никифорович Плевако // Вопросы истории. — 2001. — № 4. — С. 38.
  26. Дневник А. А. Половцева // Красный архив. — Т. 3. — М., 1923. — С. 83.
  27. Рабкина Н. А. Константин Петрович Победоносцев // Вопросы истории. — 1995. — № 2. — С. 74.
  28. «Его примирение с Церковью будет праздником светлым для всей Русской земли, всего народа русского…». Письмо митрополита Антония (Вадковского) С. А. Толстой. 11 февраля 1902 г. / Вст. ст., публ. и комм. Георгия Ореханова, священника // Отечественные архивы. — 2009. — № 4. — С. 108.
  29. Профиль пользователя 988988 «О концепции "Гражданского Союза" К.П. Победоносцева» // LiveJournal.com : Запись в сетевом дневнике. — 15 января 2013.

Ссылки[править]

Литература[править]